Что бы я делал?

***

Момент, когда я осознал, что нахожусь в опасности, наступил только тогда, когда она меня настигла. Я возвращался домой один, так как Холмс отправился проводить дальнейшие расспросы, когда у меня подкосились ноги, и я рухнул на булыжную мостовую. К счастью, у меня хватило присутствия духа защитить голову, иначе я наверняка потерял бы сознание. Как бы то ни было, мне дали сильный пинок, когда я лежал, распластавшись на земле, а затем меня подняли на ноги. Прежде чем я успел разглядеть нападавших, мне на голову набросили мешок. Грубо связав мои запястья за спиной, меня затолкали в кэб. Я хотел бы сказать, что отбивался от нападавших, но воздух был так основательно из меня выбит, что у меня не было сил что-то сделать. Пока кэб грохотал по улицам, я прислушивался к разговору мужчин, надеясь выяснить, что меня ждёт и будет ли какая-нибудь возможность сбежать. − Мы просто должны доставить его к боссу сейчас, − сказал один мужчина. − А он собирается написать мистеру Холмсу? − вставил второй. − Да, − ответил первый. − Тогда мы будем держать доктора в покое и тишине, пока не приступим к работе. Все они неприятно рассмеялись. Итак, они, очевидно, использовали меня в качестве рычага, чтобы помешать Холмсу вмешаться в их планы. В таком случае, они, должно быть, мало знали о моём друге. Хотя перспектива того, что может случиться со мной за это время, не была радостной, я был уверен, что Холмс выследит этих людей и положит конец их деятельности. Я не мог точно сказать, как долго мы ехали, но мне казалось, что я долго пробыл в темноте, и каждый толчок кэба сотрясал моё израненное тело. Я чувствовал сырость там, где кровь просочилась на мою одежду, без сомнения, от ран, полученных при падении на булыжники. Наконец кэб остановился, и меня вытащили. Они силой повели меня дальше, а потом остановились и стащили мешок с моей головы. − Добро пожаловать в наше маленькое заведение, доктор Уотсон, − сказал мужчина, перед которым я стоял. Очевидно, это был тот самый босс, о котором я слышал. Это был невысокий мужчина с потрёпанными усами, одетый в костюм, выглядящий так, словно знавал лучшие времена. − Вам не нужно так волноваться, − продолжал он. − Мы собираемся задержать вас здесь, пока будем заниматься своими делами, чтобы убедиться, что мистер Холмс не вмешивается. Пока он оставляет нас в покое, мы не причиним вам вреда. Он угрожающе улыбнулся, и я не смог сдержать лёгкой дрожи. − Вы, очевидно, не знаете моего друга, если думаете, что это сработает, − сказал я, притворяясь более смелым, чем я себя чувствовал. − Он выследит вас и остановит. Босс выдал ещё одну из своих неприятных улыбок. − Вам лучше всего надеяться, что он этого не сделает. Отправьте нашего гостя в угол, подальше с дороги, мальчики. Двое мужчин оттащили меня в угол и толкнули между какими-то ящиками. Там я и сидел − мои запястья всё ещё были связаны, а тело болело − пытаясь придумать какой-нибудь выход из этого беспорядка. Я не знаю, как долго там оставался. Я думаю, что, должно быть, на какое-то время заснул, так как время тянулось бесконечно. За мной всегда наблюдал по крайней мере один мужчина, так что возможности сбежать не было. Наконец я услышал признаки волнения снаружи. Ворвались несколько офицеров в форме, и между ними и собравшейся бандой прихвостней завязалась потасовка. Мой охранник ушёл, чтобы присоединить свои силы в борьбе, но, наконец, все были схвачены. Лестрейд и Холмс вошли, когда на мужчин надевали наручники. Пока Лестрейд охранял босса, Холмс подбежал ко мне и опустился на колени рядом со мной. − Уотсон, с вами всё в порядке? − настойчиво спросил он, пытаясь освободить мои связанные запястья. − Мне так жаль, что мне потребовалось так много времени, чтобы добраться сюда. − Меня избили, но не думаю, что был нанесён какой-либо серьёзный ущерб, − попытался я успокоить его. Ему удалось снять с меня путы, и он внимательно осматривал меня. − У вас шла кровь, Джон, − запротестовал он. − Это из-за падения, − объяснил я. − Всё не так уж плохо. Я смогу перевязать раны, когда мы вернёмся домой. Я видел, что он всё ещё обеспокоен, но принял во внимание мои превосходные медицинские знания. Он осторожно помог мне подняться на ноги и повёл к двери. Я старался не обращать внимания на то, как его нежность заставляла моё сердце трепетать. Лестрейд был занят погрузкой пленников в фургон. − С вами всё будет в порядке, доктор? − спросил он, когда мы остановились рядом с ним. − Да, со мной всё будет в порядке, − твёрдо сказал я. − Спасибо вам обоим за своевременное спасение. − Я должен отвезти Уотсона домой, − вставил Холмс, прежде чем Лестрейд успел что-либо сказать. − Если вам потребуется дополнительная помощь, вы знаете, где меня найти. С этими словами он повёл меня дальше к ожидающему кэбу. Он убедился, что мне удобно, прежде чем мы отправились. Всю дорогу домой я чувствовал на себе его взгляд. Было ясно, что он всё ещё беспокоился о степени моих травм. Эта поездка в кэбе была менее болезненной, чем моя предыдущая, но, тем не менее, я был очень рад, когда мы добрались до Бейкер-стрит. Холмс расплатился с кэбменом, а затем помог мне подняться в нашу гостиную. − Я принесу всё необходимое, чтобы обработать ваши раны, − сказал он. − Вы сможете раздеться без посторонней помощи? Я кивнул. − Я думаю, что справлюсь, спасибо. Он оставил меня, и я продолжил снимать рубашку и брюки. У меня были ссадины на руке, боку и бедре с левой стороны. Они выглядели неплохо, но было бы лучше их обработать. Холмс вернулся с тазом горячей воды, мылом и бинтами. Он сел рядом со мной на диван и начал помогать мне обрабатывать мои раны. И снова я был поражён его мягкостью и заботой. − Вы были правы, − заметил он, прикладывая влажную ткань к моей руке. − Они не так уж плохи. − Вам следовало слушать, а не беспокоиться, − ответил я. − В любом случае, я хочу знать, как вы выследили банду. Он еле заметно улыбнулся. − Благодаря записке, которую они мне прислали. Несмотря на попытку замаскировать почерк, я его узнал. Было ясно, что время имеет решающее значение, поэтому я воспользовался одним из известных контактов и выяснил, где находится их база. Затем я позвонил другу Лестрейду, который предоставил офицеров в помощь. − Что вы ещё не рассказали? Он порылся в кармане пиджака, вытащил записку и передал её мне. Я начал читать: «Мистер Холмс, В ближайшие недели вы услышите о серии краж со взломом в некоторых богатых районах. Было бы в ваших интересах игнорировать эти сообщения. У нас есть ваш помощник, доктор Уотсон. Если нас оставят в покое, ему больше не причинят вреда. Если вы вмешаетесь, мы посмотрим, сможем ли мы отправить вам сувенир». Закончив читать, я поднял глаза на Холмса. Он сосредоточился на перевязке раны на моём бедре, но я видел, что его губы были плотно сжаты. Тогда я понял, как сильно он волновался. − Ох, Холмс, − пробормотал я. − Мне так жаль. Он отрицательно покачал головой. − Это была не ваша вина. Но теперь вы понимаете, почему я торопился. Что бы я делал, если бы?.. − Его голос сорвался. Я положил руку поверх его руки. − Всё в порядке, − заверил я его. − Вы успели вовремя, и я в порядке. Он кивнул. − Да. Да, это так. Я сжал его руку, и он судорожно вздохнул. В этот момент вошла миссис Хадсон с нашим ужином. Я был очень благодарен за это, потому что умирал с голоду. Я хорошо поел, и мы с Холмсом поговорили о других вещах. После еды я удалился в свою комнату. Я как раз засыпал, когда Холмс вошёл в мою комнату. Не говоря ни слова, он подошёл ко мне и сел на стул рядом с кроватью. Не открывая глаз, я прислушивался к его дыханию. Оно звучало так, будто он начал плакать. Он нежно взял меня за руку и большим пальцем стал рисовать круги на тыльной стороне. − Я был напуган сегодня, − сказал он в конце концов тихим голосом. − Что, если бы я потерял вас? Моё сердце затрепетало во время последовавшей паузы. Я продолжал притворяться спящим, зная, что ему нужно было сказать эти вещи, но он не сможет этого сделать перед аудиторией. − Я не так легко влюбляюсь, Джон, − продолжил он. − Сначала мне нужно узнать человека. − Он снова сделал паузу. − Я никогда никого не любил так, как люблю вас. Я сжал его руку, моё сердце переполнилось. − Я тоже вас люблю, − пробормотал я, открывая глаза. − Я так долго любил вас. Улыбка, которую он мне подарил, была нежной и полной любви. − Похоже, мы оба были дураками, − сказал он со смехом. − Что нам теперь делать? − Вы могли бы обнять меня, − сказал я, поворачиваясь на кровати. − Я могу причинить вам боль. − Вы не сделаете этого. Пожалуйста. Он забрался на кровать и осторожно обнял меня. После того, как мы смотрели друг на друга, казалось, целую вечность, мы наклонились, чтобы разделить нежный поцелуй. Никогда ещё всё не казалось таким правильным.