Останься со мной

Эрик       Я вспылил… и она, мы оба вспылили. И чем это кончилось — ничем хорошим. Радует, что дальше разбитой брови и крови из носа, не пошло. Она испоганила моё любимое лицо, и теперь оно ещё две недели заживать будет.       Может домой вернутся, ну извинится придётся, я же не хочу на улице ночевать. Нет, на хрен домой не вернусь, я ни в чём не виноват, пусть сама первая извиняется, тем более, насколько я её знаю, так и будет. Надо у кого-нибудь перекантоваться. О, точно, у Петьки, он же холостяк, и живёт один, так что ничего подвинется, с него не убудет. Только о нём вспомнил и вот он сам мне позвонил. — Алло, Петь, чего хотел? — Не можешь деньжат на недельку занять? — Могу, если ты мне поможешь. — Чем помочь? — Приюти меня на пару деньков, меня Вика из дому выгнала. — ага, и всхлипнуть надо не забыть, во мне умирает неплохой актёр. — Ну, так приютишь? — Ну, э если так, то…– Петька, как обычно говорит все слова по одному с интервалом в минуту, он явно сегодня тормозит, давай рожай быстрее — Приходи. — Скоро буду.       На улице уже холодает, и почему-то грусть навевает. Н, всё достало, почему всё не может быть, как я хочу. Почему погода портится, вместе с ней настроение, и ещё личико похерили. Так ещё и Вика чудит, и откуда взялся этот парень, по любому она с ним разговаривала и вообще никому не позволю, она моя и точка. У неё даже мысли не должно быть о ком-то, кроме меня, ладно, пусть помучается, а потом, как миленькая извинятся придёт. Но вот, что делать с начальницей, мне надоело с ней играть, хотя она в чём-то лучше Вики. Пофигу, потом разберусь.       Пока размышлял, добрался до Петьки и по дороге успел заскочить в магазин, пива купить. Не с пустыми же руками идти. — Привет друг, как так получилось, что «добрейший человек на свете» тебя выгнал из дома? — он всегда так называл Вику, потому что она, когда мы учились вместе в одной школе, нас троих спасла: меня, Петьку и Толика. Взяла всю вину на себя за невинную шалость, которая обернулась большой проблемой. Вот тогда я влюбился в эту поцанку. — Чего застыл в проходе, холодно, я ж в одних трусах, заходи давай.       Кивнув в ответ и избавившись от нахлынувших воспоминаний, зашёл в квартиру. У Петьки была среднестатистическая холостяцкая квартирка. Пустоватая, пыльная и некоторые вещи валялись, сразу было видно, что здесь уборкой и не пахло. Пройдя к нему на кухню, выгрузил всё, что купил в магазине на стол. Кухня чистотой тоже не отличалась, и мне кажется грязнее, чем зал и другие комнаты. Интересно, как здесь ещё тараканы не завились. — Ну, ты мне так не ответил, почему? Я даже вижу, что вы подрались с ней. Вика всегда была импульсивной, но без повода она этой импульсивности выхода не давала, значит, ты что-то очень плохое натворил. — Нечего это не значит, и вообще, кто виноват, так это она, похоже, она с другим замутила. — Ты её обвинил, всё высказал, так и не разобравшись. Долбоёб, ты Эрик, долбоёб, хотя бы надо было разобраться. — Говоря эти слова, он неспешно открыл бутылку пива, такой умный аж зубы сводит. — Сам ты долбоёб, раз до сих пор один живёшь. — Я просто не могу найти того человека, с кем мне будет не только хорошо, но ещё и интересно, а это — ой как не просто и я ещё молодой, времени у меня вагон и маленькая тележка. — А вот временем лучше не зарекаться, а то останешься на всю жизнь холостяком. Я тоже открыл бутылку пива и присоединился к Петьке, как же хорошо, пиво холодное, охлаждает и успокаивает кайф. — Знаешь Эрик, а я тебе завидую. О Вике любой мужик мечтает, непредсказуемая, целая куча идей, весёлая, умная и ради любимого пойдёт на все, чтобы ему было хорошо. Она даже иногда о себе не задумывается, и исполняет любые твои прихоти, чем ты без зазрения совести нагло пользуешься. Хоть бы раз о ней подумал. Если б я был на твоём месте, неустанно её на руках таскал, любые подарки и цветы были бы её. — А ты оказывается романтик, и ты не на моем месте, так что отсекайся, она моя и точка, хрен кому её уступлю. А будет возмущаться, дома к цепи привяжу. — Не браток, ты с цепью загнул, раз ты хочешь, чтоб она была твоя, чего до сих пор не поженились, уже два с половиной года вместе живёте. Она решит, что тебе это не нужно и уйдёт к другому. — Я этого не хочу, она мне уже предложение делала, кое-как уговорила меня с ней обручится в знак того, что мы любим, честно говоря, будь моя воля ни когда бы не женился. — Я тебе говорил, что ты долбоёб и скажу ещё тысячу раз, жалко, что до тебя не доходит, ладно, закрыли тему, давай о чём-нибудь другом поговорим.       Я согласился и весь вечер мы вспоминали, при этом не забывали выпить. Давно такого уже не было. — Помнишь, какая Вика хитрая была, как она нас с тобой и парой ребят обхитрила, и это ради того, чтобы мы извинились перед её подругами. — Угу, она всегда такой была, ради близких ей людей шла на всё, лишь бы они не плакали, а сама когда никто не видел, плакала и тихо орала, чтоб её никто кроме неё не слышал. Я всего один раз это видел, мне в школе казалось, что она не живая, а железная и боли не чувствует, как робот. — Да, она всегда такая, всё для близких, лишь бы не плакали. — Бля, уже поздно, пошли спать, завтра наверное с проблемами разберусь. — Идёт, я тебе в гостиной постелил.       Улёгся и всё никак не могу уснуть, воспоминания мешают спать, я не хочу что-либо вспоминать, а они лезут в голову нескончаемым потоком. Вроде ко мне пришла полудрёма, после часа вороченья в постели и не кстати зазвонил телефон, кто может звонить утром в три часа утра, хоть бы это была не Вика с извинениями: — Алло. — Привет Эр я приехала. — медленно женский голос щебетал в трубку, чуть ли не по буквам. — Ты сегодня приедешь на работу? — Лиз, я вообще-то приболел, и на роботе сегодня появится не смогу. — Ну пожалуйста, ради своего любимого котёночка.       Подумав ещё немного, я сказал, что прейду, вот прийду и пусть не удивляется, что от меня перегаром несёт, у меня ведь большие проблемы, но думать сейчас о них не хотелось и я постарался по-быстрей заснуть.