Сожаления

Кэйю мучают кошмары. С самого детства, не переставая. Раньше лишь Дилюк спасал своего брата от снов, в которых сам же и погибал. От снов, в которых отворачивался от названного братца. Дилюк проснулся от шуршаний за дверью. “Показалось?” — подумал он, и, перевернувшись на спину, вновь попытался погрузиться в царство Морфея. Он уже начал цепляться за ниточки прошлого сна, как шуршание повторилось, от чего Дилюк распахнул глаза и резко сел на кровати. Он направил взгляд на дверь, и, подумав пару секунд, спросил: — Кому там не спится? — Люк, прости.. Я разбудил тебя? — Виновато промямлил стоящий за дверью. — Да. Что-то случилось? — Спросил Рагвиндр и подошел к двери. Конечно он знал ответ, но спросить все же посчитал нужным. — Кошмар приснился. Опять. Прости, что разбудил, я пойду. — Выпалил нарушитель его снов. За дверью снова послышался шум и попытки встать с пола. — А ну, стоять. — Дилюк резко открыл дверь. Он увидел Кэйю, отчаянно сжимающего руки в кулаки, пытаясь унять дрожь по всему телу. Рагвиндр молча потянул брата за руку внутрь комнаты. Усадил его на кровать и направив на него обеспокоенный взгляд задал немой вопрос. — Я просто слишком испугался, не услышав в твоей комнате никаких признаков жизни. Вот и торчал у двери, пытаясь понять, там ли ты. Я не хотел будить тебя. — Альберих сидел неподвижно, все так же сжимая руки. Он не смел поднимать глаза выше своих ног. То ли от страха, то ли от чувства вины. — Я понял. А чего извиняешься-то? Я же сам тебе сказал приходить ко мне, когда будут сниться кошмары. Если ты, конечно, сам этого захочешь. — Дилюк посмотрел на брата. — Мне кажется, что.. — Кэйя замолчал. Думал что сказать? Или боялся услышать “Да, так и есть”? Он сам не знал, но собрав волю в кулак, продолжил: — Что я надоел тебе.. каждую ночь прихожу и мешаю тебе спать. Ты еще не устал от этого? Не хочу, чтобы это было так. Наверное, стоит перестать тревожить тебя. — Да. Ты каждую ночь приходишь и мешаешь мне спать, - это факт. — Можно было услышать, как сердце Кэйи упало. Дилюк понял, что неправильно доносит свою мысль. Он взял руку Альбериха в свою, медленно поглаживая большим пальцем, давая ощущения безопасности. — Но кто тебе сказал, что мне это не нравится? Может быть, я безумный фетишист нарушенных снов? Я рад помочь тебе, Кэйа. Это лучше, гораздо лучше, чем ощущать себя беспомощным, когда я вновь буду слышать твое сбитое дыхание по ночам. Ты не надоел мне, потому что я сам предложил тебе помощь. Потому что ты мой брат. Потому что мне не все равно. Не забивай свою голову глупыми переживаниями. — Рагвиндр перехватил вторую руку братца и медленно потянул его на себя. Дилюк любил такие ночи. Когда Кэйа жался к нему, как к единственному источнику тепла. Когда с ним делились своими переживаниями. Когда он слышал тихое сопение около своей груди. Обладатель ночных кошмаров повиновался порыву брата и смирно лег на его плече. — Я точно не мешаю тебе спать? — Уточнил Альберих. — Точно, Кэйа. Точно. — Дилюк лишь сильнее приобнял брата, накрывая его одеялом. — Не переживай об этом. Если будешь мешать, я скину тебя с кровати. Оба брата посмеялись, отпуская все переживания. Усталость взяла над ними вверх и оба провалились в сон. Рыцарь подскочил с кровати, судорожно глотая воздух. Ему часто снятся смерти близких людей. То Мондштат пылает огнем и погибает Джинн, то Кли теряет контроль над бомбочками. Но чаще всего, ему снится, как когда-то названный брат демонстрирует свою ненависть к нему. Кэйе бесповоротно въелись под корку слова Дилюка из его снов "Лжец" “Предатель” “Ничтожество” “Ты приносишь лишь боль” “Лучше бы тебя не существовало” Все это привело к самобичеванию Альбериха. Он подсознательно попадает во всякие передряги, в которых его тело подвергается тяжелым ранениям. Рыцарь намеренно не уворачивается от стрел, мечей и огненных слаймов, чтобы получить хоть какую-то ранку. Потому что он заслужил. Да и если быть честным, ему даже нравится. Благодаря этому он отвлекается от разных мыслей, которые приносят большую боль, чем кровоточащие раны. Ему нравится позже, по приходу домой после миссии, аккуратно их обрабатывать. Накладывать жгуты и перебинтовывать ранки. В порыве эмоций он часто сам наносит себе увечья. Несерьезные, конечно, но шрамы остаются. Кэйя раньше часто носил короткий рукав, но у жителей Мондштата однозначно появились бы вопросы к многочисленным шрамам на руке. Он стал носить вещи с закрытым рукавом, объясняя это тем, что пристрастился к одеяниям, в которых присутствует все так же большой вырез с длинными рукавами. И виновники тому были ночные кошмары. Он привык. Но.. но сегодня ему приснился не кошмар. Альберих, наверное, должен обрадоваться после пробуждения, но он ошарашенными глазами смотрел в одну точку. Ему приснился Дилюк. То, как в детстве они были счастливы, как они беззаботно проводили время вместе, как проявляли заботу. Кэйа давно под замок закрыл все эти воспоминания. Они были под запретом, ведь приносили слишком много боли. Это было хуже любого кошмара. Он вновь понимал, что сам во всем виноват, что у него нет права ошиваться возле Таверны. Рыцарь бросил взгляд на окно. Было раннее утро. В Ордо Фавониус еще рано, но спать он точно не планирует. Он не хочет видеть обрывки воспоминаний вновь. Альберих медленно поднялся с кровати, ежась от холода по пути на кухню, за стаканом воды. Уселся за стол, и погряз в своих мыслях на ближайшие пару часов. День прошел смутно. Кэйа не выспался, отчего был слишком невнимательным. То споткнулся возле кабинета Джинн, то не услышал, как подбежала малышка Кли. Во время сражения вообще не заметил приближающегося Митачурла, после чего получив сильный удар по ребрам. А потом стрела задела его плечо. И хиличурл обжег его факелом. Все то, что он так любит в одном наборе. По нему было явно видно, что он не в форме. Но видных ссадин на лице и открытых частей тела не было. А это означало, что он может смело ввалиться в таверну, чтобы немного выпить. Чтобы взглянуть на него. Кэйа кое-как доплел до места назначения. Все же, многочисленные ушибы и усталость давала о себе знать. Альберих медленно открыл дверь в помещение, отчего уши резко кольнуло от галдежа, который стоял в таверне. Он быстро забегал глазами, в поисках своей добычи и практически сразу ее обнаружил. — Добрый вечер, господин Дилюк. — Сказал Кэйя, присаживаясь за стойку. — Вечер был добрым, пока кое-какой безответственный рыцарь не зашел в мою таверну. — Дилюк показательно ткнул пальцем в сторону Альбериха. — Как грубо. Общаться так со своим посетителем - признак некомпетентности, знали? — Кэйя предвкушал реакцию Ригвиндра. — За то Вам ничего и делать не нужно, чтобы показать, насколько Капитан Ордо Фавониус некомпетентен и безответственен. — Дилюк поднял безразличный взгляд на Рыцаря и протянул ему бокал Полуденной смерти. — Кха-кха — через какое-то время закашлял Альберих. Красноволосый не повернулся к нему, но прислушался. Спустя пару минут кашель вновь повторился, после чего Дилюк выпалил: — Сэр Кэйа, будьте добры не разносить всякую заразу по моей Таверне. — Спасибо за Вашу заботу, но я не болен. Неудачно приземлился во время боя, вот и боль периодически подступает. — Улыбнулся рыцарь. Еще не хватало, чтобы его отсюда выгнали — Я не нуждался в подробностях, мне все равно. Кэйя вновь резко закашлял от боли в ребре. Казалось, будто весь воздух из них выбился. От резкого спазма он резко дернул рукой и смахнул бокал с напитком. — Сэр Кэйа, быстро выметайтесь из Таверны, от Вас сплошные проблемы! — Разъяренно выпалил красноволосый. Фраза больно резанула по сердцу. Он прав, я никчемный. — Извини? Я правда не специально. Не лишай меня возможности выпить, хорошо, братец? — игриво протянул тот. Кэйа знал, ему остается только молиться Архонтам. — Ты не брат мне. Выметайся. Сейчас же. — Сдерживать гнев не получалось. Альберих быстро кинул деньги на стойку, вышел из таверны и побежал прочь. Он долго блуждал по окружностям Мондштата, думая о том, сколько еще ему придется страдать. Кэйе было тяжко. Он винил себя абсолютно во всем случившимся. Кли убежала? Его вина. И не важно, что тогда он был на задании. Мог бы пораньше закончить и вернуться к малышке. Джинн практически не видит сна? Его вина, мог бы взять побольше заданий. Он что, умрет от этого? Потерпит. Кто-то из рыцарей поранился? Его вина. Нужно было тщательнее тренировать и следить за их работой. И не важно, что это они невнимательны и считают возможным вовсе не приходить на тренировки. И сейчас он тоже винит себя. Что бы с ним стало, сдержав бы он кашель? Мог бы и сдержаться. Только доставил Дилюку еще больше хлопот и прибавил ненависти к себе. Рагвиндр и так его на дух не переносит, а тут еще и разбитый стакан.. самому мерзко от себя. Кэйа направился домой. Он так и не обработал раны. Если он умрет от инфекции в ранах - будет позорище всего Мондштата. В ванной, в отдельной коробочке хранились бинты и обеззараживающее средство. Глубокие ранения сильно жжет, на что рыцарь лишь с большим энтузиазмом поливает жидкость. Кровь быстро сворачивается и все подтеки вмиг исчезают. Альберих аккуратно наложил на место, задетое стрелой бинтик. Перемотал пару порезов на торсе, и направился в ванну. Убрав уже ненужные принадлежности взгляд пал на лезвие, лежавшее на раковине. Руки уже было к нему потянулись, но в самый последний момент от дернулся, думая, что “ точно не сегодня” Кэйа безумно хотел спать. Поэтому уснул практически сразу. Но, разве в жизни этого парня что-то бывает хорошо? Нет конечно. Судьба будет над ним издеваться долго и безжалостно. Ему опять снится Дилюк. Дилюк, который с неподдельной любовью в глазах бегает за своим братом, играя в прятки. А потом все резко погружается в темноту. Альберих слышит за спиной тихое: “Все из-за тебя” “Исчезни” Он чувствует, как чья-то рука ложиться на его плечи. “Разве тебе не стыдно все еще существовать?” Рука замком сцепляется вокруг шеи. Кэйа собирает все силы и смотрит на стоящего сбоку человека. Дилюк? Но почему? Руки сжимаются плотнее и рыцарь ощущает, что теряет доступ к малейшему глотку воздуха. — Дилюк, пожалуйста, о-отпусти. — Ноги подкашиваются от недостатка кислорода и он практически задыхается. “Ты не заслужил жизни” Кэйа рывком поднимается с кровати, пытаясь сдержать нарастающую панику. Он нервно покусывает губы, в отчаянных попытках сдержать всхлип. Еще расплакаться не хватало. Он же не ребенок, верно? Это просто кошмар. Но самоубеждение не работает и слезы сами начинают течь рекой. Альберих садиться на кровать, облокотившись на руки. Рвано дыша пытается успокоиться. Это сон. Просто сон. Дилюк же никогда не сказал бы так, верно? “Кого ты пытаешься обмануть” — пронеслось у него в голове. А ведь действительно, кого? себя? Он ведь прекрасно понимает, что винодел винит во всем именно его. Да что уж там, сам Кэйа винит себя. Он приносит лишь боль и разрушение. Ему не место здесь. Он не заслужил то, что имеет. Не заслужил Джинн, Кли, Лизу.. он приносит лишь беспорядок. Эти сны хуже обычных кошмаров. “Я просто не буду спать пару дней” — подумал рыцарь. Он не взял в расчет, что и так не спал практически сутки, получил ранения, так еще и испытал большой стресс. Он никогда не думает о себе. Ни-ко-гда. И именно поэтому сейчас он возьмет книгу, и уйдет куда-то за Мондштат, чтобы не уснуть. Кэйа буквально не помнит, чем занимался весь день. Отсутствие сна подкосило его здоровье больше, чем он ожидал. Сначала он пытался прочитать книгу, что по началу получалось довольно неплохо. Но потом все буквы начали смешиваться. Позже, он получил пару поручений от Джинн. Пару раз его задел хиличурл, а потом пиро маг бездны оставил сильный ожог на шее. Но Кэйа так хотел спать, что боль от ранений практически не ощущалась. Он потерял связь с реальностью. Осознание всего вновь к нему вернулось лишь под вечер. Альберих как-то оказался дома и уже несколько минут смотрел на себя в зеркало. Он резко заморгал и пару раз ударил себя по щекам, в попытках прогнать сон.