Bloody moon

Март, 1744 год На следующий день, Хисын отправился с Ники в государство Мура. Он должен был проверить всех чистокровных на бешенство, однако после завершения этого задания, советники убедились что этот вариант отпадает. Абсолютно все вампиры были здоровы. К их сожалению, остаётся только один вариант - полукровка. Бешеные вампиры были не так страшны потому, что они кусали только животных, и в целом это не было так опасно. А вот новорожденные могли сделать непоправимое. Джей и Чонвон остались в государстве Ни, продолжая вести следствие. И вот очередной вечер когда Чонсон ломает голову над своим блокнотом. Они уже несколько дней следят за государством, в особенности за лесом, однако все тихо. Это казалось странным, ведь совет никому не говорил об этом деле, а потому спугнуть полукровку точно не могли. Прошло уже достаточно времени, что б новорожденный вновь утонул в жажде, но ничего... Ян подходит сзади к Джею, аккуратно разминая его плечи. Затем он легко целует того в ухо, медленно переходя на шею. Все таки, какой важный вопрос он не решал, отказаться от ласк Чонвона не мог, уж слишком он его любил. – Предлагаю ещё пару дней побыть здесь, а потом вернуться домой, – тихо говорит Ян. – Дело стоит на месте, и кто знает, может полукровка давно не здесь, – слова Чонвона ещё подтолкнут Джея на раздумия, однако сейчас он просто хочет расслабиться. Вампир присаживается на колени Чонсона, обвивая руки вокруг его шеи. Он нежно заглядывает тому в глаза, а затем так же нежно целует. Он запускает свои пальцы в волосы Джея, начиная аккуратно массировать кожу головы. Пак переключается на приятные действия парня, отпуская волнующие мысли. Он так благодарен Чонвону за то что он у него есть. Их отношения всегда были такими гармоничными. Ян протягивает свое запястье ко рту своего возлюбленного, предлагая укусить. Джей без слов его понимает и кусает обнаженный участок кожи. Чонвон свободной рукой так и продолжает массировать кожу, а свою голову аккуратно кладет на плечо. По словам Чонвона, все действительно было тихо. "Может полукровка не здесь..." – гулом раздается в голове Джея, пока вампиры едут в карете, возвращаясь в государство Мура. Ему кажется странным, что когда Сону уехал более недели назад, убийства резко прекратились. Эта такая заманчивая зацепка для него, но пока он не может с точностью это утверждать. Однако, стоило ему навести все подозрения в сторону Кима, как карета резко останавливается. Советники выходят, дабы узнать что случилось. Они видят гонца, который перекрыл им путь. – Меня послал глава совета, – говорит мужчина на коне, а затем сразу же спускается с животного. Тот протягивает письмо, прямо в руки Джею. – Хорошо, спасибо, – быстро бросает вампир, и гонец тут же скрывается с их поле зрения. Чонсон внимательно вчитывается в содержание письма и медленно округляет глаза. "Смерть от новорожденного в государстве Мура. Быстрее возвращайтесь в столицу!" – гласят два коротких предложения, а ниже находится именная печать Ники. – Дела плохи... – выдает Чонвон, а затем вампиры немедленно возвращаются в карету, говоря всаднику ехать как можно быстрее.

***

8 марта, 1744 год Джей спускается в темницу замка. Вокруг очень сыро и холодно, и даже слышно лёгкий писк крыс. Здесь настолько сыро что иногда раздаются звонкие звуки падающих капель. Ники оповестил советника, что он с Хисыном поймали полукровку, пока двое отсутствовали. Нишимура не просто так приказал Чонвону и Джею остаться в государстве Ни. Он выиграл себе время создать новорожденного, и подстроить ситуацию в выгодное ему русло. Как глава он специально вернулся в столицу, но не только что б вновь следить за порядком, а и контролировать Сону. Ким выглядел опустошенным, мало говорил с ним, да и не только с ним, а вообще со всеми. Вампир стал таким отстраненным от всех, что это немного пугало Ники. Он не был садистом, и хотел помочь своему возлюбленному, однако это была односторонняя любовь. Если эти чувства можно назвать любовью. Джей заходит в одну из тюремных камер, подходя вплотную к полукровке. Это был молодой парень, однако выглядел он болезненно. Одежды его были порваны, а сам он был грязным. Чонсон видит на его шее отличительные укусы, показывающие, что в него впрыснули яд. Они действительно отличались от обычных, но для не знающего человека, разницы не было видно. – Кто тебя превратил?! – строгим тоном выдает чистокровный. Ему было все равно кто такой этот юноша, ведь в итоге он его убьет. А вот создатель будет жить, и не известно, что тому придёт ещё в голову. Полукровка долго молчит, и выглядит так, будто вообще не собирается отвечать на вопрос. – Отвечай! – переходит на крик Джей, хватая того за щеки, тем самым заставляя посмотреть парня прямо в глаза вампира. Но юноша молчит, безразлично отводя взгляд в сторону. Видно что тот только ждёт когда его убьют. Что ж, Чонсон решает менять тактику, и говорит: – Нишимура Ники, – чистокровный внимательно следит за реакцией полукровки, и видит как в глазах на долю секунды проскакивает паника. Джей сразу все понимает, а потому встаёт и кладет руки на шею парня. Хруст, и юноша мертв. Казалось, для того что б убить вампира не требуется особых усилий, однако свернув ее не правильно, вампир оживет. Для начала ее нужно резко поднять вверх, а только потом прокрутить. Джей покидает темницу, обдумывая дальнейшие действия. Он не может просто так заявить о Ники. Во-первых, нет весомых доказательств, ведь глава хорошо все продумал. Этот юноша видимо был очень ему предан, раз уж ни слова не сказал. Но Пак не собирается заканчивать свое расследование. Да, совет быстро закроет это дело, зная что главная проблема устранена. Ники сделает все для того что б тема быстрее закрылась. Но доверяя собственному чутью Джей не остановится. Хоть и было бы логично в этой ситуации все замять и не выступать против своего друга, как сделают остальные. Но перед законом должны склонять голову все, без исключения. Чонсону нужно только доказать виновность Нишимуры. Джей с детства завидовал Ники, потому что он в будущем станет главой. Когда они обучались в академии, первым по рейтингу был именно Чонсон. Но несмотря на все его преимущества, он не мог стать главой. Он усердно изучал все законы государства, так как не мог терпеть несправедливость. Из-за сильной обиды он хотел что б правосудие вершилось над всеми, несмотря какого ты статуса.

***

12 марта, 1744 год Прошло четыре дня, однако Джей не нашел ни одной зацепки. Скорее всего Ники ведёт себя очень осторожно, во избежания новых проблем. Сону не присутствовал все это время в замке, он хотел провести время с Сонхуном и вернуть себе хорошие эмоции. Хоть эти несколько дней были действительно чудесными, ноющие чувство не покидало вампира. Все казалось сплошной иллюзией, и прикрытием от настоящей боли. И вот сейчас, когда он с Паком катаются верхом и весело шутят, в один миг, улыбка вновь сползает. "Видимо уже ничего не будет как раньше..." – проскакивает у Сону в голове. – Я уже не первый раз вижу эти перепады настроения, – обеспокоено выдает Сонхун, спрыгивая с лошади. – Что тебя беспокоит? – Я не вижу во всем смысла, то что раньше радовало уже не делает этого, – Ким зеркалит действия друга и они вдвоем отводят коней в стойла. – Не думал наладить отношения с Ники? – неожиданно вымолвил Пак, а вампир в удивлении свел брови. – Признаться честно, думал, – парни покидают территорию ипподрома, прогуливаясь к их карете. – Я продолжал мечтать, надеясь на чудо. Но как только делал это, Ники расстраивал меня своими действиями... – досадно говорит Сону, а затем напоследок кидает: – Не думаю что из этого что-то выйдет. – А ты пробовал с ним об этом поговорить? – вампир понимает, что ранее никогда не обсуждал это с Нишимурой. Он осознает что в последнее время вел себя достаточно отстранено и холодно. – Попробуй, – в надежде говорит Сонхун, хотя сам мало верит в свои слова. Следует долгая тишина, а потом Сону приказывает возничему направляться в замок Мура. Джей замечает как Нишимура надвигается в беседку в саду. Чистокровный решает проследить за ним, и видит как розоволосая макушка присаживается рядом с главой. Они находились достаточно далеко от Чонсона, а потому ему пришлось максимально напрячь свой слух. Однако при его способностях, слышно все равно ничего не было. Начиная злится, тот подходит ближе к ним, прячась за массивными скульптурами античности. Вампир пропустил начало их диалога, а потому ему пришлось уловить лишь следующее: – Можем попробовать, – говорит Ники, а затем аккуратно кладет свою ладонь поверх ладони Сону. Джей улавливает удивление Кима, и как у того порозовели щеки. – Помнишь, в день нашей первой официальной встречи, я предложил сходить на охоту ещё раз. Ты не против? – Нишимура легко улыбается, а Сону лишь удивляется тому что чистокровный может быть таким милым. "Может он все таки не такой, каким я его вижу?" – эти мысли подталкивают Кима на положительный ответ, и он соглашается. До вечера ещё есть несколько часов, а потому вампиры решили не тянуть время до завтра и ехать сразу, так как лес находился не далеко. Нишимура первый берет лук в руки, находя себе жертву. При всей своей ловкости он промазывает, и испуганный олень убегает далеко в сторону поляны. – Твоя очередь, – слегка досадно говорит Ники, и видит азарт в глазах напротив. – Я уверен, что обойду тебя так же как раньше, – довольно улыбается Ким. Сону берет лук в руки, целясь в невинно бегущего оленя. Вампир выжидает момент, ждёт идеального случая, и выстрел. Стрела ловко возилась тому прямо в шею. "Очень хорошо" – думает Джей, который все ещё следит за парнями. Чонсон за все это время посещала мысль: "Может Сону действительно не имеет ничего общего к вампирам" – столько раз выдавался случай, что б тот укусил Ники, но ничего. Ведь прошло даже четыре дня. Может ли у полукровки быть такая искусная выдержка? Джей было хотел закончить расследование, ведь никаких следов не было. Но вспоминая испуганный взгляд парня в темнице, его мучил один лишь вопрос: "Тогда зачем Нишимура превратил юношу в вампира? Это же не может быть без причины. Зачем это Ники?" А потому Джей продолжает свою слежку. Сону довольный собой отдает лук Нишимуре. – Тебе стоит научиться у меня мастерству, – чистокровный искренне улыбается, а Ким ловит себя на мысли что ни разу такого не видел. Он думал что тот начнет сейчас задирать его, или же называть слишком высокомерным, однако этого не произошло. Внезапно, Сону пронзает острая боль в голове. Он понимает что улавливает запах крови. Полукровка не пил ее четвертый день, такой выдержке он научился за те три месяца ада, проживших в государстве Ни. Ники обеспокоенно наклоняется к юноше, так как тот согнулся от невыносимой боли. Глаза Сону сверкнули красным. Джей, к его сожалению, не мог это увидеть так как парни стояли спиной к нему. Нишимура протягивает свое запястье ко рту Кима, предлагая укусить себя. Вампир без лишних сомнений вонзает в тело свои клыки, удаляя голод. Джей слышит характерный звук укуса, и в удивлении распахивает глаза. Все таки его догадки были верны, и Ники поступил так с парнем из темницы потому что хотел защитить Сону. Чонсон выходит из-за толстого дерева, и вампиры могут слышать странное шуршание. Двое оборачиваются на источник звука, и видят знакомую фигуру. Сону тут же отстраняет от Ники, и стоит в ступоре. Волнение тут же охватило его, а в голову начали лезть неприятные картинки его дальнейшей судьбы. – Вы сейчас едете со мной в замок! – строго говорит Джей. – И мы начинаем заседание совета.