Не все дороги верные

Тёмная осенняя ночь. Уже давно за полноч, а Витя только возвращался домой от своего друга. Мысленно он карил себя за то, что не ушёл раньше, ведь теперь придётся добираться до своего дома пешком. На улице было довольно холодно, а парень никогда не любил шапки. Всё-таки хорошо, что он отрастил себе не длинные, но и не короткие каштановые волосы. Они хоть как-то грели замёрзшие уши. Идти было не так долго, если сократить дорогу через парк. Ночью в пределах асфальтированных дорожек, вдоль которых жёлтым светом сияли старенькие фонари, он даже казался милым. Вот только за их пределами была темнота в которой виднелись силуэты мрачных массивных деревьев с крючковатыми сучками. Витя сделал пару шагов и пытался смотреть прямо, чтобы не напугать самого себя, вообразив маньяков и монстров. Хотя порой переферическое зрение делало своё дело и заставляло ускорить шаг. Пройдя буквально несколько метров Витя уже был посередине небольшой развилки. Ему стало немного не по себе от того, что дальше дорога не имела особого освещения, фонари были тусклее и расставлены гораздо реже, а между ними была темнота. Она была как пропасть, таящая в себе всё самое страшное, прячущая то, о чём лучше не знать. Даже просто смотря во мрак тело обсыпалось мурашками, а по спине пробегал холодок. Не только впереди была такая дорога. Справа и слева были точно такие же тропы, как под копирку, с точно такими же чёрными пропастями. Витя задумался "А правильно ли я поступил?". Ещё пару минут назад он бы посмеялся и смахнул гадкие мысли, ступая дальше. Но сейчас... Сейчас, смотря вперёд хотелось просто развернуться и убежать. Внутренний голос буквально сигнализировал о грядущей опасности, которой веяло буквально отовсюду: из-за силуэтов деревьев, из-за столбов, из-за этих мёртвых бетонных дорожек в конце концов. В чувства Витю привели фонари, которые одновременно начали мигать. Теперь парень точно знал, точно понял, что не хочет тут оставаться, он хочет выкинуть этот парк из головы и больше никогда сюда не возвращаться! Витя резко развернулся, готовый рвануть к выходу. К выходу которого больше не было. Вместо него была точно такая же дорога, с редкими мигающими фонарями и неосвещёнными промежутками между ними. Сзади послышалось неразборчивое бормотание, на него Витя повернулся уже с меньшей уверенностью. В том самом промежутке, куда не доходил мерцающий свет была белая фигура, именно от неё отходило это бормотание. Она была точно похожа на человеческий силуэт! Парень был уверен, что это точно такой же отчаявшийся прохожий, который тоже попал в этот кошмар. Он невольно улыбнулся и по его щеке скатилась слеза, слеза безумного счастья и надежды, что всё это скоро закончится. Витя быстро смахнул её и окликнул силуэт: - Здравствуйте? Бормотание прекратилось и фигура резко повернула голову в сторону парня. Нет, это была не неловкая пауза, а это был не человек. Незнакомец начал делать медленные шаги прямо к Вите, парень не видел его лица, но он чувствовал на себе пристальный взгляд, который не предвещал ничего хорошего. Буквально через несколько секунд ходьба переросла в бег, а фонари вместо одновременного мигания стали бешено мерцать. Фигура вбежала в пределы хаотичного мелькания, что заставляло точно убедиться, что это не человек. "Беги, если хочешь выжить" - пронеслось в голове Вити, после чего он рванул в сторону прежнего выхода, стараясь заглушить своим топотом чужой, который становился всё ближе, как крещендо в реквиеме. Парень старался не думать о боли в ногах, о возможно последних минутах, о слёзах, в которых на этот раз не было никакого счастья и никакой надежды. В один момент всё буд-то остановилось, но на самом деле остановился только свет, который погрузил всё во тьму и теперь дорогу приходилось находить буквально на ощуп. Нога предательски обо что-то запнулась и Витя полетел вперёд обдирая руки и колени об асфальт. Он понимал, что находится в совершенно беспомощном положении и повёрнут к преследователю спиной, поэтому развернулся, готовый посмотреть прямо в лицо, казалось уже неминуемой смерти. Он увидел причину своего падения - нога. Хотя это было сложно назвать ногой, это была изуродованная белая конечность с которой свисала гнилая плоть. В ноздри ударил ужасный запах, обжигающий слизистую, от него буквально выворачивало наружу. Витя приложил руку ко рту и попятился назад, пока не упёрся во что-то. Свет наконец включился и повернув голову он увидел такие же ноги, но они были не только сзади, они окружили Витю со всех сторон! Парень быстро вскочил и увидел сотни отвратительных лиц. Это было то, что никак нельзя перепутать с обычным человеком. Глаза этих тварей были чёрными, а рты искривлены в пугающей, широкой во всё лицо улыбке, казалось, что если они откроют рот, то нижняя челюсть просто отвалится. Белые изуродованные руки потянулись к Вите и схватили его за куртку. Парень пытался найти спасение вглядываясь в чёрные силуэты деревьев и кажется оно там было! Тёплый огонёк где-то там вдалеке. Витя поставил цель добраться до него, собрать все силы и добраться! Он расстегнул куртку и снял, чтобы твари отвлеклись. И это помогло вырваться из противных гнилых рук, которые хотели разодрать его тело в клочья. Витя бежал, что есть мочи к заветному жёлтому огоньку. Он не был похож на фонарный свет, нет, он был домашним. Сзади слышался топот нечеловеческих ног которые создавали страшный настигаюший гул. Становясь всё ближе к свету Витя точно мог различить силуэт домика из которого кажется играла музыка. Действительно, это была музыка, с каждым сантиметром она становилась всё громче и громче. Дом был всего в пару шагах, а сзади слышались уже не звуки погони, а душераздирающие крики боли, страданий и паники. Витя влетел в незапертую дверь, захлопнув её с громким хлопком. После этого он обессиленно рухнулся на пол и прислонился к стене, попытавшись отдышаться. Он чувствовал как его сердце бешено стучится, а музыка давит на голову, это було невыносимо, он опёрся локтями о колени и закрыл красными от крови ладнонями уши. Через некоторое время сквозь них он услышал щелчёк ручки входной двери. Витя поднял голову, однако после этого быстро вжался в стену, ведь прямо перед его носом было лезвие топора.