С любовью, Вики

Они так громко ругались, а потом так же громко мирились. Все крыло не могло заснуть всю ночь. И, несмотря на то, что Люцифер буквально загладил вину языком, Вики все ещё злилась, покачивая изящной ножкой, сидя в кабинете заместителя директора. На соседнем стуле громко возмущались Мими и Ади. Люцифер стоял в углу, прячась в тени огромного фикуса. Резкий белый свет и ангельские пентаграммы вызывали у него рвотный рефлекс. На его щеке ещё не успел зажить свежий шрам, который этой ночью в порыве злости и страсти оставила демоница. Профессор Малькольмн и так недолюбливал свою работу. Казалось, только вчера он был чемпионом Небес по крылоборству. Чистое небо и свежий воздух — вот его стихия. Но полученная на одном из чемпионатов травма не позволила продолжить дальнейшую работу. Даже лучшие небесные лекари не могли справиться с его недугом, а все потому, что недуг глубоко засел в его голове. Каждый день Гавриил прокручивал события его последнего поединка, где он, по его мнению, с позором подвел команду и теперь не имел права вернуться обратно. Все, что ему оставалось — пыльный кабинетик в восточном крыле, целая куча бесполезной бюрократии и судейство на школьных чемпионатах на полставки. А теперь ещё и эти четыре демона, перевернувшие это, и так ненавистное ему место, вверх дном. — Я одна это устроила, Гавриил, — раздраженно выдохнула Вики. Заместитель директора уже полчаса держал их в затхлом, ослепительно белом кабинете. — Вообще-то, это я! — Мими и Ади начали спорить. Малькольмн тяжело вздохнул. Из-за маленькой шалости, которую регулярно устраивала эта четверка, этой ночью в лазарет принесли четыре тела, которые врачи по кусочкам собирали несколько часов. И конца этому беспределу не было видно. Исключить сына Сатаны, а следом за ним дочерей Азазеля и Мамона было равносильно самоубийству. Как и выкинуть из школы Ади, за которого демоницы лично расцарапают ему лицо. Всевозможные виды санкций и наказаний за несколько столетий исчерпали себя. Вики недовольно застучала ножкой, привлекая внимание учителя: — Давай не будем тянуть время, Гавриил. Что на этот раз? Снова зубной щеткой драить унитазы? Ускорься. — Я устал. Пускай с вами разбираются ваши отцы, а Ади будет неделю дежурить в лазарете, — Профессор встал, показывая, что разговор окончен. Конечно, Вики знала, что папа лишь посмеется над её шалостью, но ещё она знала отца Люцифера, и от этого она нервно поежилась. — Поразительная тупорылость. Люцифер тут не при чем, я же сказала! — Девушка с силой ляпнула кулаком по столу. — Люцифер? — учитель посмотрел на демона, пропустив мимо ушей поток грязных ругательств. Сын Сатаны выглянул из своего угла. Его обычно ухмыляющееся лицо было поразительно серьезным. Наказание отца… От этой мысли у него рефлекторно заболели ребра. О, его отец был поразительно ласков, когда дело касалось шалостей Виктории, и ровно так же изобретателен, выбирая наказания для своего сына.

***

Мальчик скорчился на холодном мраморном полу. Несколько капель крови упали на черную плитку. Сатана склонился над ним и, схватив за волосы, нанёс очередной удар. В последнюю секунду Люциферу удалось сдержать слезы, которые невольно наворачивались на глаза от сильной боли, сковавшей грудину. Он знал, отец взбесится ещё больше. Сын повелителя Ада должен достойно встречать свое наказание. — Мой сын никогда не должен проигрывать. — Да, отец, — Люцифер с трудом встал и гордо расправил плечи, готовясь к очередному удару, как в следующую секунду двери распахнулись, и маленькая девочка вихрем залетела внутрь. Сатана одернул руку, которую занёс для очередного удара, и развернулся в сторону малышки, которая, трепеща маленькими крылышками, бежала ему навстречу. Его глаза ласково заблестели, и он подхватил Вики в свои объятия. — Ах, дядя Сэм! — Она крепко обняла его маленькими ручками. По имени называть Повелителя Ада можно было только ей. Как и врываться в эту залу, — Я так соскучилась, хотела тебя навестить! Вики была ещё совсем маленькой, но, как и полагалось будущей предводительнице адской армии, очень умной. И этим спонтанным появлением она не пыталась порадовать Сатану. Она пришла сюда, чтобы спасти своего друга. Люцифер благодарно кивнул. — Мой маленький чертенок, я бы сам пришел к тебе! — Сатана сверкнул глазами в сторону сына, приказывая ему убираться. Его наказание было окончено.

***

— Люцифер, упертая ты задница! Демон уверенно и быстро шагал по коридору, который вел в кабинет Сатаны. Он уже начинал ненавидеть это имя, так часто оно резало ему слух. С самого детства он, единственный законный наследник Преисподней, периодически поколачиваемый садистом отцом, слышал свое имя из каждого утюга. Особенно сильно его любили на Земле. Люцифер то, Люцифер сё. Он даже задумывался над тем, чтобы поменять имя. И кого бы тогда винили в своих пороках грязные людишки? Вики поспешно бежала за ним, громко цокая каблуками. — Чего ты прицепилась? Они свернули. Девушка ускорила шаг и, обогнав демона, широко раскинула руки, преградив собой дорогу. Люцифер только закатил глаза. — Ты не пойдешь к нему один, Люций. Я не позволю! — Мне давно не хватало хорошей взбучки, убери руки, — Демон шагнул вперед, но девушка обхватила его и ловко забралась на спину. Она всегда спасала его. Даже когда злилась, не могла позволить, чтобы кто-то его обидел. А как умеет обижать и наказывать Сатана — снится в страшных кошмарах даже самым праведным жителям Земли. И Люцифер был благодарен ей за это, но сейчас больше всего ему хотелось, чтобы кто-то припечатал его кулаком и выбил всю дурь из головы. Его отец как раз был специалистом по выбиванию лишних мыслей и зубов. И, не обращая внимание на повисшую на спине демоницу, Люцифер распахнул двери в кабинет Сатаны. Он сидел за своим столом, дожидаясь своего сына. О произошедшей выходке ему уже донесли. Сын Сатаны должен быть безупречным. Безупречным дьяволом, которого боятся, которого уважают. И никто не смеет обращаться к Повелителю Преисподней с такими глупыми жалобами. Короче говоря, он был зол. Напоследок стукнув Люцифера по спине, Вики спустилась на пол, надев маску своего демонического очарования, и широко улыбнулась, — Сэм. — Виктория, мое прелестное дитя, я не ожидал тебя увидеть, — Его глаза в миг изменились, и теплая улыбка озарила лицо Сатаны, когда Вики ласково прижалась к нему. — Прости, Сэм, Люцифер не виноват, это я устроила эту пакость… И лучше бы она это не говорила. Глаза Сатаны в секунду вспыхнули алым заревом, а тон не предвещал ничего хорошего. Он планировал наказать сына за неосторожность и бесхребетность, но прятаться за юбку женщины? Для этого вида преступления предназначалась отдельная камера. — Прошу тебя, свет мой, оставь нас, — Он холодно отстранился. Вики недоуменно захлопала глазами, понимания, какую ошибку совершила. Она уже мысленно отвесила себе смачную пощечину и в тот момент, когда стражник потянул её трясущееся тело, посмотрела на Люцифера. Он молча сжал челюсть. Его лицо не выражало никаких эмоций. Словно бездушный сосуд, демон кинул пустой взгляд на подругу. Дверь захлопнулась. Девушка обмякла на полу, не в силах покинуть Люцифера. Каждый удар, каждый приглушенный вскрик она пропускала через себя. Стражник невозмутимо смотрел в стену, пока Вики валялась у него в ногах, вздрагивая от эхом проносившегося хруста костей. — «Вот сейчас он его точно убьет» — пронеслось в голове у девушки, и, даже когда звуки ломающихся конечностей сменились чередой грязных ругательств, внутренний ипохондрик не унимался, — «Убил». Спустя полчаса дверь открылась. Вики уже обессилила от протяжного рыдания и, уткнувшись носом в колени, нервно теребила выбившуюся из прически прядь волос. Тушь была размазана по лицу, как и помада. Если бы кто-то из школы увидел Вики в таком прикиде — ни за что бы не поверил, а если бы и поверил, то демоница, не моргнув глазом, свернула бы ему шею. Никто и никогда не увидит её такой слабой и разбитой. Голос Сатаны вывел Вики из транса. Он пытался злиться на девушку, но у него не получалось, и сквозь напускное раздражение в голосе все равно сквозила ласка: — Виктория, можешь зайти. Демоница тут же вскочила на ноги и бросилась в кабинет. Люцифер лежал на полу, раскинув руки в стороны. Вокруг него образовалась целая лужа крови. Его грудь неровно вздымалась, словно каждый вдох причинял боль. Он простил своей подруге её фатальную ошибку, но, когда она упала на колени рядом, болезненно поморщился. — Не трогай, — хрипло прошептал он, когда Вики попыталась убрать прилипшие в крови к лицу волосы. — Люцифер, прости меня… Он закрыл глаза, и образ Роуз магическим образом возникла в голове. Её смущенная улыбка, пухлые, дрожащие губы. И глаза. Большие испуганные глаза. Почему он думает о ней? И почему от этих мыслей тепло окутывает все тело, а боль постепенно стихает? Да она же, блять, слабая идиотка, от которой, если бы не заключенное с самим собой пари, в обычные дни к горлу Люцифера бы подступали рвотные позывы. Он ненавидел слабых, глупых девиц. Они нужны были ему исключительно в научных целях. В научных целях изучения собственной межгалактической сексуальности и сбора статистических данных о количестве мокрых трусиков в секунду в радиусе десяти метров. А сейчас неебически огромные глазищи этой девки, словно наваждение, смотрели на демона из каждого, мать его, угла. Это, блять, ненормально. Люцифер позволил Вики помочь ему дойти до своей комнаты. Попытка встать не увенчалась успехом с первого раза. Сатана недовольно лицезрел эту картину. Всей своей отсутствующей душой он презирал помощь в любом её проявлении. Особенно помощь женщины. И все-таки в этот раз он немного перестарался. Они в сумерках молча брели по пустому коридору. Периодически демон требовал передышку для того, чтобы отхаркнуть кровь, которая каждые пять минут до краев наполняла рот. Вики силилась тащить тело Люцифера на себе, но он был слишком тяжелым, а её шпильки слишком неудобными, поэтому она то и дело спотыкалась, а демон сжимал зубы от ноющей во всем теле боли. По счастливой случайности, в коридоре они кого не встретили и, не без труда миновав проклятую лестницу, ввалились в комнату Люцифера. Вики щелкнула выключателем, и приглушенный свет осветил огромную комнату в красных тонах, увешанную антикварными картинами. Весь пол был усыпан раскиданными шмотками, книгами и сигаретами, единственное, за что сын Сатаны был благодарен жалким человечишкам. — Аккуратно, — девушка помогла демону лечь. Он обессиленно застонал. — Поаккуратней с барским телом, если повредишь, сотни прекрасных дам останутся неудовлетворенными по твоей вине. — Тогда, надеюсь, первым делом у тебя отсохнет член. Где у тебя аптечка? — Мне просто нужен хороший сон. — Люций, где аптечка? Мужчина сдался, и через пять минут Вики вернулась, до зубов вооружившись мокрыми полотенцами и медикаментами. Она аккуратно стянула с демона рубашку, которая прилипла к телу. На мускулистой груди, покрытой черными татуировками, не было живого места. Вики начала аккуратно смывать кровь. Демон зашипел. — Потерпи немного, плакса, — она нервно хмыкнула. — Только если сама обещаешь больше так не рыдать. От твоих всхлипываний за дверью, я с трудом разбирал проклятия отца. — К тебе вернулась способность тупо шутить. Жить будешь. — Я серьезно, — Люцифер перехватил дрожащую руку, которая усердно терла его бок, — Пожалуйста, не плачь так больше из-за меня. Ты ни в чем не виновата. — Виновата. — Вики, то, что случилось сегодня, мои обычные выходные дома. Кстати о выходных, пока отец выбивал из меня всю дурь, я вдруг подумал. В следующий раз потрахаемся в его кабинете. Чучела земных уродцев на его стенах вызвали у меня бурную эрекцию. Вики с силой закусила губу, не в силах поднять взгляд. Видеть Люцифера таким разбитым было невыносимо больно. А он был разбит, всеми силами стараясь скрыть это за тонной тупых шуточек. Он стыдится этой боли. Стыдиться того, какой сейчас уязвимый из раздавленный. Каждый шрам на его теле болью отзывался в теле девушки. Она бы забрала всю его боль, сама встала бы под удар Сатаны, лишь бы никто и никогда больше не причинял демону таких ужасных страданий. Хотя девушка и четко понимала, что, что бы она не сделала, Люцифер никогда не ответит взаимностью. Он был её, ровно настолько, насколько позволял сам. Великий и ужасный сын Сатаны, главный совратитель девственниц, первооткрыватель мира порнографии и просто министр мокрых трусиков. Да, Вики понимала — она просто неебически влипла, пуская сопли вокруг этой наглой рожи, которая под видом старой дружбы, удосуживалась периодически её потрахивать. Люцифер прикрыл глаза, расслабляясь под нежными руками девушки, которые старательно намазывали ушибы и порезы какой-то дико вонючей мазью. В ушах зазвенело. Он снова приглушенно застонал, грязно выругавшись себе под нос. — Я закончила. — Спасибо. — Тогда я пойду. — Иди уже. Демон с трудом перекатился на другой бок, и когда дверь комнаты закрылась, погрузился в сон, предварительно перебрав в голове тысячу разбросанных мыслей. В следующий раз нужно будет подставлять правую сторону. Левая у него рабочая. Оказавшись в комнате, Вики без сил повалилась на кровати, не заметив Мими, которая встревоженно вскочила на своей постели, с трудом разлепив глаза. — Ты расскажешь, что случилось? Не удосужившись даже разуться, Вики с головой нырнула под одеяло. — Не сейчас, Мими. — Ну, как обычно, не сейчас Мими, потом Мими, — Девушка ещё немного побурчала, но вскоре сон одолел её, и Вики осталась одна, в кромешной тишине. Только два алых глаза сверкали в темноте, а по щекам катились слезы. Сегодня она позволила себе эту маленькую слабость, наперед пообещав себе, что это был последний раз. Не дай Шепфа кто-то увидит Вики Уокер, плачущую по Люциферу. Засмеют. Особенно сам Люцифер. Ни за что этот заносчивый засранец не должен узнать, что она чувствует. Для него это обоюдная игра, лишенная всяких чувств и обязательств. И, затолкав свои пиздострадания в жопу, Вики отрубилась.

***

Худший день в жизни Вики начался с подушки, прилетевшей ей в лицо, с такой силой, что могла с легкостью раскрошить нос. — Мими! — Вставай уже, мелкая засранка, и немедленно расскажи мне почему, ты заснула в этих шикарных лабутенах, — Мими в одном нижнем белье, если вообще эти полоски ткани с трудом прикрывающие самые пикантные места, можно было назвать нижним бельем, смешно растянув рот в букву о, обильно наносила тушь на из без того черные ресницы. Вики громко застонала: — Как обычно. — Как обычно, что? — Мими уже перешла к чернее обычного черного помаде. — Как обычно, Мими, я и Люцифер. — Она деликатно решила опустить подробности о том, как Люций повздорил с отцом. Пускай лучше Мими снова будет жалеть её разбитое сердце и покрывать сына Сатаны трехэтажным матом. — Тогда, я знаю, что может тебе помочь. Сегодня у нас выходной! — Подруга вскочила из-за туалетного столика, а в следующую секунду вернулась с бутылкой глифта. По счастливой случайности соседка Вики, а в последствии её лучшая подруга, была главным амбассадором отменной выпивки и плечом для жалкого скулежа аля «Почему Люцифер меня не любит». — Тогда предлагаю напиться! Следующие несколько часов прошли в глубоком запое, курении в окно и обсуждение мальчиков. Все как у настоящих людей. Или это у людей все было как у демонов? Вики распласталась на полу, уже до чертиков охмелевшая. Ещё бокал и она готова была натворить глупости. — Представляешь, ик, он предложил мне обслужить его царский член, когда смотрел на эту тупоголовую земную живность! — Вот урод… — Мими чересчур активно закачала головой и с силой ляпнула рукой по столу так, что все косметика разлетелась по полу. — Пахнет глифтом, бабскими сплетнями и… — Ади и Сэми ввалились в комнату девочек, предварительно деликатно не постучав в дверь. Впрочем, как обычно. — О нет, Сэми, ты тоже это видишь? — Нет, нет… — Сэми театрально зажал рот руками и попятился к стене. — Малышка Вики опять пиздострадает по Люциферу! Вики злобно зарычала, вскочив на ноги, но она была слишком пьяна, поэтому получилось скорее смешно, чем пугающе. Она хотела было что-то ответить, но вместо этого босиком вылетела в коридор и бросила в неизвестном направлении. — Что это с ней? — Ади присвистнул, опускаясь на пол рядом с пьяным телом Мими, осматривая бутылки, в поисках остатков алкоголя. Мими рефлекторно пожала плечами. Она едва ли могла разлепить рот. — Надеюсь, в своих порывах она не сожжет нашу дурку дотла, — отозвался Сэми. Сломя голову, Вики неслась по коридору школы. Босые ноги неудобно разъезжались по начищенному полу. Сейчас она ворвется в комнату к Люциферу и скажем ему все что думает! Хватит с неё этих игрищ. Гребаный Принц Тьмы, напыщенный индюк. — Ух! Роуз как раз выруливала из соседнего крыла и, даже если бы очень захотела, не смогла бы избежать этого столкновения. По несчастливой случайности, именно Вики Уокер, самая злобная стерва с планеты самых злобных стерв, едва соображая от количества выпитого глифта, вписалась в неё в повороте. Они обе опешили и осели. Вики вскипела от одной мысли, что это мещанское создание, вокруг которого только что и делал, кудахтал Люцифер, коснулось её божественной оболочки. — Грязное земное отродье, тебе глаза для чего нужны? Хочешь повторить свой триумфальный полет над пропастью во ржи? И Непризнанная ответила, да так, что у Уокер чуть глаза не полопались: — Ещё раз меня тронешь и разбираться будешь с Люцифером. — Что ты сейчас прохрюкала, тупоголовое создание? Роуз силилась не расплакаться и очень жестко блефовала, но больше так продолжаться не могло. Обещание сына Сатаны вселяло в неё уверенность. И не то, чтобы она была такой тупой, хотя Вики была абсолютно убеждена, что настолько и даже больше, чтобы безоговорочно в него верить. Просто соседка Лилу постепенно начала вводить её в курс небесных вакханалий, и, как только Роуз поняла, что Люцифер сделает все, чтобы трахнуть её, решила воспользоваться этим. Нужно же как-то выживать в этом Содоме и Гоморре. — Что слышала, стерва! Тебе пиздец, Люцифер.