Хеллоуин на двоих

На вечеринке было очень шумно и душно от заполнивших все пространство танцующих тел. Яркие огни быстро меняли свои цвета и скользили по подросткам в коттедже. Вечеринка в стиле Хэллоуина. Здесь каждый человек одет в костюм монстра или другого персонажа. Дом украшен подобающе: на полу лежат вырезанные тыквы с пугающими улыбками, на окнах развешены пластиковые пауки с ниточной паутиной рядом, не обошлось и без летучих мышей, подвешенных к потолку и приклеенных к стенам с кровавыми разводами и отпечатками ладоней, за столом наполовину опустела чаша с пуншем, а тарелку рядом наполняли очень милые бизэшки в виде привидений. Одинокий вампир стоял около этого столика и скучающе поедал последнюю печеньку в виде рыжего гробика. Его небрежно лежащие темно-коричневые волосы были зачёсаны назад и открывали лоб. Хорошо заметные при разговоре клыки были приклеены не очень надежно и иногда задевали брекеты. На фалангах пальцев красовались железные кольца. Поверх его белой свободной рубашки с объемным подобием банта был надет чёрный жилет. Ноги обтянуты чёрными брюками, а того же цвета ботинки на высокой подошве завершали образ. Сынмин пришёл сюда с друзьями, что успели напиться раньше, чем он успел моргнуть, и теперь тот вынужден стоять в одиночестве. Вон пьяный Джисон, нарядившийся в зомби, уже во всю пристает к танцующей ведьме — Минхо, который только и смеётся, поправляя свой колпак, с бедного парня, нашедшего в себе смелость на очередной неудачный флирт. Да даже Чан, одетый в милого охотника на приведений, насколько он ответственный, уже лежит на диване в обнимку с бутылкой алкашки и Хёнджином, думая что тот — Феликс, которому хватило фантазии прийти в костюме Эльзы из детского мультика «Холодное сердце», и удовлетворенно улыбается. Его совсем не волновало то, что их Эльза ускакала в туалет и сидит там уже полчаса, мучаясь с платьем, которое, как назло, застряло молнией в волосах. А вот Хвану, ещё одной ведьмочке, было совсем не весело. Выйти из объятий Криса — все равно, что попытаться вылезти из капкана, то есть невозможно без помощи. Вот парень и смотрит, хныча, на подошедшего к ним Чанбина, а-ля Питера Пэна, который только заржал и принялся фотографировать обнимающуюся парочку, под обреченный стон Хёнджина. Ребятам было весело, не всем, конечно, (вспомним, чему Феликсу стоило разобраться с его платьем) но все развлекались, кроме Сынмина. Он был против того, чтобы появляться на вечеринке. Ему нравится тишина и домашний уют больше шумных праздников в компании с пьяницами-друзьями, что даже бросили одного. Юноша взял одноразовый стаканчик и наполнил его доверху пуншем. Выпив немного, он решил развеяться в лесу рядом с домом. Вечеринка все равно будет длиться всю ночь, а уходить до ее окончания друзья не собираются. Пробравшись сквозь танцующие тела к выходу, парень незаметно выскользнул из здания. Кожу сразу обдало легким будоражащим ветром, отчего появились мурашки. Вдохнув свежий воздух, Ким расслабился и побрел куда глаза глядят, оставляя оглушающую музыку позади. Везде сумрак, но местность отчётливо видно от яркого света Луны. Парень гуляет не спеша, попивая напиток и разглядывая звёзды на небосклоне. Благо деревья здесь не слишком близко росли друг к другу и были не выше дома, где проводилась вечеринка, поэтому это можно было делать не сильно задирая голову. Под ногами приятно шуршит трава, а в ней стрекочут кузнечики. Где-то поблизости слышно, как квакают лягушки. Все эти звуки сливались в одну успокаивающую мелодию. Прохладный ветер освежал, а музыка леса радовала уши парня, которые устали от шума. Сынмин очень любил проводить время один на один с собой, а в тихой и спокойной обстановке, как сейчас, он рад быть всю ночь. Идя все дальше, парень оказался около небольшого пруда, откуда и доносилось кваканье лягушек. Стоило ему подойти к воде, как все звуки стихли, а по воде поплыли круги. Сынмин осмотрелся в надежде найти место, где можно присесть, но вместо этого увидел незнакомого юношу. Тот спокойно сидел на другой стороне у дерева, согнув одну ногу в колене и обхватив ее руками, и с замиранием сердца глядел на звездное небо. В крови Кима бурлила смелость от выпитого алкоголя, и именно по этой причине вечно застенчивый юноша направился прямиком к незнакомцу, огибая пруд, больше похожий на больших размеров глубокую лужу. Подойдя ближе и присев у соседнего дерева к незнакомому парню, что даже не посмотрел на него и просто уставился на водную гладь, в отражении которой сверкали звёзды и большой белый круг, он допил содержимое стакана и отложил его в сторону, мысленно пометив себе не забыть забрать и выкинуть его потом. — Чем ты здесь занимаешься? — ненавязчиво спросил Сынмин и, подняв ближайший камешек, запустил его в тихие воды, из-за чего пошли круги, и четкая картинка небосклона задребезжала и размылась. — Один, — добавил он, медленно переводя взгляд на незнакомца, на вид — его ровесника. — Отдыхаю, а ты? — мелодичный голос парня проник в сознание Сынмина и, походу, остался там надолго. Такой глубокий и чарующий, он вызывал приятное покалывание во всем теле. Внезапно захотелось слушать его каждый день, просыпаться и засыпать, только под него. Лисьи глаза подчинили себе и будто приказали застыть. Погодите, а в какой момент они успели встретиться взглядами? Послышался тихий и добродушный смех. — Ты чего застыл? Я же не такой страшный, — ласково проговорил парень и улыбнулся, протягивая свою руку. — Чонин. — Сынмин, — немного спустя, приходя в себя от произошедшего, ответил парень и пожал тому руку, на что получил недоумевающий взгляд. — Что такое? — спросил он, боясь, что сделал что-то не так. Однако не получил ничего в ответ. Его руку резко, но осторожно схватили, вернули в прежнее положение и, перевернув на тыльную сторону, наклонились, чтобы поцеловать. Сынмин впал в ступор. Вся его смелость обратилась в прах, и вернулся тот самый стеснительный, робкий мальчик с круглыми очками на носу и милыми брекетами на зубах. Это было слишком смущающе! Щеки парня наверняка уже раскраснелись. Легкий поцелуй был таким невесомым, как будто бабочка села на руку и, не задерживаясь, сразу упорхнула, как только Сынмин опомнился. Но его левая ладонь до сих пор чувствовала странное тепло от чужих нежных рук. — Какая очаровательная родинка, — еле слышно проговорил Чонин, оглаживая небольшой участок кожи где-то между большим и указательным пальцами. Сил терпеть эту невыносимо сладкую пытку больше не осталось, Сынмин аккуратно высвободил свою руку из плена и сдавленно посмеялся. Вот бы не свихнуться рядом с этим странным, каким-то неземным парнем. — Ох, — выдохнул он напряжённо и завёл руку за шею, слегка натирая ее. — Спасибо что ли?.. — его глаза пробежались по новому знакомому, оценивая. Чонин, должно быть, одного с ним роста и возраста, имеет худощавое телосложение, его немного вьющиеся чёрные волосы падают на точеное лицо с яркими глазами, напоминающими лисьи, с аккуратным носом, губами, в меру полными, но очень бледными, и хорошо выраженными скулами. Он тоже был в костюме вампира. На нем была белая, готического стиля рубашка со шнуровкой и очень красивыми манжетами со сборкой. Внизу были чёрные обтягивающие брюки и того же цвета кроссовки на массивной платформе. Чонин чертовски красивый. Он одет определенно для праздника, но сидит здесь один. Наталкивает на не очень радужные мысли. — Приятно познакомиться, — по-доброму улыбнулся парень обнажая свои белоснежные клычки. — Ого, — удивился Сынмин и закрыл рот слегка сжатой рукой, — Твои клыки такие реалистичные и острые! Как ты их сделал? — поинтересовался Ким, немного забыв о своём смущении и, кажется, даже протрезвев от прошлых действий Чонина. Юноша закусил губу и пробежался глазами по лесу. Спустя пару секунд размышлений, он остановил взгляд на глазах Сынмина. Его лицо показывало лишь неподдельный интерес. Его красивое лицо… Чонин осмотрел его второпях и отметил для себя манящие губы натурально красного цвета и, спустившись глазами чуть ниже, вцепился изучающим взглядом в его тонкую шею с выпирающим кадыком. — Я их не делал, Минни, — протягивал слова брюнет, явно наслаждаясь, и очерчивал каждый изгиб, каждый миллиметр его шеи взглядом, представляя, как она сладко пахнет. — Это мои клыки, — глаза Чонина устремились в душу Сынмина. Кровь застыла в жилах. Все тело обдало холодным потом. Освежающая прохлада вдруг стала леденящим морозом по коже. Пульс забил в ушах, а в глазах зарябило. Маленькие, почти незаметные на первый взгляд детали наложились друг на друга и создали одну картину, дополнением к которой стали острые клыки. Голос в голове забил тревогу, кричал сквозь пелену Сынмину уносить ноги пока не поздно, но его тело отказывалось слушаться. — Не бойся меня, я не собираюсь пить твою кровь, если ты против, — успокаивающим голосом проговорил вампир и, для наглядности, отодвинулся подальше от Кима, который от страха позеленел, не имея сил даже обезопасить свою шею. Удушающий страх отступил и дал возможность разобрать слова парня. Он сказал что? — Как я могу быть не против того, чтобы меня, как пакет вишневого сока, высушили?! — возмутился Сынмин. Его голова разболелась от достаточного количества алкоголя в крови, что мешал думать и чуть-чуть притуплял страх. — Могу показать кое-что, если позволишь, и тогда ты поймёшь о чем я, — сказал Чонин и неуверенно обвёл взглядом тело парня. Сынмин сидел в полном ауте. Нет, этот человек не просто странный или неземной, он поехавший. — Ты с мозгами совсем не дружишь, я смотрю, — устало выдохнул юноша, массируя пальцами переносицу и продолжил. — Ладно, давай, и потом я пойду обратно к друзьям, — Ким немного жалел, что такой красивый парень оказался сумасшедшим да ещё и с манерами как в 19 веке, и уже начинал вспоминать про стаканчик за деревом и как добраться до коттеджа. Внезапно Сынмина резко повалили на землю и, отрезав все пути к отступлению, расставили руки по обе стороны от его головы, восседая на нем. Чёртов вампир издевательски любовался его беспомощностью, улыбаясь и обнажая маленькие, но острые клычки. — Смотри мне в глаза и не отрывай взгляда, — продиктовал Чонин, сменившись в лице, и приблизился на пару сантиметров ближе к юноше. Пронизывающие глаза напротив пожирали своей настойчивостью. Сынмин занервничал и начал рассматривать радужку глаз вампира. Карие, с почти чёрным обрамлением, они были усыпаны редкими мутно-зелёными вкраплениями. Чёрный зрачок был расширен до предела. Вблизи они стали ещё краше. Парень начал тонуть в этих лисьих глазах. Необъяснимое чувство эйфории появлялось и разрасталось все больше по телу. Странное чувство охватило и принесло бабочек, которые задевали органы своими порхающими крылышками. Дыхание участилось, губы слегка приоткрылись, а взгляд с изучающе-напряженного стал радостно-ласковым. — Минни… ты похож на грёбаную картину, — произнёс парень с восхищением и провёл рукой по его волосам, зачесывая их назад. Чонин впервые решил использовать свой дар на человеке. Он не влюблял его в себя, он просто приносил ему кратковременное счастье и любовь. И именно из-за того, что это был первый раз, вампир сам не понимает что, твою мать, происходит. Ему никто не говорил, что это действует не только на другого человека, но и на себя самого. Парень разорвал зрительный контакт и приблизился к шее, вдыхая ее аромат. Он прикрыл глаза, провёл носом по тёплой коже и, остановившись выше ключиц, где-то под скулами, прикоснулся к ней губами. Чонин подавлял желание безжалостно вцепиться клыками в бархатистую кожу. Вампир нехотя отстранился от шеи Сынмина и взглянул на его раскрасневшееся лицо, которое всем видом показывало, как хочет продолжения. Парень под ним чуть ли не скулил от приятных прикосновений, закусывал губы и сжимал кулаки, чтобы не начать оглаживать талию вампира руками. — Чонин… — дрожащий голос юноши на земле заставил прозреть и разрушить чары. — Боже, прости, я не знал, как это работает, — вампир быстро слез с тела и помог Сынмину подняться. Бедный парень, его с трудом держали собственные ноги. — Чонин, — обратился спокойным голосом Ким к очень неопытному вампиру, который вопросительно промычал в ответ и взглянул, как провинившийся котёнок, закусывая губу. — Это было круто, — честно сказал Сынмин и продолжил, — Стремно, конечно, но приятно. Я ещё никогда подобное не испытывал, — парень поднял взгляд на Чонина и мягко улыбнулся. Что-то внутри вампира ёкнуло. Будто это что-то, дремлющее до этого момента, ожило и начало расти. Это ощущение было похоже на то, что они оба недавно пережили. Может быть дело не просто в чарах? — Твоя кровь вкусно пахнет, — как подумал Чонин, он сделал комплимент, но услышал в ответ смешок. — Сколько тебе лет, дед? — шутя спросил Сынмин, — Ты походу даже не знаешь, как делать банальные комплименты. — Мне 96, — не обижаясь, ответил вампир. — А это… Когда вы становитесь совершеннолетними? — не удивившись, спросил парень и оперся спиной о ствол дерева, потирая друг об друга замёрзшие ладони в попытках их согреть. Заметив это, Чонин подумал, что ему уже нужно возвращаться в дом, а то замёрзнет, и, бережно взяв одну его ладонь в руки, прислонил ко рту, чтобы согреть своим дыханием. Сынмин уже в сотый раз готов провалиться под землю, подальше от этого чудака, который своими действиями в могилу быстро загонит. Но он должен признаться себе, что его щеки каждый раз покрываются румянцем из-за манер и заботы этого вампира к человеку, которого он встретил впервые в жизни. Чонин предложил проводить его до коттеджа. Они шли не спеша на звуки музыки и любовались звёздами. Гуляли по лесу и разговаривали обо всем: Сынмин интересовался жизнью вампиров и Чонин терпеливо отвечал на каждый вопрос, новые знакомые успели вкратце рассказать о себе и вампир решил провести оставшуюся ночь в компании юноши. Вот они уже у здания, а вот уже оба пьяные танцуют в центре зала, ну а тут ребята встречают рассвет, размахивая бутылками с алкоголем, и, заканчивая сегодняшние приключение, целуются, сидя на задних сидениях в машине уже бодрого Чана, отоспавшегося и теперь носящегося за остальными парнями то с пакетом, то с бутылкой воды, то просто, в прямом смысле, бегающего за Джисоном. Эта ночь стала особенной для них двоих. Они весело провели ее вместе и обрели друг друга в качестве подарка от судьбы. С Хэллоуином!)