Фальшивая мечта

Тонкая струйка сигаретного дыма блекло вилась на фоне густого столба сажи на горизонте. Горелый запах доносился аж до места, где разместился на перекур Лютер - у небольшого бетонного выступа с видом на парк. Его пальцы крупно подрагивают; лёгкое покалывание в лёгких от курения с трудом справляется с успокоением нервов. Сотрудник был в подземном переходе, когда снаружи прогремел взрыв. От раската с потолка тогда посыпалась несвежая пыль, а могучие платформы металла под ногами отрывисто завибрировали. Сердце не привыкшего ни к чему подобному мужчины тут же пустилось в галоп, и не утихло бы до сих пор, если бы его утешением - а одновременно и недоумением - не стала реакция людей вокруг. Немногочисленные прохожие просто продолжали идти куда шли, словно и не заметив могучей встряски. Даже пыль, осыпавшаяся с потолка, давным-давно перестала быть для них чем-то необычным: подземные ходы были построены сравнительно недавно, однако за время эксплуатации так затëрты, что было бы странно ожидать чего-то другого. Люди - и те кто с бинтами на лице, и те, у кого перевязана рука, и те, кто никак не травмирован, двигались наверх единым потоком, и это медитативное зрелище в конце концов заставило и перепуганного Лютера тоже показаться наружу. Теперь он остался сам на этом выступе - наедине с уже высоко взошедшим солнцем и с дымящимися точками на горизонте, в которые совершенно не хотелось вглядываться. Будничность ужаса только усиливала противоречие в его сердце: хоть мужчина и помнил тот странный гул во время прогулки с бионтом, хоть он и не забыл мимолётные слова водителя Мари про опасность обстрелов - но столкнувшись с одним таким вживую, а заодно и с отсуствующей реакцией толпы, было сложно не задаться закономерным вопросом. "Как только они всего этого не боятся?..." Усилием воли успокаивая нервы, Лютер пытался вторить этой коллективной эмоции: не вспоминать ни о возможных жертвах, ни о самосохранении, ни о натуре тех, кто вообще мог их всех вот так атаковать. На мгновение его даже отвлекло шальное раздумье: интересно, как бы на эту прилетевшую в самый центр Хайтэра ракету отреагировала бы бионт, если бы её большую часть времени не держали в подземных бункерах? "Наверное, она бы испугалась." Нехитрая мысль подкрепилась нехитрым же действием - мужчина кое-как смог оставить волнение от произошедшего где-то на фоне сознания и спустился по ступеням в ещё один подземный переход. Внизу пёстрым - настоящим, электронным - огоньком его манил ряд старомодных автоматов с напитками, закусками, и прочими чудесами. — Неплохо... Впрочем, настоящим чудом тут было то, что они остались стоять рабочими в таких условиях - видимо, волны пока просто не доставали так низко. Небольшая банка студëного кофе приятно покалывала холодком ладонь и пересохший от недавних нервов рот. Секунду назад, у автомата, Лютер чуть было не выбрал по старой натуре что-нибудь покрепче - но сейчас, выдвигаясь вдоль дороги и наслаждаясь терпким вкусом напитка, ему не хотелось придавать этой нелепости особого значения. Уж не тогда ему загонять себя о старых привычках, когда весь город и не думает загонять себя по поводу куда более страшных вещей! Мужчина настолько влился в меланхоличный ритм Хайтэра, что даже не сразу заслышал бодрую мелодию собственного телефона. Ему кто-то звонил. — Да? - проговорил он, стараясь не отвлекаться от дороги, по которой идёт; машин рядом не было, но осторожность всё равно бы не помешала. — Лютер, привет... Это Эмма. По ту сторону трубки прозвучала довольно длинная пауза. — Помню тебя, - усмехнулся сотрудник. — Ещё бы не помнил! - тут же, и себе усмехнувшись, ответила на его остроту женщина. - Мы не так часто видимся, но всё же. Несмотря на привычно дружелюбный тон, её голос звучал довольно-таки взволнованно. — Что-то случилось? Или это трубка скрипит? — Нет... В смысле, да. Кое-что. Такое объяснение только сильнее запутало мужчину. — Та-ак? — В общем, - шумно выдохнула Эмма, по видимому, собираясь с мыслями, - у нас с тобой внеплановая проверка. Подходи к комплексу, как только сможешь. Мужчина бросил ей своё короткое "по рукам", положил телефон в карман рабочего плаща и направился через ближайший сквер к зданиям Проекта. Даже чувствуя некую срочность, он не мог заставить себя по-настоящему спешить - хотя примерно на половине пути, когда ландшафт парка, фасадов зданий и свисающих нерабочих проводов вокруг начал становиться знакомым, шаг всё таки пришлось ускорить. Уж слишком приевшиеся местные "достопримечательности" мозолили глаз после стольких заунывных прогулок рядом. — Что-то новенькое случилось за последнее время, м-м? Новые события, новые знакомства? — Да, пожалуй что даже многовато! — Ах, молодость... Рутинный поначалу осмотр со временем начал превращаться в куда более тщательный процесс. Эмма вела разговор обо всём и ни о чем почти всю процедуру, и Лютер ей вторил, хотя, конечно, его запала хватало ненадолго. Аппарат, к которому приходилось прикладывать голову, окатил коротким, но щекотливым ощущением, когда сканирующие волны прошли через неё насквозь. — На здоровье не жалуешься? - спросила как-бы между делом врач, заканчивая печать томографии. - Сам понимаешь, дружок, время сейчас опасное, а у нас с тобой так и подавно... — Я это, - устало бросил Лютер, даже не потрудившись встать из-под аппарата. - Уважаю твою попытку разрядить обстановку болтовнёй, но лучше перейдем к сути вещей. Я ведь знаю, что ты - не Альберт. Ты по фигне не поднимешь. Женщина замолкает, какую-то секунду смотря сотруднику сверху прямо в глаза. Для него было обычной практикой пожалеть о сказанном спустя всего секунду подобного молчания, но на этот раз Эмма прервала его первая. Ей было несколько неловко: по всей видимости, врач планировала подводить к нужному обсуждению гораздо более плавно, даже в такой обстановке всё вторя привычному стилю общения с пациентами. — Я... Не уверена, с какой стороны к этому подойти. — Подходи прямо, - тут же вернул себе уверенность Лютер. Пауза. Эмма рассеянно взглянула в окно, собираясь с мыслями: этим она на мгновение напомнила простую старушку, а не квалифицированного врача с соответствующим неизменным амплуа. — В твоем головном мозгу уже какое-то время назад было обнаружен неизвестный объект, вызывающий проблемы со сканером, - скороговоркой проговорила она, пытаясь за медицинскими терминами скрыть нервозность. - Никаких идей о том, что это может быть у меня нет - никто из работников не смог помочь... А сама я то ли недостаточно разбираюсь в подобных вещах, то ли просто запуталась настолько сильно, что... Врач несколько сбила дыхание, говоря настолько быстро; впрочем, ей это помогло немного успокоиться. — Я долго не решалась сообщить. Не имею ни малейшего понятия почему, но никто не хотел, чтобы я бралась за эту проблему... Но я больше не могу утаивать от тебя что-то настолько жуткое. Она потянулась поправить очки, скрывая взгляд. — Только не тогда, когда ты так беззаботно проводишь время с остальными... — М-да-а. Но, к удивлению Эммы, Лютер почти не переменился в лице. Его посунувшееся от длительного недавнего стресса выражение ещё не успело распрямиться, а сейчас, под грузом новой проблемы, на это можно было и не рассчитывать. Ни удивления, ни страха не было заметно - лишь чёрная ирония, после всего пережитого не оставляющая ничего, кроме циничной усмешки самому себе. Неужели он смел надеяться, что судьба не подкинет очередную подлянку, когда всё наконец начало налаживаться?.. — Беззаботно проводить время я разучился с тех самых пор, как очнулся в этом спятившем мире, Эмма, - неожиданно резонно заметил сотрудник и приподнялся, всё ещё сидя на кушетке; его взгляд казался уставшим, слишком уставшим, чтобы быть встревоженным. - Дай-ка мне эту дрянь сюда. Врач непонимающе взглянула на него и эмоционально вздохнула, глядя на настолько вялую реакцию. У той были свои причины - это старушка понимала наверняка. — Лютер, дорогой, что именно? — Ну эти, черт их дери... Сканы. Они же у тебя остались? Женщина осторожно кивнула и, залезши на секунду в специально закрытый ящик стола, передала сотруднику нужные изображения. Её тонкие пальцы держали их так аккуратно, словно бы те собирались разлететься в пыль от любого неправильного прикосновения - но вот сам мужчина выхватил их небрежно, словно утреннюю газету из-за окна в киоске. — Так-так-так. Глаза с исследовательским азартом бегали по небольшой карточке со сканом, пытаясь рассмотреть детали. "Осколки, что ли, отражают сигнал? Но неужели всё действительно настолько... Прозаично..." Но долго всматриваться не пришлось. Широкую область головы покрывали размытые помехи, словно бы сканирующие волны наткнулись на какой-то отражающий элемент. — Я не могу сказать, что это такое, наверняка, - звучал где-то на фоне голос старушки, - но больше всего смахивает именно на фрагменты чего-то инородного- Лютер совершенно её не слушал. Никакие "фрагменты" не могли соревноваться в невероятности с тем, что подозревалось сейчас. Эти искажения- — ... Эти непроявленные участки- — ..! Были именно тем, что он ожидал увидеть на скане головы бионта. Были именно тем, отсутствие чего он так настырно обсуждал с инспектором Нирром, и в отсутствии необычности отсутствия которых его уверял этот человек. Но сейчас ошибки быть не могло. — Глушащие помехи... Да я их знаю! Давно знакомый ещё со времён работы эффект сейчас находился на изображении и безошибочно угадывался и краем глаза. Присутствие Считывающего устройства. Прямо там. Прямо у него в глазнице. Мужчина судорожно подносит пальцы к правой брови, не веря, что собственный глаз не спёкся в ту же секунду - от самого факта присутствия рядом чего-то настолько могущественного. Судьба всего человечества, крохотный, но чрезвычайно мощный чип, находился там, внутри, вызывая у сотрудника только один вопрос. — Как я, мать его, всё ещё остаюсь в живых?! Он резко поднял испуганный взгляд, ища утешение - но наткнулся лишь на ещё более испуганный взгляд Эммы. "Это... Невозможно..." Тут-то мужчине и стало не до смеха.