С любовью, Вики

Больше жалких людишек и некачественного глифта, Сатана не любил пророчества. Ведь именно с одного божественного откровения вся его жизнь пошла по одному месту. Одно пророчество. Один мальчик. Одно предназначение. Повелитель не спал уже пятые сутки, напрочь позабыв о гигиене, питании и своем черном костюме, стоя над детской кроваткой в ночном халате. Младенец с черными как смоль волосами и ярко алыми глазами вполне себе осознанно для существа пяти дней отроду наблюдал за склонившимся над ним лицом, искаженным гримасой неприязни. Мужчина кончиками пальцев дотронулся до детской пяточки, но тут же отпрянул, сжимая кулак от резкой боли, пронзившей все его тело. — Родент! — крикнул Сатана, отходя от ребенка на безопасное расстояние. — Повелитель, — демон аккуратно скользнул в едва освещаемую детскую. — Ты нашёл что-нибудь? — Да, повелитель, но я боюсь, что это вам не понравится.

***

Больше американских мелодрам и клубничного мороженного, Вики Уокер ненавидела Люцифера. Второе правило бойцовского клуба — никогда не оставляй злую женщину одну в заточении, особенно с колющими предметами, ящиком текилы и сборником альбомов Кэтти Перри. Третье правило бойцовского клуба — запомни уже наконец, что Виктория Уокер просто ненавидит клубничное мороженное, которое ты предусмотрительно оставил в холодильнике. И четвертое, самое главное, — не хочешь лишнего внимания — убери караоке-установку из дома. Вики сбилась со счету, какой день она в гордом одиночестве торчит в этой квартире. Возможно трое или четверо суток, вероятно ещё столько же и придётся зачеркивать на стене палочки, отсчитывая свой тюремный срок. Все входы и выходы, окна и двери были предусмотрительно помещены под действие магии, которая не только не давала девушке выйти примитивным человеческим способом — ногами, но и напрочь лишило её своей собственной магии и силы. Вначале Уокер разворотила все помещение, под нескончаемый поток отборного мата. Это был первый день заточения и она только что поняла, что Люцифер запер её и свалил, даже не попрощавшись. — Кретин сраный! — стул с грохотом полетел в окно. — Запереть меня, МЕНЯ? — зеркало сотней осколков рассыпалось по полу. — Я дочь Азазеля, а этот утырок позволяет себе обращаться со мной как с тупой земной девкой? — Вики намеренно оставила телевизор в сохранности, предполагая, что впереди её ждет не один день кукования за просмотром Нетфликса. Затем пришла вторая стадия. Устав от бесконечного дебоша длиной в восемь часов, демоница повалилась на полу, вооружившись, спасибо Шепфе хоть за это, оставленной бутылкой красного вина. — «Я знаю его от силы неделю, а он запирает меня тут, чтобы я не участвовала в какой-то там войне», — Вики хмыкнула, делая большой глоток. — «А до какой ему пизды где я и что делаю?» — снова глоток. — «Значит дело в чем-то другом, вероятно», — залпом. Кроме красной губной помады в квартире не нашлось ничего, чем можно было бы рисовать, поэтому вооружившись до зубов двумя тюбиками, Уокер принялась за дело. Рисование пентаграмм — внеклассное занятие для первоклашек демонов, а демоница всегда была хорошей ученицей, в той части где надо было кого-то испугать, побить или даже убить. Когда с художественной частью программы было покончено, уже слегка поддатая Вики опустилась в центре криво начерченного круга. — Exorcizo te, immundissime spiritus, omnis incursio adversarii, omne phantasma, omnis. Первая, как и двадцатая попытка не увенчались успехом, и Вики, с горя осушив ещё одну бутылку вина, отрубилась прямо на полу, посреди начерченного губной помадой символа огня. Какая ирония.

***

— Люцифер, пожалуйста, в следующий раз, когда решишь похитить мою дочь, будь добр предупредить. — Азазель был сильно рассержен, ступая следом за стремительно удаляющейся спиной собеседника. — Может мне ещё разрешения у тебя спросить? — раздраженно фыркнул Люцифер. Ему снова пришлось разыгрывать комедию с Роуз, отчего его силы значительно ослабли, хотя и не так, как после их последнего секса, когда он едва дыша дополз до своего замка в Аду и почти неделю зализывал раны. Из Роуз вышла бы очень плохая актриса, это Люцифер понял, когда она начала театрально хохотать, медленно переходя на нервный скулеж. Вместо неказистого разговора, в котором блондинка не могла вымолвить и слова, представляя как её разрывает сила демона, Люциферу пришлось напоказ заткнуть ей рот своими губами, предварительно убедившись в том, что батюшкины крысы наблюдают. Рот блондинки вдруг показался поразительно неприятным, маленьким, язык через чур напористым, а томные вздохи мерзкими, и это с учетом того, что совсем недавно мужчина готов был вымаливать возможность целовать её ступни. От этой мысли Люцифера передернуло и, продолжая этот незамысловатый спектакль по усыплению бдительности любимого папаши, демон скрипя душой, впустил новую реальность в свое сознание: Вики Уокер вдруг во всей красе предстала в его голове, и целовал он уже вовсе не Роуз. Непризнанная все ещё пыталась пробить оборону в его черепной коробке, но теперь, разобравшись в истинной причине этого наваждения, для Принца Ада она стала ничем большим, чем просто неприятным зудом в висках. Азазель решил учтиво промолчать в ответ на дерзость Люцифера. Сейчас было не время Вики Уокер. Сейчас было время встречи с одной из последних контрольных пешек на шахматной доске — Люцифургом Рофокалом, князем девятого адского региона, — Небытием. — Брат, — сухо кинул Люцифер. — Думаю ты уже знаешь, зачем я пришёл.

***

Запахло жареным. Это Люцифер почувствовал ещё на первом этаже, скидывая пиджак на учтивого швейцара. — Чем это воняет? — Не знаю, сэр, только что сам почувствовал, позвольте проверить, — пожилой мужчина в забавном сюртуке вжал голову в плечи, под недовольным взглядом своего работодателя. — Я сам, — Люцифер поспешно направился в сторону лифта, чувствуя, как запах гари усиливается с каждой секундой. Впрочем лифт ему не понадобился. Пожарная сигнализация сработала моментально, выведя лифт из строя. Швейцар в ужасе побелел. — Уокер, — рыкнул демон и, не обращая внимание на вопли старика, которые переглушил вой пожарной серены, бросился к лестнице. Для того, чтобы пешком преодолеть высоту в пятьдесят этажей, без возможности использовать крылья, мужчине пришлось бежать, слава Шепфе физическая подготовка сопровождала и земные тела, достающиеся спускавшимся небожителям. Пожарная уже поднимала лестницу, когда Люцифер, щурясь от плотной дымовой завесы, с ноги выбил дверь спальни, в которой пять дней назад оставил свою подругу, которой, собственно, судя по полыхающему пламени, это не особо понравилось. — Сраная земная оболочка, — мужчина громко закашлял от едкого дыма, просочившегося в легкие, бешеными глазами оглядывая помещение, грозившими сжечь дотла весь Нью-Йорк, если Вики сейчас же не появится перед ним. Но Виктории нигде не было. Огонь уже добрался до дубового шкафа, медленно поедая разбросанные внутри шмотки, прожигая черные дыры в блестящем паркете. В секунду преодолев обвалившуюся от кровати балку, прикрывая рот локтем, Люцифер двинулся в сторону ванной комнаты. Вики сидела в центре, а вокруг неё была разбросана сотня фотокарточек, которые одна за другой превращались в пепел. Лицо девушки, измазанное черной сажей, не выражало ни одной эмоции. Она лишь сжимала клочок бумаги в руках, наблюдая за тем, как Люцифер, колотясь от ярости, словно хищный зверь, наплевав на огонь, двигается в её сторону. — Привет, Люцифер, — сдавливая порыв закашлять, спокойно отчеканила демоница. — Что ты, блять, тут устроила? — сильные руки уже потянулись в сторону девушки, с явным намерением если не убить, то уж точно знатно отметелить эту глупую девку. Фотографии. За секунду до того, как схватить Уокер за шиворот, взгляд Люцифера случайно уперся в пепелище, обрамляющее девичье тело. Фотографии. Вики с бутылкой глифта валяется на школьном стадионе, рукой прикрывая лицо от фотоаппарата. Люцифер перемазанный клубничным джемом, после того, как Уокер влепила ему торт прямо в лицо, прямо в его двухтысячный день рождения. Мими и Вики соревнуются за звание самой вместительной ротовой полости, сжимая зубами огурец. Ади ставит рожки Люциферу, когда он залюбовался Уокер, облизывающей мороженное. Сотни фотографий, тысячи воспоминаний.

***

С самого детства Люцифер Денница считал, что земной обычай празднования дня своего рождения — мещанское занятие, достойное только тупых смертных, чей жизненный цикл упирается в несчастные несколько десятков лет. Впрочем, Вики Уокер это мало интересовало. День рождение — повод закатить вечеринку, а значит она точно в деле, особенно, если это день рождения, никого иного, как самого Принца Ада. Девушка трепетно сжимала обернутый в розовую бумагу подарок, одной рукой стараясь не уронить клубничный торт, который она только что украла в школьной столовой, предназначавшийся в качестве десерта на завтрак. — С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! — запищала Уокер, врываясь в спальню демона, который ошарашенно вскочил с постели. Не успел Люцифер толком разлепить глаза, как девушка в секунду повалила его обратно на кровать, ловко оседлав сверху, до хруста костей сжимая его плечи, на первый взгляд, казалось бы тонкими и слабыми ручками. — Уокер, нет, только не это, — хрипло застонал мужчина, когда Вики освободила его из своего ванильного плена, под названием «день рожденские сюрпризы». — Да, да, — девушка удобно разместилась у демона на бедрах, лыбясь во всех тридцать два зуба. — С… — Уокер, нет, — Люцифер театрально закатил глаза. Как же он ненавидит дни рождения. Ненавидел, до тех пор, пока одна темноволосая демоница не показала ему, как это может быть весело и приятно. Ведь все предыдущие дни рождения, до появления этого недоразумения в своей жизни, Люцифер одиноко провёл в комнате с ванильным бисквитом, который приносила его няня. Но лицо держать приходилось, иначе что он за Принц Ада, тающий от клубничных кексов и праздничных конфетти? — Д… Мужчина резко сел, прислонившись губами к покрывшейся мурашками тонкой шее, пытаясь отвлечь подругу от громких поздравительных воплей. Но Уокер младшая не сдавалась, правда опрокинув один пошлый стон, когда демон с силой укусил её за ушком. — НЕМ РОЖДЕНИЯ, ЛЮЦИФЕР, АЙ! Люцифер, пусти, немедленно, ай! — Как ужаленная Вики повалилась на кровати, роняя кулинарный изыск миссис Пампфри прямо себе на внушительное декольте, когда демон прибегнул к страшнейшему из методов пыток — щекотке. Люцифер грозно зарычал, губами затыкая поток грязных ругательств в свою сторону и громкий хохот, который издавала брюнетка вперемешку с истошными похрюкиваниями. — Даже если ты защекочешь меня до смерти, я завещала Мими устроить твой день рождения! Ты не отделаешься! — Теперь Вики откровенно ржала, наотмашь махая ногой в надежде заехать Люциферу в челюсть, в прочем мужчина очень ловко уклонялся, уже бесцеремонно приникнув руками к девичьим ягодицам. От его хитрого, лукавого прищура, от которого ангелы хотели стать демонами, девственницы растопырить ноги, а мужчины стать женщинами, у Вики перехватило дыхание, но в последнюю секунду, когда ноги сами предательски разъехались под натиском его горячего, мощного тела, девушка встрепенулась. — ПОДАРОК! — Мг, — Люцифер приник к вынырнувшей из-под ночнушки груди, измазанной клубничным тортом. — Очень вкусно, подача как всегда на высоте, Уокер. — Слизнув бисквит с уже возбужденного соска, демон широко улыбнулся. Вики снова замахала ногами, руками оттягивая демона за волосы. — Подарок, Люцифер, иначе тебе несдобровать. Не обращая на поток угроз никакого внимания, мужчина уже разорвал клочок ткани и принялся с упоением поедать свой праздничный торт прямо со своей любимой тарелки — уокерского живота. — Если ты сейчас не перестанешь, я отгрызу тебе член, Люцифер Денница! — Не смеши меня, Уокер, ты его главная фанатка. — В ответ ему прилетел смачный подзатыльник и демон сдался. Все равно ведь не отстанет. Оставив утренний завтрак в постель, он отстранился. — Ладно, давай уже свой подарок. Вики потянулась к розовому конверту, упавшему, от возмутительного нападения, на пол. Люцифер подозрительно сощурился, наблюдая за через чур воодушевленным взглядом подруги, которая едва сдерживала порыв затрепетать багровыми крыльями. — Розовая упаковка, — демон хмыкнул, однако не без интереса рванул обертку. — Фотоальбом, — подсказала Вики. — Открой! — скомандовала.

***

В последнюю секунду Люциферу удалось подобрать уцелевшую фотокарточку, на которой они с Вики, широко улыбаясь, кривлялись в камеру. На секунду огонь вокруг погас, дым исчез. Остались только он и она, его Вики, которая задорно глазела с подгоревшего клочка бумаги. Его Вики, которая всегда устраивала для него лучшие дни рождения, до беспамятства напивалась с ним глифтом, пыталась защитить от ебанутого папаши, которая в самых тяжелых жизненных ситуациях молча обнимала со спины, а если надо было, могла и в тык дать. Его Вики. — Что это такое? — разрезал воздух голос незнакомки, которая уже самостоятельно поднялась, вскинув голову. Люцифер с трудом перевёл на девушку взгляд, спрятав фотографию в карман брюк. Тишина. — Ты ебаный маньяк? — снова крякнула незнакомая демоница, решительно ступив в сторону замершего сына Сатаны. — Что это? Фотошоп? — Да. — Зачем? Зачем ты запер меня тут? Что ты хочешь от меня? — «Тебя» — мысленно подсказал внутренний голос демона. — Нам надо уходить отсюда. — Я никуда с тобой не пойду! Не успел Люцифер схватить засранку за руку, чтобы оттащить от пылающей душевой занавески, как она сама накинулась на него. Резкая боль в грудной клетке содрогнула крепкое тело. Демон в непонимании потянулся руками к источнику боли, надеясь на фантомные позывы, но вместо этого небольшой кинжал застрял прямо между пятым и четвертным кубиками пресса. Белая рубашка вмиг окрасилась красным. Таким же кроваво красным, как и полыхающее зарево, в глазах Уокер, которая, на секунду обернулась в сторону упавшего на коленях мужчины, а затем исчезла.