Еще один шанс...

      Обстановка в клубной комнате постепенно накалялась. Над ее членами повисла тягостная тишина. Иссей сидел на коленях, посреди комнаты, молча опустив голову, не осмеливаясь взглянуть кому-либо в глаза, особенно Кибе, который при последней стычке с бродячим демоном, едва не погиб по его вине. Ну, а что он мог поделать, если отступница была чертовски красива с не менее чертовскими формами, а когда та заговорила, он словно потерял себя. По плану, он должен был быть около Кибы и прикрывать его в случае опасности, однако на него что-то нахлынуло, доколе не знакомое ему чувство и он с улыбкой на лице пошел в сторону демона. В итоге, как оказалось, эта отступница была не такой, с какими они привыкли иметь дело. В итоге, конь клана Гремори чуть не потерял голову в прямом смысле этого слова, однако успел увернуться, получив серьезное ранение, которое позже залечила Ассия, однако доверия к Иссею этим уже не восстановить. Из-за него тот мог лишиться жизни. — Ты хоть осознаешь, что ты натворил? — раздраженно спросила Гремори, прожигая Хедо своим взглядом. — Что, если бы Киба погиб? — младшая сестра дьявола настолько была зла, что ее глаза горели ярко красным цветом. Этот цвет был знаком все и забеспокоились, поскольку знали, на что этот цвет способен… Иссей поднял голову, вновь увидев осуждающий взгляд главы, а также Конеко. Ассия смотрела испуганно не зная, чем все это закончиться. Ей хотелось помочь Иссею, встать на его защиту, но боялась. Акено смотрела с небольшой грустью, хотя душой была больше на стороне Хедо, нежели главы. Чувства к нему, что рождались в ней с момента, когда тот впервые попал в семью, окрепли после его победы над бессмертным Фениксом, а после того, как тот случайно увидел ее ужасные крылья, в связи с чем узнал правду о ней, но вместо того, чтобы возненавидеть ее сказал, что она прекрасна несмотря на то, что наполовину является падшей. Он тогда много что наговорил, что начало греть ей душу с того момента и Химеджима сама того не осознавая, все чаще и чаще стала думать о нем… Что касается этого момента, то она не могла встать на его защиту только потому, что из-за него едва не погиб Киба и вина Иссея тут есть… Однако, она никак не ожидала, что Риас примет такое решение… Гремори закрыв глаза, вздохнула, а после открыв их, подошла к Иссею. — Дай свою руку, — Хедо поднял на нее свой тяжелый и бесстрастный взгляд, но руку все же протянул. Та прикоснулась к ладони, после чего на ней появился красная печать клана Гремори. Она отошла, а в это время печать начала трескаться, пока совсем не распалась. Глаза шатена раскрылись… Он не мог поверить в то, что видел. Почему его печать разрушилась? — В качестве наказания ты будешь изгнан из клана Гремори и объявлен демоном-изгнанником. Отныне ты должен будешь быть сам за себя… — Риас… — тихим голосом сказала Акено, однако запнулась, приложив руки к груди и смотря на Иссея, у которого наверное словно земля ушла из-под ног. — Ведь так нельзя… — Я не могу закрыть на это глаза и продолжать жить, как раньше… Кто только виноват, так это сам Иссей, — ответила Гремори, которой самой было нелегко это делать, ей пришлось заглушить все чувства, что она испытывает к Иссею. — Хорошо… Я понял, — прошептал Иссей вставая. — Я могу идти? — спросил он, однако не дожидаясь ответа, пошел в сторону выхода… Когда дверь закрылась, Риас отшатнулась, найдя опору в столе, закрыв глаза. По ее щеке пробежала слеза… — А теперь… Пожалуйста, оставьте меня. Дайте мне побыть одной, — оставшиеся члены клуба разошлись, оставив Гремори одну в комнате… Она подошла к окну, смотря на уходящего Иссея, который шел медленно, опустив голову. — Не поспешила ли ты, прогнав обладателя Красного Дракона — Хедо Иссея? — знакомый голос возник у нее за спиной… Она покачала головой… — Мне пришлось это сделать. К тому же, я ведь спросила у тебя разрешение на то, чтоб решить проблему самостоятельно… — Да, но… — он нервно улыбнулся, ведь Риас не сказала, как именно она собирается решить проблему. Узнай он, что та собралась его изгнать в качестве наказания, поступил бы иначе… — В любом случае, что же ты теперь будешь делать, Хедо Иссей? — спросил он, смотря вслед уходящего силуэта уже бывшей пешки клана Гремори…

***

      Он шел, не имея основного направления. Шел просто, куда глядят глаза и сам того не осознавая, добрался до места, в котором он впервые узнал, что такое демоны-отступники и во что они превращаются, оказавшись без хозяина. У него встал ком в горле от одной только мысли, что он может превратиться в нечто подобное, ведь теперь он такой же изгнанник, тоже без хозяина. Ему стало не по себе от одной только мысли, что в один из дней, Риас с ребятами может прийти за ним, как за взбесившимся изгнанником… Что он может погибнуть от рук тех, кого любит… Может… Не стоит ждать, пока они придут за мной? — он посмотрел на свою руку. Может лучше умереть, пока еще в своем сознании? — он нервно усмехнулся… Надо же, задумался о суициде… Кто бы мог подумать? Он вошел в темное заброшенное здание, не понять зачем и для чего.. В его голове появлялись картины той первой встречи с отступником. Тогда он еще помнит, как впервые закрыл президента от удара. — Напарник… Есть разговор… — Драйк вышел на связь внезапно, отчего Хедо дернулся, а позже выставил руку перед собой…

***

— Ты не можешь бросить меня в такой момент! Почему?! — Хедо не хотел верить в слова друга, ведь тот решил уйти от него в самый тяжелый для него момент…       — Понимаешь… Я создан для того, чтобы сразиться с Белым. Это единственное, что держит меня, но с тобой, напарник, я не смогу этого сделать… К сожалению, ты слишком слаб и практически никак не продвигаешься вперед. Все, что тебя волнует — это груди женщин, а я так не могу. Мне нужно, чтобы мой носитель стал сильным, чтобы не уступить Белому, а если я так и продолжу играть с тобой в друзей, то второй одержит вверх… Уж прости, я уже долго думал об этом, а сейчас просто все достигло своего финала. К несчастью, плохого для тебя финала. Прощу прощения, Иссей — Драйг впервые назвал его по именни… — К сожалению, носитель механизма не выживает, если механизм покидает его. Прошу, не держи на меня зла. В твоей ситуации, может это будет даже лучше? — Но… — Иссей не успел сказать почувствовав, как его грудь чуть ли разрывает от боли, а легкие начинают болеть из-за сильной нехватки воздуха. Он упал на колени, скрутившись от боли и блеванул кровью. Эта боль… Словно что-то отрывают у меня изнутри — еще чу-чуть и быть может, он бы потерял сознание, как вдруг боль прекратилась, а перед ним летал красный огонек, который покружив вокруг него, вылетел из помещения через окно. — Драйг… Черт бы тебя побрал… — каждое слово отдавало ему болью, отчего в итоге он не выдержал и сознание все же потерял…       Очнулся он от яркого солнечного света, падающего на его лицо через окна. Пробуждение встретило его острой головной болью. Кружилась голова, отчего он едва встал. Ноги были тяжелыми и едва держались, чтобы он не упал… В груди по-прежнему все болело, внутри было ощущение пустоты… С трудом сделав несколько шагов, он облокотился об столб… Ему было странно от того, что он не умер, а до сих пор живой, хоть и состояние весьма паршивое. Ходить было невероятно больно, потому домой он пришел только к обеду… — Ты где был прошлой ночью? — спросила мама, когда Хедо ключами открыл дверь… Однако, видимо мама была занята чем-то и не вышла встречать сына, что сыграло ему на руку. Страшно представить, как мать отреагирует увидев сына в таком состоянии… — Извини. Просто у нас был поход и я забыл тебе сказать об этом, — сказав он, спешно стараясь подняться по лестнице, пока родитель внезапно не вышел в коридор. Войдя в комнату, он закрылся и с усталостью лег на кровать, лицом уткнувшись в подушку и едва сдерживая слезы. Эти два дня были невероятно тяжелыми и произошло слишком много, чтобы все время оставаться собой… За один день он умудрился потерять все, чем дорожил и благодаря чему его жизнь изменилась. Он больше не с теми, благодаря которым он перестал быть вечным неудачником, хотя перестал ли? Если оказался в таком положении?       Он пролежал до вечера, пока не почувствовал, как его тело сильно горит… Горит изнутри… Жар в груди все нарастал и нарастал, разрывалась голова, ломало кости. Он упал с кровати на пол, со рта вновь хлынула кровь, а в глазах стало темнеть… Неужели это приходит тот самый конец, когда человек лишается своего механизма? Веки стали тяжелыми и уже были почти закрыты, как он увидел перед собой свет… Белый свет…