Неуловимые мстители. Вопреки всему

Прошла неделя. Постепенно все приходило в привычное русло. Данька и Яшка пропадали на работе. Ксанка работала в школе, преподавателем истории. Наташа с теть Дашей возились дома с близнецами. Валерка на связь не выходил. Сначала Данька хотел ему позвонить или приехать, но потом решил дать другу время, чтобы прийти в себя. Против воли, слова сказанные другом в горячке, не давали ему покоя. Нет, он не обижался и не злился на него, наоборот испытывал смущение. Ему было неловко перед другом, за свое счастье. Валерке было сейчас тяжело, больно и одиноко. Он был не в состоянии смотреть на чужое благополучие. Понимая, что в данный момент ничем не может помочь, Данька решил лишний раз не святить своей «счастливой рожей». А она у него была именно такой. Чего уж греха таить! Впервые в жизни, Данил действительно чувствовал себя счастливым. У него было все, что только может желать мужчина. Любимая жена, двое прекрасных детей, интересная работа, настоящие друзья…. Все, о чем он когда-то мечтал, сбылось. Жизнь, наконец, наладилась! А с Валеркой они помирятся! — Командир, что думаешь?! — Спросил его Олег. Очнувшись от собственных размышлений, Даня молча посмотрел на парня, не зная, что ответить. Задумавшись, он пропустил пламенную речь молодого чекиста. Как выкрутиться из дурацкой ситуации, Даня не представлял. Не сознаваться же в конце-концов! — То есть ты предлагаешь нашему отделу исполнить песню, на вечере посвященному дню образования ЧК?! — Усмехнулся Яшка, сидя за своим столом. Командир с благодарностью посмотрел на цыгана. Друг как всегда выручил. — А почему нет?! — Развел руками Григорьев. — Расскажем о работе нашего отдела. Можно так же подключить ребят, которые работали здесь до нас. Я думаю Ксения, Наталья и Валера не будут против! — Ну да, ему сейчас только песни петь! — Поморщился Данил. — Как он? — Спросил Михаил Барсуков. Он и Кирилл Андреев, пришли к ребятам в отдел год назад. Оба быстро нашли общий язык с командиром и цыганом. Отработав вместе непродолжительное время, стали хорошими приятелями, на которых можно положиться. У обоих мужчин были семьи. У Михаила подрастала дочь, а у Кирилла – сын. — Переживает! — Пожал плечами Данил, не вдаваясь в подробности. — Сомневаюсь, что Ксанка захочет участвовать в этом! — Сложив руки на груди, покачал головой Яшка. — Во первых она не любит когда на нее глазеют, а во вторых у нее на работе новый класс, все время проводит с детьми. — Она не любит или ты? — Хитро глянув на цыгана, улыбнулся Кирилл. — Мы оба! — Широко улыбнулся Яшка. — Да и Наташе сейчас не до выступлений. С близнецами особо не распоёшься! — Согласно кивнул Данил. — Понятно! — Обреченно махнув рукой, надулся Олег. — Все-таки семья мешает работе! Я жениться точно не собираюсь! Зачем?! Одному легче! — Молодой ты еще! Молодой и глупый! — Снисходительно улыбнулся ему Михаил. — А идея ничего, мне нравится! — Улыбнулся Данька девятнадцатилетнему парнишке. — Время у нас еще есть, так что за четыре дня набросай слова, а в понедельник мы посмотрим. Я думаю, цыган без проблем подберет мотив на гитаре. — Да какие проблемы! — Фыркнул Яшка. — Ладно, ребят, уже без пяти шесть, давайте по домам! — Посмотрев на часы, сказал командир. Поднявшись мужчины стали собираться домой. Тут неожиданно затрещал телефон. Напрягшись, парни остановились у двери, глядя на командира. — Отдел особо тяжких преступлений! — Здравствуйте! Я могу поговорить с Щусь Даниилом Ивановичем? — Послышался из трубки строгий женский голос. — Да, это я! — С вами разговаривает врач родильного дома Сушкова Мария Васильевна. Ваш номер оставила мне Мещерякова Юлия Сергеевна, на случай экстренной ситуации. Так вот она наступила! — Слушаю вас Мария Васильевна! — Нахмурился Данька, чувствуя, как по коже пробежал мороз. Сев обратно за стол, командир дал отмашку коллегам, разрешая идти домой. Яша, понимая, что дело личное, присел рядом, напротив друга. — Как вы знаете, ребенок Юлии Сергеевны все это время находился у нас. Срок пребывания закончила вчера. Я уже подготовила документы для передачи мальчика в детский дом. — Подождите…как в детский дом?! — Замер Даня, не веря своим ушам. — У него же отец есть! — За десять дней, отец ни разу не пришел! Завтра ребенка забирают! — Но … подождите,… Мария Васильевна вы же знаете, какая ситуация! — Данил Иванович я все знаю! — Строго перебила женщина. — Я и так нарушаю свои должностные инструкции, звоня по сути чужому человеку. Я надеюсь, вы сможете сегодня связаться с отцом и … повлиять на него! Если сегодня эта ситуация не прояснится, завтра в двенадцать ребенка заберут! — Скажите,…а его может забрать кто-то другой? Тетя или дядя? — «Которых у него нет!» мысленно проворчал Даня. — Может, отец болен и не может прийти! — В таком случае нужна официальная бумага, где отец разрешает забрать мальчика! Но все же я рекомендую ему найти в себе силы и прийти самому! — Я вас понял! Обещаю, завтра утром мы его заберем! — Уверенно произнес Данил и положил трубку. Стукнув кулаком по столу, громко выругался. — Твою мать! — Не трогай её, она святая женщина! — Хмуро ответил цыган. — Что случилось?! — Ты с Валеркой давно разговаривал? — Взяв чистый лист, Даня поставил внизу свою печать и подпись. — Последний раз на кладбище. Решил пока его не трогать! Что ты делаешь?! — Поехали, навестим этого …отца! — Встав Данил, сложил лист пополам и убрал во внутренний карман куртки. Через двадцать минут чекисты приехали к дому родителей Юльки. Поднявшись на этаж, Данька требовательно постучал в дверь. Спустя пять минут, дверь так никто и не открыл. — Может, дома нет?! — Хмуро посмотрел на цыгана Данил. — Да здесь он! Отойди! — Достав из кармана отмычку, Яшка занялся замком. Через минуту дверь открылась. В квартире стоял ужасный запах. Спертый воздух перемешался с запахом алкоголя. Было тихо. Заглянув на кухню, друзья увидели хозяина дома лежащего на столе. Валерка крепко спал, держа в руке початую бутылку. Вокруг на полу валялась целая батарея пустой тары. Открыв форточку, Яшка сел напротив спящего друга. Осмотревшись, Данька поднял мусорное ведро, что стояло возле стола. Взяв пустую бутылку со стола, он с силой швырнул ее в ведро. От грохота, Валерка подскочил на стуле, непонимающе уставившись на цыгана. Спросонья, парень не сразу понял кто перед ним. Понимая, что друг его не видит, Даня швырнул ведро на пол. Вздрогнув от повторного грохота, Валерка резко повернул голову в сторону Даньки. — Явились! — Угрюмо пробубнил Валерка, наблюдая как Данька, обойдя его, сел за стол. — Квасишь?! — Хмуро смотрел на него цыган. — Выпьешь со мной? — Спросил хозяин, разливая водку по стаканам. Данька заметил, что ему стакан не предложили. — Да нет! Пить с тобой мне противно! — Покачал головой цыган, тоже обратив внимание на несправедливость. — Как хочешь! — Пожал плечами архитектор и залпом выпил. — Чего надо? — Ты почему ни разу не пришел к сыну? Ты знаешь, что его собираются забрать в детский дом? — Строго спросил цыган. — У меня нет сына! — Пожав плечами, покачал головой Валерка. — Я не собираюсь воспитывать того, кто убил её… — Хорошо! Ставь подпись, что ты отказываешься от него! — Кивнул командир, строго смотря на друга. Достав из кармана ручку и чистый лист с печатью, Данька положил их на стол. Валерка, не задавая вопросов, молча расписался. — Ты что творишь?! — Изумленно промолвил цыган, переглянувшись с командиром. — Ты рехнулся? Последние мозги пропил за неделю?! — Рявкнул Данька. — Не ори! Не у себя дома! — Зло посмотрел на него Валерка. Налив себе еще и собираясь выпить, он поднес руку ко рту, но в последний момент Данька выхватил у него стакан и выпил сам. Звонко опустив стакан, Данил облокотился на стол, хмуро смотря на друга. — Давайка брат на чистоту! За что ты меня ненавидишь?! Столько лет мы были вместе! А теперь ты даже не смотришь в мою сторону! За что? — Ты мне противен! Мне осточертела твоя надменность! Твоя идеальная картина мира! — Дыша перегаром другу в лицо, зло выговаривал Валерка. — Всё должно быть, так как ты скажешь! А с какого хрена?! Ты у нас кто? Пуп Земли?!  Меня заколебала эта несправедливость! Почему тебе всё, а мне ничего?! У тебя и работа и дом шикарный просто так с неба свалившийся, и дети. С какого хрена именно у тебя родились близнецы? Почему твоя жена их родила и живет себе припеваючи…. А моя даже одного не смогла нормально родить! — То есть,… чтобы тебе было легче, моя Наташка должна была … умереть? — Да! Мне бы было легче! Тогда хоть какая-то справедливость была бы! — Знаешь что …— Сдерживая себя, опустил глаза Даня. — Если бы ты не был мне братом столько лет,… я бы тебе сейчас разбил рожу! — Ну, естественно! — Зло усмехнулся Валерка. — Ты же у нас правильный! Наш строгий, но справедливый командир! Ты конечно не виноват во всем этом! Просто ты везучий…. С рождения Богом поцелованный! — Хватит чушь нести! Приди в себя! — Перебил его Яшка, пнув ногой под столом. — А ты тоже хорош! — Зло усмехнулся ему бывший гимназист. — Всю жизнь называл себя моим другом, а стоило случиться беде,… исчез! Хороша поддержка, спасибо! — Ты сам меня прогнал! — Злясь, вспыхнул цыган. — А ты и рад?! Всю жизнь бегаешь за этим… как хвост! — Валерка махнул головой в сторону Даньки. — В глаза ему заглядываешь, … все боишься, что он тебе перекроет доступ к Ксанке! У самого-то … кишка тонка…! — Ты охерел??! — Рявкнул Яшка, вскакивая со стула. — Ну, сука…! — Зло прошипел Данька. Резко встав, он схватил пьяного друга за шею и заломав ему руки потащил его прочь из кухни. Валерка пытался вывернуться, но пьяный угар, в котором он находился уже достаточно продолжительное время, не позволил ему справиться с крепкими захватом командира. Приволочив хозяина в нужную комнату, Данька нагнул Валерку над ванной. Протиснувшись между ванной и друзьями, цыган открыл холодную воду. От обильного потока ледяного душа, бывший чекист завопил. Пытаясь увернуться, Валерка извивался как уж на сковороде. Задыхаясь от воды, он кричал на всю квартиру. — Всё! Всё! Хватит! — Но друзья крепко держали его, не давая вырваться. Когда воды набралось достаточное количество, они перекинули друга в ледяную ванную, расплескав воду вокруг. — Охладись! — Отряхиваясь, строго сказал Данил и вышел из комнаты. — Не думал я, что ты о нас такого мнения! — Хмуро заметил Яшка, глядя на друга сидящего в ледяной воде, и рвано хватающего воздух. Зайдя обратно в кухню, чекисты хмуро огляделись. Повсюду валялись пустые стеклянные бутылки, в раковине целая гора грязной посуды, на столе крошки и остатки протухшей закуски. Найдя в шкафу несколько больших целлофановых мешков, Данька стал убирать мусор. Яшка же, сняв куртку и закатав рукава рубахи, начал мыть посуду. Убравшись, друзья вскипятили чай и сели за чистый стол. — Че то долго он там…— Кивнул в сторону Яшка. — Ничего! Пусть подумает! Совсем озверел! — Поморщился Данька, делая глоток. — Чай не утоп бы. — Усмехнулся цыган. — Такие как он в воде не тонут и в огне не горят! Не бить же его было в конце-концов! — Хотя руки чесались! — Кивнул Яшка, взяв из вазочки кусочек сахара. — Я надеюсь, ты то хоть так не думаешь обо мне?! — Серьезно посмотрел на друга Данька. — Тебя тоже водой окатить?! — Фыркнул цыган. Усмехнувшись друг другу, друзья чокнулись кружками. Тут в комнату вошел Валерка. Переодевшийся и явно протрезвевший. Посмотрев на него, Яшка саркастично улыбнулся. — С легким паром! Оглядевшись, Валерка посмотрел на друзей и усмехнулся. — Сволочи! Подойдя к столу, он сел на свое место. Яшка молча пододвинул ему кружку с горячим чаем. Облокотившись на стол, Валерка взял кусок сахара и сделал глоток обжигающей жидкости. Ледяная ванна помогла. Ему стало лучше! Злость отпустила, заменив собой чувство досады. Парню было стыдно за свои слова, да и за поведение в целом. — Дайте закурить?! — Тихо сказал он, не смотря на друзей. Достав из кармана пачку спичек и сигарет, Данька молча закурил сам и положил их перед другом. Достав по сигарете, друзья тоже закурили. Затянувшись, Валерка горько усмехнулся. — Юлька бы нам сейчас голову оторвала. Терпеть не могла сигаретный дым. Я погорячился! Простите меня… оба! — Как ты там сказал.… Богом поцелованный?! Это я то?! — Откинувшись на стуле, горько усмехнулся Даня. — А ты не забыл, при каких обстоятельства мы с тобой познакомились? — Только не надо мне сейчас говорить про своего отца! — Отмахнулся от него Валерка. — Это было давно! Ты был уже достаточно взрослым! Война никого не щадит! Мы все тогда потеряли своих близких! — Ты прав! Мне было шестнадцать, когда убили отца! А когда мне было десять, убили мою мать! Я сидел с Ксанкой в подвале нашего дома и два часа слушал, как над ней измываются бандиты. Мать успела нас прятать, а сама приняла удар на себя! Я до сих пор иногда просыпаюсь от ее душераздирающего крика. Два часа её убивали! Сначала изнасиловали толпой, а потом порезали на куски как свинью на продажу. Вся комната была залита ее кровью, включая потолок. Отца не было дома, не успел вернуться с рейса. Он опоздал на четыре часа! Я сидел в подвале одной рукой закрывая перепуганной Ксанке рот, а другой сжимая охотничье ружье. Мать успела мне его дать, перед тем как спрятать нас. Ты прав! Это было божьим благословением! — Ты никогда не рассказывал про это! — Тихо сказал Яшка. Валерка потрясенно смотрел на друга. — Ты думаешь, моему отцу было легко?! Понимать, что он не успел приехать вовремя и спасти ее. Остаться с двумя маленькими детьми на руках. И всю оставшуюся жизнь винить себя! Знаешь, почему он пошел в партизаны? Не из-за войны. Нет! Он хотел найти убийцу матери! Своего лучшего друга. Когда мать увидела что к нашему дому идут бандиты, она вырвала из моих рук карандаш, я тогда сидел за столом делал уроки, и на клочке бумаги написала всего одно слово. Имя убийцы! Она понимала, что не выживет. Свернув бумажку, она дала мне ее в руки сказала передать отцу. Я до сих пор помню глаза папы, когда он узнал, кто это сделал. Знаешь, как звали убийцу?! Лютый! — Нехера себе! — Не сдержался Яшка. — То есть… сначала он убил…а потом. … Подожди они, что дружили с твоим отцом?! — Да! Были лучшими друзьями, …когда-то! Очень давно! Я даже помню, как он приходил к нам домой. Я тогда был еще совсем маленьким. С детства побаивался его, чувствовал наверно…! Потом они с отцом сильно разругались, не знаю из-за чего. Отец запретил ему приходить! После этого он пришел лишь однажды…! Знаешь, отец тоже бухал после смерти матери. Долго! Нас с Ксанкой не замечал. Теть Даша часто ругалась с ним, пытаясь привести брата в чувство. Через какое - то время, он все же взял себя в руки. Но нам было легче. Мы были уже самостоятельными. Сами себе готовили, сами стирали одежду, убирались в доме. Тетка Дарья всегда была рядом. Помогала! А твой малыш совсем еще крохотный. Ему всего десять дней от роду. И ты готов его бросить?! — Дань ты не понимаешь…! Я не смогу его любить.… Я всегда буду помнить, что из-за него …— Покачал головой архитектор. — Это ты не понимаешь! Это твой сын! Ты в ответе за него! — Строго перебил его Щусь. — Ты думаешь, в детском доме ему будет лучше, чем с собственным отцом?! Спроси у Наташки…какого ей было там! Ты мой брат! Я все могу тебе простить. Кроме этого! Достав из кармана бумагу с печатью, Данька повертел ею перед носом друга. — Если ты откажешься от сына, считай, что друга ты потерял! Вот и думай! Встав из-за стола, Даня убрал бумагу в карман и покинул квартиру. Валерка с Яшкой молча сидели за столом какое-то время. Наконец цыган горько вздохнул. — Ты даже не представляешь, какое счастье у тебя сейчас на руках. Я бы многое отдал за возможность иметь его! — Валерка резко посмотрел на друга. В глазах цыгана плескалась невысказанная боль. Вздохнув, друг встал и положил руку ему на плечо. — Юлька не просто так сделала такой выбор. Она любила тебя и доверила тебе самое главное в жизни! Прошу… не делай ее смерть бессмысленной! Мягко сжав плечо друга, Яшка молча вышел из квартиры. Оставшись один, Валерка закрыл лицо руками и горько заплакал. *************************** На следующее утро Данька с Яшкой подъехали к роддому. Они долго ждали друга, надеясь, что он все-таки одумается. Но Валерка так и не пришел! Понимая, что ждать больше нельзя, друзья вошли в здание. Мария Васильевна долго рассматривала разрешение на передачу ребенка, написанную накануне самим Данькой. Прочитав несколько раз бумагу, она хмуро спросила. — Почему отец сам не пришел? — Он приболел! — Ответил ей Яшка. — Сами понимаете…стресс, потеря жены. Нервы не выдержали! — Что же вы мужики такие слабые! — Покачала головой врач. — Ну, так мы можем забрать ребенка? — Нахмурился Даня. — Вы думаете, я не понимаю, что вы ее сами написали? — Усмехнулась женщина. — А это имеет значение? — Строго спросил командир Щусь. — Бумага официально заверена печатью Чрезвычайной Комиссией. Отец не отказывается от ребенка, просто в данный момент не может прийти сам! — Ну, ну! — Кивнула головой врач. Конечно, она не поверила им, но спорить с чекистами себе дороже. — Хорошо! Забирайте! Вечером все собрались в доме Щусь. Сидя на кухне за столом, взрослые ворковали с детьми. Данька держал на руках Петьку, а Яшка – Степку. Ксанка целый день не выпускала из рук Валеркиного сына. Наташа же с теть Дашей сидели рядом с ней, любуясь ребенком. — На Юльку похож! — Печально улыбнулась теть Даша. — Такой же темненький. — Губки и носик тоже ее! — Кивнула Наташа. — Смотрите, какие реснички пушистые! — А глаза Валеркины. Серые! — Улыбнулась Ксанка. — Между прочим, большая редкость. — Ох, девки с ума сходить будут! — Покачав головой, засмеялась тетка Дарья. — Красавец вырастит! — Да они у нас все как на подбор! — Ухмыльнулся Данька, щекоча сына. Петька заливисто визжал в руках отца. — Да скажи, вырастим, все девчонки наши будут! Мы еще покажем им, кузькину мать! — Ворковал Яшка над Степкой, приподнимая его вверх и вниз. Ребенок радостно болтал ножками. — Не могу поверить, что Валера не пришел за ним! — Устало вздохнула Ната. — Как можно было оставить такую крошку. — Ему нужно время! — Серьезно посмотрел на нее Яша. — Одумается! Вот увидит его и одумается, дя?! — Играя с сыном, улыбаясь ответил Данька. — А если нет?! — Спросила Ната. — Тогда мы заберем! — Посмотрела на мужа Ксанка. — Я не позволю отдать его в детский дом! Яшка, серьезно посмотрев на жену, согласно кивнул. Данька с Наташей переглянувшись, улыбнулись. Они вчера перед сном думали над этим вопросом, решив в случае чего забрать малыша себе. Конечно, с близнецами было тяжело, но…. Как говорится, где двоя там и троя! Наигравшись вдоволь, щусята устали и синхронно зевнули. — Кому-то пора спать! — Улыбнулась Наташа, забирая сына у мужа. Теть Даша взяла на руки Степку. — Ксан пойдем в комнату, малыша нужно покормить. Оставшись одни, мужчины вышли во двор покурить. На улице было темно. Желтый свет уличных фонарей тускло освещал двор. Шел первый снег. Зима будет ранней! — Ты вчера в серьез сказал, по поводу дружбы? — Спросил Яшка. — Да нет, конечно! — Покачал головой Даня. — Я должен был заставить его задуматься. Это как то само вылетело! — Ксанка уже прикипела к пацану. — Ты ее притормози! Валерка одумается. Придет в себя и заберет мальчишку. — Думаешь?! — Прищурился цыган. — Уверен! — Твердо кивнул Щусь. — Он взрывной,…но не скотина! Он заберет сына! Словно в подтверждение его слов, возле калитки остановилась машина. Выйдя из машины, Валера быстрым шагом вошел во двор и строго посмотрел на друзей. — Где мой ребенок? — О… папаша проснулся! — Усмехнулся Яшка. — Я спрашиваю, где мой сын? — А зачем он тебе? — Строго спросил Данька. — Ты же говорил, что он тебе не нужен! Валерка подошел к нему как можно ближе. Не мигая, он серьезно смотрел в глаза друга. Выпрямившись, Данька так же серьезно глядел на него. Яшка был наготове. С минуту, во дворе стояла полная тишина. Наконец Валерка сказал. — Ты был прав! Я в ответе за него! Это мой сын и я должен его вырастить и воспитать настоящим мужчиной! — Ну… раз должен, то пошли! — Усмехнулся Щусь, открывая дверь в дом. — Дань?! — Схватив друга за руку, позвал Валерка. — Прости меня! Тот бред, что я нес …. На самом деле, я так не думаю! И ты Яшка тоже прости! Я чет совсем вчера с катушек слетел! — Проехали! — Улыбнулся Данька, переглянувшись с цыганом. — Заходи! Спустя десять минут Валерка впервые в жизни держал своего ребенка на руках. Внимательно рассматривая сына, он подмечал каждую его родинку, каждую ямочку. Мальчик был очень похож на свою мать. — Спасибо вам! — Посмотрев на друзей, сидящих рядом с ни на кухне, улыбнулся мужчина. — Если бы не вы…. Только я теперь не знаю что с ним делать. Я же ничего в этом не понимаю! — Ну а мы тебе зачем? — Приобняла его Ксанка, стоя рядом с ним. — Привози в любое время, всегда поможем! — Конечно! Слава богу, молока у меня много! — Кивнула Наташа, и посмотрев на нахмурившегося мужа улыбнулась. — Я думаю щусята не будут против! — Ну что, гимназия! — Улыбнулся другу Яшка. — Какое первое имя пришло тебе? — Юрка! — Посмотрев на сына, сказал Валера. — У меня была Юлька, а теперь будет Юрка! Переглянувшись, ребята понимающе улыбнулись. Смотря на не спящего ребенка, Данька подмигнул ему. — Ну, здравствуй Мещеряков Юрий Валерьевич!