Еда

Это не было ничьей виной - просто у Мугивар кончилось мясо. До следующего острова плыть ещё неделю, а мяса нет. Луффи, конечно, рыдал. Первые три дня. Потом начал впадать в апатию, а о том, что произошло дальше, его накама вспоминать не хотят. Он смотрел. Смотрел. Смотрел на Усоппа, практикующегося в стрельбе из лука. Смотрел на Нами, рисующую новую карту. Смотрел на Зоро, полирующего меч. Смотрел на Санджи, режущего салат. Смотрел так, как не смотрят на накама. Так, как не смотрят на людей. Он смотрел на мясо. Но потом в его глазах на время затухал этот страшный огонёк, и он мотал головой, будто отбрасывая паутину. Но через некоторое время всё повторялось снова. И снова. И снова. Когда остров показался на горизонте, Мугивары были готовы расплакаться от счастья. С корабля Луффи исчезает незаметно. На него это совершенно не похоже, но его накама стараются не замечать этой странности. Возвращается он ночью. На корабле никто не спит, все собрались на кухне, где Санджи приготовил воистину великолепный ужин - с очень большим количеством мяса - и ждут только капитана. Он сияет улыбкой и привычно что-то кричит о мясе. Санджи улыбается, ставя перед ним тарелку, и застывает, когда куртка Луффи, пытающегося стащить кусок курицы с тарелки Усоппа, распахивается, открывая грудь. Вся верхняя часть груди и шея забрызганы чем-то красным. Санджи не хочет об этом думать.