Дикие ягоды.

Где-то на другом конце Земли. В суде была тишина. Тёмно-коричневый оттенок угнетал своих гостей, исключая человека, сидевшего на скамье подсудимых. Высокая девушка продолжала зачитывать показания, стараясь не выдавать эмоции, которые читались несколько минут назад при окончание речи подсудимого. Новизна профессии совсем выводила её из обычного потока жизни, казалось, что она попала куда-то во владение Аида и здесь царит вечный мрак и несправедливость, хотя в аду так много не рассуждают о историях, которые привели эти души в их обитель. Она ещё раз сглотнула и постаралась набрать побольше воздуха в лёгкие для окончания своей речи, длинная рыжая прядь выбилась из-за уха и скрыла клетку с мужчиной. У себя за спиной девушка услышала лёгкое всхлипывание и точно представила человека, которому оно принадлежит. Она ещё раз облизала свои тонкие пересохшие губы и закончила такой же ровной интонацией, представляя, что теперь стала чуть ближе к своему идеалу. Пока судья зачитывал приговор, девушка вспоминала многочисленные лекции, семинары, практику и запись с судебных разбирательств. В голове назойливо сидела одна мысль, что это был всего лишь первый, а может даже нулевой уровень, никто не говорил, что придётся шагнуть сразу на сотый, а может недостаток опыта и вера в справедливость заставили недавнюю студентку усомниться во всей системе. Спустя длительное время суд был окончен. Девушка покидала помещение очень быстро, делая вид спокойной ходьбы. Она не хотела встретиться глазами с людьми, которые находились в зале. Их молчаливое осуждение было настолько громким, что даже некогда шумная комната не смогла его скрыть. Мысли путались, эмоции давили, а глубокие вдохи уже не помогали, чтобы скрыть разочарование. На выходе её ждали несколько журналистов. Девушка тактично увернулась от их вопросов и скрылась по направлению к метро. Она понимала, что возле машины её ожидает ещё несколько человек, а объяснять что-то ей было сейчас сложно. Каблук шпилька быстро застучали по неровным ступенькам, длинные переходы и сильный сквозняк говорили о том, что она на верном пути. Полупустой вагон и возможность выдоха и тишины. «Почему я послушалась? Зачем я это сделала? Когда я перестала бороться против?» - на её брючном черном костюме появилось множество складок, от пиджака оторвалась маленькая пуговица в области груди, когда её тело сделало ещё один глубокий вздох, пальцы заскользили по лицу и остановились в области затылка. Казалось, что она желает просто изгнать свою совесть, но все усилия превращаются в прах. «Когда он стал не только моим начальником? Когда я стала слушаться его, как собачонка? Или это было всегда? Папа говорил правильно. Я слишком честная для этой профессии. Мне кажется, что мы зря это задумали Луси. Где интересно ты? Встретимся ли мы снова? Ты, наверное, занимаешься нужным делом, ты доказываешь правду, какой бы она не была. А Я? Там же чётко было домогательство и может и изнасилование, только об этом пока молчат. А смысл им говорить, если такая, как я докажет, что он не виновен. Он виновен! Как можно приставать к подросткам, особенно в своём статусе. Хотя… Почему я не родилась мальчиком? Или не стала одной из этих дамочек в розовом, которые просят у папы новое колечко за несколько миллионов, они гуляют с собачками, а когда выходят замуж, то постят свои фото о бескрайнем счастье с малышом, которого сразу после постановочной картинки забирает няня. Нет, Леночка не такая, она будет помогать людям добиваться правды и сажать преступников. А сейчас?» Девушка откинулась на спинку длинного синего сиденья и посмотрела наверх, где мигала длинная лампа. Вагон немного кидало в стороны, на остановках становилось шумно и вскоре из полупустого он превратился в почти полный. В колонках прозвучала давно знакомая остановка на двух языках и девушка, легко подхватив свою тёмно-синюю сумку с длинными кожаными ручками, направилась на выход. Около здания её снова поджидали работники пера и фотоаппарата, поэтому она резко свернула и пошла вокруг. Мало кто знал, что в старинном здании на главной улице города есть дверь с внутреннего двора и её функциональность будет служить для сегодняшних потребностей. Неприметный старый вход был не демонтирован во время реставрации только из-за просьбы архитектора, который гадал о его предназначение. Девушка мысленно послала множество благодарностей за запасной план и исчезла в высоком доме. Она не долго плутала по коридорам, так как уже не раз пользовалась этой находкой, и увеличивая скорость, желала поскорее оказаться в своём кабинете, чтобы ещё раз осмыслить всё. - А вот и моя Леночка. – Мужчина в светло-бежевом костюме развёл руки в отеческом объятии при виде девушки, чьи плечи были опущены, а гордая осанка улетучилась ещё утром. - Добрый день Семён Аркадьевич. – Она постаралась увернуться от его проявления нежности, но он предотвратил такой исход. Мужчина крепко обнял её молодое тело и поцеловал в щёку. - Ты – красавица. Леночка, ты была безупречна, наш заказчик очень доволен. – Он последовал за молодой рыжей особой в маленькую комнату, где она так мечтала оказаться в полном одиночестве. - Ещё бы он не был доволен. Он не сел, отделался штрафом для школы, так как их имя сейчас на каждой странице любой газеты. – Девушка оставила свою сумку на столе, где лежала новая красная папка, а сама проследовала к окну. - Леночка, а если посмотреть по-другому. – Мужчина подошёл ближе и провёл тыльной стороной своей ладони от плеча до запястья девушки, но та почти ничего не ощутила, так как плотная ткань пиджака сработала словно доспехи. – Если он старался, как наставник просто обнять девочек, чтобы им не был так страшен его предмет и оценки. Может он шутил над ними? Или хотел, чтобы они почувствовали себя женщинами и делал комплименты? – На этих словах его руки расположились где-то в области её предплечий, а лёгкий шёпот, который вдруг вырвался из его голосовых связок, обжигал ухо его недавний студентки. – Как я. - Я не хочу смотреть на это по-другому. – Девушка освободилась из его объятий и присела на своё высокое синее кресло. – Он приставал, точнее домогался своих учениц. Это не проявление внимания, Семён Аркадьевич. Это преступление. А поскольку это ваш друг, мы его отмазали, когда я обещала девочкам справедливый суд. - Некоторые девочки старше тебя. Они могли не так понять или их память нарисовала им то, что сейчас не доступно. Он - медийная личность, захотели просто известности. – Мужчина продолжал свою диктатуру, устраиваясь напротив своей подчинённой. Его светлые короткие волосы немного выбились из уложенной парикмахером причёски. – А может это их эротические фантазии. – Мужчина потянулся через весь стол, который показалось хрустнул под его весом мышц, и остановился только когда до лица девушки оставалось примерно десять сантиметров. – Может они хотят, чтобы он с ними переспал, да ещё может по жесткому, трахал их всю ночь, не уставая и не давая себе передышку? – Губы растянулись в длинную улыбку и стала заметна вчерашняя щетина, из чего можно было сделать вывод, что её наставник явно не ночевал дома. - А девочка, которой двенадцать из его школы, где он работает, тоже хочет жёстко? – Недоумение выражалось в маленьких глазах, похожими на жемчуг. Мужчина вернулся на своё место, сильно сжимая подлокотники большими пальцами, на одном из которых покоилось кольцо, свидетельствующее о неудачной любви. - Забудь о них. Юра звонил мне и был доволен, на этом всё. Мы отработали деньги, которые он заплатил нам за исход этого дела и обещал теперь спать только с совершеннолетними. Ты спокойна? - Нет. Мы должны были доказать, что он виновен. – Негодование и возмущение молодой особы всё больше заставляло её голос повышаться. - Баста, Лена. Если бы мне нужна была истеричка, я бы нанял твою подругу, а не тебя и не посмотрел бы что ты - Ткачена. Это ясно? – Осознание, что его нападение проигнорировано в очередной раз мужчина выдохнул, чтобы как-то скрыть возбуждение и расположил свои длинные ноги поверх друг друга. – Там новое дело. Через неделю суд. Этот должен сидеть, таков заказ. - Серьёзно. Я - официантка? Может дадите всё-таки выполнять мою работу прокурора? – Она установила зрительный контакт со своим учителем, но это не помогало ей в том, чтобы разобраться в реальности происходящего. - Леночка, есть дела, где ты будешь её выполнять. Но есть дела, где нужно поработать обслуживающим персоналом. И надеюсь, что скоро ты научишься хорошо им работать, главное разберись, где нужно им работать, а где подрабатывать и тогда ты будешь очень ценным сотрудником. – Мужчина ещё раз самодовольно улыбнулся и расположил свои пальцы у виска, давая воображению представить эту девушку без одежды в его спальне. - Можно я останусь одна, Семён Аркадьевич? – Она набрала побольше воздуха в лёгкие и продолжила. – Хочу изучить дело. - Умница моя. – Мужчина направился к выходу, но задержался и перед тем, как уйти закончил этот диалог, как ему казалось на сладкой ноте. – Леночка, отмени все дела на вечер, хочу отпраздновать твой триумф. Посидим где-нибудь, наконец, станем ближе. Дверь захлопнулась, а девушка откинулась на высокую спинку, в голове звучали монологи потерпевших, их нерешительность, сбивчивые предложения, а перед глазами возник образ её наставника, который совокупляется почти с каждой своей практиканткой, обещая блистательную карьеру. Было не ясно, кто из них хуже, тот кто просто пристаёт или тот, который строит воздушные замки, а потом выбрасывает словно использованный платок. Лена прекрасно понимала, чем может закончиться вечер и ей срочно нужно было придумывать план побега, так как новой подстилкой для этой похотливой особи она становится не собиралась. Пусть все её подруги пали перед ним даже без сражения, так как его вид внушал серьёзность и стабильность, а голос шептал, что он желает степенности. Этот сценарий не вёл наверх, туда где её начнут уважать, и она сможет что-то изменить. Девушка попросила секретаршу назначить встречу с новым ответчиком на вечер и захватив папку скрылась за той же неприметной дверью, чтобы ещё раз поверить в силу своего выбора.