песня о крови

песня о крови. «Плоть пронзает холодная сталь Мгновение ясности Смерть - еще не конец.» Лос-Анджелес. Сейчас этот в прошлом солнечный город закрыт тучами, а вокруг него оцепление с жесточайшей границей, которую охраняет армия так, что и микробу не просочиться наружу. Это огромный город, носящий прозвище Города Ангелов. Возможно, когда-то так и было, но не сейчас. Эти ангелы, которые бродят, как тени, среди простых людей, теряясь в толпе, изредка выходят на охоту, дабы утащить очередную жертвы в свой персональный ад. Некоторые, сумевшие увидеть их и остаться в живых считают, что это демоны, некоторые – падшие ангелы, а некоторые, знавшие правду - … - Вампиры. Перед большим, панорамным в пол окном стояла девочка, держа в руке кружку остывшего, но все еще слегка дымящегося чая «Эрл Грей». Другой рукой она оперлась об стекло, положив сверху голову и спокойными фиалковыми глазами невидяще смотрела сквозь прозрачную преграду на дождливую улицу, в мокром асфальте которой отражались неоновые вывески закрывающихся и открытых магазинов, мигающие огни светофоров, а в лужах мелькал сквозь пелену мрачно-серых туч удивительно яркий свет молочно-желтой, крупной луны. Девочка невесело выдохнула, своим дыханием заставив покрыться прохладное от дождя, который покрыл все стеклянное полотно алмазными каплями, окно легкой дымкой конденсата. Толкнувшись рукой, она отошла на шаг от этого стекла и тонким указательным пальцем нарисовала на дымке букву «V». Более осмысленным взглядом на нее посмотрев, она растянула губы в грустной и несколько злой усмешке и залпом выпила остатки подостывшего чая, невольно поморщившись – горячим, или, в крайнем случае, теплым чай был намного вкуснее. Она прокрутилась на месте, заставив полы юбки приподняться, немного распущенный галстук подлететь в воздух, а рубашку слегка растрепаться. Аккуратный хвост шлепнул ее по спине, и девочка рефлекторным движением подтянула резинку на волосах, более надежно их зафиксировав. Спустя несколько секунд она тяжело вздохнула и усталым шагом направилась к столу. Пара слов о ее столе – стол как стол, одна столешница, четыре ножки и многолетняя история ее семьи. Видел он и ярость предков, и счастье. На нем справляли и дни рождения, и похороны. На него проливали и сладкий лимонад, и алую кровь. Но, опять же, сейчас не об этом. На столе стояла стопка бумаг. Девочка вздохнула, вполне себе понимая, что сегодня она вряд ли выспится, ибо эту стопку надо переработать в другую стопку, зачатки которой сиротливо прижимались к столешнице с крайней стороны, которая была ближе к стене. Впрочем, ничего нового, такого графика она придерживается уже несколько лет, умудряясь высыпаться в те редкие дни, когда ей выдают выходной. Еще раз тяжело вздохнув, она уселась за стол, поближе придвинувшись к нему на скрипнувшем кресле и окинула печальным взглядом объем работ. Нет, она не школьница, давно уже нет, но бумажек в ее жизни стало куда как больше. Ну что же, пора за работу!.. Спустя несколько часов девочка приподняла голову от дел, приказов, донесений, просьб и тому прочее, кинув в край замучавшийся взгляд все таких же спокойных и отчасти мертвых глаз на часы. Часы, будто и ожидая этого момента, высветили красивые цифры: 4:44. Губы девочки изогнулись в саркастической усмешке, а сама она непроизвольно прошептала: «- Да-а-а, японцы были бы рады.» Девочка отложила практически всю стопу(1) бумаг к тем бедолагам, которые лежали там с незапамятных времен, ожидая момента необходимости. Встав из-за стола, она отпихнула жалобно скрипнувшее кресло куда-то в сторону, в сотый раз пообещав себе вскоре купить новое, отчетливо понимая, что такого никогда не произойдет. Впрочем, кресло, кажется, тоже это понимало, поэтому хоть и скрипело, но все так же верно служило своей хозяйке, каждый раз ласково принимая в себя ее легкое тело и нежно его обнимало, даря силы и прохладу отдыха. Пока она стояла на перепутье между рабочим столом и заслуженным отдыхом, то не теряла времени и пару раз взмахнула руками, прогоняя по телу снимающие боль и костную усталость золотые молнии Ци. Тем не менее, работа на сегодня была окончена, а кресло хоть и помогало в меру своих сил, но заменить полноценный отдых не могло. Скинув тапочки, девочка упала в кровать, свернувшись в уютный клубочек и закатавшись в плед. Что же, завтра очередной рабочий день, и ей стоило хотя бы немного выспаться. Лежа в такой удобной позе, Ника Шафик быстро засыпала, тихо посапывая себе в ладошки… *** Все началось с десяток лет назад. Тогда, на день рождение моей матери, в дверь влетел молодой вампир, с виду легким движением рук оторвавший голову маме и забрызгавший алой кровью подарочный торт с белоснежным кремом. Это зрелище заставило меня замереть, но тело, само реагируя на угрозу, сработало достаточно уверенно. В ворвавшегося в дом вампира полетел стул, а пока тот, насмешливо скаля окровавленные клыки, ударом руки разбил его в щепки, я уже летела следом за ним с занесенной для удара рукой. Предельное усиление моего тела на данный момент, и моя кисть, сложенная «копьем», пробивает мышцы его шеи, кроша позвонок и чудовищно, с отчетливым хрустом греночек с холодцом сплющивает трахею. Пока вампир, выпучив глаза, пытался протолкнуть в горящие легкие хоть какие-то крохи воздуха и пытался закрыть руками шею, выпустив мою многострадальную мать, я обратным движением порвала его сонную артерию. Его голова держалась на трети шеи и остатках позвонка, и я не стала упускать шанс, резким ударом ребром ладони с хеканьем перерубив остатки позвоночника. «Прямо как Почти Безголовый Ник из одного детского фильма…», пришла в голову мне несвоевременная мысль. Меня так и нашли – я стояла над трупом убийцы своей матери и, как потом выяснилось, отца – эта тварь высосала его прямо на лестничной площадке. В будущем я не смогла тут жить и переехала, продав все, кроме нескольких вещей, среди которых был тот самый стол, на котором стоял окропленный материнской кровью белоснежный праздничный торт. Вскоре я поступила в полицию, после чего узнала, что нападение этих тварей – не редкость, и что все они не так давно появились в Лос-Анджелесе, Городе Ангелов. Я нашла себе цель и мотивацию жить дальше. *** Очередной рабочий день. Я уныло вздохнула, отмечая взглядом еле-еле ползущие стрелки часов, которые все ближе и ближе придвигались к заветной цифре «7», знаменующей поход домой, а по пути зайти в слегка прокуренный на месте продавца магазинчик, в котором были приятные цены. Я на бедность не жаловалась, но зачем тратить лишнее, когда можно не тратить, верно? Я усмехнулась в такт своим мыслям, и когда до конца рабочего дня оставалось не более чем полтора часа, в кабинет шерифа (а именно там я коротала время, благо Карл был мне хорошим другом, а втихую я считала его своим отцом) ворвался взмыленный молодой парень в растрепавшейся форме. Кажется, это был один из тех, который кидал на меня странные взгляды?.. А поближе поговорить он стеснялся, дурак. Я вздохнула и начала вслушиваться в его торопливую и сбивчивую речь. - …на Уолт-стрит. Пятый дом, как обычно частный. Не более трех штук. Ну вот, я опять пропустила часть разговора. Непорядок. Надо бы более внимательно относиться к работе. Краем взгляда я поймала внимательный и острый взгляд шерифа и повернулась к нему с вопросительной мордашкой. - Ника, съездишь, разберешься? Он мог бы и не спрашивать, но я ради приличия киваю и спускаюсь со стула вниз. Я маленькая, так что практически любой стул для меня – страшная высота. Захватив курточку и натянув посильнее перчатки, я поторопилась в кабинет, слыша за спиной звонок Карла кому-то, ведомому лишь ему. Впрочем, я думаю, он звонил водителю и объяснял ситуацию, пока я собиралась. Это же логично. В моем маленьком, буквально два на три метра кабинете я надела вторую, набедренную кобуру и разгрузку, сунув в нее четыре лишних, увеличенных магазина на мои любимые парные Глок-18 и, на всякий случай, пару бинтов. Смотрелась я колоритно – невысокая девочка лет шестнадцати в школьной форме, камуфляжной разгрузке и с двумя пистолетами, один в разгрузке на практически отсутствующей груди, а другой в кобуре на бедре. Я пару раз подпрыгнула, проверяя, не звенит ли или не гремит что-либо, плотно ли все держится и спустилась в гараж. Там меня уже дожидалась служебная машина со спокойной девушкой-водителем в очках-капельках, которая приветственно махнула мне рукой и указала на дверь. Я кивнула ей в ответ и устроилась на упругом, еще заводом пахнущем сиденье, не забыв пристегнуться. Я поняла, что не ошиблась, когда эта Шумахер в юбке полицейского разлива рванула с места, как Нил Армстронг в космос, оставляя за собой черные следы на бетоне и черный же дым сгорающих от такой скорости покрышек. Пока она играла в шашки с потоком машин, не забыв включить огни и сирену, я проверяла патроны, затвор, предохранитель и еще пару нужных мелочей. Убедившись, что все в порядке, я с металлическим щелчком вогнала магазин в пистолет и потянула за затвор, загоняя патрон в ствол. Закончив с одним пистолетом, я проделала те же манипуляции с другим и аккуратно поставила их на предохранитель, засунув обратно по кобурам. Водитель гнала, а я качалась в машине, смотря на очередной дождь в Городе, как я считаю, оскверненных Ангелов. Вскоре мы доехали, и я вместе с водителем вышла из машины. Смеркалось. Решив не затягивать, тем более, до конца рабочего дня оставалось около получаса, я пошла в дом. Полисменша пожелала мне удачи, и я лишь кивнула, будучи уверена в своих силах. Подходя к двери, я начала разгонять Ци, ощущая этот поток силы и мнимого всемогущества, который я привычно подавила, оставляя лишь кристально чистый разум. Дотопав до двери, я вежливо постучалась, и мне, конечно же, открыли. Поймав мой взгляд, один из вампиров (в этом я уже не сомневалась) попытался использовать на мне свой коронный гипноз. Вампиры, на самом деле – это не какие-то чудовища. Это простые люди, которые в результате какой-то эпидемии, вызванной яйцеголовыми, вот так изменились, получив повышенную силу, выносливость, живучесть, улучшенное зрение в темноте, способности к гипнозу… но взамен приобрели аллергию к солнечному свету и серебру, а также агрессивность и дикость. Вопреки всем прогнозам по уничтожению вампиров, их не становилось меньше, только отчасти, а среди народа начали ходить легенды об Альфе – первом вампире. Его никто, конечно, не видел, но слухи на то и слухи, чтобы хоть как-то оправдывать бессилие ученых. Они не бессмертные, нет-нет, просто сильнее. Именно поэтому Ника – очень ценный человек, могущий сражаться с ними один на один и всегда выходящий из схваток победителем. Благодаря практике Ци, на нее гипноз просто-напросто не действовал. Вампир открыл дверь и поймал мой взгляд. Его зрачок на мгновение вспыхнул золотым, и он произнес: - Тут все в порядке, я проверила. - Тут все в порядке, я проверила… - послушно отзываясь, я монотонно повторила за тварью. Он довольно ухмыльнулся, потеряв бдительность, а я в ответ пнула его в коленку, выгибая ее в обратную сторону и заставляя упасть на пол, судорожно крича и боясь схватиться за поврежденную конечность. Спустя несколько секунд он вспомнил бы про меня и, озверев, кинулся бы, но кто ему даст-то эти секунды? Аккуратно подвинув ногой кричащего от боли вампира к дверному косяку, я со всей силы (а сейчас силы у меня было немало, под теперешним усилением я спокойно блинами по двести килограмм могу заниматься) захлопнула тяжелую стальную дверь, расплескав содержимое его черепной коробки по части стены и трем ступенькам. Багрово-серая жидкость с примесями ало-белых костей брызнула мне на ноги, но я успела отскочить, в ускоренном восприятии наблюдая, как… красиво закрашивается всеми цветами алого и серого этот пасмурный день, создавая прекрасную, невероятную картину. После такого краш-теста дверь слегка выгнулась, но все так же отлично открывалась, так что я беспрепятственно вошла в дом, отметив высушенный труп мужчины, лежащий в прихожей. Я грустно вздохнула, сожалея, что не успела раньше и вышла на охоту за двумя оставшимися ребятками. Второго я нашла на кухне, он осушал какую-то женщину, но сидел лицом к входной двери. Поначалу он опешил, но, связав то, что меня встречать вышел вампир и не вернулся, а на мне два пистолета, сразу начал воспринимать меня всерьез. Усмехнувшись, он неторопливо пошел по просторной кухне, откинув мешающийся стол куда-то в сторону, безнадежно тот разбивая. Я не торопилась что-либо делать, отдавая право первого удара ему, и он не подвел – смазавшись в восприятии человека, он рывком сдвинулся ко мне, стараясь взять в захват и просто и без затей свернуть шею. Я приподняла уголки губ в полуулыбке, понимая, что я давно уже не обычный человек. Правую руку так стремившегося ко мне вампира я просто аккуратно отвела, скользнув за его спину и пинком ускорив его движение к стене. Врезавшись в нее, он ошеломленно закрутил головой, не понимая, что такое произошло и старался прийти в себя. По стене неспешно стекала кровавая клякса. Я не ждала итога его размышлений. Шагнув к вампиру, я с силой нанесла прямой удар ступней в основание головы, слушая аппетитный хруст ломающихся костей, прямо как у курочки из KFC. Сломан был лишь позвоночник, однако и этого хватило, дабы вампир мертвым кулем безвольно осел на недавно подметенный пол кухни. Отряхнув перчатки и слегка их подтянув, я направилась на поиски последнего. Тот оказался умнее, чем предыдущие и решил сдаться. Я усмехнулась, вспоминая новые правила, которым все следовали. «- Если оно сдается, то принимайте его и сдавайте в карцер.» Мои размышления прервал звук выстрела, расплескавший мозги этого трусоватого куска говна по стене. Все – не я, и у меня с этими ублюдками свой разговор. Я вышла из тихого дома, на вопросительный взгляд полицейской ответив тихими словами «- Все прошло успешно, возвращаемся.» Водитель не подвела – без лишних расспросов она протянула мне термос с горячим чаем и открыла заднюю дверь. Я благодарно ей улыбнулась, залезая внутрь. На этот раз мы стартовали не так резко, она вела неспешно и аккуратно, а я попивала чай. На сегодня у меня запланирован отчет у Карла и, пожалуй… - Слушай, а ты бы не хотела зайти ко мне на чай? У меня завтра выходной, а я, хоть убей, не знаю, как его провести. *** Очередной рабочий день, скука смертная. Я ковыряюсь в бумажках, лениво переставляя их на место, заодно проверяя старые дела и мельком пробегаясь по ним глазам. Да, сегодня, по просьбе Карла (он отчего-то меня просил, приказов от его имени я не помню вообще) я залипала в архиве, помогая ему разобраться с завалом в припорошенных пылью бумажках. Невдалеке от меня, за два стеллажа, сдержанно матерясь, Карл пачками таскал папки, перекидывая их по маршруту «стеллаж» - «на стол для проверки» - «новое место жительства». Иногда второй пункт сменялся на «крикнуть Нике, чтобы разобралась», а я лишь грустно вздыхала, медленно осознавая, что сегодня то же вряд ли высплюсь. В конце концов закончив, я наперевес с тонной бумажек направилась к себе в кабинет, предвкушая бессонную ночку, как меня сбил с ног бегущий полицейский, быстро поднял мое легкое тело, отряхнул и побежал дальше. Я ошарашенно проводила его взглядом, гадая, куда же он понесся. Неужели его так от супчика прихватило?.. Хихикнув, я оттащила дела в кабинет и направилась в кабинет шерифа. Он был в курсе того, как я работаю, поэтому ничего не имел против, если я коротала время вместе с ним. Я нагло вломилась в кабинет, окидывая взглядом присутствующих тут, которые в немом шоке пялились на мои уверенную походку в сторону стула и кофейного столика, аккуратно стоящих в углу кабинета. Меня мало кто знал, поэтому все были в таком явном потрясении, что я не смогла сдержать детскую, пакостливую ухмылочку. Не в состоянии сдержаться, я обратилась к Карлу: - Папочка, а когда мы пойдем домой? Все в еще большем шоке, округлив глаза, перевели взгляд на шерифа, который потихоньку краснел, разрываясь от жесткого смеха и начиная тихо вздрагивать и издавать непонятные звуки. Все бы хорошо, но они знали, что у Карла нет детей, а тут в кабинет борзо залетела пигалица, обращающаяся к их обожаемому шерифу на «папочка». Я снова усмехнулась, а Карла наконец прорвало, и он согнулся в гомерическом хохоте, пугая слабых на нервы подчиненных. Не выдержав, я начала заливаться вместе с ним, пока ребятки от младшего лейтенанта и до полковника недоуменно переводили взгляд с его на меня, силясь понять, что, черт подери, тут происходит. Отсмеявшись, шериф махнул в мою сторону рукой, представляя для всех присутствующих: - Это Ника, знакомьтесь. Наша козырная карта, в отчетах имеющая позывной «Эмка». Я кинула слегка недовольный на Карла, взглядом ему обещая что-то нехорошее, а он лишь широко улыбнулся, задорно поглядывая на меня сквозь солнцезащитные очки-капельки. Свет нашего участка, собравшийся тут, резко побледнел, с легким страхом смотря на меня и вполне понимая, что я всех их тут с легкостью перебью, а я лишь слабо махнула им рукой в ответ, здороваясь и слабо улыбаясь. Мой позывной был широко известен, ибо практически в любом деле, связанном с вампирами, он фигурировал в качестве исполнителя. После меня выживших не оставалось, и количество противников значения не имело. Наигравшись на нервах собрания, шериф кратко ввел меня в курс дела: - Смотри, Ника, в чем дело… Те самые слухи про Альфу – совсем не слухи. Альфа, Образец №44, Успешный Прототип... имен много, суть одна. Это первый вампир, который был успешным изделием. Как ни странно, подобных ему не было, научники просто не успели. Все, что мы про него знаем – его местоположение и то, что он, - Карл замялся. – Он завершен. Все эти вампиры, крутящиеся в Лос-Анджелесе – так, подделки по сравнению с ним. Я знаю твой ответ, но на всякий случай спрошу: ты возьмешься за его устранение? Что я могла тут ответить? Как обычно, я кивнула головой, падая со стула и двигаясь к выходу. Около двери я остановилась, положив руку на ручку двери и тихо произнеся: - Увидимся, шериф, скоро буду. *** Я вышла из машины, доставившей меня к поместью Альфы и запрокинула голову, ловя лицом отсветы солнца, неожиданно выскочившего из-за туч. В спину мне хмуро смотрела Алиса, та самая полисменша, с которой я отлично провела время. Волновалась, видимо, за меня. Я прикрыла глаза, ощущая дуновение теплого ветерка в лицо и гибко потянулась, сладко зевнув. Обернулась и тепло улыбнулась Алисе, хитро подмигнув. - Я скоро вернусь, не скучай, хорошо? А потом, смотри мне, чтобы в кино меня сводила, там как раз премьера новая вышла. Она слабо улыбнулась и кивнула, а я развернулась к ней спиной и потопала к особняку, параллельно проверяя оба пистолета и четыре лишних магазина. Я решила не изматывать лишний раз свой организм как минимум потому, что следующий бой предстоял, как я считала, крайне выматывающим. Поднявшись на мраморные ступени, слегка побитые временем и пылью, я стукнула в молоток, уведомляя о своем присутствии. Дверь мне открыл пожилой дворецкий, естественно, вампир, и я уложила пулю ему между глаз сразу же, как только увидела. Его голова резко дернулась, а выходное отверстие от пули вырвало к чертям затылочную часть черепа, ибо Карл не поскупился и выделил мне экспансивные патроны, заранее об этом предупредив. Их действие мне понравилось, и я, аккуратно отодвинув труп дворецкого от двери, плотно ее прикрыла, напоследок махнув Алисе на прощание. С ощутимым бахом дверь закрылась, а я спокойно выдохнула, и на лицо вылезла тонкая усмешка. Моя работа мне нравилась, а если работа нравится, то ты не будешь работать ни дня. Сегодня в гнездо вампиров вошла сама Смерть, стоящая за спиной девочки с двумя пистолетами и своей, не заемной, силой. *** Что-то насвистывая, я неторопливо пробиралась сквозь трупы вампиров. Их было не так много, но даже по одному-два патрона на тварь, весь запас патронов кончился, но меня это не остановило – какой-то гений на вампире подкинул мне советский АКС-74у с тремя магазинами, которым я была несказанно рада, ибо пачкать перчатки мне не хотелось. И вот, наконец, последняя дверь. Моя чуйка в бою не давала осечек, и я почувствовала мощную ауру, которая давила мою, уравновешивая и даже несколько… пересиливая. Я, хмыкнув, отбросила калаш с последним магазином, наполовину расстрелянным и толкнула дверь от себя. Все было по канонам, и первое, что я увидела в полупустом, мрачном зале – трон, на котором восседал чернокожий человек, с виду человек. Он ухмыльнулся и встал, приветствую меня. - Ника Шафик, добро пожаловать. Я Альфа, которого ты так стремилась достать. Не люблю тянуть время, поэтому… начнем? – он взмахнул руками и, уставившись мне в глаза, сверкнул радужкой. Смотря на его кислое лицо, я улыбнулась. - Что, не работает гипноз, а? Ха-ха. Готовься. Он, сменив лицо на спокойное с легкой улыбкой, рванул ко мне. Я же, использовав свою Ци на девяносто процентов, скользнула навстречу, сходясь в ближнем бою. Он был достаточно умел, и с наскока убить его не получилось. Он как будто видел все мои атаки, но и меня достать не мог. Я встряхнула головой, прогоняя лишние мысли и сконцентрировалась на бое. Вот Альфа бьет мне прямой в грудь, надеясь достать, но я вижу, что это обманка и моментально прогибаюсь назад, уклоняясь от удара ногой, которой он целил мне в торс. Продолжая свое движение, я делаю фляк, ударяя ногой ему в колено и чувствуя, как оно недовольно хрустнуло под моим тяжелым армированным ботинком. Он невольно покачнулся, чем я не преминула воспользоваться, нанося мощный боковой мидл-кик ему в печень, ожидая услышать хруст ребер, но он меня просчитал и лишь разыграл партию, одной рукой хватая ногу и локтем другой ударил вертикально вниз, вкладывая в удар массу тела. Моя нога неестественно выгнулась, и я не смогла сдержать короткий вскрик. Пока он был занят моей ногой, я подпрыгнула, опираясь на ногу в захвате и прокрутилась вокруг своей оси, ударяя носком ботинка ему в висок и пробивая тот. Альфа, что естественно, выпустил меня из рук, давая время на отдых. Я перекатилась назад и встала, отпальцевав колено и тяжело вздохнув – этот урод качественно мне его сломал, теперь мне с тройку недель ждать, когда оно заживет. Сам же он лежал на полу, а кровь очень медленно вытекала у него из головы. Спустя буквально с пяток секунд он начал подниматься, ухмыляясь, а мне довелось выслушать сочный хруст черепа, с чудовищной скорость возвращая кость на место и регенерируя повреждения мягких тканей. Все, что мне оставалось - вздохнуть, понимая, что бой будет крайне тяжелым… *** Спустя минут пятнадцать я лежала на полу, медленно истекая кровью, с оторванной ногой и кашей в руке вместо хоть какой-то структуры. Сил не было совсем, а Альфа отделался лишь оторванной рукой и усталостью. Подойдя ко мне, он благоразумно остановился неподалеку, разглядывая меня, которая медленно умирала и вздохнул. - Такой материал пропадает… А ведь тебя даже не обратишь, из-за твоей странной силы гипноз на тебя не действует совершенно. Эх, и что мне делать? Стольких поубивала, скоро умрешь сама, а какой результат? Я жив, хоть и слегка потрепан, а полиция лишилась отличного сотрудника. И зачем все это?.. – он негромко хмыкнул. А я повернула голову в его сторону и расхохоталась. Он смотрел на меня, как на умалишенную, не понимая, чем была вызвана перемена в моем настроении. Я смеялась и смеялась, заливаясь в хохоте, как никогда в жизни. Альфа, вконец рассвирепев, отвесил мне сильную пощечину, прокатившую меня по полу, но мое веселье это не остановило. Все, чего он добился, так это того, что я, опираясь на стенку, села, уставившись в его лицо веселыми фиалковыми глазами и фыркнула, все еще трясясь от остатков смеха. Он не понимал, не понимал!.. - Альфа-Альфа, как же так? Ты, самый умный, самый сильный, самый Первый, и не понимаешь? Ой дуралей, - я усмехнулась, смотря за резко занервничающим вампиром. Он несколько раз огляделся, силясь понять, что я задумала. - Ты… заминировала здание? ОТВЕЧАЙ МНЕ, СУЧКА! – он перешел на крик, инстинктивно чувствуя угрозу, но все еще не понимая, откуда она придет. Все, что я сделала в ответ – прикрыла глаза, всеми легкими вдохнув спертый, с кучей примесей, но такой сладкий сейчас для меня воздух и тихо выдохнула одно-единственное слово. - Реквием. Он с ужасом глядел мне в глаза, в которых сейчас отражались золотые молнии, полностью поглотившие радужку, поняв наконец, что сейчас произойдет. Та самая фигура Смерти, которая неясной тенью следовала за мной, сейчас воплотилась всей моей силой в реальность, невольно вздрогнувшую как будто от страха. Альфа видел ее, видел и понимал, что от Этого ему не уйти, Это его найдет везде и уничтожит, сотрет, поглотит душу и съест тело. Осознав это, он лишь неловко усмехнулся, садясь на пол и другим взглядом смотря на меня. - Ты тянула время, Ника? - Нет. Я хотела увидеть твое лицо. Жаль, у меня было запланировано свидание… Вампир уже улыбнулся и искренне посмеялся. Два злейших врага, Альфа и Омега, улыбаясь, смотрели друг другу в глаза, чувствуя себя практически закадычными друзьями. Он лишь покачал головой, принимая личное поражение и соглашаясь на ничью. В поглощающей тишине потусторонне звякнул колокольчик, намекая Нике, что пора и заканчивать. Не надышатся перед смертью. Смерть, как раз-таки, качнула головой, смотря на удивительно сильного человека, который смог ее призвать ценой всей своей оставшейся жизни. Удивительный человек. - Меня зовут Брук. Сверкнула слабая вспышка, осветившая помещение, и… настала тишина. В зале с Никой и Бруком осталось лишь два тела, вампира-Альфы, с которого и начался захват вампирами Лос-Анджелеса, и человека-Омеги, закончившего весь этот долгий кошмар, растянувшийся на несколько лет. *** Реквием — одно это слово звучит торжественно и трагично. Изначально реквиемом называли заупокойную мессу в католической Церкви латинского обряда, музыкальное произведение траурного характера. Слово «реквием» происходит от латинского «requies» «покой», «упокоение». Название «реквием» произошло от начальной строки католической заупокойной мессы: Requiem aeternam dona eis, Domine (Покой вечный даруй им, господи). *** 1 - Стопа́ — старинная русская единица измерения. Использовалась как единица счёта писчей бумаги, а также как мера длины и объёма. 1 стопа = 20 дестей = 480 листов бумаги. В словаре Брокгауза и Ефрона упоминается также стопа, состоящая из 24 дестей, то есть из 576 листов. После введения метрической системы использовалась метрическая стопа: 1 метрическая стопа = 20 метрических дестей = 1000 листов бумаги. Стандартная упаковка бумаги формата A4 содержит 500 листов, то есть 1/2 метрической стопы.