День его рождения.

Сегодня День рождения Москвы. Именинник не любит этот праздник, да и смысла в нём не находит. Отвлекаться на что-то ненужное, не в его интересах. Единственное, что радовало Михаила - это то, что совсем скоро увидит своего ненаглядного Александра. Питер в это время только встал. Всю ночь перечитывал классические произведения, не заметив, как на часах показалось пять часов утра. Еле как встав, он сонно протёр глаза. Сделал растворимый кофе, который так не любил. Почему не любимый? Да потому, что сделанный самим собой кофе намного лучше чем покупной. Это и ребёнку понятно, ну или так считает только Саша. Наконец одевшись, причесавшись, и приведя в порядок своё недавно сонное личико, Питер спокойно сидел и читал на кровати очередного Достоевского. Александр читал любое произведение, как будто всё взаправду, и на самом деле, прямо сейчас убьют человека. Но его отвлёк телефон. Звонок от начальства. - Здраствуйте, Александр Петрович. - Да, здраствуйте. Хотел бы попросить, сразу сказать, что Вам нужно. Я очень занят,- не отрываясь от книги, говорил северная столица. - Ничего серьёзного, просто напоминаем о сегодняшнем празднике. Извините за беспокойство, до свидания. - Хорошего дня,- сбросив трубку, Романов недовольно забурчал. Неужели они считают, что он на столько забывчивый и недалёкий? Питер всегда поражался их логике. Многие, а может и все знали о Московском и Романове (Саше это очень не нравилось), и всё равно смеют так унижать мужчину. Дерзостью так и прёт! У Санкт-Петербурга было запланировано пару важных встреч, прежде чем он увидит любимого именинника. Впрочем, что происходит у Миши? Столица, как обычно, переночевал в офисе. Такое часто случалось. Зачем тратить деньги на такси, если потом нужно опять возвращаться в этот чёртов кабинет? Правильно, не за чем, так и Московский думал. И вот, Михаил Юрьевич сидит на "очень важном" собрании, где он находится ради галочки в списке дел. Москва отрывается от выжигания глазами стен и смотрит в телефон. Какая радость, пишет Сашенька. - Привет, во сколько ты приедешь?- улыбка сама нарисовалась. Такое короткое сообщение, но уже вызывает бурю эмоций. - Сегодня много работы, я, наверное, не смогу приехать,- после этого сообщения Питер долго молчал. - Но сегодня твой день рождения, мы хотели провести его вместе,- Миша, не долго думав, спросил: - Раз так, может ты приедешь ко мне? - Если, зайдя в квартиру, увижу бардак, то я развернусь и поеду обратно,- будто фыркнув, ответил Саша. Москва не стал продолжать переписку. Оба уже поняли, как и где встретятся. Теперь уже с приподнятым настроением, он продолжил работать. Вечер. Александр давно приехал в столицу и властно расхаживая по дому Московского, прибирая мелкие вещи, типа: пыли под кроватью, выкуренной пачки сигарет, упавшей из шкафа футболки. И конечно же, не обошлось без милого бурчанья. - Слишком поздно, поэтому не уезжаю,- сам себя успокаивает Саша,- когда явится, такую взбучку устрою, мама не горюй! Конечно, он этого не сделает, но для своей же гордости надо это сказать. Александр любил готовить. Михаил иногда удивлялся, почему же Питер не откроет свою пекарню или целый ресторан. Ответ прост. Саше нравилось готовить для дорогих ему людей, а не для всей матушки-России. Гораздо приятнее похвала одного только Миши, чем миллиарда людей. И вот сейчас, Питер уже закончил готовку праздничного ужина, а на фоне играла ненавязчивая тихая симфония. Щелчок дверного замка. Вот он - Михаил Юрьевич Московский. Саша быстро снимает фартук, аккуратно вешая на стул, выбегает в коридор, чуть ли не падая в объятья любовника. О, как же давно он хотел так сделать, они не виделись три месяца. Три долгих месяца без объятий Московского. Тому виной были вечные командировки обоих городов и неожиданно навалившаяся работа. Узнал бы Питер раньше, рухнул в обморок. - Я соскучился,- единственное, что издаёт Миша после долгого молчанья. Конечно скучал, он даже мог этого не говорить, Саша уже ощутил, как сильно столица сжимал Романова. - Я тоже,- успел сказать Петербург перед поцелуем. В поцелуях мужчины прошли в гостиную, Саша прижался к стене. Воздуха не хватало. - А ну стоять!- воскликнув, оборвал поцелуй, северная столица,- ты, как гиена, на меня набросился! Я пахал над ужином не для того чтобы, он спокойненько остывал на столе. К тому же...у нас ещё масса времени. - Больше всего я хочу съесть тебя, а не запечённую курицу с картошкой,- будто рычал Михаил. Саша слегка возмущён, но Московского хорошо понимает, сам бы сейчас набросился на любимого. - Это не даёт тебе права не есть мою курицу,- нахмурившись, ворчит Романов. Легко вырывается из объятий, подходя к столу,- bon appétit. - Merci, mon amour,- садясь за стол, переходит на французский столица. Еда, как и всегда, была невообразима. После трапезы они сразу же ушли в спальню. Санкт-Петербург улёгся на холодную постель. Московский прильнул к уже обнажённым ключицам, кусая и оставляя красные пятна. Саша тем временем трепетал. Стоит говорить, что на него подействовали два бокала вина? Возможно. Чтобы не терять времени зря, Александр начал расстёгивать пуговицы на рубашке Миши. В одну секунду брюки обоих полетели куда-то в сторону, трусы туда же. Долгожданный глубокий поцелуй, не спешный, как в начале, а медленный, пробирающий до самых костей. Этот недостаток воздуха только привлекал и был желанным. Любовники утопали в нём. Пока Миша расцеловывал тело Питера, руками он тихонько вводил пальцы в любимого. - Шшшш,- болезненно прошипел тот. Столица не спешил, давно у них не было секса, нужно быть мягче. После пары минут Саша привык к пальцам и одобрительно кивнул, мол, продолжай. Пальцы двигались плавно, но с каждым толчком темп ускорялся. Романов изгибался и ёрзал, всё это сопровождалось жалобными постанываниями, молящими о большем. - Мишш...Мишаааа,- недовольно протягивал имя северная Столица. - Сейчас-сейчас. Громкий стон. Нашёл. Московский высунул пальцы, надел презерватив, смазав член лубрикатом, не торопясь ввёл до головки в проход. Послышались уже не охайнья, а восклики и громкие стенанья. Москва вошёл полностью. - Всё хорошо? - Д-да. Миша сделал резкий толчок, второй, третий, четвёртый. Темп был быстрым, чуть ли не грубым. - Медленнее, Боже! И столица замедлялся. Снова плавно, медленно, нежно. Вот уже видна заплаканная пара голубо-серых глаз. Хочется их расцеловать. В общем, так Москва и поступает. То быстрее, то медленно Миша вбивался в Сашеньку. Романов с выдохом кончил, а после него и Московский. Вышел, снял презерватив и упал рядом с обессиленным Питером. - Вижу ты ещё полон сил,- прохрипел Саша. - Хех, в отличии от тебя, я всегда полон сил. Саша закатил глазки. - Лучше отнеси меня в ванную, ногами пошевелить не могу... И с днём рождения,- легонько поцеловал Мишу в щёку. - Спасибо, Сашенька,- улыбнулся Москва и понёс любимого в ванную. Этот день рождения был не таким уж плохим.