Ты был моей неизлечимой болезнью.

— А если… Нет, нет, нет, ничего не работает!.. — рычал себе под нос Лололошка. Он перепробовал столько способов снять амулет, но все без толку. Как бы парень не старался, его настигал крах. Рома бы позабыл об этом если бы не одно, но. Его неугасаемая привязанность к Доктору Блэку. Он будто болел им. Чуть ли не каждые пять минут Лололошка пытался телепортироваться к нему. Шатен хотел бы хоть на секунду взглянуть в эти глубокие белые глаза, хоть бы на секунду увидеть черные как уголь волосы, хоть на секунду дотронутся до практически черной кожи. Рома хотел просто со всей силы прижать мага к себе и никогда больше не отпускать. Он хотел проводить с ним все свое свободное время, или просто безмятежно наблюдать за действиями иссущающего волшебника. Быть рядом.       Для Ромы все было просто — он влюбился. …       Для Доктора Блэка нет.       Он же просто отрезал от себя всех, кого он любил и оберегал. Всех друзей. Только алчный Правитель Арнира давал о себе знать. Доктор Блэк зарылся в себе и своих чувствах, он знал, что потеряет всякое доверие своего любимого друга. И всё из-за амулета, который в это же время убивает такого славного и доброго исследователя.       Блэк лежал посреди своей лаборатории в кромешной тьме. Он беспомощно плакал. Вокруг были разорванные в клочья чертежи, заметки, письма, страницы личного дневника.       Доктор вспоминал те дни, когда он с Лололошкой были лишь знакомыми. Он вспомнил, как произносил его имя по слогам, словно пробуя на вкус, как он по доброму ухмылялся нелепым действиям шатена, как он на пальцах учил и объяснял такие лёгкие темы. Как они вместе проводили время, что то чертя, что то делая, что то мастеря, что то изучая. Волшебник помнил, как с удивление слушал истории о драконах. Он вспоминал тот момент когда понял, что влюбился… — Пха… Это б-было незабываемо… — дрожащим голосом произнес Блэк. Его губы сломала лёгкая улыбка и проступил небольшой румянец, но маг продолжал плакать. — Но это п-просто ошибка, т-так ведь?.. — спрашивал у самого себя Блэк. Он не знал, что делать в таких ситуациях. Блэк почти никогда не имел близости с кем-то, уж тем более с такими импульсивными людьми как Лололошка.       Блэк всё же считал это ошибкой, он не мог даже представить, что его полюбят после всего этого. Маг метался из одной мысли к другой, но все они сходились к двум словам - "Это ошибка". — Почему все это происходит именно со мной? Я просто хочу спокойно жить... ...       Лололошка вспомнил одну фразу. Он уже даже не помнит, кто это сказал: «Радиация разрушает магические артефакты». С этой идеей шатен направился искать способ направить тонну радиации на амулет не убив себя самого.       Рома уже в какой то мере ослаб.       Сколько прошло времени? День? Неделя? Месяц? Два месяца? Но Лололошка наконец увидел первую трещину на треклятом артефакте. Он давно уже был готов к волнительной встречи.       Рома в ожидании лег на крышу своего дома. — Только восход. — проговорил Лололошка в мыслях. Его зараженную душу начали греть воспоминания о возлюбленном. Некоторые даже доводили шатена до смеха. — Кажется, всё малое время, что мы провели вместе — всего незначительные встречи. Но для меня это сокровище, как и сам Блэк. я люблю его. — шатен повернулся на бок. Он уже долгое время не спал, так хотя бы Рома сможет отдохнуть. …       Полная тьма вокруг.       Амулет разрушен.       Лололошка проснулся с головной болью, ничего не помня. Как и всегда. Но тут же его охватило волнение. Он может встретить кое кого.       Доктор Блэк сидел и пялился в потолок откинув голову на спинку стула. Он выглядел так помотанно из-за красных глаз после многочисленных рыданий. Ему уже было все равно, как вдруг.       Звон.       До боли знакомые шаги приближались к главной комнате.       Как только Рома вошёл в комнату он смог выкрикнуть только одно слово, а точнее имя: — Блэк!       Только после этого маг испуганно вскочил из-за стола. Он встревоженно сказал: — Лололошка?.. О Арнир, п-прости. Прости, прошу… — дрожащим голосом, словно ребенок продолжил иссушитель. — Я знаю, знаю. Я чертов идиот! Я не должен был этого делать. Прости, прости, прости! — из столь прекрасных глаз по щекам скатились серебристые слёзы. Он не заметил, что снова начал плакать, но все равно продолжил твердить одно единственное «Прости».       Рома нерешительно преодолел расстояние между ними, и сделал то, чего так долго желал. Он со всей силы прижал Доктора Блэка к себе, стараясь успокоить. — Все хорошо, правда… Я давно простил тебя, и я знаю ради чего ты это сделал. Блэк… Просто, —Лололошка подбирал слова на ходу. Он действительно не знал, что сказать. — Блэк, ты просто заложник ситуации, не вини себя, умоляю. Мне больно смотреть как ты коришь себя. — голос парня стал намного уверенней.       Блэк старался найти хоть одно подходящее слово, но лишь уткнулся в плечо парня прижимая его к себе, слыша бешеный стук сердца. — Блэк, я уверен, что ты продолжишь винить себя, но знай, я всегда рад твоей компании, мне все равно, что ты сделал или сделаешь. Просто отбрось всю эту историю с амулетом. Забудь, как страшный сон.       Волшебник прислушивался к каждому слову. Все это время он корил себя за какую то фигню. Так это преподносит Рома. Блэк собрался, чтобы хоть, что то сказать. — Я… Я правда не смогу забыть всё это, я так волновался, когда Варнер сказал, что этот амулет медленно убивает тебя. Я не находил места себе. Ведь это я его создал… Я не знаю почему ты решил меня простить. — Блэк согревался в таких родных объятиях. — Знаешь… — Рома сделал паузу, чтобы получше подобрать слова. Маг же знатно напрягся и был готов услышать, что угодно, но не это. — Жаль, что я совсем не рисую, мне бы хотелось… Рисовать твои руки, читать твои мысли, не думать о звуках, не помнить о других заботах. Рассказать тебе сотни смешных и не очень историй. Мне всегда лишь хотелось услышать тебя, ты был моей неизлечимой болезнью. Я люблю тебя…       Блэк замер. Он считал, что его чувства сегодня просто превратятся в прах. Но походу Лололошка подарил им… Надежду? Маг начал обдумывать решениях, забавно, что он все ещё обнимал парня. — Это правда?.. — Блэк не очень любил когда над ним шутили с подобными темами, но он прекрасно знал, что Лололошка не врёт. Но решил спросить на что получил тихое «Да». Блэк спустя мнговения принятие всех эмоций, что появились с этим лёгким окрыленным «да» ответил. — Я тоже люблю тебя.