Незваный гость

Дождь. Проклятый дождь, что лил уже который час, не думая останавливаться. Милиир застыл у костра, прислонившись к боку мраата, и исподлобья смотрел на разошедшуюся непогоду. Тёплый шерстяной бок этого саблезубого кота грел не хуже печи, а его флегматичность, разносившаяся по всей пещере, утихомиривала накал страстей альва, готового бросить вызов самой погоде, чтобы не сидеть в этой опостывшей пещере. И вот угораздило же именно ему сегодня отправиться пасти скот со всей деревни. Сверкнула молния. Через несколько мгновений грянул гром. Шаам недовольно прорычал. Мрааты не любят грозы. Поговаривают, что даже Великая Мраа их недолюбливает, прикладывая все свои божественные силы, чтобы избавить своих детей от них. Но и ей не совладать с морем, что любит насылать штормы и бури на побережье Зимнего архипелага в пору сезона Дождей. Лишь такие укромные пещеры, да своевременно разведённый костёр спасают в такие дни. Ну и мрааты. Куда же без этих мохнатых созданий, что милостью Мраа были ниспосланы альвам. Шаам встрепенулся. Его уши зашевелились, пытаясь отделить барабанящий стук капель от новых звуков. Милиир тут же подтянул ближе к себе рогатину. Не хватало им тут ещё диких зверей, решивших зайти на огонёк. Альв не был особо крепким бойцом, но вполне мог на пару мгновений отвлечь незваных гостей, чтобы дать мраату время развернуться. Но предосторожность оказалась лишний. В проёме пещере появилась фигура разумного, а вскоре в пещеру зашёл насквозь мокрый альв. -Славный денёк, не правда ли? – удивительно радостным тоном для такой погоды поинтересовался незнакомец: -Илиин из дома Хиит. -Милиир из дома Лиинх, - ответил Милиир, приглашая к костру и старательно игнорируя насмешку гостя по поводу погоды. -Шаам из плмени Ришиим, - прозвучал в голове мысленное приветствие мраата. Скинув, насквозь мокрый плащ, жилет и рубаху, гость повесил их на самодельную перекладину, где уже висел плащ Милиира. -Сколько уже зим пережил, а впервые вижу, чтобы дожди начались так рано. Только сейчас Милиир заметил, что их гость был достаточно стар. Морщины покрывали его лицо, а в зелёных глазах таилась мудрость, скрытая под какой-то детской насмешливостью. -Не против горячего отвара? В такую погоду самое то. Я по дороге набрал много душистых трав. Да и мятки морозной пара листочков затесалась, - перевёл тему старик, видя, что тема погоды, не интересует его собеседников. При его словах о мяте Шаам встрепенулся. Ещё бы, какой мраат откажется от морозной мяты, которая здорово расслабляла и отгоняла тревоги. Милиир относя к предложению более настороженно. Альв знал, что если переборщить с дозировкой, то можно здорово пристраститься к ней. Он видел однажды альва, для которого мята стала смыслом всей жизни. Худой, даже по меркам аскетичных альвов, с безумно горящими глазами и шаркающей походкой. Он был готов руку отдать за лишнюю порцию мяты. Жалкое зрелище. Но отказываться от отвара альв всё же не стал. Согревающий напиток и вправду сейчас пришёлся бы впору. Молча кивнув старику, Милиир продолжил смотреть на не утихающую стену дождя, срывающегося с небес. Он боялся представить, как себя чувствует порученное ему стадо. Ему, конечно, удалось спрятать большую часть в пещере неподалёку. Но загнать он успел далеко не всех. Всё же своя сухая шкура ему была дороже пары упёртых баранов. Шаам тем временем наблюдал, как чересчур ловкие для такого почтённого возраста руки альва отмеряют и засыпают в закипающий котёл горные травы. Вскоре по пещере поплыл удивительный запах с явно выраженными нотами мяты и тимьяна. Изнывающий от нетерпения мрааты ворочался на земле, чем изрядно нервировал Милиира. «Успокойся уже», - мысленно шикнул на мраата альв. Тот в ответ лишь нервно задёргал своим коротким хвостом и облизнул нос. При виде такой реакции Илиин тихо ухмыльнулся. -Ну вот всё и готово. Только язык не обожги! – попытался предупредить старый альв, однако Шаам уже вовсю лакал отвар из своей миски. Махнув рукой на чересчур активного мраата, Илиин протянул кружку с отваром Милииру. Тот молча кивнул в благодарность. -А ты не особо разговорчивый, - подметил старик, немного отпив из своей кружки. -День выдался не лучший, - скупо ответил альв. -А я знаю, чем тебя развеселить. Что может быть лучше старых легенд под горячий отвар в суровую пору? – жизнерадостно изрёк старый альв. Милиир хотел было горестно вздохнуть. Как часто он слышал от стариков эту фразу и всё оканчивалось нудными рассказами о молодости. Но он осёкся, едва услышал голос старика, что неожиданно приобрёл звучность и завораживающие ноты. -Когда альвы только-только прибыли на Зимний архипелаг, у них не было ничего. Голодные, замершие беглецы, что искали безопасный приют… - начал свою историю старый альв и перед глазами Милиира поплыли образы древних времён. Времён, когда их народ прибыл на эти земли. Когда бегущие от надвигающихся орд ихтидов, альвы были вынуждены бросить свои дома и земли. Бросить всё, что они веками строили в суровых северных пределах Моровых равнин. Альв уже слышал эту легенду, что была довольно распространена среди альвов. Но никогда он не слышал её в таком исполнении. Даже Шаам отвлёкся от вожделенного напитка, впитывая каждое слово старого альва, чей голос завораживал и позволял будто вживую очутиться в тех временах. А старик всё продолжал свою историю. Он рассказывал, как первые поселенцы были вынуждены прятаться в пещерах от штормов и холодов, как редким выжившим воинам приходилось ежечасно рисковать своими жизнями, чтобы добыть лишний кусок пропитания для выживших. Альвы умирали от голода и холода. Первыми погибли старики, которым посчастливилось пережить дальний поход, но пришлось умереть на новых землях. Потом стали погибать дети и первые временные поселения альвов «украсили» маленькие погребальные костры. Слёзы отцов и матерей, потухшие взгляды и безнадёжность. Смертью встретили новые земли поселенцев. Смертью, страхом и отсутствием надежд. Именно тогда появились мрааты. Дикие и властные они были безраздельными хозяевами этих земель. Ведомые богиней Мраа, они встретили незваных гостей. Встретили. И отступили. -Они милостиво позволили нам жить на их земле. Позволили охотиться и строить дома. Даже помогли, как помогают неразумным детям надеть штанишки. Милиир напрягся. Слишком уж сильно чувствовалась злость и ярость, исходившая от старика. Слишком быстро загадочный и улыбчивый старик превратился в пышущего яростью альва, с чьих глаз чуть ли не срывались молнии. Зато срывались за его спиной, сопровождая всё нарастающим громом. Шаам зарычал и уставился на старика, готовый сорваться в любой момент. Именно тогда взгляд Милиира зацепился за рисунок, что во время рассказа небрежно рисовал острым концом посоха старик. Он уже видел подобные рисунки. Став. Чёртов старик начертил магический став. Альв хотел было уже вскочить, но маг опередил его. Рычание мраата сменилось на жалобное скуление. Милиир заметил, как из груди Шаама торчит испаряющийся тёмный колышек. Он был буквально наполнен тьмой, ярко контрастирующий даже с сумрачной пещерой. Милиир схватился за рогатину. И тут же выпустил её из ослабевших рук. В его груди возник точно такой же кол. Боли не было. Лишь обида. За что? Что они сделали ему? Почему именно? Мир померк. Старик небрежно стёр, начерченный им рисунок и с некоторой жалостью взглянул на мёртвого альва. -Эх. Такой молодой, а уже связался с этим мраатским отродьем. Ну ничего-ничего. Мы освободим мир от их присутствия. Конечно, освободим, - бормотал про себя старик, тщательно обыскивая вещи мертвецов, а заодно собирая свои: -Но сначала книга. Она будет моей, кто бы не стал на моём пути.