Песня сирены

В фойе было намного теплее, чем на улице, где моросил дождь, и многолюднее. Последний концерт Сары Этерман никто не хотел пропустить. Билеты на него были раскуплены ещё полгода назад! Повезло, что главный редактор успел их забронировать! Вспомнив, что многие его коллеги из других журналов не смогли попасть на этот концерт, Люк довольно улыбнулся и потёр замерзшие руки. Если он сможет взять интервью у легендарной певицы, его карьера стремительно взлетит вверх! И плевать, что за пять лет никто так и не смог взять у нее интервью. Они просто плохо старались. — Ах, хочу скорее услышать ее пение. Сестра говорила, что ее голос просто божественный! — раздался рядом с журналистом девичий голосок. — Осталось меньше двадцати минут. Поспешим! Люди спешили как можно скорее попасть в концертный зал. Но, удивительное дело, никто не толкался, не пытался пролезть первым! И это на последнем концерте певицы, чьи песни можно услышать только вживую. Ее песни не крутили по радио, выступления не показывали по телевизору и не снимали для интернета. Как бы люди ни пытались записать ее песни, ничего не получалось. То техника ломалась, то звук искажался так сильно, что нельзя было ни слова разобрать, то файлы внезапно удалялись. Так что единственная возможность услышать пение Сары Этерман — это посетить ее концерт. Ходили слухи, что Сара ведьма. Именно поэтому ее песни никто не мог записать. Но те, кто слышал ее волшебный голос, убеждали, что такая певица ведьмой никак не может быть. Только прекрасной феей. Но так или иначе слухов вокруг Этерман ходило много, что только подогревало интерес к ее персоне. И если у такой женщины взять интервью, то можно в один миг прославиться! Представляя свое светлое будущее, Люк пробирался к нужному месту. Эх, ему бы сидеть в ложе, да редактор поскупился на такие билеты. Да, конечно, они были безумно дорогими, но можно же постараться ради своего сотрудника, который совершит журналистский подвиг. Люк недовольно ворчал, пока не сел на свое место и не достал свой старый потрепанный блокнот и карандаш. Несмотря на развитие технологий, Люк оставался верен старым традициям и все будущие наброски статей писал в старом студенческом блокноте, куда вечно подшивал листы. Сейчас в нем осталось лишь пять чистых листов. Значит, надо было придумать яркий заголовок, что привлечет внимание читателей, и лид. Но это позже. Пока Люк даже толком не знал, о чем будет писать. Конечно, список вопросов был заранее подготовлен, но ведь ответы еще не получены. Люк вздохнул и положил блокнот на коленки, заложив нужные страницы карандашом. Ему не терпелось приступить к работе, но сначала стоит хотя бы послушать легендарную певицу. Интересно, она правда такая удивительная, как о ней говорят? Свет в зале погас. Только сцена тускло освещалась одним прожектором. Неужели проблемы с техникой? Вот тебе и концерт волшебной певицы. Начало уже не предвещало ничего восхитительного. Люк даже и подумать не мог, что этот свет напоминал о лунной ночи. Он был слишком прагматичным, чтобы думать о таких вещах. Все эти возвышенные эпитеты, метафоры и прочее были чужды ему. А вот остальные зрители затаили дыхание в ожидании чуда. И когда занавес поднялся, раздались громкие аплодисменты, к которым Люк присоединился из вежливости. Его не впечатлил мост с синими фонарями и стоящая на нем женщина в белом струящемся платье. Даже со своего места Люк мог рассмотреть, что женщина не была красивой. По сравнению с другими знаменитыми певицами, у которых приходилось брать интервью, Сара Этерман была простушкой. Но стоило сорваться первому звуку с ее уст, как Люк замер вместе с остальными слушателями. По залу разлился волшебный по своей красоте голос. Казалось, что нечто неземное касается твоей кожи и проникает внутрь, чтобы дотронуться до глубин твоей души. На эту мысль Люка натолкнули пробежавшие по коже мурашки. Никогда в своей жизни мужчина не испытывал ничего подобного. Он всегда считал себя черствым человеком, которого интересует только карьера и деньги. Но в этот день Люк осознал, как ошибался. Он сидел, замерев, и боялся пошевелиться. Ему казалось, что если он шевельнется, то эта невероятная магия исчезнет, и он снова станет самым обычным человеком с пустой суетливой жизнью. А ведь сейчас перед его глазами открылся истинный МИР, полный ярких эмоций и красок. Бледный свет прожектора уже не казался тусклым. В нем Люк увидел сотни оттенков синего и белого, причудливо смешавшихся вместе. Нет, это был даже не прожектор! Это были сотни волшебных светлячков! — Взгляни на мир моими глазами, Позволь себе насладиться мечтами, Что таились в тебе до сих пор… Нежный голос Сары Этерман заставляв зрителей вспоминать все то, о чем они когда-то мечтали. Люку привиделся он сам в десятилетнем возрасте, с жаром рассказывающий своей бабушке, что выпустит свой сборник стихов, где на главной странице от всей души поблагодарит бабулю как свою музу. На миг мужчине даже показалось, что он услышал тихий бабушкин смех и почувствовал запах ее пирожков с яблоками. Ох, как давно это было… Тогда Люк впервые испытал разочарование, поняв, что у него нет таланта к поэзии. Все лишь смеялись над ним, цитируя его стишки. Но сейчас мужчине вновь хотелось взяться за стихи, доверяя свои сокровенные мысли бумаге. Он даже успел вывести едва слушающейся рукой пару строк в своем блокноте, когда внезапно песня оборвалась. В зале застыла тишина. Казалось, что никто из зрителей даже не дышал! Все сидели все еще завороженные песней. Но вот спустя несколько мгновений раздались первые аплодисменты, которые тут же подхватили. И вот уже весь зал рукоплескал, восхваляя талант волшебной певицы. И Люк аплодировал вместе с всеми. Только в этот раз его аплодисменты были искренними. «Она действительно невероятна. Ничего прекраснее я уже не услышу», — подумал Люк. Но тут началась новая песня, и пришлось взять свои слова назад. Каждая песня была прекраснее предыдущей. Она рождала внутри те чувства, о которых человек даже не подозревал! Все, о чем пела Сара Этерман, откликалось в душах слушателей. Она пела о доме — люди вспоминали свой дом, где были счастливы. Пела о любви — они влюблялись. О расставании — переживали боль утрат. Казалось, что Сара не поет, а пишет историю жизни на душе каждого слушателя. Ее голос проникал в самое сердце, заставляя то трепетать от ранее не изведанных чувств. Казалось, пока не был услышан голос Сары Этерман, человек спал. И только сейчас проснулся ото сна, чтобы начать жить полной жизнью. Где-то рядом раздался всхлип, и Люк с удивлением повернул голову. Он и забыл, что находится в зале не один. А рядом с ним сидела милая девушка, утирающая слезы платочком. Плакать из-за песни. Раньше мужчина сказал бы, что это глупость, но сейчас внезапно почувствовал, что его щеки давно мокрые. Он сам плакал и даже не понял этого! Какой же силой может обладать музыка?! Ответ на этот вопрос Люк пытался отыскать, но так и не смог. Каждый раз, когда ему казалось, что он приблизился к истине, новая волна эмоций накатывала на него, выметая из головы любую мысль и оставляя лишь невероятное чувство, которое нельзя описать. Только почувствовать. — Это было невероятно! Правильно, что ее песни можно услышать только вживую, — Люк все еще сидел в своем кресле и сжимал свой блокнот. Он так и не понял, что концерт закончился. Его сердце все еще бешено стучало, и что-то переворачивалось в груди. — Я снова пережила свою первую любовь. Сердце до сих пор бешено стучит! — Даже не верится, что в мире существует нечто столь прекрасное… — Мама, это была фея? Блаженная тишина, которая наступала после каждой песни Сары Этерман, сменилась возбужденным гомоном людей. Все выражали свое восхищение талантом легендарной певицы, а Люк, который всегда считал себя мастером пера, не мог подобрать слов. Разве они могут передать все те чувства, что он только что испытал?! Люк внезапно сорвался со своего места и, перелезая через кресла, чтобы быстрее пробраться к выходу, рванул за своим пальто. Он обязательно должен взять интервью у этой женщины! И теперь дело было не столько в желании подняться по карьерной лестнице, сколько в порыве выразить свои благодарность и восхищение. Люк заранее изучал план здания, так что знал все выходы из него. А еще он обследовал каждый из них и нашел единственное место, где могла бы припарковаться машина Сары Этерман. Так что мужчина точно знал, где надо было искать легендарную певицу. Надо только успеть! Люк в спешке накинул пальто и бегом под возмущенные крики сотрудников зала спустился по служебной лестнице, выскочив через черный ход, рядом с которым стояла неприметная машина. Неподалеку от нее расхаживал мужчина в длинном черном пальто. Он удивленно взглянул на Люка и внезапно улыбнулся, разглядывая что-то за спиной журналиста. Люк тоже обернулся и застыл при виде кутающейся в шерстяную шаль Сары Этерман. Вблизи она показалась Люку еще более некрасивой, но внешность больше не волновала мужчину. Какой бы красивой ни была женщина, она никогда не смогла бы вызвать в Люке те эмоции, что вызвали песни Сары. — Сара, я был просто восхищен вашим пением! Люди должны узнать вас больше. Прошу, позвольте мне взять у вас интервью! Всего несколько вопросов! — Люку подскочил к певице и схватил ее за холодные руки. Как легко она была одета, несмотря на вечерний холод! Сразу же захотелось отдать ей свое пальто и угостить горячим кофе. Но этому желанию не суждено было сбыться. Сара вежливо улыбнулась и отстранилась от Люка, чтобы тут же оказаться в объятиях незнакомого мужчины. Хотя почему незнакомого? Люк навел о нем справки и знал, что этот мужчина — муж Сары Этерман. — Простите, моя жена не дает интервью. Но она счастлива, что вам понравилось ее пение, — Сара кивнула, соглашаясь со словами мужа, и вновь вежливо улыбнулась. Так улыбается человек, который многое хочет сказать, но не может. Если бы Люк не слышал ее пение, то мог бы подумать, что она немая. Мысль, что это могла быть фонограмма, даже не пришла мужчине в голову. Никакие технологии не смогут создать нечто столь прекрасное и чувственное. Машины бездушны. А пение Сары Этерман было полно самых невероятных эмоций. — Я понимаю, что вас часто достают журналисты. И я ничем не лучше их. Но я умоляю вас, ответьте хотя бы на один вопрос! — Люк от избытка эмоций даже встал на колени. И ему было все равно, что асфальт мокрый после дождя, а это новые дорогие брюки, купленные специально для сегодняшнего концерта. — Мне жаль, — по голосу мистера Этермана было ясно, что ему действительно жаль. Но это не остановило его от того, чтобы усадить свою жену в машину и увезти ее прочь, от журналиста, который еще долго стоял на коленях и смотрел вслед удаляющейся машине. — Я обязательно услышу ваше пение еще раз, сирена, — прошептал Люк и отправился домой, чтобы написать статью под названием «Сирена наших дней». Ему было невдомек, как близко он подобрался к истине. Ну, откуда простому человеку было знать, что сирены и правда существуют. Просто не в нашем мире. И как человек мог бы представить, что миры порой соприкасаются, открывая случайные порталы, в который может угодить одна любопытная сирена. И кто бы мог предсказать, что она влюбится в человека и пожелает остаться с ним. Но за все надо платить. И ее плата — невозможность говорить. Только петь, рождая в людях неведомые им доселе эмоции. — Сегодня ты по-особенному красиво пела. Я вспомнил нашу первую встречу, когда услышал, как ты пела на пляже. Тогда я сразу подумал, что ты сирена или богиня, — с нежностью произнес мужчина, аккуратно ведя машину. Он знал, что Сара не ответит ему, но все равно говорил. Вспоминал их первое свидание, первый поцелуй, свое признание. Вспоминал, как узнал, что его возлюбленная действительно сирена, и ей надо вернуться домой. Тогда ему казалось, что весь его мир рухнул. Как он может отпустить свою любимую?! Если надо, он отправится за ней! Так он тогда и заявил тем, кто пришел за Сарой. И та, проникшись его чувствами, решила остаться, отдав возможность говорить. Но она могла петь. Правда, петь только для других людей. Однако каждая ее песня была посвящена любимому мужчине. И он знал это. — Я люблю тебя, Сара, — в ответ на признание женщина улыбнулась и прижала руку к груди, будто бы говоря, что ее сердце принадлежит лишь ему.