Лед и Пламя

      Их дружба началась давно. Сперва эти отношения было сложно назвать даже хорошими, только с натяжкой. Как они, такие разные по характеру люди, пути которых никогда не должны были пересечься, продолжают идти вместе, рука об руку, уже не представляя жизнь друг без друга? Сложно сказать. Нередко причиной сближения становятся общие жизненные испытания, именно это и послужило началом дружбы.

***

      Холодная зима. Во дворе все дети играют в снежки, веселятся, а он сидит, уткнувшись подбородком в колени, обняв ноги руками, смотря в окно, думая обо всем на свете. На деле же он думал только об одном. Родители. Почему они оставили его тут? Неужели он не заслужил простого человеческого счастья? Видимо, нет, потому что судьба распорядилась по-другому. Он бы заплакал, но не мог. Просто жизнь, уже в таком юном возрасте, выдавила из него все соки, казалось, что даже для простых слез не осталось сил. Безумно больно. Все сковало в груди. Каждый день в этом месте причинял ему огромные мучения, но в этот раз он решился изменить хотя бы маленькую часть своего обычного распорядка дня. Мальчик быстро слез с подоконника, надев дырявую, но, на удивление, теплую куртку, зашагал к выходу на улицу. Как только он вышел - сердце моментально ушло в пятки. Они. Зачем? Зачем, черт возьми, он пришел сюда!? Нужно было сидеть в здании. Надо возвращаться, но было поздно. Они уже заметили и надвигались в его сторону. Ноги моментально вросли в землю. Они совсем рядом. Они очень близко. Первая мысль: «Тебе некуда Б-Е-Ж-А-Т-Ь. Тебя никто не спасет.», - моментально покинула голову, но инстинкт самосохранения работает быстрее. Попытка побега. Нога неудачно подвернулась - падение. - Хах, Серёж, я сногсшибательный, но ты на ногах-то стой! - Ой, смотрите, малыш скоро заплачет и к мамочке побежит! - худой, неприятной наружности парень, выдержал небольшую паузу, - Ах, она ж его бросила, какая досада, - мальчик скорчил на своем жилистом лице противную гримасу. - Прекратите, зачем так жестоко? Ему надо помочь подняться, - на вид самый сильный и старший из всей компании парень протянул Серёже свою руку.

Чувство тревоги отступило на задний план.

БАХ

      Рука ловким движением убирается, а нога больно бьет по спине. - Ща добавлю, а вы, парни, не стойте истуканами, приглашаю вас присоединиться к веселью, - на его лице заиграла злорадная ухмылка.       Следующий удар в грудь. Сережа пытался закрываться, но "шакалы" били везде: голова, живот, ноги, руки. Ещё. Ещё. Ещё удар. Струйки алой крови хлынули на лёд. Опять безумная боль. Она усиливается с осознанием того, что никто не придет на помощь. А кто должен, если даже собственные родители отдали тебя сюда, словно ненужную игрушку? Жаловаться на обидчиков воспитателям? Это просто смешно. Этот вариант был уже испробован - им плевать, а за стукачество ещё больше досталось. Детский дом еле-еле сводит концы с концами, всем безразлично на то, что происходит внутри, хорошо ещё, что его не закрыли из-за ужасного состояния, далеко непригодного для проживания. Какой-либо финансовой помощи, естественно, не оказывается. Сережа чувствовал себя тряпкой, а в момент, когда кто-то ударил настолько сильно, что его нос хрустнул, он ужаснулся от мысли, что поджог бы тут все и всех до тла. Без исключения. Абсолютно беспощадно. Холод сковал тело, именно поэтому он дрожал, ему лучше было думать так.       А это был стах, чувство, которое Сергей возненавидел на всю свою жизнь, ибо слишком уж хорошо его понимал.       Неожиданно удары прекратились. Обычно им хватало избивать кого-либо до полусмерти. Всего-то. Но сегодня они решили закончить мучение слишком быстро. Серёже удалось принять устойчивое положение, опираясь на один локоть, чтобы суметь смотреть прямо. Головы обидчиков были направлены совершенно в другую сторону, не на него. Они смотрели на какого-то парня лет четырнадцати-пятнадцати на вид, который обвел окружающих пронзительным взглядом, смело, открыто. Лицо его выражало полное спокойствие, но и недовольство происходящим одновременно. Брови изогнулись вниз, придавая парню строгости и некой суровости. Его волосы были столь же черными, как ночь в декабре; От него самого веяло холодом, но, на удивление, не враждебным. Одет он был просто, можно сказать, что предпочитал носить темные вещи, за исключением небольшой серебряной подвески на его шее. Что конкретно она из себя представляла узнать не представлялось возможным. Парень, голос которого оказался немного охрипшим, сказал: - Вы опять за свое, Ром? - обращался он, видимо, к самому старшему. - Волков, давно не виделись, какими судьбами? Где пропадал все это время? - его интонация - чересчур издевательски тягучая - больно резала по ушам. - Где надо, я не собираюсь тратить силы на пустые разговоры, ответь на мой вопрос. - Ну, да, как видишь, - Рома хитро прищурился, явно ожидая реакции собеседника. - Значит мои слова были для тебя шуткой? Запомни раз и навсегда, что я предупреждаю только один раз, - последняя фраза была произнесена четко и отрывисто. - Не кипятись, что ты нам всем сделаешь, а? - играл с огнем главарь банды. - Только один раз, - ещё раз повторил Волков. - Лады, лады, понял я, - зеленоглазый кивнул. - А вы чего молчите, язык проглотили? Все парни хором, хоть и не совсем одновременно, согласились с Ромой. - Вот и славно, - парень ещё развернулся, сурово посмотрев на главаря, - ещё хоть один раз это повторится.. Рома поднял обе руки в сдающемся жесте. Уже через две минуты от кампашки не осталось и следа.       Снег падал прямо на раны на открытых участках тела, кожу неприятно покалывало. Буквально сразу незнакомец подошёл ближе к Сереже, который слабо выдавил: - Как тебя зовут? - С тобой все в порядке? - спросил черноволосый, проигнорировав вопрос. - В полном.       В тот момент Волков задал этот вопрос спонтанно, сам не понимая почему это сделал, ведь было совершенно очевидно, что, попавший в такую ситуацию человек, определенно точно не может быть в порядке, но удивился быстрому положительному ответу на него, хоть и лживому. Они оба ещё не знают, что позже это станет их маленькой традицией. В самые тяжёлый жизненные моменты Волков из раза в раз будет задавать этот вопрос, а Разумовский обманчиво отвечать, но в тот момент каждый из них будет знать, что это далеко неправда. Просто от этого становилось капельку легче. Это помогало окончательно не сойти с ума.       Парень подал сильную руку и, ловким движением, резко поднял Серёжу на ноги. - Спасибо, - он отряхнул куртку от снега, скорее машинально, потому что после того, что случилось, внешний вид - это то, что волнует тебя в последнюю очередь, посмотрев прямо в глаза, - спасибо за то, что спас. Волков сдержанно кивнул и, быстро развернувшись, пошел в сторону здания, куда недавно ушли обидчики, а Серёжа все стоял, смотря на то, как метель заметает следы ушедшего.

***

      Следующие две недели Разумовский пытался увидеть своего спасителя, но тот просто испарился. Раньше он замечал его на общих собраниях, которые проводились раз в неделю, но мельком. Серёжу не волновали другие дети. Он пользовался правилом: чем меньше людей тебя заметят, тем лучше. Когда ты сам в тени, заботишься о сохранении своей безопасности, то тебе некогда наблюдать за другими. Ему удалось узнать у знакомых имя Волкова. Его зовут Олег. Он часто сбегал с территории детского дома на улицы города. Для некоторых это было своего рода увлечением, для других же..Впрочем, неважно. Обычно сбежавшие возвращались также быстро, как и уходили. Мало кто рисковал оставаться там, на свободе, навсегда. Никто из взрослых не замечал "исчезновений", а если и замечал, то делал вид, что все хорошо. По версии Серёжи: Олег покинул территорию, поэтому и не появлялся, но уже скоро должен был вернуться. Именно так все и случилось.

***

      Прошло две недели, а все оставалось на своих местах. Волков не смотрел в сторону Серёжи. Будто ничего не произошло, будто ничего не было! С другой стороны, почему он вообще должен это делать? Непонятно, но от чего-то с ним хотелось пообщаться. Возможно сказалось полное отсутствие коммуникации в жизни Разумовского, а Олег был единственным человеком, который банально спросил «Как он себя чувствует». Глупости. Глупости. Глупости. Их ничего не связывает.

***

      Сережа никогда не завтракал и не ужинал в столовой. По определенным причинам. Несложно догадаться, что из-за скопления людей. Буквально через секунду после того как воспитатель звала разбежавшихся детей, столовая моментально наполнялась. Все в этом месте орало, кричало, звенело, да так, будто здесь находятся не дети вовсе, а дикие животные. Кто-то дрался друг с другом, кто-то отбирал у других заветные порции, кто-то нарочно гремел металлическими стульями, а кто-то перекидывался хлебом из одного конца комнаты в другой. Сережа выносить этого просто не мог. Каждый раз он приходил в столовую на несколько минут раньше остальных. Главное было успеть остаться незамеченным. Он брал со стола порцию и куски хлеба, а потом уносился прочь из этого места, которое он в шутку назвал "Закусочная дьявола", на улицу. Передвигался Разумовский обычно быстро. Ему каждый раз было необходимо зайти в небольшой садик, а потом свернуть налево, на узкую тропинку, которая ведет к дереву. Там-то Серёжа обычно и ел. Вот так, в полном одиночестве и спокойствии. До того момента пока в один из первых весенних дней из-за куста не выскочила темная тень: - Фух, никого нет. Сережа мгновенно узнал в парне своего спасителя. Тот через секунду повернул голову в его сторону и, с долей удивления в голосее, произнес: - Напугал? У тебя лицо бледнее некуда. Что ты тут забыл? - по его тону невозможно было понять какие эмоции он испытывает. - Я, э-эм, ну, - только и смог выдавить Разумовский из себя. Волков моментально оглядел Сережу с головы до ног и, заметив у него под ногами небольшой мешочек, вдумчиво кивнул сам себе. Олег предварительно отряхнул штаны, чтобы потом сесть рядом с парнем под деревом. Какое-то время они слушали пение птиц и молчали. Резкий звук неподалеку, видимо, сломанной ветки, заставил обоих одновременно обернуться, но поблизости не было никого, кто бы мог проходить мимо: - Может показалось? - Может и показалось. Сережа достал из мешочка маленький бутерброд из докторской колбасы и белого хлеба. - Будешь? - маленькая рука протянула лакомство в сторону собеседника. Олег отрицательно помотал головой. - Нет, я не голодный. Съешь лучше сам. Сережа удивленно хлопнул глазами, но руку убрал и сам принялся за еду. Живот Олега предательски заурчал. Разумовский сразу это услышал. - Олег, у меня ведь их два.. - Прекрати, мне правда не надо. Откуда ты, кстати, мое имя-то знаешь? - Не переводи тему! - Я и не перевожу. Чего это ты вообще.. , - он не договорил, потому что Разумовский перебил его своим испуганным визгом. - Олег, у тебя кровь. Прямо из носа! Что делать!? Тебе плохо? Не волнуйся, сейчас я позову кого-нибудь и тебе обязательно помогут. Я не оставлю тебя одного здесь, если тебе страшно. Мы вместе.. Олег выругался. Это всего-лишь кровь. Что он так перепугался? Зачем волноваться за меня? На деле Волков холодным тоном произнес: - Не мельтиши, а. - Что? - Все в порядке говорю, ничего, у меня это часто бывает, когда я чересчур устану за день и буду слишком перенапрягаться физически. Скоро все пройдет, кровь остановиться. Разумовский настороженно вдохнул. Пальцы Олега потянулись к задним карманам штанов и достали оттуда небольшую прямоугольную белую коробочку. Темноволосый вынул из нее сигарету и, перекинув ее несколько раз между пальцами, повернулся к собеседнику: - Будешь? - массивная рука протянула вредный продукт. Разумовский отрицательно помотал головой. - Не стесняйся, у меня ведь их две, на всех хватит! - Олег захихикал, как маленький мальчишка, явно довольный своей удачной шуткой, но через мгновение сразу же стал серьезным - Я, как ты уже знаешь, два раза не повторяю, поэтому повторно предлагать не стану. Сережа недовольно фыркнул и отвернулся, а комик зажег сигарету и начал курить, да так, что табачный запах разлетелся и пропитал все вокруг мгновенно. - Кхе-кхе, - резко кашлянул Разумовский. - Прости, - Олег тут же потушил сигарету о землю. Он провел ладонью по месту чуть ниже носа, убирая кровь. Выставив руку вперед, он, как завороженный, смотрел на нее, не отрывая глаз: - Мне кажется, что тебе уже пора сказать твое имя. Думаю, что мы достаточно близки для этого. Курили вон вместе, - Олег указал подбородком на потушенный окурок - Тем более, ты знаешь мое имя - это несправедливо. - Да, ты абсолютно прав. Прости, что раньше не представился, меня зовут Сергей. Сергей Разумовский. - Приятно познакомиться, - Волков протянул руку для рукопожатия, а Разумовский с удовольствием ее пожал. В синих глазах читалась некая озадаченность. Олег искренне улыбнулся, заметив это, посмотрел прямо в глаза рыжеволосому, а потом отвел взгляд, поступив его в землю. - Знаешь, Сереж, этот мир жесток. В любом случае будут находится люди, которые нарушат грань, - он тяжело вздохнул, а потом продолжил. Было видно, что слова даются ему не так-то просто - Надо быть сильными. Каждому. Без этого никуда, в какой бы ты не оказался ситуации. Любой в этой жизни желает тебе зла. Никто не станет сюсюкаться и жалеть, запомни. Это я сейчас не только про ту ситуацию с этими уродами, а вообще. - Спасибо тебе еще раз. - Брось, пустяки, - он привстал, кашлянул, а потом окончательно выпрямился и посмотрел на Сережу сверху вниз. - Хорошее тут место. Ну, я, пожалуй, пойду. Кровь все никак не хочет останавливаться. - Да, конечно. - До скорого. Волков побрел по тропинке, но не в сторону основного здания. Вероятно, что Серёжа никогда не поймет то, что происходит у него в его голове. Разумовский не хотел, чтобы тот уходил, он желал продолжить разговор, да даже просто молчать с Олегом было приятно, возникало какое-то нежное чувство тепла и уюта.       Вскоре они продолжат общение. Сначала их встречи будут происходить случайно, а потом они сами будут их искать. Как-то так и произошло их знакомство.