Доверие

Он и впрямь не задержался долго, вытерся насухо, переоделся и поспешил на встречу. – Ты нервничаешь, – заметил он. – У тебя неприятности? Что-то произошло в конторе? – Не совсем. Кое-что произошло прямо здесь. Флавио с интересом посмотрел на Дэвида, расхаживавшего по кабинету. – И это касается тебя, – добавил тот. Выражение искреннего удивления на лице Флавио Дэвида порадовало. Вины за собой его возлюбленный не ощущал, можно было рассчитывать на то, что Оуэн всего-навсего рассматривает Флавио как свидетеля по делу. – Я что-то не так сделал? Опять твой друг упирает на то, что мне нужен только твой банковский счет? – Он хотел поговорить с тобой. Как полицейский. Флавио, ты ни в чем таком не замешан? Флавио взъерошил волосы, упал в кресло и уставился на Дэвида с недоумением. – Понятия не имею, чем я мог привлечь внимание офицера Флореса. Закон я нигде не нарушал, в этом я могу поклясться. Уж с наркотиками я точно никак не связан. А легкое мошенничество с напитками ведь не интересует его? Все в рамках приличий, просто иногда я кладу чуточку побольше льда в стакан, чтобы поменьше доливать ликера. Но исключительно, когда поставки запаздывают. Теперь это уголовно наказуемо? Дэвид прислонился бедром к столу. – Он просил тебя не покидать город. Флавио беспечно рассмеялся и махнул рукой. – Они всегда просят об этом, как подозреваемых, так и свидетелей. Может, что-то такое в клубе случилось, он просто хочет меня расспросить. А ты уже придумал себе чуть ли не то, что я из-под стойки торгую наркотой и продаю подвыпивших посетителей в бордели, – он поцокал языком в притворном осуждении. – Ай-яй, Дэвид, как тебе не стыдно? Дэвид выдохнул, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. То, что они с Флавио мыслят одинаково, порадовало. – Наверное, переутомился, – признался он. – Еще и Оуэн так внезапно… Со своими подозрениями. – Тогда тебе нужно отдохнуть, – Флавио легко вскочил, ухватил Дэвида за руку и потянул к креслу. – Садись, вот так. Сейчас буду проводить старинный колдовской обряд изгнания тревожных мыслей. – Это как? Флавио многообещающе улыбнулся и опустился на колени перед креслом. – Скоро узнаешь. Я уже почти приступил к нему. Откинься назад, закрой глаза и расслабься. Дэвид послушно расслабился, зажмурился, чувствуя, как Флавио приспускает его штаны, потом стягивает белье. Оральными ласками Флавио его радовал часто, никогда не отказывая в моменте близости. Но сегодня Дэвиду это было особенно необходимо, чтобы удостовериться, что весь прежний мир все еще стоит на месте, а привычный порядок вещей не нарушен: они с Флавио занимаются любовью, все хорошо, никаких тревог и волнений. Хотя сегодня все равно все было немного иначе. Обычно возбуждался Дэвид не слишком легко, все-таки и возраст уже был не самый юный, и по природе своей он в постели не разгорался фейерверком. Флавио всегда приходилось проявлять немало терпения, лаская партнера, понемногу зажигая в нем искры чувственности. Но сейчас Дэвид, стоило ему ощутить, как Флавио принимается легко посасывать головку, открыл глаза, взглянул вниз. – М? – умудрился вопросительно поинтересоваться Флавио. Дэвид положил руку ему на макушку, надавил пальцами на затылок, понуждая взять глубже. Флавио на знак отреагировал чутко, двинул головой вперед. Профессионалом горлового минета он не был, да Дэвид обычно и не пытался устроить из их любовных ласк ролик с гей-порно. Но сегодня внезапно захотелось, чтобы Флавио смог принять его целиком. Чтобы максимально соединиться. Перейти на новый уровень отношений, как бы приторно это не звучало. А еще хотелось проявлять активность, показывать, что он не просто возрастное бревно, над которым приходится трудиться молодому любовнику. Разница в возрасте у них была не особенно большой, но все-таки тридцать девять лет – это не двадцать пять. Флавио полностью сосредоточился на том, чтобы выполнить пожелание Дэвида, однако то и дело невольно отодвигался назад. Дэвид предпочел не мучить его, убрал руку. Однако Флавио с неожиданной горячностью ухватил ее, вернув на место. – Te amo… Дэвид на испанском знал только эту фразу, еще несколько ласковых слов, которые любовник иногда употреблял. Но им хватало. А еще Дэвиду вполне хватало тех ласк, которыми его осыпал Флавио, так что он просто оставил руку на месте, больше не пытаясь проявлять инициативу, чувствуя всепоглощающую нежность по отношению к своему возлюбленному. И кончив, понял, что никаких лишних мыслей действительно не осталось. – Полегчало? – тихо спросил Флавио. – Несказанно. – Это хорошо, – Флавио прислонился щекой к бедру Дэвида и умолк, наслаждаясь тем, как тот перебирает его волосы. – Я позвоню Оуэну и скажу, чтобы он явился поговорить? – негромко спросил Дэвид. Флавио угукнул, потом тяжело вздохнул. – Я в его глазах совсем упал? Мало того, что тяну из тебя деньги, так теперь ещё и в каком-то криминале замешан. – Не волнуйся, – Дэвид улыбнулся. – Оуэн только ворчит, он ничего серьезного в виду не имеет. Иначе давно бы уже вывернул тебя наизнанку. – Надеюсь, ты это не в буквальном смысле? – насмешливо уточнил Флавио. Диалог прервался телефонным звонком. Дэвид нехотя поднялся. Дела… Он с большим удовольствием побыл бы с возлюбленным, но в одном Оуэн был прав: уровень жизни, достаточный для содержания молодого красавца, требовалось поддерживать. А для этого требовалось много и плодотворно работать. – Кравиц. – Привет, – голос Оуэна был задумчив. – Да, я согласен. Поговорить в частном порядке, я имею в виду. – Приезжай. Лишних слов не требовалось, рассыпаться в благодарностях Дэвид не умел, да и не требовалось этого. За дружбу не благодарят. – Что-то я волнуюсь, – признался Флавио. – Совесть моя, конечно, чиста, но все равно… – Не переживай, – Дэвид преисполнился уверенности, которой готов был щедро делиться с возлюбленным. – Оуэн вовсе не такой страшный, как тебе кажется. – Он еще страшнее, – в шутку согласился Флавио. – Пойду, попрошу Марию сделать нам чай, может быть, твой друг отвлечется на него хоть немного. Дэвид сильно сомневался в том, что Оуэна, взявшего след, хоть что-то может отвлечь, но кивнул. Почему бы и не выпить чаю всем втроем. Приятная дружеская беседа в мягких креслах, никаких скоропалительных обвинений. Оуэн приехал как раз к тому моменту, когда Мария заканчивала сервировку стола. Дэвид цепко оглядел его, убедился, что друг пребывает в хорошем настроении, и счел это добрым знаком. – Добрый день, офицер Флорес, – благовоспитанно поздоровался Флавио. Выглядел он паинькой, хоть сейчас ставь на обложку журнала "Человеческое дитя примернейшего поведения". Однако на Оуэна это впечатления не произвело, он хмыкнул, опускаясь в кресло. – Итак, у меня к вам будет пара вопросов, мистер Карраско. – Готов отвечать правду и ничего кроме правды, – сразу заверил его Флавио. – Где вы были в ночь с седьмого на восьмое сентября текущего года? Флавио задумался, шевеля губами и подсчитывая дни. – Так, пятого у меня была дневная смена, шестого я был в ночь, значит, потом отсыпался. Точно, меня попросил выйти в ночную смену коллега, ему нездоровилось. Так что я был на работе. – Это кто-то может подтвердить? Флавио кивнул. – Я отмечался у менеджера, когда заступил на смену. Меня видели наши девочки-танцовщицы, я помогал нескольким из них с одеждой. Потом, меня видела вся толпа народу, который подходил к бару, могу дать несколько имен и телефонов наших завсегдатаев. И еще Дэвид меня забирал утром со смены. – Подтверждаю, – изрек Дэвид. – В ту ночь в клубе случалось что-то необычное? – продолжил допрос Оуэн. Это потребовало от Флавио более долгих раздумий, он вертел в руках пустую чашку, часто моргая. Наконец, поднял голову. – Вроде бы ничего, все было в рамках приличий. Полицию на скандалы не вызывали, буйных посетителей охрана не выводила подышать свежим воздухом. А что именно вас интересует, офицер Флорес? – Больше всего меня интересует, насколько вы связаны с распространением наркотиков в клубе, – спокойно отозвался Оуэн. – Тихо, Дэвид… Твое мнение я выслушаю чуть позже, если не возражаешь. Дэвид, открывший было рот, чтобы возмутиться, послушно умолк. – Не связан, – Флавио налил себе чаю. – Если честно, я вообще не уверен, что в клубе они распространяются. – Распространяются. Флавио безмятежно посмотрел на Оуэна. – Я бармен. Я смешиваю и подаю напитки, киваю на рассказы посетителей и ругаюсь с менеджером по поводу отсутствия той или иной позиции в карте. Мне физически некогда продавать наркоту, офицер. Более того, подмешивать ее в напитки тоже нет возможности. Ко мне часто прибегает охрана, попросить воды со льдом. Иногда девочки просят лимонную воду. Менеджер любит нагрянуть с проверкой того, не стою ли я на месте, отдыхая. И около стойки вечно десяток посетителей, которым мне надо уделять внимание. И совмещать эту работу с работой дилера возможности нет. Более того, мне даже некогда смотреть по сторонам и наблюдать, чем заняты все в клубе. Если наркотики не продают, сидя на моей стойке и размахивая светящимися палочками, то… Оуэн коротко хохотнул. – Есть пара свидетелей, которые утверждают, что за клубом во время перекура именно бармен продавал эти наркотики. – Я не курю, не отлучаюсь со своего места, кроме как в туалет, но в коридоре по пути туда стоят камеры. Можете запросить съемку и сопоставить по времени, сколько я там провожу. Или просто поверить моему честному слову, что я не бегаю в туалет устраивать скоростные распродажи героина. Или что там? Кокаин? Экстази? Мет? – Флавио, – Дэвид коснулся его руки. – Не горячись так. Флавио умолк, переводя дыхание. Оуэн откинулся назад и усмехнулся, но уже куда добродушнее. – Тогда кто из барменов вообще подпадает под описание "горячий латинос"? Флавио вытащил из кармана телефон, пролистал галерею и протянул Оуэну, ухмыляясь от уха до уха. – У нас даже есть развлечение для гостей. Тот, кто правильно назовет всех барменов, не перепутав, получит от заведения презент. Пока что никто не угадал, хоть кого-то да перепутают. Оуэн молча смотрел на пятерых парней мексиканской наружности, стоящих в обнимку на фоне вывески клуба. На первый взгляд они и впрямь были чертовски похожи. На второй – уже не очень, но это при дневном свете, для полицейского, привыкшего по одному неуверенному фотороботу находить преступника. Вряд ли дилер был так любезен, что стоял прямо под фонарем. – Мы работаем посменно, в баре не особенно яркий свет, у нас униформа, а народ трезвым бывает недолго. Не уверен, что они вообще в курсе, что бармен не один, – Флавио развел руками. – Так что продавать наркотики мог любой из барменов. Или менеджер, он тоже латинос. Еще у нас есть парочка весьма горячих завсегдатаев, черноволосых и с темными глазами, а курить все бегают за клуб. – А униформа? – Ходить в черных брюках и зеленых рубашках у нас законодательно никому не запрещено. И почему именно я, кстати, стал вашей целью, офицер? – Потому что с датами продажи наркотиков совпадают именно твои смены. – А даты? Оуэн вытащил блокнот, просмотрел страницы. – Например, девятое августа. – Вечеринка в честь годовщины открытия, работали втроем. – Семнадцатое августа? – День рождения владельца клуба, были все пятеро. Как особо приглашенные гости. Мы почти с открытия там работаем, так что у нас есть некоторые… привилегии, назовем это так. Оуэн повернул блокнот к Флавио, тот бегло просмотрел даты. – Это либо какое-то массовое мероприятие, на котором работаем в несколько рук, либо я работал один, но парни забегали по своим делам. Забрать униформу в стирку, вернуть униформу из стирки, Пабло возвращал на место туфли из починки. – А почему они делали это ночью? – удивился Дэвид. – Не ночью. Пабло был поздно вечером. Марти заскочил рано утром, возвращался от подружки, заодно и утащил в стирку комплект. Может, по пути еще пару ведер наркотиков распродал, – Флавио подпустил яда в голос. – Напиши мне имена всех, кто был в эти даты в клубе. Неважно, работал или забегал постирать трусы, – Оуэн протянул карандаш. – Постарайся вспомнить всех, насколько получится. Это очень важно. Флавио кивнул. – Я посижу в кабинете? В тишине и покое. Мне надо сосредоточиться. – Конечно, – легко согласился Дэвид. Он как раз хотел пообщаться с Оуэном наедине, так что уход Флавио воспринял как сигнал.