Огонь и Лед

Шерил неприятным осадком оседает на губах, стоит ей появиться в жизни Монтгомери. Она одновременно похожа на всех тех, кого Мэдисон терпеть не могла, и отличалась настолько, заставляя медленно сходить с ума. Правда показывать этого она не собиралась. Их связывал лишь бизнес, который ей навязали, и возможно губная помада, остающаяся на хрустальном бокале, а после на губах Монтгомери. В очередной раз она удостаивает ей легкой усмешкой, когда они пересекаются в школьном коридоре. Королева кленового сиропа, идущая с слишком поднятым подбородком ей на встречу, вновь собиралась устраивать драму. А Монтгомери явно собиралась дать ей ответный удар. Заставляя огонь Блоссом медленно угасать под её пальчиками. — Местная шлюшка как всегда пытается произвести на всех прекрасное впечатление, не правда Монтгомери? — новый удар, который легким пламенем проходится по Монтгомери, сравнимый с тем, что она сотворила на первых стадиях пирокинеза. Тишина буквально обволакивала их двоих, разбавляемая лишь тяжелым дыханием Блоссом и легкими смешками парней, когда она подошла вплотную к Шерил. В этом танце учувствуют двое. — По себе судишь, Блоссом? — ударить Шерил её же оружием до упоения прекрасно. Мэдисон соврала, если бы сказала, что перепалки в Академии Робишо даже гроша ломанного не стоили, по сравнению с теми сражениями, которые она так любила устраивать с Блоссом. Скорее даже не участвовать, а давать ответный удар. Холодным инеем ложится на разгоревшееся пламя Шерил. — Надеюсь, твое самолюбие ещё не настолько подорвано, чтобы испытывать его на прочность, — она подошла практически вплотную, беря в руки подбородок Шерил. Спасибо их практически одинаковому росту. — Снова и снова, — Мэдисон любила наблюдать за страхом в глазах этой рыжей бестии, которая буквально горела под её холодными руками. — Не боишься того, что я с тобой сделаю? — она говорит это шепотом, чтобы не услышал никто, кроме Блоссом. Глаза Шерил были раскрыты в немом шоке, а красные губы уже не походили на ту самодовольную усмешку, которую девушка так хорошо держала в начале их битвы. Но никак не войны, которую они затеяли с прихода Монтгомери в это учебное заведение. — Такой ты мне даже больше нравишься, — Мэдисон дает ей пространство, украшая свое лицо ядовитой улыбкой, которая внушала людям сильнейший страх, нежели улыбка Шерил на красных губах. Это был лишь детский лепет по сравнению с тем, что могла устроить Монтгомери местной стерве. — Надеюсь, твой ухажер знает о твоих многочисленных похождениях, — вновь наглая ложь, слетевшая с губ Шерил, заставляет Мэдисон улыбнуться. Хорошо, что она уже отошла на какое-то расстояние, чтобы не заставить Блоссом извиняться перед ней. Конечно же, грубой силой с непроницаемой маской на лице. — Завидуешь ему? — вопрос, который не требовал ответа, но, конечно же, королева кленового сиропа не могла оставить их проигнорированными. — Немного, — ответ слегка выбивает Монтгомери из колеи, на которой она хорошо восседала, одерживая победу над Шерил. Пламя достигло её, заставляя приподнять одну бровь, скрывая пожар, который разгорался внутри с огромной скоростью. Снежные замки таяли, оставляя холодные лужи, которые она бы не позволила увидеть никому, даже стерве с рыжими волосами. Стук её каблуков раздается в тишине коридора под легкий смешок Блоссом, которая явно не собиралась оставлять эту ситуацию без внимания.

***

Конечно же, Сэм был прекрасным юношей, мечтой каждой девочки, которая только взглянет в его изумрудные глаза, только это уже не забавляло, так как раньше. Монтгомери привыкла получать все самое лучшее, но и избавляться от ненужного также было её прерогативой. Шерил же продолжала наседать, пытаясь насолить не только Мэдисон, но и Сэму. Как итог, все пошло по одному известному месту. Расставание, взгляды наполненные желчью, и, конечно же, тихий смешок королевы кленового сиропа на заднем плане. Монтгомери в остервенении сжимает пачку сигарет, готовая поджечь Шерил на месте, тогда она в прямом смысле будет означать огонь. Если бы не события ближайших дней, шутка была бы более удачной. Сейчас же хотелось впиться в рыжие локоны, заставив Блоссом умолять о пощаде. Устроить для неё такой ад, через который Мэдисон проходила не раз. Академия Робишо умела преподать урок на всю жизнь с зомби-мальчиками, и девочками с паранормальными способностями. Легкая струйка исходит от её сигареты, когда она решает уйти от всей шумихи. Ей кажется, что такое состояние происходит впервые в жизни. Будто маска треснула, оставляя неприятные шрамы от впившихся осколков. Интересно, у Блоссом хоть раз такое было? Снова мысли об этой стерве, пытающейся всем видом показать свое главенство. Она трясет головой, готовая вновь затянуться от подожженной сигареты, но её тут же выхватывают разгоряченные пальцы, а глаза цвета шоколада прожигают в ней дыры. Помянешь красного дьявола, и он сам явится. — Хватит, — приказной тон, от которого Монтгомери язвительно усмехается. Шерил привыкла к тому, что приказы, отданные по её велению, тут же выполняются, только вот Мэдисон не планировала быть её очередной марионеткой. Придется малышки Блоссом поумерить свой пыл. — Мне вполне было хорошо и без твоей компании, — резкость на резкость, именно такой тон общения они выдерживали, и их обоих это устраивало. Теперь же в глазах Шерил плещется нечто другое, чем взаимная ненависть. Будто осознание ударило по голове Блоссом, а Монтгомери лишь ядовито улыбается, уходя в другое место. Только вот рыжеволосая не собиралась её так просто оставлять. — Я сообщу директору о твоей привычке, — угрозы, которые летели в мусорное ведро. Мэдисон улыбнулась, смотря через плечо на Шерил. Холодный взгляд её зеленых глаза в противовес карему рыжеволосой. — Сообщая, мне все равно, — сколько она наслышалась от этого от Корделии, что уже даже не удивляет. От агрессивной стервы, все резко перешло на полное игнорирование собственных проблем. — Можешь даже рассказать ему об инцидентах в коридоре, и о твоих решений в моих с Сэмом отношений, — напомнила Мэдисон, дойдя до своей машине. Хватит с неё на сегодня школы и выходок Шерил. — Господи, он последний придурок. Ты видимо была сильно влюблена, если не заметила, как он вел себя по отношению к тебе, — Мэдисон повернулась к ней лицом, останавливаясь так, что Блоссом чуть не полетела на неё. — Даже не пытайся оправдаться, — Шерил стоит на своем, и Монтгомери на секунду задумывается: «Так ли она выглядит при разговоре с другими?» — Я и не пытаюсь, — побег из ситуации прямо в машину, чтобы поскорее забыть карие глаза, и реплики Шерил, которые так точно били, что становилось тошно. — Только попробуй… — она не успела закончить, увидев, как Блоссом села в машину вместе с ней. Монтгомери хотела её вышвырнуть из своего транспортного средства, но видимо у королевы кленового сиропа были другие планы. — Я еду с тобой, — это напомнило ей о договоре её менеджера с семейкой Блоссом. Контракт, которым она хотела избить всех, начиная от него и заканчивая Шерил, которая умела выводить из себя. Контракт был уже заключен, и она до сих пор прибывала в шоке. Вино не помогало прийти в себя, а Шерил сидящая напротив лишь усугубляла ситуацию, напоминая о гребаной бумажке! Пустой бар под кафе «Pop`s», и они при свечах. Напряженная атмосфера, когда две стервы со стажем пытаются перекричать друг друга. Может это алкоголь, а может и ещё что-нибудь, но каким-то образом губы Блоссом оказываются на её собственных. Привкус вишни заполоняет рот, заставляя наседать с ещё большей силой. Она не знает, с кем связалась. Или по крайне мере ещё не до конца это осознала. Ведь Мэдисон не привыкла проигрывать, особенно подобным ей самой. — Так вот, — Шерил заканчивала очередное предложение, наконец, заметив, что Мэдисон её даже не слушала. — Ты все прослушала, как всегда, — конечно, если вы не Шерил Блоссом, значит вы автоматически полнейшее дерьмо под ногами красного дьявола. — Повтори, — такой же тон, каким Блоссом любит отдавать приказы. Машина трогается с места, и Мэдисон может сказать с уверенностью, что пожалеет об этом решении. — Я считаю, что нам надо прекратить вражду, — с этим заявление, блондинка побоялась, что врежется в какой-нибудь столб. — И стать друзьями, — Монтгомери смеется, видя очертания поместья Блоссомов. Если бы не Шерил, которая попросила её приехать сюда, наверняка бы она отправилась в уютную комнату отеля, что насладится последними часами дня. — Друзья значит… — думает Мэдисон, у которой внутри все переворачивается от этой фразы.

***

Обсуждение их бизнеса, который уже дает свои плоды, выматывает. И как только Мэдисон ложится на красные простыни, прикрывая глаза, то чувствует тяжесть по всему телу. Это не похоже на умеренную тяжесть одеяла, или случайно лежащую руку. Глаза тут же распахиваются, видя над собой Блоссом, которая смотрит с некоторой заботой, что удивительно видеть. — Тебе надо отдохнуть, — она произносит это так нежно, что кажется, будто ведьма не Мэдисон, а эта рыжая бестия. — И я могу тебе в этом помочь, — маленькие угольки разжигаются в карих глазах, и Монтгомери кажется, будто даже ад не настолько ужасен, как россказни королевы кленового сиропа. — Друзья не трахаются, Шерил, — она уже готова остановить Блоссом, но та мертвой хваткой в неё вцепилась, и так смотрит, что ледяное сердце готово превратиться в лужу. — Плевать, — легко слетает с губ рыжеволосой. — Я решила пересмотреть наши отношения. И с этого начинается череда её безумия. Падение из крайности в крайность. То ты хочешь потушить огонь, согревающий тебя по ночам, то свернуться клубочком, позволяя своим стенам на некоторое время исчезнуть. То сама готова заморозить Блоссом, оставив валяться на холодном полу. Только вот все это в конечном итоге приводит к краху, расставанию, и вновь бесконечным ссорам. В их последнюю встречу, она замечает Шерил уже не такую счастливую, а полностью сломанную. Может огонь все же можно потушить, а лёд кажется не таким уж безобидным по сравнению с ним?