Дикие ягоды.

На другом конце Земли. Машина продолжила своё путешествие по автострадам маленького городка. Она сделала ещё несколько поворотов и остановилась возле низкой постройки, где красовалась вывеска «Farmacia». Водитель скрылся за жёлтой дверью, а мужчина набрал номер с недавней визитки и нервно ожидал ответа. Гудки продолжали тянуться, словно густой джем или цветочный мёд, которые придают лишь приторно-сладкий привкус, после из-за него хочется проглотить множество капель ледяного напитка, чтобы хоть как-то избавится от назойливости нектара на языке. Мужчина выдохнул и погладил девушку по голове, на её губах появилась едва уловимая улыбка. Выключенный телефон завибрировал, и его владелец постарался, как можно быстрее ответить. Женский голос заставил почувствовать мужчину некоторую растерянность, но после всех разъяснений он выдохнул и взял освободившейся рукой ладонь незнакомки, которая так не разу и не пришла в себя. Водитель вернулся в машину с большим пакетом медикаментов и устроив их на сиденье рядом, повернулся к пассажирам на заднем сиденье начал перечислять то, что могло понадобится им: - Я купил бинты, мазь, спирт и ещё многое, но я – не доктор. - Игорь, успокойся. Мы вчера были в больнице на переговорах, помнишь? – Не дождавшись ответа мужчина продолжил. – Я договорился, нас уже ждут там. Её осмотрят и оставят на сутки примерно, чтобы пронаблюдать, а мы можем…. - Мы можем вернуться к нашим делам? – Мужчина сделал громкий выдох, как будто до этой фразы вовсе не практиковался в этом внезапно недавно забытом навыке. - Она так похоже на мою дочь. – Вероятность простого сходства была минимальна, а вера в то, что это его ребёнок и у неё есть секреты от него совсем выбивало из равновесия. - Она - не Елена Марковна. Вы знаете, что она дома и ждёт Вас. – Водитель задал навигатору точный адрес, но что-то вновь задержало его со стартом. - Игорь, я знаю, что она - не Лена. Но возраст, параметры, черты. – Марк не смог продолжить, так как его служащий перебил его. - Вы знаете, что у Вас и у меня и естественно у Елены Марковны есть на этой планете, как минимум ещё пара двойников. Думаю, матушка-природа не особенно заморачивается на нашей внешности. – Он потянулся к навигатору и услышал, как шов на сером пиджаке треснул от сильного натяжения. Нервничая мужчина провёл рукой по своим коротко подстриженным волосам, направляя их назад, а затем резко снимая испорченный предмет одежды он снова стал вводить адрес и безмолвно ненавидеть современную технику, с которой, так и не смог найти общий язык. - Ты веришь в эту чушь? – Последовала пауза. – Игорь, когда мы поедем, я боюсь, что у неё может быть внутреннее кровотечение. По всем правилам, мы не должны были её трогать, а тем более транспортировать. Нужно было дождаться медиков. - Марк Олегович, если бы мы дождались медиков, то и разговора со здешней полицией нам не избежать, а Вам не нужна лишняя огласка. - Игорь, почему мы до сих пор стоим? Я запишу тебя на курсы по обращению с техникой для пенсионеров. – Последнее предложение звучало на тон громче и раздражительность с новой силой стала завладевать им. - Марк Олегович, но она меня игнорирует. Я уже раз десять вбил адрес этой чёртовой больницы. – Мужчина ударил по поверхности маленького экрана, и он полетел вниз вместе с пластмассовой подставкой. - Игорь, нам надо скорее в больницу. Маршрут уже построен в моём телефоне, поехали. Водитель выдохнул, что на короткое время его лишили возможности снова спорить с техническими новшествами и нажимая на газ попрощался, наконец, с неприветливым зданием farmacia и низкими домами похожими каждый друг на друга. Набирая скорость по узкой улочке, он старался, как можно скорее выехать на широкое шоссе похожее на те, по которым он так любит колесить, где есть десятки машин его уровня и взаимодействие завыванием сигналов, светом фар или криком из открытых окон, закономерно пологая, что умственные способности соседствующих владельцев очень приуменьшены по сравнению с ним. Поток одинаковых домов не прекращался, а где-то он менялся с очень низкого до просто низкого, но дорога расширялась и вскоре они увидели вдали береговую линию и туристов, прогуливавшихся вдоль набережной. Асфальтовое полотно вновь резко свернуло, а затем устремилось вперёд. Перед кованными охранниками чёрный BMW резко затормозил и лишь после ещё нескольких звонков им открыли ворота, хотя в прошлый их визит такой чести им не оказали и хозяину влиятельного иностранного исследовательского центра пришлось идти пешком до главного входа и зала совещаний в этом учреждение. Навстречу им вышли медсёстры и медбрат с каталкой. Марк вынес незнакомку из своей машины и положил на твёрдую поверхность кровати, которая увезла девушку внутрь помещения, оставляя его на несколько минут в полном одиночестве, как будто давая выбор: брать на себя ответственность за содеянное или сбежать, успокаивая себя, что его совесть чиста, так как пострадавшая оказалась там, где могут оказать ей профессиональную помощь. Мужчина убрал за уши выбившиеся волосы и подняв рукава своей рубашки вверх к локтям, направился во внутрь здания спасения. В светлом холле уже никого не оказалось после недавней процессии. Около круглого стола стояла регистратор и объясняла недавним пациентам куда им следует направляться. Мужчина прошёл к лифту и вышел на этаже, где располагался кабинет его нового знакомого. В светло-зелёном коридоре было довольно оживлённо, и он увидел медсестру, что встречала их. Немой вопрос и указание идти в противоположную сторону были верными показателями того, что скоро холод, накрывший его тело из-за неизвестности отступит. - Марк. – Громко произнесённое собственное имя вернуло высокого мужчину в реальность. – Марк, где Вы нашли племянницу Камиллы Огаре? - Даниэль, добрый день. Понимаете, произошла авария. Девушка выбежала на проезжую часть, и мой водитель не успел затормозить. – Ледяной пот покрыл его спину и казалось, что он снова в кадетской школе и снова со своими одноклассниками сбежал, а потом вернулись в корпус и это стало известно. - Хорошо, что Вы привезли её именно сюда, но это было очень опрометчиво поднимать её и… - Я знаю, Даниэль. – Он перебил мужчину в белом халате и продолжил задавать вопросы. – Я боялся, что медицинская помощь быстро не приедет и как-то странно оставлять девушку на асфальте, но это неважно, как она? – Множество оправдательных и разумных предложений было подобрано им в голове, но в реальность вырвались самые неправдоподобные для его статуса. - На первый взгляд ничего серьёзного: ушибы, ссадины. – Он спрятал свои руки за спиной и соединил их в замок, потом ещё раз посмотрел на своего возможного делового партнёра и продолжил. – Я не имею права Вам что-то рассказывать о пациентке. Её тёти уже сообщили, и она направляется сюда. - Вы знаете, кто она? – Марк явно пропустил одну из реплик доктора и тот повторил ещё раз, делая акцент больше на имени родственницы пострадавшей. – Изабель Огаре, племянница Камиллы Огаре. Вы остановились в одном из её отелей. - Даниэль, я могу Вам позвонить вечером и узнать о здоровье Изабель? – Родительское волнение вырвалось из его тела, а глаза выдавали желание остаться хотя бы скрытым наблюдателем в этой истории. - Марк, зачем Вам это? Я не буду раскрывать вашу причастность к появлению Изабель в моей больнице. – Круглые глаза мужчины следили за реакцией собеседника, стараясь не упустить ни одной эмоции. - Позвольте мне справляться о её состоянии и навестить. Я чувствую себя виновным и совесть не позволяет мне её просто оставить. – Красноречие иностранного коллеги было отмечено ещё на переговорах, а умение втираться в доверие, как отработанный навык было включено в его резюме совсем недавно для мужчины с густыми чёрными волосами, находившимся напротив. - Можете звонить, конечно. По поводу встреч ничего обещать не могу. А сейчас прошу извинить меня, у меня много работы. – С этими словами он покинул коридор и скрылся за дверью смотрового кабинета. Марк недолго подождал чего-то, а затем покинул больницу, направляясь в гостиницу, чтобы снова обдумать почему татуировка незнакомки не выходит у него из головы. Большая круглая постель стояла в центре комнаты. Она была покрыта белым бархатным покрывалом, а бежевые подушки, так и манили в сон. Недалеко от красивого ложа стояли тёмные тумбы, а белые лампы придавали им особенную строгость. Бокал был ещё наполнен, но его хозяин понимал, что уже и так перебрал лишнего. Он сидел на кровати и смотрел вдаль через стеклянную дверь балкона на чёрное, звёздное небо. Его каштановые волосы свисали вдоль лица, едва касались плеч. Руки были заключены в замок, а фисташковая рубашка расстегнута до половины. Мышцы его накаченного тела напрягались при каждом вздохе. Он никогда не говорил о своих слабостях, считая, что у него их просто не было, но сейчас он, наконец, осознавал своё заблуждение. Марк посмотрел на полный стакан и отвернулся, опустив голову вниз. «Кто Она? Лицо, губы, тело – Она так похожа на Лену. Моя дочь». Мужчина поднялся и вышел на огромный балкон. Он смотрел на большой, ночной, жаркий город. Вечно тёплая страна, горячее солнце, никогда нет зимы и снега, а Марк очень любил снег. «Изабель. Её зовут Изабель». Он провёл руками по голове и вернулся к голубым перилам. Город не засыпал, он продолжал жить, машины держали направление вдоль разных дорог, а весёлая молодёжь гуляла в пляжных клубах. Море тихо искрилось и сверкало, отражая свет небесных светил. Марк почувствовал лёгкое головокружение от душного воздуха ночи и вернулся в номер, затем устроился на постели. Старомодная хрустальная люстра приковала его внимание, а в глазах появилась рыжая девушка студентка, которая упала в обморок при виде крови на их совместных занятиях в университете. Она не знала его языка и с ней был переводчик, чтобы хоть как-то помогать понимать строгого преподавателя. Когда она пришла в себя, то Марк уже принёс ей стакан воды и предложил познакомить их с городом. Её зелёные глаза манили своей открытостью и наивностью. Вскоре последовало следующее свидание, он начал изучать её язык, она его, затем новая встреча и это было, как наваждение. Они чуть не завалили сессию в тот семестр, но оставался ещё один прежде, чем она уедет. Он закрыл глаза и ночь в самом дорогом отеле, который мог позволить себе студент, предстала перед ним словно чёрно-белое кино, какое счастье, что оно не было немым. Они настолько желали друг друга, что он даже забыл спросить её о предыдущих партнёрах, что привело к неприятной минутной боли, но после его самолюбие ликовало и отплясывало рок-н-ролл. Он быстро снял с неё короткое широкое с рюшами тёплое платье, а за ним последовали колготки. Она неумело тянула его синий свитер крупной вязки, а к поясу брюк и вовсе боялась притрагиваться. Оставаясь в одном белье, он увидел её смущение от проявления его возбуждение, но решительность обоих не позволила отступить назад. Его ладонь скользит вдоль её ноги и задерживается на животе, губы ищут ответ в её поцелуе. Снимая бельё, он старается оставить на каждом участке её тела свой отпечаток, словно клеймо, что эта девушка принадлежит ему и никому более. Затем самое сладкое – резкое погружение и её вскрик – осознание и быстрая реакция, чтобы смазать этот болезненный фрагмент в их истории, чем-то безумно приятным. Движение, медленное движение, словно предыстория перед самой главной последовательностью и кульминацией. Её дрожь, дыхание, касания и стоны. Ему казалось, что он до сих пор слышит их. Событие сегодняшнего дня вытеснило такое приятное наваждение, а желание сразу ушло, как только образ возлюбленной заменился на девушку в машине. «Они не могут быть просто похожи». Он нащупал на кровати свой телефон и набрал номер. Первый гудок вызвал раздражение, а последующие злость и нарастающее беспокойство. На другом конце провода должна была ответить его дочь, что исключало полностью её нахождение здесь и повышало возможность совпадения, но его милая, добрая девчушка, которой она оставалась для него, молчала. Лишь спустя несколько десятков секунд его ожидание вознаградилось, и он выдохнул, хотя и преждевременно: - Дом Марка Олеговича Ткачена, слушаю. – Устало произнесла девушка, надеясь на быстрое завершение разговора и возвращению к своим привычным обязанностям. - Лиза, привет! Где моя дочь? - Здравствуйте, Марк! – Поприветствовала служанка. - Она должна быть на работе. Лена очень поздно вчера приехала и рано сегодня уехала. Я только цветы начала поливать, даже завтрак не успела подать ей. - Очень не похоже на неё. – Смутился мужчина и поднялся с кровати. – У неё вчера было слушанье, не знаешь, как прошло? - Нет. – Девушка поправила свой белый фартук и продолжила рассказ, осторожно подбирая слова, чтобы не волновать своего хозяина непривычным поведением его дочери. – Она выглядела очень уставшей и сразу отправилась отдыхать. Но думаю, что, наверное, вечер она провела с Черновым, так как пальто в котором она пришла было мужским. - Чернов и пальто. – Мужчина улыбнулся, представляя друга его дочери в этом виде верхней одежды. – Если Андрей начнёт носить пальто, то я пойду на балет со своей бывшей. Она кстати не звонила? - Нет, Анна не звонила. – Брови служащей нахмурились при упоминание этого имени, а носок правой ноги начал стучать, выражая негодование от того, что ей снова приходится отвечать за свою бывшую хозяйку. - Я понял тебя. – Спиртное ударило Марку в голову, а появление клона его дочери не давало промелькнуть никакой другой мысли, как-нибудь не касающийся её. - Вас спрашивал Ваш отец. - Передай ему, что я скоро вернусь. – Выражение лица Марка изменилось, но затем он отогнал от себя неприятные мысли и продолжил. –Я приеду где-то через 3-4 дня. Пусть Лена мне перезвонит. Лизочка, ты только не перетруждайся, я очень ценю тебя и твою работу, так что, если мой старик опять… - Я знаю, Марк Олегович. Я сразу сообщу Вам. – Произнесла горничная, улыбнувшись его заботе. - Не называй меня Марк Олегович, чувствую себя совсем старым. – Мужчина вновь улыбнулся и не дожидаясь ответа пожелал девушке спокойной ночи и прервал разговор. Горничная успела пообещать, что будет следить за своей речью и когда услышала короткие гудки, то посмотрела в окно и прикрыла свои большие глаза, словно пропуская тёплые лучи приветливого дневного солнца.