Стигматы.

Укор со всех сторон. А я был жутко слаб. В душе ты был силён. Но шёл всё в тот же паб. Молился перед всем. И перед каждым. Придумывал себе богем. Был ими ты однажды. Но как-то я стоял, Пока ты крыл всех матом. Я глянул на тебя, А на тебе стигматы.       Смеяться оставалось недолго. Трэвис вправду разозлился. Честно, Ларри не думал, что сможет настолько вывести из себя этого парня, лишь шутками про нетрадиционную ориентацию. Вроде было в порядке вещей, и Трэвис сам часто обзывал их и «пидорами» и ещё как-нибудь в этом роде. Но тут парнишка жутко бесился. Собиралась небольшая толпа в коридоре, которая наблюдала за всей этой ситуацией.       «Если что-то не сделать — я сдохну прямо здесь.» — думал Ларри.       Пришлось выходить на мировую. Всё-таки конец года, не хотелось проблем. Джонсон насильно взял за руку Фелпса и повёл в сторону туалетов, параллельно покрывая приставучих зевак тонной мата. Дошли быстро, Трэвис даже обогнал на пару шагов Ларри. Они оказались в пустом туалете. События развивались слишком быстро, поэтому Джонсон не успевал что-то соображать.       — Джонсон, ты чё за хуйню творишь? — напомнил о себе Трэвис.       — А, да. Прости, чувак, я не хотел. — Ларри даже самому себе показался вежливым, особенно с этим «сыночком». Трэвис посмотрел на него, как на идиота.       — Ты издеваешься? Стой, дай угадаю: ты под кайфом, да? — он оглядел всего Джонсона с ног до головы.       — Да нет, чел, я в норме. — он правда рассчитывал нормально поговорить? — Прости ещё раз, я не думал, что тебя так заденут гейские шутки… — Ларри самому стало смешно от своих слов. — Давай так: я тебя не трогаю, ты меня не трогаешь, окей?       Ларри проебался. Конкретно.       — Чувак, ты реально под кайфом. — Фелпс сделал пару шагов на встречу. — Еблан, ты за кого меня держишь? Смешно тебе?       — Чего? Да я поговорить хочу! — Ларри отступил назад.       — Кого из себя строишь? Дохуя крутого? — Трэвис просто вжал в раковину Ларри. — Если да, то знай: ты идиот.       Джонсон приготовился к удару, но вместо этого получил что-то до жути странное: Трэвис впечатался в его губы, жадно целуя. Несколько секунд Ларри проходил несколько стадий: 1. Охуевание. 2. Открытие глаз. 3. Охуевание 2. 4. Страх. Ларри оттолкнул его от себя. Мысли путались в голове, хотелось что-то сказать. Но вместо этого он испуганно смотрел на Трэвиса, который выглядел потерянным. В голове сработала защита и единственное, что Ларри смог выдать, за что в последствии жалел, это было быстрое:       — Пиздец, ты реально педик.       И он выбежал из туалета, даже не разбирая, куда он бежит. Куда угодно, лишь бы забыть этот момент в его жизни. Мысли так и не встали в строй. Они бились в панике. Кричали. Голова раскалывалась, адреналин подскочил. Джонсон забежал в пустой кабинет астрономии, захлопнув дверь. Он съехал вниз по стене.       — Пиздец. — шёпотом выдал он.

***

      Ну и вот уж чего Ларри совсем не ожидал, так это то, что он сможет нормально поговорить с Трэвисом после этого. Было страшно. Ларри не ожидал от себя такого. Вообще не ожидал!       Это произошло в мае. Был конец учебного года, оставалось всего пару дней и они все покинули бы эту школу. Навсегда. Всё случилось случайно, когда Трэвис пригласил Ларри поговорить. Тот не отказался. И как тогда ему казалось: зря. Скорее всего фразу «окей, погнали» он выдал на эмоциях, но всё же.       Разговор был спокойным и тихим. Это было позади школы. Оба парня только и делали, что извинялись перед друг другом. За всё. За всю жизнь. Стало легче. Правда, намного.       — Что ж, спасибо тебе, что согласился поговорить со мной, Джо… Ларри. — Трэвис даже улыбался. От этого становилось светлее на душе.       — Это тебе спасибо. Я бы в жизни не решился с тобой поговорить вот так. — Ларри улыбнулся в ответ.       И они оба не знали, что между ними происходило тогда. Всю школьную жизнь они лишь враждовали. Что же всё изменило?       Было хорошо. Ларри будто исповедовался только что. Хотя, можно считать, что так оно и было. На прощание они пожали друг другу руки и разошлись. Джонсон ещё долго отнекивался рассказывать, из-за чего он тогда так улыбался.

***

      У их истории так же есть свой конец. Его можно считать хорошим, а может, он плохой. Тут смотря с какой стороны посмотреть. В тот момент все смотрели лишь на звёздное небо. Была ночь. Оставалось лишь пару выпускников. Отпраздновали на ура. Все плакали, обнимались, танцевали, выпивали.       Тогда происходило что-то странное. Ларри почти не пил, потому что немного приболел. А вот Трэвис выпил несколько рюмок шампанского и вина. Но мыслить мог. Вроде бы.       — Ларри, вот знаешь, ты ведь нормальный чувак. — он сидел на ступеньках школы.       — Да, Трэв, ты тоже. — Ларри следил, чтобы тот не упал, хоть он и сидел. Вообще Джонсон боялся за людей, когда они выпивают. Это страшно. Когда пьёшь сам — не страшно. А за других боится.       Они разговаривали о чём-то незамысловатом. Тут Трэвис взял Ларри за руки и притянул ближе. Парень слегка касался его кожи, проводя по ним. Джонсон не сопротивлялся.       — Знаешь, у тебя стигматы. — вдруг сказал Трэвис.       — Что? — переспросил Ларри.       — Стигматы. — повторил Фелпс. — Вот тут. — он погладил пальцами два красных пятна на запястьях Ларри.       — Это? Не, это от напульсников. — Джонсон посмотрел на Трэвиса. Тот увлечённо разглядывал его руку. — Вообще, я не верующий.       — Зря. — Трэвис мягко опустил руки Ларри тому на колени. — Меня заберут на службу в храм.       — Мне жаль. — Ларри почти ничего не понимал, но старался поддержать его. — На долго?       — На всегда.        Трэвис ещё долго смотрел на руку Ларри, изредка переводя взгляд на самого парня. Ларри же не знал, куда себя деть. Что ж, Фелпс помог ему с этим.       — Знаешь, я не знаю, почему мы не говорили так раньше. Ну, нормально. — Трэвис посмотрел в глаза Джонсона.       — Просто я мудак. — не задумываясь ответил Ларри.       — А по моему ты прекрасный. — Трэвис загляделся на Ларри, и вновь улыбнулся. Джонсону стало на секунду так хорошо, что показалось, что все проблемы ушли.       Эта странная пауза продлилась не больше 10 секунд. Ларри решил спросить главный вопрос в их с Трэвисом отношениях.       — Почему ты поцеловал меня тогда?       — Я люблю тебя.       — Что?       — Ты всё слышал.       Пиздец. Что происходит? Ларри же почти не пил. Сон? Нет, всё осязаемо. А может, он был под кайфом? Что тут, чёрт возьми, происходит? Джонсон завис, смотря на Трэвиса.       — Мы больше не увидимся. Поцелуй меня.       Что за бред? Почему не увидимся? А может Ларри всё же уверует и придёт к Трэвису в храм? Всё возможно. Голова разрывалась от вопросов.       — Хорошо.       Почему он ответил? Кто это ответил? Ларри же молчал! Или нет? Что происходит?!       — Я люблю тебя… — почти одними губами было произнесено. Кто сказал это?       Они целовались долго, грязно, чувственно. Трэвис цеплялся за губы Ларри, пока тот лениво облизывал его губу. Было приятно, он не спорит. Расстояния между ними почти не осталось, и теперь они сидели полу обнимались. Фелпс готов был плакать, а Ларри был готов умереть.       Так и прошёл выпускной. Так и закончилась школа. Так они с Трэвисом больше не виделись. Никогда.