— Может по кофейку?

Вечер. Время близится к девяти вечера.

Неспешными шагами, лицом, уткнутым в миловидный шарфик, одетым в чёрные кроссовки с большой подошвой и серым пальто: Комаэда направлялся на встречу к Хинате, а именно в парк. Недавно, в честь полгода отношений этих двух парней, Хаджимэ решил пригласить Нагито на вечернее, хотя нет, скорее ночное свидание с прогулкой по улице под светом фонарей. « — Люди, — как заявил шатен. — В такое время довольно часто гуляют вдвоём, пьют горячие напитки, ходят под ручку и разговаривают, — Хината был явно нацелен на свидание. — Но, — Нагито хитро ухмыльнулся. — Ты забыл са-амое главное... — Один глаз немного закрылся. — Что? — Атмосфера ночью, любовь, поцелуи, обнимашки, — Юноша перечислял всё, загибая пальцы. — Д-Да... Это тоже... — Шатен увёл взгляд в сторонку, немного смущаясь. — Хи-хи, — Нагито умиленно улыбнулся, глядя на возлюбленного.» Вот так-то и произошло приглашение на свидание. Комаэда дошёл до одного из фонарей, что немного мелькал, в отличии от остальных, но его это не волновало особо. Руки как-то начали мёрзнуть, хоть и находятся в перчатках, поэтому, дабы согреть их, юноша начал тереть их друг об друга, иногда делая резкие выдохи горячего пара, что словно дымок от сигарет виднелся на холодном вечернем воздухе. — Ко! — выкрикивает Хината и, наконец-таки, встаёт рядом с беловолосым, пытаясь отдышаться. — Не нужно так торопиться, — вздыхает он. — Я бы и так подождал бы тебя. — Дак ты мерзнешь! — Шатен вскинул руку, немного краснея от холода. — Уже нет, — Руки опустились в карманы пальто. — Пойдём, — Он взял Хинату за руку и повёл в глубь парка. Хаджимэ, что покраснел уже от Комаэды, поплёлся за ним, ожидая лучшего от сегодняшнего вечера...

***

— Хахах! Хината-кун! Ты как? — Нагито пытается удержать смех, смотря на Хаджимэ, упавшего задом к верху и лицом в, покрывшуюся инеем, землю. — Было бы лучше, если бы ты помог, — Недовольно фыркает юноша, садясь на колени и отряхивая лицо. — Извини, давай помогу, — Комаэда аккуратно присаживается рядом и убирает салфетками грязь с лица Хинаты, также проделывая с другими грязными местами. Спустя несколько минут Хаджимэ был словно новенький, правда, куртку немного запачкал, но ничего, в темноте не видно. — Ой, Хаджимэ, погоди! — Нагито подошёл к Хаджимэ и тот уже готов к тому, что его страстно поцелуют, но вот незадача. — У тебя шарф спал настолько, что горло теперь всё открытое и сидит он некрасиво, — Облом. Хината вздыхает, но тут же кивает, чтобы Комаэда всё поправил. Проходит время, и Нагито наконец заканчивает с шарфом, отходя на несколько шагов назад, глядя на шатена со сложенными руками у груди и с завораженным взглядом. — Красавец! Всех на улице очаруешь, мама не горюй! — Он подошёл обратно и оставил на лбу Хаджимэ лёгкий поцелуй. — А тебя ль? Смогу ли очаровать? — Хината чуть наклоняется вперёд и хитро улыбается. — Наповал сразил, боже мой! — Захихикал Комаэда и поцеловал Хаджимэ в губы, пригреваюсь ими к тёплым и чужым чувствительным, под тусклым светом фонаря. Хаджимэ обнимает юношу за талию и углубляет поцелуй, немного причмокивая, в то время как его возлюбленный уложил свои ручки на его плечи.

Около пяти минут они ещё стояли в объятиях и, насладившись теплом друг друга, отстранились, счастливо улыбаясь.

— Комаэда, может по кофейку? — Хината головой указывает на лавочку с кофе и закусками с собой. — Хорошо, надеюсь денег х- — Я заплачу, — На лице появилась лучезарная улыбка. — Всё таки, это ведь я предложил, глупышка, — Хаджимэ напоследок хихикнул, прежде чем скрыться за вечерней толпой к этому самому ларьку. — Сам такой, — Недовольно фыркает Комаэда, пряча личико немного покрасневшее, то ли из-за шатена, то ли из-за мороза, за шарфом. Пока Хината стоит в очереди, Нагито присаживается на одну из скамеек и закидывает ногу на ногу, ожидая возлюбенного. Он уже почти задремал, как вдруг его в пол голоса зовут и протягивают стаканчик с горячим латте. — Извини, очередь слишком большая, старался как можно быстрее, — Хаджимэ присаживается рядом со вздохом и отпивает немного из картонного стаканчика. — Ничего, просто успел соскучиться, — Нагито также отпивает своё латте и откидывается на спинку деревянной лавочки, чувствуя, как приятно обжигают стенки стакана руки юноши, согревая почти как объятия Хаджимэ. Своим сравнениям ухмыльнулся сам Комаэда. — Спасибо за вечер, Хаджимэ, — голова опускается на его плечо и глаза прикрываются. — Тебе тоже, Ко, люблю тебя, — Он положил свою руку на руку Нагито, что покоялась на ноге шатена.

Беловолосый угукает в ответ и пьёт дальше свой кофе, наслаждаясь остатком ночи.