Уроки музыки

      Лань Чжань недовольно поджимал губы, смотря на струны своего гуциня как на предателя. Опять у него не получилось сыграть расспрос.       Ему уже десять, а у него никак не получается сыграть одну из базовых мелодий ордена Гусу Лань. Дядя выглядел расстроенным, когда Ванцзи вновь ошибся в своей игре. И это только делало сильнее недовольстве Лань Чжаня самим собой.       — На сегодня закончим, — Цижень направился к выходу. — Повторим завтра.       — Как скажете, дядя… — Ванцзи поклонился уходящему родственнику и вновь сел перед своим гуцинем, смотря на него. Он так хотел сыграть Расспрос и услышать душу мамы. Но у него ничего не получалось! И это очень расстраивало.       — Почему у меня ничего не получается… — Лань Чжань хмурился. — Неужели я никогда не научусь?       Эти мысли сильно давили на него. Он давно смирился с тем, что остальные дети избегают его, не желая становиться друзьями нелюдимого второго молодого господина Ланя, что ставило крест на наличие у него друзей. Но вот прослыть полнейшей бездарностью, позором ордена Гусу Лань, не способным сыграть одну из основных мелодий, Лань Ванцзи не хотелось! Он не хотел огорчать дядю и брата… Он должен стать достойным адептом своего ордена!       — Ванцзи? — внутрь заглянул Сичень, не увидев своего младшего брата после его занятия с дядей. Поэтому он решил поискать своего брата там, где у адептов их ордена проходили уроки по изучению музыкальных техник. И не ошибся, найдя младшего брата грустно сидящим перед гуцинем. — Что такое?       — Брат… — Ванцзи грустно посмотрел на него, поднимаясь ему навстречу. — Почему у меня не получается? Почему я до сих пор не могу сыграть «Расспрос»?       — Ванцзи, всё хорошо, — Лань Хуань быстро подошёл к нему и обнял. В голове вновь проскользнула мысль, что их с Ванцзи дядя излишне давит на его младшего брата. Ванцзи и без того уже проявил свой талант к заклинательству, преуспевая в изучении техник их ордена. Но вот давление дяди и старейшин лишали Ванцзи уверенности в своих силах.       — Нет, — Ванцзи слишком по-детский шмыгнул носом, ненароком напоминая Сичэню, что Ванцзи ещё ребёнок, который слишком рано повзрослел. — Я не могу сыграть «Расспрос» и расстраиваю этим дядю.       — Я тоже не сразу научился играть «Расспрос», — постарался успокоить его Лань Хуань. Ведь это была чистая правда. Свой первый удачный «Расспрос» он смог сыграть лишь с двадцатой попытки.       — Честно? — Ванцзи посмотрел на него.       — Честно, — Сичэнь мягко улыбнулся. — Хочешь я научу тебя одной мелодии? Она должна помочь тебе расслабиться и поднять настроение.       — Хочу… А что это за мелодия? — Ванцзи с интересом смотрел на своего старшего брата.       — Увидишь, — Лань Сичэнь вновь улыбнулся ему и достал Лебин, садясь рядом с Ванцзи, который поспешил сесть обратно за свой гуцинь. — Готов?       — Да.       В течении часа Сичень наигрывал мелодию, записи которой ему в тайне от дяди передала мама. Ванцзи послушно повторял мелодию на своём гуцине. И вскоре мелодия, в которую вкладывали немного ци, раскрыла свою сущность.       Лежащие исписанные листы бумаги сложились в небольшие фигурки дракончиков и полетели словно по воздуху, подхваченные мелодией. Ванцзи с восхищением смотрел на всё это, а Сичэнь радовался, что хоть немного, но смог поднять настроение своему брату.