С любовью, Вики

Вокруг был полный пиздец. Причем буквально. Огромная вагина, нарисованная вероятно красной губной помадой, глазела на Вики прямо со стены, со стены кабинета Сатаны. Они лежали на полу, голые. Вокруг валялись пустые бутылки из-под глифта, розовое конфетти и… Ади. Мими дрыхла в кресле, удобно устроившись на груди у… Дино. Вики зажала рот рукой, чтобы снова не запищать и с силой пнула Люцифера, который только недовольно что-то буркнул и снова заснул. Они, мать его, в кабинете Сатаны. И что-то подсказывало Вики, что алкоголь, конфетти и… весьма натуральная, мельком отметила девушка, вагина, это не все. Судя по отсутствию трусов, рисовали с натуры. С её. Девушка попыталась встать, но поскользнулась на каком-то предмете и прилетела задницей Люциферу прямо на лицо. — У меня уже язык болит тебе лизать. — Демон заворочался, подавая признаки жизни. И в следующую секунду оглушительный бас разлетелся на всю комнату, а может, блять, и на весь замок. Виктория в ужасе кинулась в сторону колонки из которой, не затыкаясь, на полной громкости орал Снуп Догг. Девушка едва совладала с земной технологией, как дверь в комнату открылась и на пороге показался он. Сатана. Вики поспешно попыталась прикрыть пикантые места рукой, но было поздно, папаша Люцифера уже бесстыдно разглядывал её тело, мысленно отмечая то, что если бы не им же возведенная стена их нежных семейных отношений, он бы с радостью проверил, какая на вкус эта демоница, а затем перевёл взгляд за спину. — Доброе утро, сын. — И тебе того же, папуля. — Люцифер лениво потянулся, с трудом разлепляя глаза. По голове будто, не без энтузиазма, хуярили кувалдой. Голая жопа демоницы маячила перед лицом. Какие-то физиологические процессы в его теле откликались на булки Вики без сбоев. Сатана раздраженно вздохнул и отвернулся. — Умоляю, оденьтесь. Оба. Буду ждать вас в тронном зале. Всех вместе. Хочу услышать подробности того, как за одну ночь вы умудрились взорвать мост Риалто, закрыть Фенцио в подсобке с кляпом из чьих-то трусов во рту, а потом наблевать в мой любимый фикус. — Это Дино, — просто констатировал Люцифер, продолжая вальяжно нежиться на полу, будто это была его кровать, а не эшафот, на котором Сатана мысленно отрубал ему голову. — Я же говорил, Виктория, мы потрахаемся в кабинете отца, а ты не верила.

***

Вики рылась в шкафу Люцифера, в попытках выудить оттуда хоть какую-то нормальную одежду, кроме черных чернее черного рубашек, на пять размеров её больше. В конечном итоге фыркнула, подумав о том, что поздняк метаться и плевать в каком виде идти на казнь к Сатане, перед которым она двадцать минут назад светила голыми титьками. А ещё что-то про Фенцио в кладовке… Люцифер сидел в кресле, в одной наспех накинутой рубашке и без трусов. В своей привычной позе короля мира или как минимум создателя трех измерений, наблюдая за тем, как голая Вики чертыхается, застегивая пуговицы его рубашки, мысленно отмечая, что надень эта чертовка пакет из-под картошки, все равно бы выглядела сногсшибательно. Эти двое могли ещё посоревноваться за звание самого очумительно красивого демона Небес. Мими, которой посчастливилось остаться одетой, как ужаленная в свою аппетитную попку, металась по комнате. — Я нихуя не помню! — Судя по тону папочки Люцифера, оно и к лучшему, — отозвалась Вики, швыряя в демона его же трусы. — Оденься уже наконец. Люцифер натянул трусы и подцепив ногой брюки, достал из них пачку сигарет и закурил, мысленно представляя, какие извращенные наказания на этот раз придумает его отец. Дино с лицом покойника стоял в углу, разглядывая собственные ногти, будто интереснее них вокруг ничего не происходило, мысленно молясь, чтобы его тело предали забвению как можно быстрее и без письменного уведомления отцу. Он, Дино сын учителя Фенцио, проснулся утром в кабинете мать его Сатаны, предварительно где-то налакавшись до уровня инфузории туфельки. В голове, как в прочем и в головах всех остальных, зияла огромная дыра под названием вчерашняя ночь. Ангел бросил испепеляющий взгляд в сторону Люцифера, а затем переключился на Вики, но быстро отвернулся, заметив, как она грациозно потягивает спину. Да, Дино был абсолютно уверен, что эти двое, в особенности один, задумали обесчестить его благодетель, и он совершенно ни в чем не виноват! — А знаете, я даже рад, — хмыкнул Ади, бесцеремонно валяющийся на кровати Принца Ада. — Всегда боялся, что умру никем неизвестным, любящим отцом двоих демонят, зато теперь, сотку ставлю, даже после смерти о нас ещё долго будут говорить. — Он вскочил на кровати, под недовольный взгляд Люцифера из-за того, что его чистые шелковые простыни так бесстыдно марают. Ади театрально замахал руками, а потом, жестом выстрелив себе в голову, свалился обратно. — Боюсь, после того, как папуля прокрутит твои кишки через все адские мясорубки, ты будешь жалеть о том, что не успел заделать убогое потомство, — отрезал Люцифер и вернулся к своему занятию с таким видом, с каким Шепфа, вероятно, сотворил человечество, снова закурил. — Так все, харэ трындеть, раньше сдохнем, раньше все закончится, пошли. — И Вики первая вышла из комнаты. Сатана, как всегда в своей надменной манере, восседал на троне. Эту гримасу Люцифер точно унаследовал от папочки. Вики возглавляла их команду по наживанию проблем на собственную задницу, предварительно убедив всех остальных, что её моська положительно влияет на Повелителя Ада. В целом, так оно и было, поэтому, когда девушка скорчила страдальческое лицо, Сатана весело расхохотался. А за ним ещё три оглушительных раскатистых басом смеха, принадлежавших Азазелю, Мамону и Роденту. — Папа, — пискнула из-за спины Мими, сдерживая порыв броситься отцу на шею. Мамон расплылся в широкой улыбке: — Да расслабьтесь вы уже, никто не будет крутить демонам шеи за то, что они развлекаются как настоящие демоны. На самом деле, вы нас знатно повеселили. Помнится мне, мы в свои годы разнесли не кабинет Повелителя Ада, а целый Эдем. — Он подмигнул Сатане, который хитро оскалился в ответ. В подтверждение этих слов, Азазель радушно потянулся к дочери: — Тыковка, ну ты дала! — «Дала, и походу нескольким одновременно» — подумала Вики, у которой не переставая зудели все промежности, а затем юркнула в объятия отца. И пока все дружно хохотали, восстанавливая в памяти события вчерашней ночи, Сатана вцепился взглядом в сына, до омерзения похожего на него самого, и только глаза выдавали в его отпрыске присутствие чего-то инородного. Он всегда мечтал о дочери. Но жена на последнем издыхании подарила ему сына, маленький комочек черноволосой плоти, то и дело извергающий ужасный плачь. По мере того, как мальчик рос, удивляя окружающих не только своей ослепительной красотой, но и силой, Сатана окончательно осознал — пророчество не врет. Он сам породил свою погибель, а человеческие уродца и впрямь были не так глупы, слагая оды и проклятья в честь истинного Повелителя Преисподней — Люцифера.

***

Вики громко хихикала, сжимая в руке уже сто пятую бутылку глифта, нервно топчась перед дверью в ангельском крыле. Люцифер куда-то свалил по своим важным делам, но обещал вернуться. А пока, девушка решила не терять времени зря и ввалилась в комнату Дино, который сном младенца, сопел в дальнем углу. Вики снова хихикнула, икнула и на цыпочках посеменила в сторону кровати. Дино в ужасе распахнул глаза, когда демоница резво забралась на него и теперь громко ржала на весь кампус, подмахивая бедрами: «Скачи мой верный конь. Увези меня в мир ангельского куннилингуса!» — Вики, ты что, больная?! — Ангел попытался спихнуть девушку с кровати, но сделал только хуже. Она повалилась рядом, расплескав весь напиток по сторонам и громко захныкала. — Ну вот, Дино, ик! Испортил мне, ик, наряд, — и начала раздеваться. — Вики, умоляю тебя, тебе нужно уйти, — взмолился парень, когда девушка начала стягивать лифчик. Он попытался предотвратить это фатальное окончание его бренного существования, но вместо этого весьма ненамеренно схватил Вики за грудь, от чего она хищно, хоть и пьяно, оскалилась. — Так и быть, Динь-Динь, доставай член. А потом на порог вломился Фенцио. Дальнейшая его участь была всем известна.

***

— Люцифер ЧТО? — Мими с силой втыркнула в говяжий стейк вилку и протестующе замотала головой. Мамон благополучно позаботился о том, чтобы Фенцио не вспомнил, как битый час валялся в кладовке, в попытках выплюнуть чьи-то кружевные стринги изо рта. Однако другие последствия того вечера, обрушившиеся на школу, громкими сплетнями разлетались по столовой. — Ага, — Ости манерно накрутила локон на палец, и зловеще зашептала. — Прикинь, ломился в спальню к этой Непризнанной и что-то кричал про суккубов, зудящие яйца и любовь! Вики разве что не храпела лицом в каше, не в силах разлепить глаза, не обращая внимание на противное жужжание Ости под ухом. Всю ночь она активно зубрила Священное Писание, которое никак не лезло в голову. Ведь там был только мистер заносчивая задница и его недвусмысленные переглядки с Непризнанной. А слушок о том, что пьяный в говно Люцифер ещё и ползал под её дверьми, признаваясь в любви, окончательно её добил. Поэтому, когда за спиной раздался недовольный голос демона, распугивающий студентов, которые по несчастливой случайности, уселись за его любимым столом, Вики вскочила. Им срочно нужно было поговорить! А затем голос Непризнанной, в непосредственной близости от ЕЁ, мать его, демона огрел демоницу по голове. Роуз что-то быстро тараторила, жеманно хихикала и краснела, пока Люцифер активно пожирал её лицо глазами. От этой картины у Вики все обвалилось. Он смотрел на Непризнанную так, как никогда не смотрел на неё. Он, блять, смотрел на неё. И если до этого девушка тешила себя тем, что демон просто играет в свою очередную игру, теперь она окончательно убедилась, что все происходящее больше не штука. — А вчера, — не унималась Ости, сама не особо довольная таким положением вещей. — Лилу сказала Эмили, которая растрепала всем остальным, что Непризнанная не вернулась ночевать в комнату, предварительно налакавшись глифтом и натянув шлюшеские чулки. Прям как у Вики. — Заткнись, Ости, — рявкнула девушка, чувствуя, как бешено колотится сердце, и, не в силах отвести взгляда от того, как сын Сатаны громко заржал над определенно идиотской шуткой Непризнанной, добавила. — Иначе я вырву твой язык и запихаю тебе в жопу. Ости злобно оскалилась: — Успокойся, Вики, мы с тобой ему уже больше неинтересны. Теперь у него новая подружка. Слова демоницы прозвучали громче положенного, и теперь вся столовая оглядывала Викторию, которая с силой сжимала кулаки, предательски хлюпая носом. Люцифер тоже окинул её трясущуюся фигурку взглядом, словно произнося: «Сорян, что так вышло. Но это смертное бревно нравится мне больше». На самом деле, он и правда не хотел причинять Вики боль. Всем своим демонически отсутствующим сердцем, он искренне ценил её преданность и дружбу, но, пути господни неисповедимы. *** Пьяный в хлам Люцифер грозно колотил дверь девичьей спальни, силясь, вежливости ради, не снести её к хуям. Наконец дверь открылась, и Роуз обомлела в проходе, наблюдая, как Люцифер, в своей Люциферной манере, несмотря на подпаленную рубашку и ошалевшие глаза, ослепительно хорош собой и нагло пожирает её глазами. Ноги сами привели его под эту дверь, несмотря на то, что он мысленно отхуярил себя кулаками за такой порыв, когда пьяная Вики уже была готова отсосать ему прямо на святых мощах прямо в центральном холле. Роуз снова прорвала оборону в его пьяной башке и презрительно зыркала из каждого закоулка. И у него, Повелителя секса, банально не встал. — Люцифер, что ты делаешь тут… в такой час, — Роуз поспешно запахнула халат. — Это ты скажи мне, фальшивая Непризнанная, как тебе удалось провести всех вокруг и, даже не сверкнув пизденкой, залезть мне в голову? — Что… что ты несешь?! Люцифер с силой впечатался кулаком в дверной проем. Два ошалелых и любопытных глаза Лилу уже пристально протоколировали все происходящее, чтобы потом растрепать всем вокруг. — А то, что ты, маленький суккуб, лишишься своей тупой башки, если не перестанешь меня доебывать. — А мысленно добавил, не в силах заткнуть внутренни голос, который уже завывал, не в силах бороться со здравым смыслом. «Хочу, хочу, хочу! Хочу тебя, блять, будь ты проклята сраная Непризнанная! По какой-то хуй знает причине, хочу украсть тебя из этой ебаной комнаты и насадить себе на член». Он крепко притянул девушку к себе, которая тряслась, как осиновый лист, и мысленно молилась тому, чтобы он ушёл, но вначале непременно поцеловал её, прямо в этот в ужасе разинутый рот, пахнущий мятой и единорогами. И Люцифер, наплевав на все доводы холодного рассудка о том, что в этом бурлящем по венам желании, трахать эту мещанскую рожу замешана точно не её отсутствующая женская сексуальность, поддался вперед, сминая губами рот Непризнанной. Да похуй, что там замешано. Потом, он разберется с этим. Возможно.

***

Вики неслась по коридору, уже не сдерживая грудных рыданий, не обращая внимания на удивленные рожи вокруг. Никогда прежде, она, любимица самого Сатаны, единственная дочь Азазеля, не чувствовала себя так. Так чертовски паршиво. Сердце выплясывало непонятные танцы, которые с бешенной скоростью гоняли кровь по венам. Она — гребаная королева бала, всегда получала то, что хотела. Хочешь ту игрушку, на, держи! Хочешь то сердце, конечно! Хочешь все внимание и любовь этого ебаного мира, забирай все без остатка! Все у твоих ног, от Повелителя Ада, до Дино, сына Фенцио. Все, кроме сраного Люцифера. Все, кроме того, что ей было нужно больше, чем секс, алкоголь и воздух. Словно все жизненно важные процессы этого мироздания зависели от того, посмотрит ли демон в её сторону. Идеальный, элегантный, не созданный для неё ни в одной из бесконечностей. — Вики! Девушка споткнулась и полетела носом прямо в пол, не сильно заботясь о собственной репутации, когда Дино подхватил её и крепко прижал к себе. Разве так выглядит божий замысел? Один несчастный, чистый Ангел, влюбленный в одну вредную, злобную демоницу, которая в свою очередь влюблена в заносчивого сына Сатаны, который в свою очередь положил глаз на одну невинную овечку Непризнанную. И где тут блять божий замысел? Пути Господни неисповедимы? — Дино, умоляю, помоги мне. — Помочь? Чем? — Парень крепко сжимал трясущееся, такое непривычно слабое тело демоницы, мысленно коря себя за то, что радуется тому, как ей плохо, и как искренне она льнется к его груди, в поисках спасения. — Ты знаешь что-нибудь о магии обливиэйта? — Магии, стирающей память? Это решение Вики приняла в ту самую секунду, в которую летела носом в грудь Дино. Стереть Люцифера из своей памяти. Стереть к хуям собачьим, иначе эта боль разрушит её до основания, в этом она была уверена точно. И хотя ещё опаленные и ослепленные ревностью удары сердца пытались противиться задуманному, Виктория точно знала, что сделает все, чтобы этого больше не повторилось. Этого — момента, когда она была слабой, разбитой, дурной бабехой, захлебывающейся собственной слюной отчаяния. Потому что Аббадон не был мужского пола. Аббадон оказался худенькой демоницей, готовой поджарить все на своем пути. И если надо будет снова уничтожить человечество, ради своей выгоды, она сделает это, не моргнув глазом.