french fries

Игорь проходится вдоль ряда проституток. Отмечает про себя, кого видел уже в прошлые разы. Обычно таких не сложно отыскать - они шугаются сразу или прячут лица. Блондинка с четвертым размером, щербатая брюнетка, шатенка с косичками - все они так или иначе с Громом взаимодействовали. Опыт, к слову, не самый приятный. Выбросить из жизни пятнадцать дней на обезьянник очень обидно, но что поделать - излишки профессии. Из стройного ряда выделяется совсем худющая фигурка. До Грома долго доходит - не девушка. Талия, волосы до плеч, короткое черное платье, которое к тому же подчеркнуто задрано, но нет. Парень пытается держаться и строить из себя видавшего виды, но плохо скрытая неопытность режет глаза. Игорь придирчиво окидывает его взглядом, отчего тот поджимается еще сильнее. В итоге, не задавая вопросов о стоимости, Гром хватает его за руку и тащит к машине. Парень растерянно смотрит на "коллег", но те подмигивают, мол, все так и должно быть. - Давно работаешь? - Игорь заталкивает его на заднее сидение, а сам лезет вперед. Двери блокирует. - П-первый день, - он машинально тянется к ремню безопасности, но вспоминает, что его не за тем сюда позвали, это действие точно не одобрят. А Игоря забавляют эти дерганные движения. - Надо же, какой порядочный мальчик. Ну что ж, поздравляю, ты влип. - Чего? Ответом служит ксива. Сережа Разумовский несколько раз перечитывает имя и фамилию. Звание. Незаметно и быстро пытается дотянуться до двери, но Гром, не поворачиваясь, строго предупреждает: - Этого делать не советую. - Отпустите, пожалуйста, я больше сюда не буду приходить, - Сережа хочет надавить на жалость, ну, по правде, он ведь ничего даже сделать не успел! - А в другие места - будешь? Знаю я таких как ты, надо с первого дня Кузькину мать показывать, чтоб потом неповадно было, - Игорь спокойно ведет машину, даже не предполагая, что паренек удумает слинять. - Ну, пожалуйста, я ведь, правда, не буду, я работу найду! - сердце колотится как бешеное, проблем с законом в первые же дни работы не хотелось. Непруха просто сказочная. - А что мешало найти ее до этого инцидента? - Игорь и не думает смягчаться, не в первый раз такое видит. - Ты же пришел сегодня сюда. И без трусов еще, верно? Сережа стыдливо сводит ноги. - Меня из квартиры вышвырнуть хотели, действительно выхода не было, понимаете? - Разумовский пытается оправдаться, но в горле предательски встает ком. - Это противозаконно, если ты вдруг не знал, - мозгом Игорь понимает, что по-хорошему Сереже бы руки в наручники зацепить, чтоб не набедокурил, но ему очень хочется верить в свой авторитет и в силу произведенного устрашения. Кто же мог подумать, что сломает его другое. - Знал... - Сережа поджимает под себя ноги, задавая себе эти вопросы. Ответ сложен для понимания, даже для собственного. Мысли о проституции отводили внимание от более серьезных проблем в его жизни. По щекам уже течет в два ручья, а изо рта вырываются какие-то непонятные звуки. Игорь бросает взгляд в зеркало заднего вида, после чего резко сворачивает в ближайший переулок и выскакивает из машины, залезая к Сереже. - Ты чего? Блин... Думаешь, куплюсь на это? - признаться, Гром все же растерян. - Простите, пожалуйста, - Разумовский всхлипывает, и успевает быстро произнести фразу, после чего опять рыдает, - я не ел сегодня ничего, меня сейчас вырвет. Пожалуйста, не запирайте меня в тюрьму... Последняя гласная растягивается и тонет в завываниях. По уставу, Гром должен сейчас хорошенько Сереже вмазать, чтоб успокоился и доставить в полицию. Но Игорь отчего-то (сам не понимает как) тянется к спине парня и гладит по ней, пытаясь... поддержать?... Позвоночник можно прощупать, это кошмар какой-то. Игорь снова садится на переднее и несколько минут анализирует положение. Когда истерика на заднем подутихает, Гром жмет на газ. Он перестраивает маршрут, решительно двигаясь в направлении ближайшей забегаловки. - Посиди спокойно, окей? - Игорь не знает, как еще удержать парня, кроме как угрозами. Не умеет по-другому да и не хочет, потому что метод действенный. Разумовский молча кивает, а когда за Громом хлопает дверь, то опускается на сидение и тихо всхлипывает. Так теплее и спокойнее как-то даже. Он не знает, зачем ушел Игорь, но время тянется тягуче медленно и каждая минута сжимает нервную систему в комок из колючек. Сережу подбрасывает, когда Гром возвращается и кидает ему сверток. - Ешь, - на бóльшую заботу Игорь не способен. Разумовский глупо хлопает глазами рассматривая пакет из Мака. - Спасибо... - Сережа неуклюже усаживается. Лезть к Грому за обнимашками боязно, поэтому он просто по-быстрее разворачивает пакет и запускает в него руки. Обертки аккуратно складываются на сидение, грязной стороной вовнутрь, чтобы не запачкать. На первый кусок бургера желудок одобрительно урчит, а Сережа жмурится от удовольствия и незамедлительно кусает второй раз. Игорь сам не знает почему, но это зрелище завораживает. Контраст. Между уличной шлюхой, у которого тушь по щекам размазана, и маленьким ребенком, которого по-хорошему надо сейчас уложить спать. Гипнотическое зависание прерывается тем, что Гром замечает вновь покатившиеся слезы. Сережу опять накрывает, но на этот раз оттого, что никто о нем не заботился так раньше. И в мыслях у него не было, что такое может произойти. Еда, когда плачешь, почему-то кажется вкуснее, а прикосновения - теплее во сто крат. Грому очень нравится гладить Сережу по голове - волосы такие мягкие, их так хорошо пропускать через пальцы. А если схватить и дернуть как следует! Игорь подсаживается ближе, вторая рука как-то сама по себе опускается на голую коленку Разумовского. Гладит - кожа приятная. Когда рука ненавязчиво идет выше по ноге, с каждым разом поднимаясь все выше, Сережа испуганно глядит на Грома и прекращает свою трапезу. Откладывает картошку куда-то в сторону и отирает губы. - Вы... Вы чего-то хотите? - Да ты ничего такой, мог бы и карьеру в этой сфере сделать, - Гром хватается за подбородок, потому что Сережа отдергивается в сторону. - Вам же нельзя! - Разумовский пытается оттолкнуться, но Игорь заставляет его улечься на сидение. - Да что ты? - Гром лезет в карман джинс и достает красную бумажку, выпрямляет ее перед глазами Сережи и крутит несколько раз. - Получишь, если мне понравится. Разумовский перестает трепыхаться и смотрит глазами Бэмби, когда Игорь откладывает деньги и лезет под низ, чтобы расстегнуть платье. Молния хорошая, поэтому проблем с этой частью вопроса не возникает. Сережа даже пикнуть не успевает, как Гром слюнявит палец и засовывает внутрь, удивленно присвистывая. - А ты подготовился все-таки, не настолько наивный, - Игорь приподнимает левую ногу Разумовского и закидывает её на спинку кресла. Раздеваться полностью он не планирует, поэтому в сторону отлетает куртка. Его желание и азарт подстегивают эти глупо моргающие глаза напротив. - Ты же хотел? Ну? - в ответ медленный кивок. - Я даже драть тебя как суку не буду сегодня. Или ты на улицу хочешь? Сережа не хочет верить, что оптимальный вариант - это полицейский, обещающий такое. Игорь рвет упаковку от презерватива, несколько раз проводит рукой по члену и натягивает резинку. Разумовский упирается в плечи Игоря, неизбежность недобровольного секса ужасает его, и он пытается даже как-то по-детски отстранить Грома, на что майор бьет здоровую затрещину. - Не надо выкобениваться и принцессу из себя строить. Ты хотел этого. - П-пожалуйста... - Я не ударю тебя сейчас, только если ты попросишь трахнуть тебя после этого слова. - Пожалуйста, - Сережа замирает и с мольбой смотрит на Игоря, но это заводит только сильнее. Последние слова с просьбой произносится чересчур тихо, но Гром не намерен их требовать. Ему достаточно. Головка члена прижимается ко входу и аккуратно, миллиметр за миллиметром входит внутрь. Рот - немой крик. Громче Разумовский не посмеет. Игорь не входит полностью, давая небольшую передышку, чтобы потом толкнуться дальше. Ему не хочется делать больно, единственная задача Сережи сегодня - доставлять удовольствие Кто ж знал, что он такой чувствительный? Разумовский хлюпает носом, но ему в целом простительно. Может, не так он себе это представлял. А может вообще не представлял. Думал, что клиент послушает печальную историю его жизни и даст денег за просто так. Сережа тихо поскуливает, пытаясь свести ноги, но Игорь крепко ухватывает их. Глупые фразы тоже хочется опустить, надо дать почувствовать и самому тоже что-то ощутить. Проституток Игорь не снимал очень давно, а парней тем более. Таких - вообще никогда. Сережа вот не должен был здесь сейчас лежать, слишком вид у него хорошенький для таких занятий. Поэтому с ним и интереса намного больше, чем с теми, у кого на лице (и в подъезде) об этом написано. Оргазм хорошо получить от выкручивания сосков и удивленного выражения лица Разумовского, которому внезапно это действие понравилось. Игорь падает сверху на Сережу и слышит частое сердцебиение. Неприличный, наверное, вопрос, но за пять тысяч Игорь имеет полное право его задать: - Возьмешь в рот? И Сережа берет, перед глазами четырехзначная сумма и злое лицо хозяйки квартиры, а совсем не то, что в реальности. Спустя час Разумовский больше не сможет жить по-прежнему. На асфальте в том месте, где стояла машина Грома, теперь валяется недоеденная картошка фри. И четыре использованных презерватива.