Проснуться

            Рэйчел открыла глаза, не понимая, что произошло. Перед глазами был асфальт, на котором она лежала. В теле было непонятное ощущение, точнее, не было никаких ощущений. Привычная боль, что подавала голос из разных участков тела, больше не ощущалась. Что она делала на улице? Спустя пару секунд, Рэйчел смогла узнать перед собой картину своего двора. Старые и ржавеющие качели медленно двигались вперёд - назад. На такой же ржавеющей горке застыли несколько мальчиков, лет им было на вид не больше шести. На лицах каждого застыла гримаса ужаса, а глаза наполнялись слезами. Чуть дальше, в песочнице, Рэйчел увидела компанию девочек, готовящих воображаемую еду из песка. Ода из них громко плакала, остальные двое застыли с лопатками и ведёрками в руках. На их лицах были такие же выражения ужаса. Рэйчел оглянула всех ещё раз, пытаясь понять, почему они так напуганы. В следующую секунду перед ней оказались несколько пар ног мужчин, которых она не могла разглядеть, потому что тело не отзывалось на её попытки двигаться. Где-то слышались женские крики, плачь детей, а спустя ещё какое-то время Рэйчел услышала гул сирены. Вокруг неё столпились люди, а девушка лишь видела перед собой суетливые ноги мужчин, что пытались закрыть её от глаз остальных. Вопросы кружились в её голове, и не на один не было ответа. Почему она здесь лежит? Почему тело не хочет двигаться? Почему она не может произвести и слова? Почему все так напуганы? Рэйчел попыталась вспомнить хоть что-то, до того момента, как очнулась на асфальте. Воспоминаний не осталось, но было очень горькое чувство потери, которое сжирало её изнутри. Непонятная боль заволакивала её сознание. Становилось страшно. Попытки произнести хоть звук заканчивались провалом. Рэйчел видела перед собой лишь тротуар двора перед её многоэтажным домом. Опустив взгляд, чтобы не видеть напуганных детей, она пыталась вспомнить хоть что-то. Мысли путались, не давая чёткой картины. Застыло лишь одно слово в голове: БАЛКОН. Рэйчел хотела осмотреть своё тело, ожидая увидеть привычные порезы на руках, которые она сама себе сделала, но вместо этого она видела руку в неестественной позе, покрытой кровью. Пальцы были сломаны и вывернуты в разные стороны, двое из них были лишь на половину целы: указательный и средний разрублены надвое, виднелись тонкие кости, вперемешку с мясом и кожей. По уцелевшем пальцем была разбрызгана красная жидкость, рукав её свитера полностью ей пропитался.Её затошнило. Стоило перевести взгляд на асфальт, как она увидела разливающуюся лужу крови, что уже поглотила локоны её русых волос, небрежно лежавших перед ней. Тёмно-алая жидкость продолжала расползаться перед её лицом. Страх и ужас полностью завладел её сознанием. Рэйчел отчаянно пыталась пошевелить хотя бы одной частью тела, но его словно парализовало. Крик в голове не мог вырваться наружу, она открывала рот, но лишь тишина исходила от неё. Сирена была слышна уже почти в их дворе, только теперь девушка расслышала чей-то громкий крик: – Она прыгнула! Ты слышишь?! Она спрыгнула с 12 этажа, твою мать! Рэйчел замерла. Спрыгнула с 12 этажа? Это что, шутка? Глазами она искала кого-то, кто покажется ей знакомым. Может, она наконец поймёт, что произошло. Взгляд застыл на женщине, что стояла поодаль, рядом со старой площадкой. Она была одета во всё белое, на её лице застыла непонятная улыбку, почему-то показавшаяся такой родной для Рэйчел. Каштановые волосы спадали с плеч незнакомки. Она одна стояла и улыбалась, пока остальные кричали, плакали, тряслись от страха. Прости, Рэйчел, я не уберегла тебя от этого. Эти слова прозвучали в голове девушки. Женщина говорила, но не открывала рот. У незнакомки был очень приятный голос, и до боли знакомый. Очередная попытка подняться. Бесполезно. Во двор на большой скорости заехала машина скорой помощи, сирена закладывала уши, но девушка не сводила взгляда с женщины в белом. Мужчины из скорой помощи подбежали к Рэйчел, готовясь перетаскивать её тело на носилки, но сама девушка не почувствовала прикосновений. Двое взяли носилки и направились к дежурной машине, когда Рэйчел увидела своё тело. Волосы, слипшиеся от крови, изломанная кисть руки, одежда, окрашенная в кроваво-красный оттенок. Это была она, работники скорой помощи тащили её тело, а сознание осталось здесь, на холодном асфальте, залитом её собственной кровью. Очередной крик беззвучно вышел из её рта. Рэйчел посмотрела на женщину в белом, надеясь, что та поможет ей выбраться из этого кошмара. Она хочет проснуться, пусть всё это окажется сном. Незнакомка по-прежнему нежно улыбалась ей. Не бойся, теперь мама будет рядом. Её мама сейчас стоит перед ней. Её мама. Теперь Рэйчел вспомнила. Мама умерла месяц назад, рак лёгких не смогли удалить, была 4 стадия. Рэйчел просидела в её палате до самой смерти матери. Это был последний человек, которого девушка любила и не хотела терять. Она не смогла справится с болью, что пожирала её всё это время, и в конце концов решила покончить со всеми страданиями. Рэйчел добилась того, чего хотела. Теперь она не чувствует боли, она лишь лежит на месте своей гибели. Мама подошла совсем близко, теперь Рэйчел видела знакомые черты лица, которые отзывались теплом в её сознании. Она больше не боится. Забери меня с собой, мама. Женщина в белом нежно провела рукой по лицу Рэйчел. Это прикосновение она смогла почувствовать. Холодная ладонь легка на её такую же ледяную щёку. Девушка окончательно смирилась с тем, что отчаянный поступок навсегда перечеркнул ей жизнь, но подарил нечто более важное. Рядом был человек, которого Рэйчел любила больше всего на свете. Она здесь, большего и не нужно. Рука матери легла на лоб Рэйчел, медленно опускаясь на глаза, заставляя девушку их закрыть. Погружаясь в темноту, она всё ещё просила забрать её с собой, но холодная рука матери растворилась почти сразу, стоило девушке полностью оказаться во тьме. Крики её уцелевшего сознания ещё какое-то время не стихали, но уже вскоре Рэйчел стала растворяться в этой чёрной яме. Боль, отчаяние, страх, обида. Всё затухло, как и она сама. Настала наконец тишина.