Нелепо-волшебное

Эти удивительные люди. Люди на которых оборачивались и провожали долгими взглядами. Притягивающие к себе всеобщее внимание. Одни проносились по аккуратным Лондонским улочкам ревя моторами, и свет их фар как молния на мгновение озарял одинокую комнату на Гриммо; к другим на концерты стекались толпы маглов, историями про третьих были заставлены огромные полки книжных магазинов. Не то что бы Блэк часто оказывался в окружении книг, но как настоящий аристократ периодически бывал в театре и там, на сцене, эти герои оживали. Актер, вжившийся в роль перед огромным залом был более настоящим чем все люди окружавшие Сириуса. Свет софитов падал мимо него освещая покрытые гримом лица жившие моментом, эмоцией и овациями. Громче всех аплодировали студенты на балконе, на которых поджимая губы косилась maman. А Сириус затаив дыхание не сводил взгляд со сцены пока кулисы совсем не закрыли актеров. Зато впервые попав на магловский концерт не побоялся присоединиться к орущей толпе что не замирала ни на минуту. Он просто вышел из дома что бы не видится с кузинами заглянувшими в гости, и гулял по Лондону пока не стемнело. Случайно прибился к компании подростков в кожанках, с невозможно яркими волосами и пропал. Пропал в той безудержной энергии, огнях фаеров и гитарных соло. Пропал на всю ночь и больше всего на свете хотел остаться жить между этих людей - созданий сказочнее которых он не встречал даже в волшебном мире; между запахом ментоловых сигарет и шипением пролитой газировки. Жить в этом моменте даже если он окажется сном. Но каждый раз возвращаясь домой он слонялся из одного увешанного историей фамильного высокомерия угла в другой. Просто склеп с полированными подсвечниками. Только и оставалось что ночью открывать окно, слушая ветер заблудившийся в Лондонских улочках и ворчание Кричера шаркающего по коридору, писать письма друзьям, в мир живых. Хогвартс был его глотком воздуха. Светлым, свободным, счастливым местом где он чувствовал себя человеком, еще и достаточно смелым что бы учиться на Гриффиндоре. Но не смотря на искрящееся в школе волшебство он будто был... обыкновенным. Все настоящее волшебство, не вылетающее из палочки, не сочащееся из рун, а пронизывающее сердце насквозь, сбивающее дыхание и зажигающее глаза - оставалось недосягаемым. Словно за защитным стеклом или щитовыми чарами - увидеть можно, а прикоснуться - нет. Или под водой, когда кажется только руку протяни и поймаешь эту юркую радужною рыбку-счастье, а оказывается она далеко-далеко от тебя. Например на той стороне радиоволн, магловского приемника, привезенного Лили. Он работал лишь вдалеке от замка, но Сириус подбивал друзей сбежать с Истории магии на дальний берег Черного озера и выкручивал громкость на полную. Клал руки за голову и смотрел как плывут облака, пока одна песня сменялась другой, а та - выпуском новостей со счетом последнего матча какой-то магловской игры. К тому моменту когда гигантский кальмар начал показываться из под воды, то ли для того что бы присоединиться, то ли что бы утопить вопящую коробочку Блэк твердо намерился попасть на концерт еще раз. Еще раз к этим удивительным людям. Иногда их разделяли лишь страницы книг. Вот пальцы скользят вдоль чужих реплик, в голове звучат чужие мысли и ты видишь чужую удивительную жизнь. В такие моменты он застывал в глубоком кресле грифиндорской гостиной и засиживался так едва ли не дольше Люпина. Только в отличии от Ремуса ему в руки почти не попадали учебники. Кому могут быть интересны формулы, пусть и самые магические, когда в прошлой главе храбрый помощник короля раскрыл заговор, где-то в дремучих лесах рыцарь вступает в неравную схватку с ужасным чудовищем (и ему даже не придется сдавать экзамен по монстрологии), а непризнанный но обаятельный герой завел в засаду вражескую армию. Великие дела вершатся и без эссе по трансфигурации. Сириусу вдвойне обидно. Ведь прочитай это магл он лишь грустно вздохнет, поймает автобус (что по сравнению с Ночным Рыцарем волочиться как черепаха) и пойдет заниматься своими магловскими делами. А зная что драконы и мантикоры реальны, на докси наткнуться можно в каждом пыльном классе и страшных заговоров в слизеринских будуарах хоть отбавляй, хочется лезть на стену. Что ни возьми - все под рукой кроме героя и подвига. Великих стратегов, мудрых философов и видавших жизнь искателей приключений тоже как то по углам не пряталось. Вот оно, молодое поколение в лице одного отдельно взятого Сириуса Ориона Блэка, готово впитывать ваш бесценный опыт и умные мысли. А ему ставят троля по какой-то там Травологии. И сцена. Всегда внизу, в темной половине зала вместе с другими обыкновенными людьми пришедшими вдохнуть чужую страсть и на один вечер влюбиться в чужую реальность. В блеск глаз и загадочные улыбку, многозначительное молчание и шуршание кулисы. В историю. В значимость. Сириус катастрофически не хватало чего-нибуть удивительного. И до безумия хотелось к этому удивительному приблизится: к звуку ударных, свету софитов, к огням и огромным причудливым декорациям. Впитать в себя свет и эмоции, каждое слово из песни или монолога, хотелось настолько что он был готов вылезти на сцену. К этим удивительным людям. И возможно, Сириус как последний магл бы поверил что они - выдумка, фантазия что бывает только в книгах, сюжетах написанных кем-то. Смирился бы рано или поздно. Если бы не слышал смех в те редкие вечера что гулял от Тауэрского моста до Риджент стрит. Эти люди не выходили на сцену. Они стояли в лучших декорациях - между нескончаемым человеческим потоком и старых стен помнящих Георга IV. Город не смолкал что бы услышать их, но голоса, чьих слов Сириусу было не разобрать, звучали уверенно, сильно, спокойно. Искрящиеся глаза не искали отклика толпы. Они либо знали что к ним прислушаются, либо им было все равно но от этого хотелось ловить каждое слово. Сириус не понял как это работает, но увидев один раз искал глазами в толпе словно лепреконов. Этих удивительных людей. Сидя под грифиндорскими стягами в большом зале он скучающе мешал ложкой овсянку. По правую руку Джеймс исподтишка кидал виноград в Прюэтов, слева во всю чавкал Питер. Люпин умудрялся одной рукой держать палочку с защитным заклинанием над учебником, а другой чашку с горячим чаем. Сириус Блэк очень любил своих друзей. Своих верных, веселых, обыкновенных друзей. И если жизнь больше не кажется ему стоящей без фейерверков в крови, смеха сливающегося с музыкой и тишины пронизанной электричеством он сам должен создать их. Он сам станет удивительным человеком. На секунду показалось что это и вовсе единственный способ выжить и не сойти с ума. По мнению Сириуса Блэка главное свойство удивительных людей состояло в том что бы взять что то простое и превратить в незабываемое, а въевшийся дух гриффиндора требовал с размахом наносить справедливость и "вообще". Провернуть нечто подобное в школе было маловероятно. Балы слетали с факультетов за любое баловство на переменах, когда деканы словно коршуны кружили по коридорам, что уж говорить об уроках. Малькольму Пирсу из Хаффлпафа влепили недельные отработки за то что он перепутал какие то сухоцветы на зельеварении и жижа чуть-чуть взорвавшись облила его и соседей по парте. А ведь парень даже не специально. Ремус сказал что колокольчик и горечавку бывает сложно отличить друг от друга и даже пытался объяснить бестолковым друзьям в чем разница. Сириус-плывший-по-течению не интересовался скучными уроками и был недальновиден. Но Удивительный Сириус перегнувшись через стол аккуратно потыкал сидевшего напротив Люпина, отвлекая его от чтения. - Ремиии.. Эй Реми! - Чего тебе? - тот пригубил чай даже не подняв головы. - Можешь напомнить чего там не надо бросать в Дыбоволосное зелье* что бы Слизнорт не завалил нам выходные грязными котлами? - Спроси у Джеймса, вдруг хоть он меня слушал вчера. - Это к Трелони не ходи - дохлый номер. Ну все, каюсь и признаю! Мне нужна помощь Ремуса - самого умного, старательного, в будущем-неприменно-старосты... - Хватит подлизываться. - ... сострадательного друга во всем Хогвартсе. Люпин вздохнул и пролистав пару страниц повернул учебник к Сириусу. - Смотри - длинный пальцы указали на нарисованные фиолетовые букетики - колокольчики более светлые и раскрытые, именно из-за них волосы после зелья начинают топорщится во все стороны, а не просто стоят колом. А горечавка вытянутая и цвет у нее более насыщенный. Она не уживается с листьями болотника, которые тоже кладут в зелье. - А это что? - Гиацинтоидес. - Геоминтол.. ай, Мерлин! Я язык прикусил... - Не паясничай, - Люпин забрал книгу и скучающе продолжил - это вообще в биологическом плане к колокольчикам отношение не имеет, а относится к семейству спаржевых. Используется как основа для Дымного зелья, Раздувающего раствора и всего того до чего вы с Джеймсом раньше шестого курса не доберетесь. В кладовке Слизнорта колокольчики и гиаци-не-колокольчики действительно стояли на разных полках в разных разделах, так что найти именно тот "не-тот" цветок было не сложно. Жертвой справедливости так и напрашивался стать Снейп, и Обычный Сириус непременно выбрал бы его. Но во-первых, выбор был чересчур очевиден, а во-вторых хитрый гад наверняка распознал бы подмену. В отличии от Кэрроу - типа недалекого и хамоватого. Возвращаясь из кладовой он невзначай пихнул Джеймса рукой. - А Ньюниус так и пялится на Лили. Он там не Амортензию случайно собрался варить? Джеймс мог бы помочь и добровольно, но если удивлять - то всех сразу. А Джеймс присоединится в другой раз. Через несколько минут когда Эванс растаскивала огрызающихся друг на друга ухажеров Блэк с гордым видом прошел мимо слизеринских котлов подменив сухоцветы, а потом, забрав Поттера, вернулся к их парте. Слизнорт взмахом палочки вывел на доске рецепт и принялся расхаживать по классу. Сириус же с самым сосредоточенным видом резал крысиные хвосты стараясь не косится на слизеринскую половину. Но вскоре котел Кэрроу зашипел привлекая внимание обоих факультетов и не успел декан пройти и пары шагов как кабинет заволокло густым фиолетовым дымом. Он столбом бился о потолок и опускался на головы студентов которые закрыв мантиями носы полезли под парты - пахло полем и крысами. Тем временем комки бурой грязи начали вырываться из котла как из маленького вулканчика. - Какое безобразие! Чье это зелье? Стыдно мистер Кэрроу, стыдно! Минус десять баллов со слизерина за полное пренебрежение учебным процессом! Минус десять баллов за сорванный урок, и отработка за беспорядок в кабинете! - Слизнорт возмущенно всплеснул руками и замахал палочкой над котлом. "Знания - сила" подумал Новый (Удивительный) Блэк и решил почаще прислушиваться к Люпину что сейчас подозрительно косился на него из под первой парты. Все гениальное просто, планы - работают, а пострадавшее слизеринское самолюбие просто приятный бонус.

***

На него смотрел Блэк. Типичный такой вот Блэк с бледной кожей, связанными в хвост волосами и возможностью сделать безучастно-высокомерное лицо в любое время и при любых обстоятельствах. Сириусу не нравилось то что он видел в зеркале. Он развязал хвост. Пусть и не такой аккуратный как тот что носил Люциус, все же он был чем-то старомодно-правильным. Запуская руки в густые черные волосы Сириус чуть не завыл от досады. Так он стал похож на девчонку. Или на Нюниуса. Нет, конечно симпатичнее в миллиард раз но грустного факта это не отменяло. А ведь Блэк собрался удивлять. Нет, удивительные люди так не выглядят, не смотрят измучено на свое отражение который час подряд. Они непринужденно прекрасны. То ли от того что уверены в своей притягательности, то ли от того что им плевать. Сириус так и не понял. Но на то что он видел сейчас только плевать и хотелось. Он некоторое время примерялся палочкой, отделяя пряди и выбирая правильный угол но так и не решился. Питер проснулся от того что кто-то с силой раскрыл полог впустив холодный воздух и черной фигурой застыл напротив кровати. - Есть ножницы? - Сириус, Годриковы панталоны! Нельзя так будить людей, а то станет в замке на одно приведение больше! А были бы у меня ножницы - то на два! - Тогда спи, - и Блэк так же резко задернув края полога ушел. В свои первые пол года в Хогвартсе Ремус привыкал к шуму который постоянно создавали Джеймс и Сириус. Смех, крики, глухой стук с которым подушки врезаются в стену когда парни решают начать жестокую войну спальными принадлежностями. За вторые пол года он понял что хуже всего - когда эти двое резко затихают. В первый раз это значило что снаряд попал прямо на эссе Люпина, с непросохшими чернилами. Шел второй год и Римус проснувшись от тихих голосов и щелчков ножниц боялся своего следующего открытия. В комнате было темно. В соседней кровати ворочался Питер, постели Поттера и Блэка как он и думал стояли пустыми. Дверь в ванную была приоткрыта, сквозь щель пробивался мягкий свет заколдованных фонарей. Парни сидели прямо на холодном мраморном полу перед зеркалом. Джеймс сосредоточенно кромсал волосы Сириуса, которые теперь доставали лишь до шеи. Блэк поймал его взгляд в отражении. - Привет Ремми, чего не спишь? - Он выглядел до нельзя довольным и по-новому растрепанным. - Да? А я думаю что сплю. И знаешь, мне снится что-то очень странное. - Тогда тебе лучше вернуться в кровать. Нельзя допустить что бы наш умник спал завтра на занятиях. Хороших снов, - Сириус подмигнул и подал Поттеру переднюю прядь, жестом показав сделать немного короче. - И вам, хорошего... чего бы то ни было. Наверное что бы привыкнуть к этим ребятам не хватит и всех семи курсов. На утро это выглядело не менее шокирующе. Блэк светился изнутри и постоянно лез поправлять непривычно короткие волосы, которые теперь не завязывал в хвост, а еще постоянно искал отражающее поверхности. - Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее, - не выдержала Лили, когда он извертелся рассматривая новую прическу в полированном ножике. К вечеру его рука снова потянулась за ножницами. Ремус предложил найти парикмахерское заклинание. Впервые в жизни Сириус сам потянул его в библиотеку.

*

Джеймс смотрел на пару больших булавок насильно вложенных ему в руки. В последние дни в Хогвартсе творилось что то странное. У чопорных слизней дергались глаза от постоянных взрывов на зельеварении, приклеенных зельями мантий и докси в сумках, а из плохого - его друг сошел с ума. Не считая полуночной стрижки он лез в учебники Ремуса, после уроков убегал на поиски Почти Безголового Ника и мог там пропасть до вечера, а сейчас предлагал что то похожие на пытки испанской инквизиции. - Давай Джейми, это не страшно. Только аккуратно, но обожги руки. - Ты предлагаешь проткнуть этой штукой тебе ухо. - Я прочитал, там нет ничего опасного. Маглы пробивают уши, думаешь мы не сможем? - Но, если туда попадет какая-то зараза? - Вот для этого, - Сириус посмотрел на него как на несмышленыша - их и надо проколить в камине. - Мерлиновы тапочки... Блэк разместился на ковре в гостиной подложив под голову подушку и полотенце. - Что бы кровь не накапала - пояснил он в ответ на непонимающий взгляд. Джеймса замутило. Сидя на корточках он аккуратно грел булавки в языках пламени, молясь что бы после этого никому из них не пришлось идти к мадам Помфри. Хотя нет, Сириуса туда сводить надо. Для профилактики. Он глубоко вздохнул и повернулся к другу. Подложил подушку так, что бы острее вышло из мочки сразу в ткань и не рвало ухо. Руки дрожали. - Я больше не дам вам колющие и режущие предметы. - В рот мне Распределяющую шляпу, что здесь происходит? Питер и Ремус стояли у входа в гостиную, за их спинами медленно вставал на место портрет. - Привет ребята, а вы чего после отбоя ходите? - Это больше не пройдет Сириус. - Мы пробиваем ему уши - потеряно сказал Поттер и для наглядности поднял булавки. - А это не больно? - глаза Питера округлились не то в ужасе не то восхищении. - Пока не знаю. - Хочешь быть настоящим панком? - Люпин ухмыльнулся и его плечи расслабились. Он присел с другой стороны от Сириуса, в то время как Петигрю с ногами забрался на диван и наблюдал от туда не моргая. - А кто такие панки? - Я тебе потом объясню... Булавки надо бы дезинфицировать, спиртом или заклинанием. - Ты знаешь такое? - Нет. - Мы тоже, по этому Джеймс убил все микробы в нашем камине. - Ну допустим... - Ремус стянул с шеи шарф и смотал в рулетик - на, прикуси. Я все таки думаю это будет больно. В гостиной было темно и тихо. Студенты давно разбрелись по своим комнатам и из под дверей уже не сочился свет. Только огонь в камине бросал отсветы на золотые головы львов, тени плясали на еле шевелящихся сонных портретах. Пахло книгами, теплыми свитерами, забытыми на столе конфетами и потрескивающей древесиной. Джеймс поправил очки и нахмурился прицеливаясь. Сириус, с полосатым кляпом во рту, сначала пытался коситься на него что бы следить за процессом но после успокоился и нашел руку Люпина. Тот ободряюще улыбнулся и сжал ее в ответ.

***

Он умудрился вконец достать приведение. Как аристократ (хоть где-то это ему пригодилось), и в целом неглупый парень любящий авантюрную литературу он знал что в каждом уважающем себя замке должны быть потайные ходы. В такой вековой громаде как Хогвартс их должно быть не меньше чем блох на Мисис Норис. Школа же достраивалась и меняла планировку бесчисленное количество раз (не зря же он читал Историю Хогвартса) так что в наличии замурованных кабинетов, скрытых коридоров и переходов сомневаться не приходилось, и это не считая задуманных специально отнорков или скрытых за портретами коротких путей. Конечно об этом студентам в учебнике не писали. Но бестелесный, живущий в замке всего лишь с пятнадцатого века не совсем безголовый грифиндорец мог кое что о них знать. - Молодой человек, это вам не шутки. Идите-ка лучше учится если не хотите присоединится ко мне в вечном патруле. В конце концов преподаватели не просто так не говорят вам о закрытых коридорах, это все ради безопасности таких горячих голов как ваша! Держите ее на плечах юноша и идите с миром. Первые пару недель он говорил все так же. Увещевал, бранил, читал нотации и убегал сквозь стены. В процессе догонялок с приведением Сириус и сам нашел несколько незаметных ниш и коридоров, и даже лестницу в один пролет ведущую с первого этажа на пятый. А потом Сэр Николас сдался. В конце концов Блэк тоже умел быть убедительным, толкать пламенные пафосные речи про взаимопомощь гриффиндорцев, бессмертную дружбу, справедливость и жажду приключений. Когда Сириус явился перед ним с булавками в ухе Ник лишь тяжко вздохнул: - Моя голова тоже не в первозданном виде но она хотя бы не дырявая... - и провел занимательную экскурсию под монолог о непредсказуемости современной молодежи - Имейте в виду молодой человек. Мне уже давно не нужны ни замки ни двери. К примеру я понятия не имею как сдвинуть ту страшную одноглазую статую на третьем этаже**, или огромное зеркало***. А вот статуя зельевара**** отъезжает если стукнуть ее по лбу. Думаю это планировалось как историческая шутка... Еще несколько ходов Сириус обнаружил проследив за Филчем, и заранее вычеркнул их из своего списка, зато теперь он точно знал где нельзя пакостить. А еще где находиться кухня.

*

Ремус в очередной раз возвращался из больничного крыла. Позднее утро субботы, коридоры пусты и залиты мягким светом. Ребята наверное еще валяются в мягких постелях пропустив завтрак. Когда он придет они наверняка сочувствующе хлопнут по плечу своего чрезмерно болезненного друга - Поттер со всей силой гриффиндорской поддержки от которой Люпин зашатается, Питер неловко, а Сириус предложит какое-нибуть безумство раз "мозги вернулись в команду". Ремус грустно улыбнулся поднимаясь по винтовой лестнице в башню. Сколько не закатывай глаза, не стукай учебников дурные головы он все равно будет наслаждаться их компанией. Столько, сколько возможно, сколько получится. Скорее всего до середины третьего курса. Именно тогда по учебной программе изучают раздел об оборотнях. Может эти парни и не зарабатывали много балов для факультета, а в основном их теряли, они не были глупы. Кто-то откроет учебник, не уснет на уроке и все услышит. Или начнется углубленная астрономия и уже весь курс начнет отслеживать лунные фазы. Это будет еще хуже. Совсем не хочется думать о будущем, представлять как смех Сириуса затихает и тот поджимает губы в манере своего братца. Как Питтер боязливо отходит, возможно даже прячется за спину Джеймса. А тот насупившись, из-за чего у него появляется хмурая складка между бровями, разведет руками. И тогда Ремус попрощается с Хогвартсом. Или только с друзьями если профессор Дамблдор во второй раз совершит чудо. Но без них школа утратит все волшебство для него. А он не хотел. Просто не хотел. Не хотел врать друзьям, не хотел расставаться с ними, не хотел быть опасным, не хотел быть оборотнем, не хотел сейчас плакать. Но он сильно устал от полнолуния, от лжи, от страха и глаза у него слезились. - Доброе утро. Люпин замер в удивление подняв взгляд. Несколькими ступенями выше, опять на голом холодном камне сидел Сириус. Настоящий, не из кошмаров. С открытой хитрющей улыбкой и булавками в ушах, позвякивающими когда он наклоняет голову. По субботнему расслабленный и сонный, волосы собраны в гульку на макушке, а на шее нет галстука. - Будешь кексик? - он достает один из корзинки стоящей на коленях и протягивает другу. Чуть сдвигается когда Люпин садиться рядом и откусывает ягодную верхушку. Вкусно. - Ты столько принес с завтрака? - Обижаешь... Разве тогда было бы интересно? Это настоящая добыча, прямо с кухни! Еще теплые. Действительно, теплые бока немного липли к рукам. Сириус рядом выглядел до нельзя довольным. - А разве это по правилам? - Скажешь тоже! Ради друзей правила нарушать полагается два раза в день. А гриффиндорцам - четыре. Я хотел занести их тебе в больничное крыло, но решил что уже поздно и ты скоро вернешься, боялся разминуться. Сладкий бисквитный ком застыл в горле. Начинать утро с маленького заботливого подвига для маленького оборотня - так неожиданно и так в духе его друга, хотя всех обстоятельств тот и не знает. Сердце защемило от противоречий. Возвращаться из холодной стылой хижины, стерильного белого пропахшего зельями кабинета медиведьмы, из чужого тела в конце концов... к ароматной выпечке и теплому боку. Это было слишком хорошо. Это было удивительно. Ремус с трудом сглотнул и уставился на Блэка успевшего развалиться на грубом вековом камне как на диване. Непринужденность граничащая с развязностью. Ему это очень шло. - Ты ждал меня здесь? - Если бы я ждал тебя в комнате в корзинке остались бы одни крошки. Идем, на полу холодно. Незачем лишний раз отправлять тебя в больничное крыло, - Сириус встал потянул Ремуса вслед за собой.

*

Джеймс сидел у окна и грустно провожал взглядом третьекурсников идущих в Хогсмид. Рыжие макушки братьев Прюэт горели на фоне свежевыпавшего снега. - Они опять нагребут сладостей и будут дразниться что "детям сладкое есть вредно"... Нашлись тут взрослые. Конечно потом бы они поделились добычей, но гордости в Поттере было больше чем люби к сладкому. Питер этим похвастаться не мог, но хоть и облизывался глядя на медовые ириски, брал пример с Джеймса. Люпина, снисходительно следившего за надувшимися друзьями просто утаскивали. Сириус был Сириусом и то брал угощения с видом вельможи разглядывающем подношения то отказывался от "сахарного суицида". Близнецы в любом случае ломали комедию и говорили что подкармливать детишек благое дело. Питер корпел над эссе по Трансфигурации, Ремус читал предчувствуя вечером очередную драму. Сириус время от времени перекатывался на кровати, тяжко вздыхал и смотрел в потолок с таким мученическим видом, будто придумывал тринадцатый способ применения драконьей крови назло Дамблдору. В конце концов ему видимо надоело мучатся этим вопросом самостоятельно. - Парни, если бы вы создавали тайных ход, как бы он открывался? - Сириус ... - тон был предупреждающим, и хотя Люпин не знал что друг станет делать с этой информацией, лучше было осадить его заранее. Ради всеобщей безопасности. - Гипотетически. Джеймс наконец-то оторвался от окна и призадумался. - Это должно быть что-нибуть крутое и обо мне. Например гравировка на двери "Самый лучший охотник, Самой сильной команды, Самого лучшего факультета". Слизеринцы ни за что не признают это, а все кто сможет назвать правильный ответ достойны что бы пройти. - Хороший вариант, особенно потому что никому и в голову не взбредет назвать твое имя. - Эй! - замахнувшись подушкой так, что съехали очки Поттер кинул ее Сириуса. - Спорим ты бы еще и гирлянду вокруг двери повесил? Тайный ход должен быть незаметным - Блэк меланхолично убрал подушку с лица. - Например если мяукнуть три раза, то стена отъезжает и проход открыт. - Хороший вариант Питер, но тогда для Макгонагалл и Миссис Норис ход был бы не таким тайным. - Тогда почирикать. - И весной стена бы стерлась отъезжать каждый раз когда за окном пролетают птицы. А ты что думаешь Ремус? У Ремуса уже был вариант, при чем вполне действенный. Скрыть ход по Гремучей Ивой, и нажимать на правильную ветку. - Думаю что не стал бы мудрить и привлекать внимание, а использовал бы специальное заклинание открывающее тайные ходы. Люпин не успел договорить как Блэк подлетел на кровати, а в следующую секунду оказался с ним нос к носу, будто аппарировал. - Такое существует?! - Сириус, слезь с колен. - Прости - Сириус отстранился но крепко держал Ремуса за плечи будто боясь что тот убежит с ценной информацией. - Конечно такое есть. Не придумай волшебники подобного заклинания им пришлось бы трудно в средневековье. Ну, труднее чем оказалось в итоге... - Ты его знаешь? - Я читал о нем в книге но никогда не применял если ты об этом. Сириус подскочил так резко что все остальные вздрогнули, а потом принял торжественную прозу и громко провозгласил : - Парни! Хватайте мантии и все за мной! - Куда? - Питер прижал к груди недописанное эссе то ли защищая свое творение, то ли выставляя его щитом. - На поиски приключений! - Удачи. Беру самоотвод. - Нееет Реми, нет-нет-нет. Ты обязательная часть нашего похода. Вставай, вставай, вставайте все! Джеймс, а ну ка быстро оторвал свою хмурую задницу от подоконника и помог мне! Никуда твои сладости не денутся. Ну или не твои. Мерлинов остиохандроз, хватит дуться! - Она меня пугает, - Питер неприязненно смотрел на статую из-за спины Поттера. Сириус носился вокруг выставляя Ремуса в лучшую позицию для заклинания, направляя его руку Ведьме в лоб, то в единственный глаз, то в посох, то в стену. - Ты вообще уверен что там что то есть? - На все сто, как в то что снег белый, тыквенный сок невкусный, а Джеймс отхватит от Лили когда она узнает кто залил сумку Нюниуса чернилами. - Эй! Ты был со мной! - Я был на стреме, и я тебя предупредил что так и будет. Вот ты бы стал встречаться с девушкой которая вылила бы грязную воду на голову Питтера? Или склеила учебники Ремуса? - Ну не сравнивай. - Джеймс Флимонт Поттер... - Диссендиум! - Ремус решил не ждать пока ссора разгорится по-настоящему и направил палочку на статую. От неожиданности парни замолчали и обернувшись к нему замерли. Сперва нечего не происходило. Потом с тихим неприятным скрежетом горб ведьмы открылся как крышка ларчика. - Получилось! - вскрикнул Сириус победно вскинув руки, но поспешно зажал себе рот. На лестнице раздались медленный шаркающее шаги. - Кто там Миссис Норис? Ты кого то учуяла? Мелкие непослушные вредители, зачем им выходные, только что бы шуметь и разность замок по камушку... Джеймс и Сириус забыв про начавшийся было спор действовали слаженно. Блэк потянул Ремуса за руку и они вместе исчезли в открывшемся проходе, а Поттер схватил Питера в охапку и прыгнул следом. Видимо почувствовав что гости уже внутри "дверь" закрылась как раз в тот момент когда Филч прихрамывая добрел до этажа. - Ай! Люмос! Желтый свет ударил в грубые каменные стены освещая узкий коридор. Следом за Люпином и все остальные сталкиваясь локтями и плечами достали палочки зажигая заклинание. Ремус пригнувшись потирал ушибленную о низкий потолок макушку. - Мы будем сидеть здесь пока Филч не уйдет? - спросил Питер пытаясь отцепить от джемпера налипшую паутину. Вряд ли школьные домовики часто заглядывали сюда. - И как мы по твоему это поймем? Ерунда! Мы танцевали с бубном возле этой старухи не для того что бы отсиживаться от приключений! - Если уж на то пошло, с бубном танцевал я. И я же пострадал от этого приключения первым. - Тогда мы не можем позволить что бы жертва Реми пропала зря, - Джеймс разглядывавший дверной механизм наконец повернулся к ним и с боевым видом поправил очки. - Вперед мои верные войны! Только вперед, - сказал Сириус и первым шагнул во мрак. Какое-то время шли молча, слушая собственные глухие шаги, потом ругались на Джеймса замыкающего колонну, когда он начал мрачным голосом цитировать "Макбет". Коридор шел вниз под большим уклоном, а когда наконец выровнялся Ремус предположил что они должно быть спустились с пятого этажа и вышли за пределы замка. От стен начало веять холодом, а путь все не заканчивался. - Сколько мы уже идем? Кто-то умеет колдовать темпус? - Рано или поздно мы упремся в барьер охраняющий школу, если конечно отошли достаточно далеко. - А вдруг этот ход зачарован на заблуде... заблудива... в общем на то, что бы мы никогда не вышли от сюда?! - Питер на ходу обернулся и когда их маленькая процессия замерла врезался в спину Люпину. - Сири? Почему мы остановились? Не пугай меня, то есть... не пугай Питера, вот. - Джеймс четно пытался разглядеть что-либо из-за спин друзей. - Успокойтесь оба. Здесь тупик... теперь нам наверх. Ремус отодвинул Блэка и поднял палочку выше. Кориддор упирался в небольшой колодец, с деревянной крышкой. - Ну, что парни соскучились по солнечному свету? Подсадите-ка чуть-чуть. Держа палочку в зубах, опираясь на спины и плечи он кое-как взобрался к люку. - Амлахабор... Тьху, алахамора! Однако ни слепящего света ни свежего холодного воздуха не оказалось. Вокруг в полумраке стояли друг на друге целые башенки из деревянных ящиков. Выбравшись из прохода, грифиндорцы на цыпочках разошлись по новому таинственном месту, не решаясь снова зажечь огни. Силуэты шкафов, укрытые тяжелой материей горы коробок. Джеймс опустился на корточки возле одной из них подслеповато щурясь, а потом зажег слабенький люмос. - Не может быть... Растеряв всю осторожность он размашисто сдернул брезент. Под ним в полупрозрачных упаковках копошились "Мышки-ледышки". - Мы в "Сладком королевстве"! - восторженно прошептал он. В самом сердце сладкого магазинчика, на складе! Ну теперь-то Прюэты перестанут задираться! Он сам, и его друзья утерли нос всяким послушным выскочкам! Да любой докси сможет купить здесь сладости когда на это есть разрешение! А ты попробуй пробраться по настоящему тоннелю в святая-святых всех сладкоежек! Кальсоны Годрика, да они наверное единственные во всем Хогвартсе кто побывали здесь! Не считая создателя прохода конечно... но кому нужны такие мелочи! Раздался скрип ключа. Парни на мгновение замерли, а потом бросились в укрытие. Джеймс неудачно пристроился возле мышек, и изо всех сил старался не шуршать валявшимся на полу брезентом. Питер скрутился в маленький комочек за соседним ящиком. Ремус растянулся на полу вдоль батальона бутылок с искрящимся пуншем, а Блэк шмыгнул в темноту и будто бы растворился. Амброзиус Флюм напевая прошелся вдоль рядов набирая в охапку сахарные свистульки и карамельные бомбы. - И не забудь желейных червячков дорогой! - послышалось откуда-то из-за двери. - Конечно милая! - и тяжелые шаги начали приближаться к Ремусу. Он замотал головой прикидывая куда можно быстро отползти. Расстояние между ящиками было слишком большим и просматриваемым и по всему выходило что незаметно от приближающегося Амброзия уйти не получится. Чудно. Теперь его точно исключат из школы. Для полноты картины надо было залезть сюда в полнолуние. Мысленно он уже репетировал раскаявшийся взгляд для Дамблдора и прощальную речь для друзей. Вдруг его ноги схватили и потащили прочь от обличающего приближающегося света чужой палочки. Сириус устроился между стеной и углом шкафа с шоколадными лягушками и теперь старательно подтягивал к себе друга. - Жив? - спросил он когда за ничего не подозревающем хозяином магазина закрылась дверь и склад снова погрузился в полумрак. - Ну почти... - от скольжения на животе саднили ребра, голова слегка кружилась то ли от испуга, то ли от того что он практически перестал дышать. Блэк помог ему подняться и всучил огромную стопку шоколадок. - Держи крепче, и ходу от сюда! - Сириус, это воровство! - Это трофей и компенсация за моральный ущерб. Ну можем позже занести деньги, ладно - сказал он перебирая сахарные перья. - Ничего не знаю, сегодня я не собираюсь давиться слюной на глазах у Гидеона и Фабиана. Питер со страдающей гримасой наблюдал как копаются в сладостях его друзья, а потом подошел к Люпину и аккуратно взял за локоть. - Думаю, мистер и миссис Флюм сделали бы что-то с этим ходом если бы им было жалко пару исчезнувших сладостей. Прыгая в тоннель с полными руками друбблс и нуги Петегрю чуть не рассыпал бесценную добычу. - Надо будет в следующий раз принести лестницу, - пропыхтел приземлившийся следом Сириус.

***

Профессор Бинс вплыл в класс сквозь увешанную портретами стену и остановился за кафедрой. - Здраствуйтедети, записываем тему урока повстаниякентавровпротивузурпации... Джеймс склонив голову на парту наблюдал как в первом ряду Лили усердно записывала бормотание приведения. Поттер без зазрения совести засыпал под эту тарабарщину, а потом списывал у Люпина, что тоже сбежал от их компании поближе к преподавателю. Он уже собрался свернуть верхнюю мантию в подушку когда понял что не слышит рядом знакомого похрапывания. И действительно, Блэк, высунув язык, что то яростно чертил на бумаге. - Ты что, конспектируешь? - С Гремучей Ивы свалился? Не неси чепухи - прошептал друг не отвлекаясь от пергамента. Потом критически осмотрел листок и скомкав взялся за следующий. Джеймс счел за лучшее его не трогать. Кто знает что творилось с Сириусом в последнее время но если он был чем то занят, то скоро неспокойно становилось и всем остальным. Пожав плечами он принял позицию наблюдателя. В конце концов лезть в чужое безумие некрасиво. Перо носилось по бумаге, следом кончик палочки вычерчивал странное заклинание и вот наконец Сириус довольно улыбнулся считая работу оконченной и откинулся на спинку стула. Джеймс наоборот напрягся. Ведь казалось что ничего не произошло, он был уверен так казалось. Он оглядел класс. За партами перемешались ученики в красных и синих галстуках занятые кто чем. По кабинету прокатились смешки. Под ровными строчками конспекта двигалась чернильная картинка. Круглобокий котелок протиснулся на поле и повис на букве "у". Сначала из него вылезли длинные уши, потом мордочка с носиком-сердечком и приличного размера клыками. Нелепый саблезубый зайчик оперся лапками о края котла и принюхалась. Я меленький милый зайчик Мне скучно в твоем конспекте Возьми меня и унеси В сторону запретного леса Корявый стишок продолжал появляться на котле пока заяц, выбравшись, продирался сквозь завитки Ремусового почерка будто сквозь заросль. Не могу сидеть в желтых свитках Я хочу на волю и к солнышку Но нас правила глупые заперли В кабинете душном без воздуха Лили, сидевшая рядом тоже удивленно смотрела на свой конспект где точно такой же зайчик грызть своими огромными клыками тему урока. Странный гость кажется зашел на каждый пергамент в классе и даже рейвенкловцы хихикали прекратив записывать за Бинсом. Так давай сотворим что то радостное Простодушное, детское, вредное, Не обидное и не страшное Но как я - нелепо волшебное! Ремус еще не успел отойти от шока, но в его голову уже мелькали догадки кто мог запустить во все конспекты второго курса это создание... - Как ты это сделал? - Спросил у Гидеона заклинание, которым они обмениваются посланиями на уроках. Но в качестве адресата указал тему сегодняшней лекции и ... - ... и все кто записал ее получили твой рисунок - Ремус смотрел на друга так, будто у него вместе с зайцем отросли клыки. - А оживлять рисунки мы еще на первом курсе у Флитвика научились, вот видишь, я иногда слушаю что говорят на уроках! Сложнее всего было нарисовать что-то, что не выглядело бы как вывернутый на изнанку гиппогриф. - Сириус... ты в курсе что мог бы учится на отлично если бы своими знаниями не срывал уроки? - Нет, не смог бы... - Блэк перестал улыбаться и грустно посмотрел на Ремуса, - я бы с Астрономической башни сиганул со скуки. И подмигнув потащил Люпина по коридору прочь.

***