Ни слова о мирах

      Сорака сидела под кроной дерева, еле уворачиваясь от солнечных бликов. Вертелась как могла, лишь бы не видеть пятна в своих глазах. Погода стояла прекрасная.       Руки блуждали по земле в поисках нужных трав, которые девушка оставила рядом. Ей тут же подали маленький сверток, где находилось всё нужное. Сорака ничуть не испугалась того, что за ней смотрели, так еще и подали то, что она так судорожно пыталась отыскать. Не нужно было слов, чтобы понять что за ней наблюдали. Впрочем, она научилась чувствовать его присутствие абсолютно всем телом.       — Спасибо, но не нужно было. Таких трав тут много.       Девушка была очень разговорчива в последнее время, причиной этому служил их с Ёнэ первый, и, скорее всего, последний откровенный разговор. Оба уже всё обдумали, поняв, что во многом им будет сложно, и все же. Все осталось проигнорировано.       — Никогда не задумывался, почему именно мне было суждено увидеть тебя в ту ночь? Я сама, даже того не осознавая, пошла на звуки битвы. Всё-таки, это был риск, — пальцы Сораки переплетали побеги цветов между собой, создавая узор и пышную пёструю копну. — не хочешь примерить?       — Сорака…       — Нет необходимости мне сейчас объяснять очевидные вещи. Давай просто понаблюдаем за облаками?       Ёнэ всегда удивляла её беспечность, она будто помогала ему справиться с тем, что он нес на своих плечах долгие годы. Убийства, охота за Азазканами, потеря учителя… Слова были излишни, Ёнэ молча опустился рядом с Соракой, позволяя божеству делать с его волосами всё, что вздумается. Нежно разделяя пряди черных и чуть жестких волос, Сорака, вплетая цветы, не могла не сдержать улыбки. Радости не было предела. Ёнэ пытался не показывать все те эмоции, вызванный ею. Мурашки никак не скроешь, но что-то можно было утаить. Хотя от взора божества ничего нельзя упрятать. В боях она всегда показывала себя сильнее всего в разведке, нежели в планировании, обезвреживании или поимке врага. Сейчас же глаза сияли хитростью и коварством.       — Ты выглядишь, как зайчонок, которого поймали и мучают, разве, — девичьи пальцы глубже зарылись в длинные волосы, — это не приятно?       Последние слова были сказаны шепотом, прямо у самого уха охотника, что убил не одну повинную в чём-то душу. Заставив того вздрогнуть и улыбнуться краешками губ.       — Ты довольно жестока, раз можешь подойти к зайцу со спины и убить.       — Ничего личного. Захотелось немного припугнуть зайчишку, который так неумело пытается не принимать фактов и скрывать правду, а я так не люблю.       — Что-ж, можешь сколько угодно пугать, только одно не изменится.       И снова резкость движений. Юноша развернулся, толкнув Сораку на землю, нависая.       — Ты всё также избегаешь близости, хотя сама нарываешься на нее. Не замечаешь ничего странного?       На нее давили, причем сильно, не скрывая, вызывая желание избегать хоть какого-то контакта.       — Вот видишь, а сама так охотно пыталась скрыть проблему. Кто из нас тут испуганный зайчонок? Как ты там сказала, ничего личного.       В ответ только подавленный смешок. Ёнэ был очень резким и переменчивым. Изменить эти качества никому не удавалось. Приподнявшись на локтях, Сорака сократила расстояние между их лицами. Дыша прямо в губы друг другу, они рассматривали каждый сантиметр, который только могли уловить.       — Оказывается, мелкие зверушки могут тоже ввести в ступор любого хищника, — произнесла Сорака, смотря прямо в глаза охотника.       Зрительный контакт она установила специально, для того чтобы свести с толку обоих. Это были самые настоящие догонялки, только никто из них не бежал.       — Милая, ты слишком сильно путаешь понятия.       Щеки запылали, окрашиваясь в пунцовый оттенок. От такой формы обращения у Сораки все свернулось внутри. И всё-таки, итога этих гляделок им очень хотелось дождаться.       — Да? И как же?       Дыхание сейчас ровным не могло быть, желание прикоснуться к тому, что мозолило глаза уже на протяжении двух минут, было сильнее с каждой новой секундой.       — Впрочем, уже не важно. Только потом не избегай любого моего вздоха в твою сторону.       — Ты это про что?       История повторяется, не успев даже что-то возразить последним словам Ёнэ, Сораку тут же затянули в поцелуй. Безумие.       В голове ничего не оставалось, все шло на автоматизме. Хотелось только кричать от ощущений. Все горело, желало и пылало. Нежно, почти что невесомо, обветренные и грубые губы охотника снимали другие, уже более желанные и пылающие. Этого было мало обоим, Сорака взяла щеку парня, притянув его еще ближе, но инициатива оставалась за ним. Сию же секунду, она оказалась на его коленях, все также не разрывая поцелуй. Отпрянули от друг друга они не сразу, ещё минуту терпели, не переставали упиваться наслаждениями.       Тяжело дыша, они дожидались момента, когда восстановится сердцебиение и здравый рассудок. Девушка опустила голову на плечо Ёнэ, еле улавливая стук его буйного и громкого сердца.       — Теперь буду знать, что спорить с тобой бесполезно.       — Давно пора было.