Выше, ниже ,быстрее, глубже

Гермиона возвращалась поздно из библиотеки, как и всегда она зачиталась, а время было уже давно после отбоя. Грейнджер молилась, лишь бы её не поймали старосты, которые в это время уже делали обход по школе. Ей пришлось идти через подземелье, это место она не любила по многим причинам. Спускаясь по лестнице, стало совсем темно, ей пришлось воспользоваться своей палочкой. -Люмос! — произнесла она заклинание и коридор озарился ярким светом. Девушка пошла дальше, и почувствовала, как кто-то ухватил ее за запястье. Прошло всего лишь несколько секунд, и она оказалась под лестницей, прижата к стене. Поскольку только одна рука осталась свободна, как раз та, где была волшебная палочка, девушка успела разглядеть лицо молодого человека, схватившего её. Перед ней стоял никто иной, как Драко Малфой. Голова немного закружилась, но Гермиона сразу же взяла себя в руки. -Какого чёрта ты здесь забыла в такое время грязнокровка? — сильнее сжимая ее запястье спросил он. -Не твоё собачье дело, Малфой! -Ты очень ошибешься Грейнджер! -Отвали от меня и немедленно отпу… Не успела Гермиона договорить, как Малфой закрыл ей рот поцелуем. Наверху послышались шаги, но «парочку», гулявшую этой ночью, никто так и не заметил. Когда они ушли, Малфой даже и не думал отрываться от Грейнджер, но она начала бить его рукой в грудь, возвращая к реальности, и парню пришлось отстраниться, хотя руку он продолжал держать в крепкой хватке. -Да как ты смеешь?! — гневалась Грейнджер. -Что?! Спасать нас? -Да, но ты мог просто сказать мне, и я бы замолчала! -Только не возбуждайся.- попросил Малфой. -Одного поцелуя мало, чтобы возбудить меня! Да и тем более от тебя! -Правда? А чьего же достаточно, твоего рыжего защитника или может быть шрамоголового Поттера? Ты сама напросилась грязнокровка. С этими словами Драко накинулся на нее. Он прижал её ещё сильнее к стене, что Гермиона не могла нормально дышать. А его поцелуи спускались всё ниже и ниже. С губ девушки сорвался стон. Драко довольно хмыкнул, и решил продолжить дальше. -Ладно, хорошо у тебя получилось, а теперь отстань от меня хорёк. -Ну уж нет, если я что-то начал, то я обязательно это закончу. От этих слов Грейнджер стало так страшно, как никогда, по спине побежали мурашки, а внутри все сжалось. Драко снял её мантию, затем занялся и рубашкой, но Гермиона ему стала мешать. -Что ж, я думал, будет по-хорошему! — недовольство прозвучало в его голосе. Малфой вытащил свою палочку. Гермиона почувствовала, как веревка скручивает ей руки над головой. -Нет, не смей! Отвали! — осознав, что происходит запаниковала она. Блондин посмотрел на нее хищным взглядом, расстегнул свою мантию и кинул на пол. Туда же он повалил и саму Гермиону, навалился на неё всем телом, не давая пошевельнуться. Ему все же удалось сорвать с нее эту несчастную рубашку. Он прильнул к ней и стал целовать — сначала шею, ключицу, а затем и грудь, которая все чаще вздымалась от учащённого дыхания. «А грудь у нее ничего», — оценил Драко. Затем его руки остановились на застёжке лифчика, из глаз Гермионы брызнули слёзы, осознавая свою беспомощность. Парень ловко расстегнул его. -Нет, Драко, прошу, не надо! — сквозь слёзы умоляла она. Но он пропустил это мимо ушей. Малфой стянул с неё юбку. Послышался звук расстегнувшийся молнии брюк парня. Он вновь прильнул к ее губам -они были соленые и горькие от слёз. Драко схватил её за грудь и сильно сжал. -Тихо! Или ты хочешь, чтобы нас заметили?! — с ухмылкой, спросил он. — Пожалуйста, отпусти меня! — продолжала умолять его Грейнджер, всё ещё надеясь на чудо. Но ему было плевать на ее просьбы. Он хотел её, последние три грёбанных года, он только о ней и думал, видел её во снах. Он стал целовал ее живот, его рука спустилась ниже, ощущая, какой горячей и мокрой она была. -О да, ты уже готова, -довольно протянул Драко. -Нет, не надо, прошу, отпусти меня.. -Заткнись! Запомни, ты- моя. И я буду брать тебя когда захочу и где захочу. Наконец, Драко стянул с неё трусики. Но жалкие попытки вырваться продолжились, она уже не могла кричать, потому слышались лишь всхлипы. Он резко вошёл в лоно девушки, до самого упора. Раздался пронзительный крик. Потекла кровь, и Малфой понял, что она девственница, точнее, была ею. Гермиона вцепилась в его спину и что бы не было слышно её криков, уткнулась лицом в его плечо. Послышалась новая порция всхлипов, Драко ощутил, как становится влажной его рубашка от слёз волшебницы. Он начал двигаться, сначала медленно, давая привыкнуть, но потом желание взяло вверх и он начал ускоряться. Малфой замедлился и перевернув свою жертву, продолжил её мучить. Она уже не сопротивлялась, но плакать продолжала. Драко опять медленно начал набирать темп, Гермиона снова пыталась кричать. Боль была невыносимой. Голова кружилась и от понимания сложившийся ситуации жутко начало тошнить. Гермиона потеряла бы сознание, но боль не позволяла, отрезвляя её. Волшебница почувствовала, как что-то тёплое разливается внутри, а хватка парня больше не чувствовалась, и верёвки, сковавшие её исчезли. Она услышала, как волшебник застегнул ширинку и одел на себя мантию. Гермиона открыла глаза и отвернувшись от парня начала лихорадочно одеваться. Руки тряслись и пуговицы, как на зло не поддавались. Гермиона схватила свою палочку и пошатываясь из-за кружащейся головы и ужасного состояния, поспешила убраться подальше. Малфой смотрел ей вслед. Он совсем не так представлял их близость. Слизеринец еще немного побродил по коридорам, а затем — в свою комнату.