Не оглядываясь на прошлое

Сунëн проводила этот день дома одна: Чондэ был на работе, а у Йерим была в школе. Сунëн всë пыталась уяснить для себя события двухдневной давности. Именно тогда Чонин заявился в ресторан, где отдыхали Сунëн, Йерим и Чондэ. Девушка пыталась вспомнить, что она чувствовала в тот день. Когда Чонин только зашëл в ресторан, она испугалась от неожиданности, на миг почувствовала радость... Но почему? Ещё пару дней назад Чонин заявился к ней в квартиру, довëл до истерики и исчез, а тут она уже чувствует радость от его появления. Когда Чонин начал вести себя как ни в чëм не бывало, Сунëн почувствовала раздражение. А потом творилась неразбериха, и события происходили очень быстро. Чонин всё ещё вводил девушку в замешательство своими поступками и словами, но она не ощущала явной ненависти по отношению к нему. Что же с ней творится? Сунëн вздохнула и решила перебрать сумку, чтобы как-то отвлечься от своих мыслей. Расчëска, запасная резинка, флешка... Сунëн удивлëнно посмотрела на предмет, лежавший в еë сумке. До того, как она была в ресторане с друзьями флешки не было в сумке. Она точно это помнит, потому что что-то доставала из неë тогда, да и девушка не имеет привычки носить с собой флешки. Сунëн вспомнила внезапный поцелуй Чонина, отчего немного покраснела, и поняла: он не просто так еë поцеловал, а чтобы добраться до еë сумки. Любопытство овладело Сунëн, и она достала ноутбук Чондэ. Пароль от ноутбука друга она знала, как знала и пароль от его телефона, как и он знал пароли девушки. В этом плане у друзей секретов не было. Сунëн вставила флешку в порт, даже не подумав о возможных вирусах, попыталась открыть документы на накопителе, но они были запаролены. Первое, что пришло в голову Сунëн, – это ввести дни рождения тех, кого она знает. Идея была абсолютно бредовая, но больше вариантов и не было. Еë день рождения – не подходит, день рождения Чондэ – не подходит, Чонин – нет, мамы – нет, папы... – Какого... – пробормотала Сунëн и прикрыла рот рукой рукой в изумлении, откинувшись на спинку стула. Пароль подошëл, доступ открыт... Девушка обнаружила много папок, в названии которых были только даты. Сунëн открыла одну из них и еë чуть не стошнило: в папке были фотографии трупов с вывернутыми наизнанку кишками, размозжëнными черепами и в общем не очень целом виде. Кое-как переборов рвотные позывы, девушка пролистала до текстовых документов. В них были описаны терракты и люди, которые участвовали в их организации. Открыв другую папку, Сунëн нашла описание хищений и людей, в них участвовавших. Она много времени провела за просмотром разных папок. В одной из них девушка увидела имя отца, а дата как раз совпадала с датой того дня, когда он не вернулся вечером домой. У Сунëн перехватило дыхание, она снова и снова перечитывала строки: "Ха Донëль был убит в перестрелке, но тело так и не нашли. Роль в папипу – такая-то." — Да какого, – пробормотала Сунëн. Ещё пару часов девушка никак не могла найти себе место, она снова и снова возвращалась к тому файлу. Что-то предпринимать сама Сунëн боялась, она решила дождаться Чондэ. В дверь позвонили, и девушка, не раздумывая, кинулась открывать дверь. Кроме Чондэ никто не мог прийти: она никого не ждала. Распахнув дверь, Сунëн впала в ступор. На пороге стоял незнакомый парень, хотя ей казалось, что где-то она его видела: невзрачная внешность, плоский нос, уставший взгляд. В голове всплыли куски информации с той флешки. Да, на одной из фотографий она видела этого парня. Сунëн попыталась закрыть дверь, но парень не дал ей этого сделать. — Сунëн, выслушай меня, – попросил парень, он не выглядел напряжëнным, но дверь закрыть всё равно не давал, – Тебе сейчас небезопасно находиться здесь. — Да, потому что ты террорист, – прокряхтела Сунëн, упорно пытаясь закрыть дверь, – Как тебя там? Кëнсу? — Нет, ты меня не поняла, – Кëнсу распахнул дверь, одним большим шагом зашëл в квартиру и захлопнул дверь. — Да что происходит?! – возмутилась Сунëн. Она метнулась снова открыть дверь, нацелясь привлечь внимание соседей. — А ну успокоилась! – взревел Кëнсу. Сунëн остановилась на месте, повернулась к парню и посмотрела на него, как на сумасшедшего. — Я сюда ради твоей же шкуры приехал, а она мне истерики устраивать собралась, – возмущался парень, размахивая руками, – Я целый день то Чонина вызволяю, то от наëмников бегаю, а теперь мне ещё надо тебя успокаивать? Ну уж нет. Ты меня сейчас выслушаешь, а потом уже хоть полицию вызывай, хоть из окна бросайся. Мы договорились? Сунëн молча кивнула. Парень хоть и был практически одного роста с ней, но выглядел угрожающе. — Так вот, – выдохнул Кëнсу, – Во-первых: я с Чонином почти за одно, – Сунëн было хотела что-то возразить, но Кëнсу не дал ей слова сказать, – но не полностью. То, как он тебя ведёт по отношению к тебе – уже отдельный разговор. Во-вторых: у тебя сейчас есть то, чего быть не должно, и я думаю ты понимаешь, о чëм я, – Сунëн кивнула, Кëнсу глубоко вдохнул, – поэтому один очень влиятельный и не очень добрый человек, которому очень нужна эта несчастная флешка, может отправить к тебе парочку своих наëмников. И эти наëмники не будут так тщательно всë разжëвывать, а просто заберут, за чем пришли. И несложно догадаться, что в живых ты вряд ли останешься. Даже если я просто заберу флешку и уйду, то они к тебе всё равно нагрянут, потому что ты открыла чуть ли не сверхсекретные файлы. Отдельный вопрос, как ты их открыла, и почему в школе не учат кибербезопасности, – Кëнсу грустно вздохнул, – Так что выбирай: неприятная встреча с Чонином или скоропостижная смерть. На полицию не надейся, Сехун давно их пришпорил. Кëнсу закончил свой монолог, полный сарказма и недовольства, и сел на стул, который оказался неподалёку. Он посмотрел на Сунëн, в его взгляде читались раздражение и мольба одновременно. – Так что собирай всё самое нужное и поехали в надëжное место. Времени на макияж и прихорашивания нет. Сунëн поморщилась от последнего высказывания. Девушка думала, что ей ответить и что сделать. С чего ей верить Кëнсу? Может это очередная попытка Чонина поговорить с ней "нормально". А что если всё, что сказал Кëнсу, – правда? Тогда думать надо быстрее, потому что Чондэ может прийти прямо сейчас, и он точно не будет выслушивать Кëнсу. Сунëн стояла посреди комнаты и с подозрением смотрела на парня. Рисковать жизнью, своей или Чондэ, придëтся в любом случае. – Да чтоб вас всех, – проворчала Сунëн. Кëнсу встал и чуть ли не в припрыжку направился к выходу. – Я рад, что не пришлось увозить тебя силой, – Сунëн с беспокойством посмотрела на парня, – Не бери в голову. Возьми всё самое необходимое и выходи, я жду тебя на лестничной площадке через пять минут. Флешку не забудь. Ну и документы. Кëнсу вышел из квартиры, хлопнув дверью. Сунëн уткнулась лицом в ладони и застонала. "А может просто полицию вызвать?" – на секунду задумалась девушка, но пошла собирать вещи.

***

Первое время Сунëн молча ехала, иногда поглядывая на напряжëнного Кëнсу, а в руках сжимала небольшую сумку. Вот они выехали из густо населëнной части города. Машин на дорогах было уже гораздо меньше, время позднее. Фонари всë ещё освещали дорогу. Вопросы у Сунëн всё ещё оставались, и спросить их хотелось без присутствия Чонина, в пока ещё спокойной обстановке. – А можно вопрос? Или парочку? – неуверенно спросила Сунëн. – Спрашивай, путь долгий, – вздохнул Кëнсу. – Почему за мной приехал ты, а не сам Чонин? Кëнсу поднял правую бровь и посмотрел на Сунëн: – А ты бы стала его слушать? – Да, вопрос риторический... – Ну вот и всё, – Кëнсу снова сосредоточился на дороге. Сунëн хмыкнула. – Ещё вопросы? – Да, – тихо начала Сунëн, – Почему пароль от флешки – день рождения моего отца? – Даты просто могли совпасть, в мире же не один-единственный человек родился в этот день. – Да, вот только его имя и.. – Сунëн вспомнила кровавую баню, увиденную ей, и вздрогнула, – Фото я нашла на той флешке. – А как там звали твоего отца? – равнодушно спросил Кëнсу. Ему казалось, что Сунëн просто почему-то хочется верить в легенду, которую она себе придумала. – Ха Донëль. Кëнсу резко затормозил, а Сунëн уже была уверена, что вылетит в лобовое стекло. Парень шокированно посмотрел на девушку. – Кто?! – заорал парень так, что Сунëн чуть не оглохла. – Что-то не так? – испуганно спросила девушка. – Да я даже не знаю, – пробормотал Кëнсу, и они снова поехали, – Дело в том, что Ха Донëль, как бы сказать... – Как есть, – буркнула Сунëн, поднимая свалившуюся на пол сумку. – В общем, Ха Донëль – закадычный друг покойного отца Чонина и частенько выполнял за него грязную работу. Вот же Чонину в последнее время везëт на приключения... Сунëн смотрела на Кëнсу, открыв рот. – Как... А как... – залепетала девушка спустя минуту молчания, – Как можно было столько лет скрывать от меня такое?.. – Можешь как-нибудь поговорить об этом с матерью, если она у тебя ещё жива. И как Чонин мог упустить такой факт... Может у тебя ещё есть вопросы? – Кто такой этот "очень влиятельный и не очень добрый человек", или как ты выразился? – В точности, как я сказал, – усмехнулся Кëнсу, – Сегодня видимо будет очень краткий ликбез по восточной мафии... Ладно. Это О Сехун, родной, к сожалению, брат Чонина. Думаю, этого будет достаточно. Тебе повезло, что пока что за тобой гонялся только Чонин. Как говорится: "В тебя влюбились три брата. Кого выберешь?" Только здесь их два, и им что-то от тебя надо. Сунëн списала последнюю часть этого монолога на усталость Кëнсу. Она искренне надеется, что парень более адекватный, чем Чонин. – А можно поподробнее о Сехуне? – поинтересовалась Сунëн. – Не хочу сейчас всё мусолить, – вздохнул Кëнсу, – Ну да ладно. Кратко: Сехун держит под своим контролем приличную часть Дальневосточной мафии, то есть в Японии, Китае, Корее, причëм обеих, как ни странно, у него есть филиалы. Даже имеет связи в России, на границе с Китаем. И обороты он набирает с каждым годом всё быстрее. В подробности вдаваться не буду. – А как ты нашëл, где я? – Да по айпишнику, как ещё. – С точностью до квартиры? – Сунëн с сомнением посмотрела на Кëнсу. – Ну там ещё парочку махинаций пришлось провести. Знаешь, когда речь идёт о безопасности твоей задницы, всё, что угодно сделаешь. – Да уж, – Сунëн отвернулась к окну. Они уже выехали за пределы города, и дорогу освещали только фары машины. Девушка ощутила усталость и чувствовала себя в безопасности, хотя головой понимала, что теперь жить спокойно ей не удастся. Сунëн не заметила, как закрыла глаза и уснула. Кëнсу посмотрел на неё с сочувствием. Если бы не Чонин, эта девушка жила бы спокойно и без переживаний. Парень задумался: и как с такой эмпатией он мог кого-то убивать или грабить? Непонятно, но дороги назад нет, разве что только в тюрьму или в гроб.

***

– Проснись и пой, приехали. Сунëн открыла глаза. За окном занимался рассвет. Солнечные лучи освещали узенькую улочку с хлипкими деревянными домиками. По улице уже ходили старички, которым не спится даже в такой час. Сунëн вышла из машины и вдохнула свежий воздух. Пахло сыростью, но всяко лучше, чем в большом городе. Приятную тишину нарушил Кëнсу: – Пойдëм, не стоит лишний раз давать местным на тебя поглазеть. А то потом быстрее найдут. Сунëн кивнула и пошла за Кëнсу, который подошёл к двери одного из домиков и постучал в дверь. Стук был похож на какой-то шифр. Дверь быстро открыли, Кëнсу подозвал Сунëн и прошмыгнул в помещение. Сунëн зашла вслед за ним, и дверь закрылась. Сначала было непривычно темно, но потом глаза привыкли с темноте, и девушка разглядела помещение поподробнее: всё максимально скромно и скудно, сыростью пахнет ещё больше, чем на улице. Тут Сунëн заметила Чонина, сидящего на матрасе. Выглядел он мягко говоря не очень: ссадины на щеках, подбородке, на губе трещина, нос как будто припух. – Ну здравствуй, – кратко бросил Чонин. – Да, привет, – еле выдавила из себя Сунëн. – Кажется, вам есть что обсудить, а я схожу на продуктами что-ли, – встрял в диалог Кëнсу. – Да, сходи, – кивнул Чонин, – Тебе что-нибудь эдакое нужно? – обратился Чонин к Сунëн. Девушка молча помотала головой, – Ну и хорошо. Чонин проводил Кëнсу за дверь и запер еë. Парень повернулся к Сунëн, которая всë ещё стояла посреди комнаты с сумкой в руках. Неловко сейчас было обоим. – Как добралась? – прервал молчание Чонин. – Прекрасно, – ответила Сунëн, стараясь не смотреть на Чонина. Претензий у неë было полно, пока ехала, она представляла, как выскажет всё Чонину, но сейчас и слова сказать не могла. Чонин подошëл к девушке и аккуратно, даже с нежностью, одним пальцем поднял подбородок Сунëн, от чего та вздрогнула. – Мне, наверное, стоит извиниться за весь цирк, который я устраивал, – начал Чонин. Сунëн молча смотрела на него, просто ожидая, что будет дальше. – Я получил взгляд со стороны на мои действия и понял, что был в какой-то мере не прав. Я понимаю, что сейчас все мои оправдания будут просто отговорками, но я хочу, чтобы ты знала: я не хотел для тебя ничего плохого. Понимаю, если ты меня не простишь, но отпустить тебя обратно в город я правда не могу. Кëнсу ведь рассказал тебе всë? – Сунëн молча кивнула, стараясь не заплакать, – Хорошо. Я просто не смог бы простить себе, если бы с тобой случилось что-то плохое. И я сожалею, что из-за меня ты втянута во всю эту историю. Прости. Чонин обнял Сунëн, которая всë так же молчала. Он почувствовал, как его рубашка становится мокрой, взял Сунëн за плечи и посмотрел ей в глаза, полные слëз. Девушка попыталась отвернуться, но Чонин взял обеими руками еë лицо. – Прости, я обещаю, что это последний раз, когда ты плачешь из-за меня. Он стëр с лица Сунëн слëзы, на что девушка вывернулась из ладоней парня, хотя они и были тëплыми и приятными. – Я тебя не прощаю. У меня возможно жизнь идëт под откос из-за тебя, – Сунëн сама не заметила, как повысила голос, – Ты вëл себя, как безнадёжный мудак, поставил мою жизнь и жизнь близких мне людей под угрозу, а теперь надеешься простыми извинениями исправить ситуацию. Даже не мечтай. Я останусь здесь только потому, что боюсь за свою жизнь, и потому, что не знаю, что мне самостоятельно делать в сложившейся ситуации. Ненавижу тебя. Чонин слушал Сунëн молча, стараясь держаться уверенно, но в душе ему самому хотелось расплакаться и не видеть, как плачет Сунëн. Почему он понял, что вëл себя отвратительно только сейчас? Да потому что иначе он не умеет делать. Как правило девушки, на которых Чонин обращал внимание, практически сразу соглашались на отношения или просто на одну ночь, а его история с мафией только подстëгивала интерес. Но Сунëн права: извинениями ситуацию не исправить. Поэтому теперь ему придётся снова завоëвывать доверие девушки. Сунëн плакала не из-за того, что злилась. Она плакала, потому что расстроена. Она соврала, сказав, что ненавидит Чонина. Просто боялась, что если простит парня, то он снова будет вести себя так же, как до этого. Тут вернулся Кëнсу с продуктами. Сунëн бросила сумку в какой-то угол, а сама села на один из матрасов, уткнулась лицом в колени и дала волю слезам. Она была уверена, что сейчас выглядит очень жалко, как маленький ребёнок, но ничего не могла с собой поделать. Она очень давно не ела, поспала всего пару часов, так ещё и была вынуждена разговаривать с Чонином. Кëнсу заглянул в комнату, одним взглядом спросил друга, что произошло, но тот лишь молча вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, и направился на кухню. Кëнсу пошëл за ним следом, чтобы разложить продукты и что-нибудь приготовить.

***

– И ты серьёзно надеялся, что она ответит тебе что-то типа: "Я тебя прощаю, давай встречаться"? – сказал Кëнсу, помешивая суп в кастрюле, после рассказа Чонина о прошедшем разговоре. – Да ни на что я не надеялся, просто хотел душу свою успокоить, – ответил Чонин, смотря в потолок. – Ты? – Кëнсу отвлëкся от супа, повернулся к другу и опëрся поясницей на столешницу, – Ты хочешь сказать, что реально переживал за то, как обращался с Сунëн? После твоих "Она мне ещё нужна" что-то не верится, – сказал парень с осуждением глядя на друга, – Это больше похоже на манипуляцию, к которой ты склонен. – Говори потише, не хочу, чтобы Сунëн ненароком услышала тебя, – огрызнулся Чонин, переведя взгляд с очень интересных трещин на потолке на Кëнсу, – А что ты мне ещё предлагаешь? Игнорировать еë? Я пробовал, ей почему-то не понравилось. Я что ни говорю, что ни делаю, ей не нравится. – Бедная Сунëн, – Кëнсу покачал головой, – Надо же не просто что-то делать, а последовательно хотя бы, а ты качели ей устраиваешь: хороший Чонин, плохой Чонин. – А ты много понимаешь. У тебя девушка есть хотя бы? – защищался Чонин. Он понимал, что поступил неправильно, но признавать этого не хотел. – Мне не нужна девушка. Я просто обладаю человечностью и эмпатией, в отличие от некоторых. Сразу видно, что вы с Сехуном братья, – добавил Кëнсу и хмыкнул, довольный собой. – Подкол засчитан, – проворчал Чонин. – А то, – Кëнсу снова повернулся к плите, – Вот и суп готов. Парень разлил суп в три тарелки. – Пойду отнесу Сунëн, пусть поест. Кëнсу ушëл из кухни, оставив Чонина наедине со своими мыслями. Как бы Чонину это ни не нравилось, Кëнсу был прав. Но он не знал, что делать: не хотелось оставаться с Сунëн в ссоре, но как извиниться, чтобы девушка его простила, парень не знал. Раздумывая над этим, он приступил к супу, который оказался ну очень вкусным.

***

Кëнсу постучал в спальню и зашëл. Сунëн всë так же сидела на матрасе, уткнувшись лицом в колени. Кëнсу покачал головой, жалко ему человека, а он ничего сделать не может, разве что оставаться на стороне девушки. Парень поставил тарелку и тихонько коснулся плеча Сунëн, на что та вздрогнула, но подняла голову. Кëнсу постарался сохранить сочувствующее выражение лица, потому что Сунëн выглядела... Не очень. – Я тебе суп принëс, поешь, если хочешь, – он достал из кармана платок и дал его Сунëн, – И высморкайся, наверное. Можешь не возвращать. – Спасибо, – ответила Сунëн и вытерла слëзы и сопли, размазанные по лицу, – Можно спросить? – Конечно, – ответил Кëнсу. – Чонин всегда такой... – Мудак? Нет, только с самыми красивыми, – пошутил парень и улыбнулся. Сунëн улыбнулась в ответ, – А вообще... Он правда пытается нормально с тобой общаться, просто не умеет. Естественно, это не оправдывает его поступков, но просто попытайся его понять, на сколько это возможно. Он не подарок, но умеет быть чутким и аккуратным. – А сдались ему эти свидания, на которые он меня уговаривает, как может? – Чего? – Кëнсу сморщился, – Он мне не рассказывал. – Ну вот он каждый раз приходит и говорит: "Давай нормально поговорим, давай сходим на свидания" – Сунëн кривлялась и рукой изображала говорящий рот, – Вот здесь уже, – закончила девушка, приставив ладонь ребром к горлу. – Вот же придурок. – А я о чëм, – кивнула Сунëн и громко высморкалась в платок. – М-да, – протянул Кëнсу, – Но в любом случае жить здесь придётся некоторое время, так что стоит вытянуть ваши с ним отношения хотя бы на уровень "мирных сожителей", – подытожил Кëнсу, изобразив в воздухе кавычки. Парень встал с матраса и направился к двери из комнаты. – А где я буду спать? Тут только два матраса, – спросила Сунëн, окидывая взглядом комнату. – На матрасе. Чонина на коврик в коридоре положим, – ответил Кëнсу, подмигнув девушке, и вышел. Сунëн пожала плечами, пока что она может поспать на матрасе, а остальное неважно. Девушка взяла в руки ещё не остывшую тарелку с супом и принялась за завтрак. После еды на Сунëн накатила сильная усталость, и она легла спать.

***

За дверью Кëнсу поджидал Чонин. Парень испугался, увидев друга, стоящего около двери и сверлящего его взглядом. – Ты чего здесь стоишь? – прошептал Кëнсу. – Слушал, что ты там Сунëн плетëшь. Решил к ней в подружки заделаться? – Что ты несëшь? – сказал Кëнсу и направился в сторону кухни, Чонин пошëл за ним, – Просто человеку поддержку оказываю, отдуваюсь за то, что ты еë так довëл. И что за чушь со свиданиями? Давно ты такие методы используешь? – Кëнсу сел за стол и вдохнул пар, идущий от полуостывшего супа. – Я просто больше ничего не придумал, пока работал, – оправдался Чонин. Он сел за стол напротив Кëнсу. – Ты бы лучше сейчас подумал над тем, что нам делать, если Сехун заявится, а не о том, кто тут с кем дружит. – Ну, во-первых: на одном месте лучше долго не сидеть. Если будем хотя бы каждую неделю-две перемещаться, то может нас и не найдут. Во-вторых: если к нам сам Сехун пожалует, то его валить надо. – Не хочешь всë-таки попросить помощи у Чана или Бэка? – прервал друга Кëнсу, Чонин поморщился, – Я понимаю, что ты не хочешь снова с ними встречаться, чтобы продолжать своë отшельничество. Но у них сейчас побольше связей, чем у нас. – Ага, и эти связи нас потом и сдадут. Отличный план, – Чонин поднял руку с поднятым большим пальцем. – Мы не знаем, сколько Сехун будет беситься. И не забывай, что у нас ещё человек есть, за которого мы, в первую очередь ты, ответственны. В кухню зашла Сунëн. Парни замолчали и обернулись. – А что с Чондэ? Я ведь в его квартире открыла файлы, и Сехун ведь может точно так же выйти на ту квартиру, как и вы. Да и он меня ищет наверняка, я не могу так с другом поступать. – Да бл... – начал Кëнсу, – Чонин, легче тебя сдать Сехуну, честное слово. Кто этот Чондэ? – Друг Сунëн. Судя по его реакции на меня, недопарень, – язвительно сказал Чонин и улыбнулся, смотря на Сунëн. Та готова была вспылить, но Кëнсу не дал ей этого сделать. – А ну успокоились, потом выясните, кто чей парень. Значит, придëтся куда-нибудь спрятать этого Чондэ. Есть варианты? – обратился от к Чонину. Тот вздохнул. – Пусть с родителями поживëт, если уже не с ними живëт, – Кëнсу злобно посмотрел на Чонина, понимая, что это был очередной колкий комментарий, – Да всë-всë, – отмахнулся Чоние, – Сунëн, ты ведь можешь ему написать? – Могу, вот только поверит ли... Как я должна ему это преподнести? "Чондэ, привет, меня тут два мафиози забрали в какую-то неизвестную деревню, потому что меня теперь ищет какой-то псих, поживи у родителей." Так ты себе это представляешь, – Сунëн смотрела на Чонина, как на дурачка. – Если у тебя есть другие варианты, то предлагай. Я больше ничего придумать не могу, – Сунëн было открыла рот, чтобы что-то сказать, но Чонин прервал еë, – Ещё и его с нами таскать не получится. Мы здесь ненадолго, скоро в другое место уйдëм. Сунëн замолчала на пару минут, пытаясь придумать какие-то варианты. В голову ничего не пришло, она развернулась на месте. – Тогда пойду ему писать. – Стой, – Сунëн повернулась обратно, – давай с моего, чтобы не отследили, – сказал Кëнсу. – Учтите: если с Чондэ что-то случится, то виноваты будете только вы, – серьёзно сказала Сунëн. – Да-да, понятно, – Чонин закатил глаза. Кëнсу встал из-за стола и с тоской посмотрел на суп в тарелке. – Поесть не дают нормально, – сказал он и вышел из кухни. Сунëн и Чонин остались наедине. Парень постучал пальцем по столу, пытаясь разбавить неловкую паузу. – Не хочешь присесть? – сказал он, не смотря на Сунëн, – А то стоишь, как неродная. – Когда это мы родными стали? – хмыкнув, ответила девушка. – Да в тот самый момент, когда тебя сюда Кëнсу привëз, – с раздражением сказал Чонин. Сунëн закатила глаза, но всё же села за стол. – Слушай, давай не будем вести себя, как дети. Нам придётся уживаться вместе ещё неизвестно, сколько времени. И гораздо приятнее будет сохранять хотя бы дружеские отношения. Так что... – Чонин протянул Сунëн руку, – Мир? Сунëн сощурила глаза, с недоверием смотря на Чонина, но всё же протянула руку в ответ. – Мир. В этот момент зашëл Кëнсу с каким-то допотопным мобильником. Сунëн и Чонин всё ещё сжимали руки друг друга. – О, вы помириться успели, – Чонин и Сунëн разжали руки, – Это прекрасно, – он прошëл к своему месту, отодвинул тарелку в сторону и вручил телефон Сунëн, – Здесь набираешь номер телефона и звонишь, – объяснял Кëнсу, указывая на кнопки, – Вот и всё. – Поняла, – кивнула Сунëн. Она набрала номер, глубоко вдохнула и начала вызов.

***

Чондэ пришëл домой поздно ночью и был уверен, что Сунëн уже спит. Он прошёл в гостиную, посмотрел на диван, на котором должна была спать Сунëн, но не увидел на нëм девушки. Чондэ удивился, прошëлся по квартире, но не нашëл подруги. Он уже начал придумывать, что могло случиться, вплоть до похищения инопланетянами, но успокоил себя тем, что Сунëн могла просто выйти куда-нибудь, мало ли. Чондэ набрал номер девушки, но в ответ услышал только гудки. Возможно телефон разрядился, это не страшно. Скоро она вернëтся, просто вышла в супермаркет. Успокаивал себя Чондэ, а сам уже начинал паниковать. Он очень устал, но решил подождать Сунëн хотя бы час. Через час Сунëн так и не появилась. Тут Чондэ уже начал паниковать. Куда могла уйти Сунëн, что в четыре часа утра еë нет дома? Так ещё и не предупреждала ни о чëм, просто ушла и не возвращает. Чондэ стало страшно, что с подругой что-то случилось. Он решил позвонить в полицию, но там ему сказали, что суток ещё не прошло, поэтому заявлять не о чем. Чондэ с трудом уснул, а на следующее утро его разбудил звонок с неизвестного номера. – Алло, Чондэ? – сказал кто-то голосом Сунëн. – Сунëн, это ты? – с надеждой спросил парень. – Да, это я. – Где ты? Почему не сказала, что ушла? – Тут такое дело... Помнишь, Чонин наведался к нам, когда мы были в ресторане? – Ну да. – Так вот он мне подкинул кое-что, – Чондэ услышал на другом конце трубки чей-то шëпот, – В общем, не важно. Я сейчас, можно сказать, в бегах. Не могу сказать, где и с кем, но, пожалуйста, поверь мне. – Что ты несëшь, Сунëн? – уже повысив голос, спросил Чондэ. – Это правда очень важно, но я не могу ничего сказать. Просто прошу тебя, переберись куда-то со своей квартиры. К родителям или в гостиницу, на какое-то время. – Какого хрена?! Я звоню в полицию, тебя держат в заложниках! – паниковал Чондэ. – Нет, я прошу тебя, успокойся! Я в полном порядке и клянусь, что всё объясню, когда это будет безопасно! – Сунëн вздохнула и продолжила спокойным тоном, – Просто доверься мне. Ты же помнишь: "Ни за что не врать друг другу". "Ни за что не врать друг другу" – было клятвой, которую Сунëн с Чондэ дали друг другу, когда были на школьном экскурсии в буддийском храме. И хоть это и было, когда они были ещё детьми, но этот обет ни разу не нарушался. Если уж Сунëн напомнила другу об этом, то ей и правда можно поверить. Чондэ вздохнул. – Хорошо. Но только потому что ты вспомнила про это. Я тебе верю. – Спасибо тебе. Береги себя и съедь, как можно скорее. И не вздумай обращаться в полицию, там ничем не помогут. Это правда важно, – Сунëн вздохнула, потому что Кëнсу жестами показывал, что пора закругляться, – Мне пора. Когда ситуация станет стабильной, я позвоню тебе. Пока. И девушка сбросила трубку. Чондэ дрожащей рукой убрал телефон в карман и пошëл собирать необходимые вещи. Он искренне надеется, что это страшный сон. Если с Сунëн что-то случится во сне, то Чондэ проснëтся и будет счастлив, что это только сон. А если с Сунëн правда что-то случится... То парень не простит себе этого.

***

Сунëн сбросила трубку и отдала телефон Кëнсу. Повисла томительная пауза. – Слушай, а он точно тебе просто "друг"? – спросил Чонин, изобразив в воздухе кавычки, – Просто так уж переживает за тебя. – Так, слушай, а тебя ебëт? – огрызнулась Сунëн. – Просто спросил, – отмахнулся Чонин, – Я всë-таки заинтересованное лицо... – Я тебя прикончу, – прошипела Сунëн. – И вот наш мирный договор летит в тартарары... – излишне печально вздохнул Чонин. – А ну успокоились, – вмешался Кëнсу, – Как дети малые, а я между прочим младше вас обоих. Сунëн насупилась, но не сводила с Чонина прожигающий взгляд. – Ты, – Кëнсу указал на Чонина, – Сейчас пойдëшь искать ещё один матрас, иначе кто-то будет спать на полу. А ты, – Кëнсу указал на Сунëн, – не знаю, чем ты займëшься, но точно без телефона. Мы же не хотим, чтобы нас отследили раньше нужного... – А "нужное" – это когда? – прервал друга Чонин. – Ой, заткнись, для красного словца сказал. Так вот. Ну и ещё будет прекрасно, если мы определим технику безопасности, чтобы нас не дай бог не отследили. Во-первых: Чонин, ты, твоя шевелюра и твои цветастые рубашки вообще не к месту, когда ты в бегах. Что-нибудь с этим сделай. Чонин состроил грустную гримасу. Он на себе испытал последствия своей "заметности" – Во-вторых: Крис же знает, как выглядит Сунëн? – Чонин кивнул, – Тогда придётся либо не выпускать еë из дома, либо маскироваться во время вылазок. Уж извиняйте. В-третьих: надо что-нибудь придумать на случай, если всë же нас найдут раньше. Сунëн, драться умеешь? – Да нет конечно, если бы умела, то избила бы меня в паре случаев, – вставил комментарий Чонин, не дав Сунëн слова, за что та одарила его любезной улыбкой, подтверждающей слова парня. – Ладно, тогда... Ты, Чонин, и будешь еë учить, на всякий случай, – добавил Кëнсу, заметив, что Сунëн хотела возразить. – Да хватит меня уже затыкать. Надоели оба, – вспылила Сунëн. – По тебе просто сразу видно, когда ты хочешь лишний раз обозвать или возмутиться. Вот и всё. Не сердись, принцесса, – последнее слово Чонин специально добавил, чтобы позлить Сунëн. Что у него и получилось. – Да ты... – начала Сунëн. Кëнсу ударил кулаком по столу. Ему надоело наблюдать за этими бессмысленными перепалками. – Если кто-то из вас ещё хоть слово скажет, пока я не спрашиваю, – уши Кëнсу стали краснеть от злости, а Чонин и Сунëн уже не сговариваясь молились за прощение всех грехов, – Я вас сдам Сехуну обоих и ни разу не пожалею об этом. Лучше быть опущенным в тюряге, чем вас терпеть. Все всë поняли? – Чонин и Сунëн испуганно кивнули, – Вот и славно. Значит, Чонин сначала меняет свой стиль, а потом учит Сунëн самообороне. В это время я спокойно отдыхаю и поддерживаю нашу безопасность. Всех всë устраивает? – Чонин и Сунëн кивнули, – Вот и славненько, – Кëнсу хлопнул в ладоши, – А сейчас я иду отдыхать, Чонин идëт за матрасом, а, Сунëн, займись, чем хочешь, только не в телефоне и не на улице. Всем спокойной ночи. Кëнсу вышел из кухни. – Давненько Кëнсу так не злился, – пробормотал Чонин и встал из-за стола, – Ну, я за матрасом. Счастливо оставаться. – Ага, – отозвалась Сунëн. Сейчас она заодно с Кëнсу ляжет спать, потому что очень устала. И в этот раз ей ничто не помешает.