Три цвета снов

Замок спит. Лес заволок туман. Уже осень – как быстро летит время. Ветер гуляет по холодным коридорам, завывая в доспехах. Возле спуска в подземелья что-то бормочет школьный полтергейст, планируя очередную гадость ученикам. Замок спит. В одной из высоких башен горит свет. Да, это мне не спится. Соседки давно перестали коситься в мою сторону – здесь все помешаны на рациональности. Если я не сплю – значит, так надо. Как хорошо, что из нашей башни такой прекрасный вид! Я бы не смогла жить в подземельях, лучше уж каждую ночь превращаться в ледяную статую под холодным светом луны. Рассматриваю затуманенную гладь двустороннего зеркала. Оно напоминает мою жизнь – такая же непроглядная неизвестность. Ах, как бы я хотела стать похожей на остальных!.. Хоть немного, но пожить их жизнями, такими простыми и действительно детскими. Но – нельзя. Сейчас война, а никто из них к ней не готов. Надо же, всего пятнадцать, а я думаю, как преподаватель. Наверное, во мне звучит отголосок создателя моего факультета – а может, это сделала со мной жизнь. Вчера нашла среди своих белых волос несколько прядей седины. Хорошо, что никто не заметит. Ты будешь мной гордиться, уверена. Как и мама. Туман в глубинах зеркала развеивается. Я снова вижу такие привычные и знакомые черты. Мы снова почти вместе. Не нужно говорить – это все лишнее. Я скучала – как и ты. Все и так понятно – поэтому, будем только смотреть. Смотреть так, как это можем только мы. Знаю, я напоминаю тебе маму. Это не страшно – ты тоже напоминаешь мне о ней. Наша общая болезнь, страсть и проклятие. Навсегда. Помнить – это хорошо. Недавно сказала об этом Гарри – надеюсь, он понял, и тоже всегда будет помнить. Знаешь, он так похож на нас! Жалко, что я никогда не смогу дать ему это увидеть. Ты не представляешь, как много мне хочется тебе рассказать! Но не выйдет – мы уже разучились разговаривать. С того времени, как мама ушла, мы просто смотрим. Смотрим и помним. Кажется, если кто-то первым начнет разговор, он оскорбит ее память… Могу рассказать тебе о школе. Тут столько интересного! Заклинания, травы, животные – все и не вспомнишь. Но ты же об этом и сам знаешь, поэтому – молчу. У меня есть друзья. Верные, добрые друзья! Они всегда рядом, хотя раньше никто и думать не хотел об общении со мной! Но ты ведь и это прекрасно понимаешь, правда? С чего же мне начать разговор? С того, что мы готовимся к войне, тренируясь с ОД? Или с того, что директор считает Гарри Избранным? Ты ведь только фыркнешь в ответ… А мне так хочется вглядеться в такие же синие, как и у меня, глаза и закричать на весь мир: «Папа, папочка! Я так люблю его! Того, о ком никогда не расскажу! Кажется, я умру, если его не станет! И я боюсь: того, что война никогда не закончится, того, что она заберет всех – его, тебя, друзей… Как забрала маму». Так хочется это все крикнуть… Но нельзя. Школа спит. Поэтому, я ловлю в стекле почти полную копию своей улыбки, громко бормоча: «В следующем номере надо будет вместить статью о нагрлах и их повадках!». А ты отвечаешь так, как и всегда: «Нет, принцесса, лучше уж репортаж о летающих мышезубах». Сзади слышу приглушенный смех однокурсниц — их, наверное, разбудил свет. Снова смотрю в зеркало – на таком родном и любимом лице читаю немой ответ на все свои так и не заданные вопросы. «Не бойся, милая, я рядом». Я понимаю – нужно молчать, ведь школа спит. Нельзя плакать – ведь все будет хорошо, как ты и сказал. Вместе с нами с тумбочки улыбается старый портрет молодой женщины. … Мы же рядом…