Герой асфальта

Ваню Скотинина по всем статьям можно было назвать необычным ребенком. Во-первых, он раньше был маглом, но его отчим, профессор Эдмунд Шилов, опробовал на нем эликсир магии – зелье «Альфацелон». Опыт удался, и Иван поехал в Хогвартс – британскую школу чародейства и волшебства. У Ваньки было скандальное прошлое, а именно – психдиспансер, из которого он мужественно вышел, претерпев мучения, маргинальное прошлое, хотя Ваня признавался, что воровать ему было противно. От Скотинина не отставала полиция, произошло несколько стачек, в последней парень потерял заднюю конечность, и пришлось отращивать новую. И именно в ней его пытались расстрелять. У него сейчас были летние каникулы, и ему пришлось лечиться. С латинского слово «каникулы» переводится как «собачьи дни». Для Вани они и вправду были такими. Он был красавцем, и эта красота к нему стала постепенно возвращаться. Кожа стала снова приобретать живой оттенок, но волосы все еще оставались седыми. Это произошло оттого, что Иван использовал непростительные заклятия (Ваня не стоял под заклятием надзора, и поэтому он мог делать что хотел, но с Шиловым у него был только один уговор – чтобы на месте дома не остался кратер). Сидеть с инородной конечностью, ходя, опираясь о стенку – паршивое удовольствие. У Шилова вчера был шестидесятилетний юбилей – съехалась целая толпа гостей. Сегодня они все стали разъезжаться. Среди них уже был Ян Столяров – бывший Ванин одноклассник, известный своим преследованием Ивана. -Ну, Яша, – говорил «другу» на прощанье Ваня – счастливо. Может, будем переписываться, по крайней мере, ты знаешь, где меня искать. -Дерзай, – ответил еврей, хлопнув Скотинина по плечу – по крайней мере, придется. -Еще раз. Будешь себя там адекватно вести, но плохо учится – плохие оценки простят. Будешь плохо себя вести, но хорошо учиться – простят плохое поведение. Будешь и вести себя прилично, и хорошо учиться – поедешь куда-нибудь по обмену. Мне уже предложили такую вещь, в этом году я еду в Китай. -Крутяк! -Отлично, мир посмотреть можешь. Ни пуха, ни пера – изрек Ваня, и машина со Столяровыми выехала за ворота и помчалась в бескрайние поля… Они были последними гостями. Стол, за которым сидели гости, эльфы еще не унесли. Шилов сидел за ним и допивал чай. Ваня к нему присоединился. Тут к ним подбежал их кот Евгений с газетой в зубах. -Е-мое – произнес Шилов, прочитав первую полосу – гоблинский вирус и гоблинские погромы – вместе веселее! -Ага, чего ж еще скрывать, - бросил в ответ Ваня – а сколько там инфицированных? - Человек и два гоблина. Всех посадили в госпиталь, но не факт, что до этого они ни с кем не общались. -И насколько все серьезно? -Ну не знаю… хотя опыт предыдущих эпидемий и восстаний нам показывает, что народ заражался тысячами. Тут еще и маггловская эпидемия обострилась. -А в министерстве у нас полный швах. А в стране – разруха. Чем это все закончится? -Да ничем хорошим. Поттер у нас вообще чинуша никудышный. Они сидели и до темноты обсуждали эпидемию. Перед тем как лечь спать, Ваня решил посмотреть в интернете новости. Нажал на первую ссылку и стал читать. Мне кажется, что наши генералы как-то малость туповаты. Вообще, все командование туповато. Этот ребенок был похож на зверя. У него оранжевым горели глаза, точно готовые что-нибудь сжечь. «Чего вы ждете?! Стреляйте!» - заорал командир, взвод его открыл огонь. Я в этом взводе не был. Но таких детей я никогда не видел. Пуля по касательной полетела в Шилова, а детеныш прыгнул, загородив своего отчима. Вот что значит – родство духа! Пожертвовал собой за, казалось бы, абсолютно чужого человека. Пошел освобождать абсолютно чужого дяденьку, взялся за пулемет по своему желанию. Это жесть какая-то. Ребенок держит, словно игрушку, автомат, и готов расстрелять за своего Шилова абсолютно любого. Познает смысл жизни на войне. Предательски кинутый всеми – всеми, начиная с собственных родителей. Всеми, кроме Шиловых. Они с ним хорошо, по-видимому обращались. И вот не прыгал бы он за них к черту в пекло, если бы те с ним плохо обращались. За что?! За что государство, которое должно сближать людей, разъединяет их?! Потом Шилов с мелким, как и с остальными, скрылись в темноте деревьев. Жив ли этот мальчик, не жив ли -мне пока не известно. Если его уже с нами нет, то царство ему небесное. Если жив – то скорейшего выздоровления и счастливой жизни в дальнейшем. Я больше не могу смотреть на этот маразм. Полиция же должна защищать людей, так ведь? Я же не палач. Я увольняюсь. Хотя за эту статью меня все равно уволят. Эту заметку написал полицейский, чьи сослуживцы стреляли в Ваню. «Дно пробито, маразм крепчает» - подумал Ваня, и лег спать.