Пациент — 228.

      Будильник звенит уже десятую минуту, безжалостно звеня с самого утра, требуя проснуться обладателя черных волос, который лишь время от времени вяло потирает ладонью глаза, бубня под нос.       — Счас мам, не кричи, я встану. — после чего опять переворачивается на другой бок, вот только ситуация никак не изменяется.       Когда ж терпеть этот трезвон становится совсем невыносимо, тот еле протягивает руку к телефону, выключая его, все так же сонно моргая глазами, жмуря их от неожиданного света, тихо матерясь под нос. Все же собрав в себе все силы, санитар встаёт с кровати, разминая затёкшие за ночь суставы, особенно болит шея — пора отвыкать от неудобных поз во время сна.       Кровать не заправляется и так же остаётся до прихода обратно в спальню. В комнате нет ничего примечательного, окно рядом со спальней, маленькая тумбочка со всяким хламом и розетка. Столик небольших размеров со входящим в наличии стулом, на котором лежит сероватый ноутбук, и чуть дальше от него шкаф. Не жизнь, а сказка, казалось бы.       Надев тапочки, парень медленно шагает к сторону брюк, которые он поставит на стул и покопавшись в карманах, через некоторое время находит пачку сигарет вместе с зажигалкой, затем сразу же направляясь к окну.       Достав одну сигарету и чуть прокрутив стальное колёсико зажигает, отстраняя и кладя в карман, вбирает в грудь ядовитый дым, затем же облегчённо вздыхая. Глазами смотря на уже живую улицу, бегущего со всех ног взрослых на работу, а подростков на учебу, а ему торопиться некуда, сегодня самый лёгкий день в череде тяжёлых дней, день, который он ждёт всегда, это же его спасение.       Порой, это напоминает старый телевизор, которыми все пользовались ещё в 2000-х, небольшой, с маленьким экраном и от силы десятью каналами, в которых из раза в раз повторялись те же самые передачи. А иногда они вообще не хотели показывать, лишь размытый с помехами экран, прямо как Бухта Кэндл. Но потом, через время, как будто событие, появлялась новая передача, что разукрашивала серые будние деньки. Но это случается настолько редко, что скорей динозавры возродятся, пока это случится.       Немного смахнув окурки вниз, прямо с 4 этажа, где и находилась его квартира, в голове парень отметил, что было бы неплохо и ему за ними полететь так же, разбившись в щепки, но к сожалению он пока не планирует помирать, его любимые сладости ещё имеют спрос на рынке.       Наконец-таки докурив сигарету, тот не задумываясь бросает его в окно, затем сразу же закрывая, быстрым шагом направляясь в ванну, дабы умыться. Минут двадцать пять спустя, уже одетый, в выглаженной рубашке, что не так уж и часто, сидит и завтракает. Обычная яичница и рядом сыр с хлебом. Лучшего завтрака и не придумаешь. Но ест он мало, из-за сегодняшней встречи.       Закончив со всем и поставив посуду в раковину, с вывеской само помоется, взяв нужные документы, черноволосый направляется в прихожую, обувшись выходя из квартиры, заперев на ключ, в обычном темпе направляясь к лифту. На удивление, он работает. Действительно, удивительный день.       Когда же лифт останавливается, Ханагаки направляется к выходу, открывая дверь, в лицо ударяет холодный, но слабый ветер, который тут же заставляет окраситься щеки в бледно-розоватый цвет. В ту же минуту доставая из кармана пальто телефон, заходя в чат с Хинатой.       

Ебанет не по детски.

Карлик в сапогах: Ты уже вышла?

Прочитано.

Ебанет не по детски: Да, стою жду тебя около нашего кафе, ты скоро? Сейчас в ледышку блин превращусь. :(       Раздается лёгкий смешок, выключая телефон, кладя на место, парень ускоряет свой шаг, дабы побыстрее прийти на место встречи.

•••

      Повернув за угол знакомого многоэтажного дома, мимо которого юноша проходил не десять, и даже не сто, а большое количество раз, открывается вид на его с Хиной любимую кофейню. Здание хоть и небольшое, но довольно приятное для глазу, сделанный в пастельных тонах, переливающийся в светло-кофейный цвет, с красивой дорожкой, по сторонам который окрашен тёмно-коричневым, и дверь, почти того же цвета, но чуть светлее, на стекле которого приклеена надпись Добро пожаловать!.       Пройдя к двери, та открывается с характерным побрякивающим звуком. Обстановка внутри, радует больше, чем снаружи. Барная стойка, окрашенный в каштановый цвет, и металлическая столешница, на которой лежит куча всего, начиная от эспрессо, заканчивая обычным повседневным кофе. Напротив же ряд столиков, рядом с которыми небольшие диванчики, поставленный поэтапно.       Пробежавшись взглядом, вдали виднеется знакомое лицо, из-за чего на лице санитара появляется лёгкая улыбка, и тот, быстро шагает к этому столику, бросив короткое — Доброе утро, — ставя вещи рядом с собой, садясь напротив девушки.       — Я уж думала тебя камаз сбил, пока ты добирался сюда. — пробурчала недовольно девушка, так как тот опоздал на приличное-таки время.       — Ой, да ну тебя, — сложив руки, темноволосый продолжил, — Сегодня за мой счёт, в качестве извинений.       — Хорошо, я уже заказала нам обоим кофе, так что, давай побыстрее перейдем к планировке наших выходных, прям так не терпится, что из-за этого всю ночь не смогла уснуть!       Восторженно рассказывала девушка, о том, как провела вчерашний вечер, в предвкушении, на что Ханагаки лыбился во все тридцать два зуба, иногда почесывая подзатылок, от неловкости.       — Лаадноо, все, потом остальное расскажешь, иначе мы ничего не успеем. — доставая из сумки карту недавно открывшегося аттракциона, поставив на стол, попутно выпивая кофе, принялся за обсуждение, что и куда они пойдут. Во время этого же, в глазах Хины заметно пробегал детский азарт, сегодня она точно не уснёт.       — Хочу сюда, и сюда, а потом сюдаа.. — показывая пальцем на различные места, проговаривала та, чуть ли не тыкая в лицо Такемичи, отчего, тот обронил горячий кофе на себя, куснув губу, чтобы не проматериться на всю кофейню, лишь послышалось тихое:       — Блять..

***

      Открыв дверь в 228-ую палату, взору сразу открывает картина, как розовласый расставив ноги на вверх дивана, лежит так, а остальная часть тела на полу, сам же пациент листал журнальчик, который ему выдали, дабы не было скучно.       — Тебе удобно? — проходя в помещение, и садясь на стул, рядом со столом, спросил санитар, приподнимая бровь.       — Вполне. — отвечая коротко и ясно, лишь на минуту отвлекаясь от просматривания картинок, взглядом быстро пробежавшись, продолжая заниматься этим делом, специально делая вид, что здесь кроме него никого нет.       — Может отложишь журнал, и мы с тобой поговорим?       — С таким занудой как ты, мне говорить не о чем. — довольно улыбаясь, ответил Харучиё, продолжив. — От тебя, вон, за миль воняет кофем... Блять, ненавижу его. — наконец-то убирая журнал, встав в позу лотоса, демонстративно махает он рукой рядом с носом.       — Чего? Но я же поменял вещи на новые. — приблизив рукав к лицу, дабы почувствовать так ли это, пробубнил Такемичи.       — Ха, лох ты, Такемичи, и где успел испачкаться? — издевательски все больше улыбаясь, задал вопрос Санзу.       — От тебя тоже воняет.       — Что? Чем? — теперь уже повторяя ранее действия санитара, опять задал вопрос больной.       — Психическими отклонениями. — после этой фразы повисла тишина, успели за несколько минут друг друга подколоть.       — Шутка на миллион. — со спокойным лицом сказал голубоглазый, ложась спиной на диван, подставляя руку под голову.       Можно ли считать что их отношения улучшились? Навряд ли, встречались они лишь несколько раз, но обстановка сейчас куда лучше чем на первой встрече, но это и дружескими отношениями язык не повернется сказать. Со временем, может быть, все станет куда лучше, наверное.       — Мне тоже принеси в следующий раз кофе. — поворачивая голову, в сторону санитара, Акаши продолжил, — Кормят тут у вас поганно. — на что, ловит незначительный кивок с улыбкой.