Ради искусства и знаний

«И почему библиотека Мондштадта находится в штабе рыцарей? Ах, да. Спасибо, далёкий предок! Ведь более подходящего места в городе не нашлось», – так думал Дилюк Рагнвиндр, посылая слова благодарности своему многочисленно прапрадеду. Рыцари, как и всегда, стояли перед воротами штаба, незаметно переговариваясь. Постовой в блестящих доспехах заметил Дилюка и приветственно заулыбался. Это был один из старших, которые ещё помнили молодого Рагнвиндра капитаном кавалерии. – Добрый день, кап… господин Дилюк! – поздоровался постовой. – Добрый день, – заметив обмолвку, раздражённо ответил Рагнвиндр. – Вы к нам по делам? К сожалению, магистр сейчас не в штабе. – В библиотеку, – он показал две потрёпанные объёмные книги. – Не вижу смысла поручать рыцарям дела, с которыми я и сам могу прекрасно справиться. В отличие от ордена. – Господин Дилюк… – В любом случае у меня нет времени на пустые разговоры. Он прошёл мимо мужчины к главным воротам штаб-квартиры. Возможно, это было несколько грубо, но Дилюк не мог ничего с собой поделать. Раздражение каждый раз охватывало его, когда кто-то из рыцарей напоминал ему о прошлом или, тем более, заводил разговор о делах. У него больше нет никаких дел к Ордо Фавониус, кроме как выплаты налогов с тех же денег, что рыцари ежедневно пропивали в его таверне. В холле штаба стояла тишина, только мужчина в доспехах ковырял рукоятку меча на посту. Дилюк сразу поспешил пройти мимо и распахнуть дверь библиотеки, чтобы не обременять себя очередным бессмысленным разговором. В библиотеке за стойкой парень не нашёл ни библиотекаря, ни её помощницы, которая обычно подменяла Лизу. Поэтому Дилюк подошёл к перилам и взглянул на нижний этаж. От увиденной картины он смог промолвить только: – Какого… – Ах, Дилюк, – девушка обернулась на громкий возглас, – пожалуйста, не шуми в библиотеке. – Что вы здесь устроили? – всё ещё достаточно громко спросил Дилюк. То, что он увидел, не подавалось никакому разумному объяснению. На лестнице сидел алхимик рядом со стоящим на каменном цветке холстом, перед ним на кушетке позировал капитан кавалерии, а за всем этим со стороны наблюдала библиотекарша, присев на край стола. Но это ещё полбеды. Самым неподобающим в этой ситуации было то, что капитан явно наполовину обнажён, хоть и с этого ракурса это было плохо заметно, к счастью. – Дорогой, мне тебя прекрасно слышно, не кричи. Мы занимаемся творчеством, как видишь. Нет, Дилюк ничего подобного не видел в происходящем. Творчество? Каким боком раздетый Кэйа относился к творчеству? – Ох, Дилюк, привет! – капитан повернул голову вверх и помахал голой рукой. – Присоединяйся к нам. – Не вертись, – тихо произнёс Альбедо, рисуя на холсте. – Я зашёл вернуть книги, – проигнорировал Дилюк Кэйю. – Ты, как всегда, пунктуален, – улыбнулась Лиза. – Принеси сюда, пожалуйста, я их поставлю на место, а потом запишу. С обречённым вздохом Рагнвиндр пошёл к лестнице, а в голове его росло раздражение, которое он старался погасить. От его внутренней борьбы желваки заходили под светлой кожей, а брови поползли к переносице. Дилюк обошёл сидящего на лестнице алхимика и старался даже не смотреть на лежащего в одних штанах и сапогах капитана с довольной ухмылкой на губах. Откуда же он узнал, что на капитане были только штаны и сапоги, а лицо его ухмылялось? Он просто ясновидящий, и он точно не смотрел на раздетого Кэйю, вот нисколько. Лиза протянула изящную ладонь в чёрной перчатке, чтобы забрать книги у прилежного абонента библиотеки, и заговорщицки ему подмигнула – вот точно ведьма. – Надеюсь, ты нашёл в этих книгах необходимые знания, – книжки она положила на стол рядом с пышными бёдрами и явно не торопилась их относить. – Возможно, – коротко ей ответили. – Мир полон чудесных знаний и интересных исследований, – и в её словах чувствовалась двусмысленность, хотя, казалось бы, что в этой фразе может быть такого. Продолжать разговор Дилюку не хотелось. Возможно, если бы не творящийся за его спиной беспредел, он бы перекинулся парочкой слов с Лизой: беседовать с ней было интересно, но и рискованно. А вот в зелёных ведьмовских глазках вспыхнула шальная искра, и от этого парень неприятно поёжился. Девушка соскочила со стола, слегка похлопала по обтянутому тяжёлой чёрной тканью плечу и прошла мимо. – А может добавим немного электрических разрядов? – продолжила Лиза вероятно прерванный разговор. – Мне кажется, что фиолетовые сгустки энергии подойдут нашему милому капитану, – в воздухе уже запахло озоном, а сама девушка искрилась от предвкушения. – Создадим больше сексуального напряжения. И тут Дилюк поперхнулся и, вероятно, это услышали присутствующие, но сейчас их занимало другое. – А может не надо? – голос Кэйи дрогнул. – Но просто полуобнажённый портрет достаточно скучно. Альбедо, ты согласен со мной? – Хм, – алхимик оторвался от своего занятия и задумался. – Если брать портрет, как образ, то просто обнажённый торс недостаточно передаёт всю суть капитана Кэйи. Здесь действительно чего-то не хватает. Альбедо начал заинтересованно оглядывать раздетого парня и о чём-то размышлять. Лиза же в это время начала предлагать одну идею безумнее другой. От услышанного Кэйа то бледнел, то краснел; он суетливо озирался по сторонам в поисках поддержки или спасения от творческого беспредела. Конечно же, он уставился молящим взглядом на Дилюка. Нет, своему бывшему братцу Рагнвиндр помогать не станет. Он даже не сомневался, что изначально идея затеять в библиотеке нечто неподобающее принадлежала капитану кавалерии – пусть сам и расхлебывает теперь. Дилюк уже собирался покинуть библиотеку, правда ближний путь к лестнице загородили пышные формы ведьмочки, поэтому он решил обойти кушетку и подняться по свободной стороне. Кэйа лишь смотрел вслед с печалью во взгляде. – Замри! – внезапный возглас Альбедо заставил замереть обоих парней. – Я и так не двигаюсь, – вздохнул Кэйа, – почти. – Не ты. – Я? – удивился Дилюк. – Да, – быстро ответил Альбедо. – Лиза, посмотри, кажется, я нашёл, чего не хватает. Ведьмочка присела рядом с алхимиком на лестницу и направила долгий изучающий взгляд в сторону кушетки, на которой лежал погрустневший Кэйа и рядом с которой стоял недовольный Дилюк. – Ох, дорогой, ты прав. Я вижу, о чём ты говоришь, – улыбнулась девушка, а улыбка её не предвещала ничего хорошего. – Что вы там видите? – почти одновременно произнесли парни. – О, да! Это оно… – начала Лиза. – …напряжение, – закончил Альбедо. – О чём вы говорите? – возмутился Кэйа. – Какое, в Бездну, напряжение! – негодовал Дилюк. – То, что надо, – лишь заговорщически обменялись взглядами библиотекарь и алхимик. Капелька холодного пота скользнула по спине Рагнвиндра от плохого предчувствия, руки неосознанно сжались в кулаки. – Господин Дилюк, – официальный тон не к добру, – присядьте, пожалуйста, рядом с сэром Кэйей, – попросила вежливо Лиза. – Ни за что, – воспротивился Рагнвиндр. В глазу Кэйи от такого резкого ответа проскользнула на мгновение обида, которую успел заметить только раздражённый Дилюк, потому что в этот момент их взгляды пересеклись. И это заставило раздражение выйти на новый уровень: хватит на него смотреть то с мольбой, то с обидой. А капитан лишь грустно отвёл взгляд и незаметно прикусил губу. Опять же незаметно только для других, кроме Дилюка, потому что он знал привычки этого человека и все его мелкие жесты. Вот сейчас он начнёт пальцем ковырять обивку дивана, после этого поправит длинную чёлку – всё это жесты обиды маленького мальчика, которого привёл когда-то отец в их дом. Если только это не очередные притворство. – Не будь такой злюкой, – мурлыкнула ведьмочка. – Чего тебе стоит сесть рядом с нашим милым капитаном? – У меня есть дела, – у него не было срочных дел, но они обязательно появятся, если надо. – В обмен разрешу взять неограниченное количество книг на любой срок, – пообещала Лиза. Это было хорошее предложение. Дилюку не придётся какое-то время приходить в штаб Ордо Фавониус, пересекаться здесь со знакомыми рыцарями и ненужными разговорами. К сожалению, на винокурне не оказалось необходимых книг для его расследования, а вот ассортимент библиотеки имел множество ценных экземпляров и постоянно пополнялся новыми знаниями. Просто посидеть на одной узкой кушетке с его бывшим братом, это ведь не сложно, да? Очередной вздох, и он опустился на мягкую обивку диванчика, перед этим подвинув длинные ноги в сапогах. – С чего вы всё это затеяли? Вам заняться больше нечем? Хотя чего ещё ждать от Ордо Фавониус, – небрежно произнёс Дилюк. – Эти милашки уже пришли ко мне с подобным предложением. Сказали, что в библиотеке удивительное освещение в это время дня. Освещение в полдень было действительно очень красивым в помещении библиотеки. Через высокие окна проникал рассеянный свет, а частички пыли в воздухе создавали иллюзию мерцающих волшебных искорок. Когда-то Дилюк любил проводить свободное время в стенах библиотеки и часто пинал под столом ногу Кэйи, который отвлекал от чтения, а тот пинал его в ответ и весело улыбался. Теперь же нога Кэйи случайно пнула его сзади, и на это капитан только растерянно улыбнулся и тихо извинился. – И ты просто разрешила им заняться подобным здесь? – недовольно продолжил Дилюк. – Почему бы и нет? Это не нарушает правила библиотеки, если не шуметь. Тем более я одобряю стремление к искусству, как и стремление к знаниям. – И чья же это была гениальная идея? – голос Дилюка был полон сарказма. – Не моя, – подал голос Альбедо. – Но мне понравился замысел и было интересно посмотреть на реализацию. Нечасто мне выпадает возможность рисовать обнажённых натурщиков. Рагнвиндр повернулся к притихшему капитану, всё ещё зацепившись мыслями за последнее предложение алхимика. Всё же он многое не знал об этом скромном, на первый взгляд, учёном. Все учёные, судя по всему, экстраординарные личности. – И? – только спросил он у капитана. – Ну, моя идея, – нехотя сознался Кэйа. – Мне было скучно, а Альбедо рисовал очередной пейзаж города рядом со штабом. Вот я и решил, пусть он нарисует действительно что-то прекрасное и достойное его таланта. – Капитаны ордена страдают безделием, как обычно, – фыркнул Дилюк. – И что, ты доволен? – Можно мне на это не отвечать? – У сэра Кэйи нет слов, как такое может быть? – У меня выходной, – между этим вклинился Альбедо. О том, что у капитана кавалерии сегодня рабочий день, он решил не говорить: всё же это не его дело. Альбедо повертел в руках наполовину законченный набросок и, подумав, отложил его. Он подошёл к столу, где лежала ещё парочка холстов, и взял один из них. Взгляд алых глаз зацепился за изображение капитана на ткани: рисунок получался действительно красивым. Несомненно, это заслуга талантливого художника, а не его модели. С новым холстом Альбедо сел на нагретое место, а затем начал заинтересованно разглядывать уже двух натурщиков, которые выглядели достаточно зажато. – Нет-нет, – вздохнул художник, – так не пойдёт. Вы можете расслабиться? – Да, милашки, что вы так зажались, как неродные, – добавила тут же Лиза. – Покажите ваши эмоции, какие были до этого. – Мы не родные, – тут же возмутился Дилюк. – И эта поза, – продолжила Лиза, – Альбедо, тебе не кажется, что это никуда не годится? – Я не решился сказать, но это так. Прямо как Крио и Пиро слаймы в тесном проходе встретились. – Ну же, покажите нам реакцию таяния, – хитро улыбнулась ведьма. – А-ха-ха, – рассмеялся и немного расслабился Кэйа. – Давай, Дилюк, покажем им. Я не хочу, чтобы мой портрет испортили твоё мрачное выражение лица и неловкая поза. После этих слов капитан нагло закинул свои ноги на колени Дилюка, за что на него раздраженно посмотрели в ответ. Во взгляде Дилюка сквозило раздражение, а вот во взгляде Кэйи вспыхнули игривые искорки, и он приподнялся, чтобы притянуть поближе своего неожиданного партнёра для позирования. От его действий расстёгнутый сюртук соскользнул с плеча, оставив парня в наполовину снятом одеянии. – Да, уже лучше, – улыбнулась довольно библиотекарша, а затем добавила. – Кэйа, дорогуша, а ты прав! Эта одежда на нашем красавчике определённо лишняя. – Вы тут все спятили! – вскрикнул Дилюк. Что будет, если в одном помещении оставить Лизу и Кэйю и дать им неприличную идею? Они её опошлят до невозможности! – Т-с-с, – шикнула библиотекарша. – Первое правило библиотеки: шуметь в библиотеке запрещено. – Я не собираюсь раздеваться, – понизив голос, воспротивился Дилюк. Он начал отталкивать от себя Кэйю, который уже проникся идеей Лизы и пытался снять с него верхнюю одежду. – Если снимешь свои одеяния, то можешь целый год брать столько книг, сколько захочешь, и на любой срок, – ведьмовской ультиматум. Нет, всё дело явно в ведьмовских чарах. Или в любви к знаниям и необходимость закончить расследование. Это всё ради искусства и знаний, не более! – Два года. – Эх, договорились, – развела Лиза руками в чёрных элегантных перчатках. А с чего-то довольную улыбку на лице капитана Рагнвиндру хотелось стереть кулаком, но он только толкнул того резко на кушетку. – Я сам могу раздеться, – не дал он больше Кэйе стягивать с себя любимый сюртук. – Ай, – показательно потёр нисколько не ушибленную синеволосую макушку, – как грубо, господин Дилюк. В ответ Дилюк лишь раздражённо фыркнул. Он встал с кушетки и начал снимать с себя многослойную одежду под заинтересованные взгляды собравшихся. Это было неловко, но самое неловкое ждало его впереди. Когда чёрная рубашка опустилась на поверхность ближайшего стола, он повернулся к кушетке. Это вообще нормально заниматься подобным в библиотеке? Похоже, что только его волновал этот вопрос. – О-о-о… – протянул заинтересованно Кэйа и снова довольно улыбнулся. – Ох, девушки Мондштадта никогда не должны видеть тебя в подобном виде, симпатяжка, а иначе в соборе не хватит коек для потерявших сознание пациенток. Разве что кроме той самой, – засмеялась Лиза. – Можно без этого? Меня не интересуют девушки. – О-о-о! – теперь издала этот звук ведьмочка. – Я не это имел в виду! – тут же добавил Дилюк, потому что вспомнил, кто его окружал. – Просто хватит уже. Пока он не передумал, он быстро подошёл к кушетке, а Кэйа только успел подвинуть ноги, прежде чем на них специально чуть не сели. И тут же эти длинные ноги снова легли на крепкие бёдра парня. На это Дилюк в очередной раз недовольно повернулся к наглому капитану, в видимом глазу которого плясали огоньки озорства. – Прекрасно! – произнёс восторженно Альбедо. – Сохраняйте подобный настрой. Ты, – обратился он к Дилюку, – как дикий зверь смотри на него: твои шрамы идеально подходят к образу. А ты, – теперь уже Кэйе, – продолжай хитро соблазнять его. – Чего? Соблазнять?! – подавился Дилюк. – Мр-р-р, – мурлыкнул Кэйа, смотря в глаза. Это просто уже из ряда вон! – Подвинься, пожалуйста, поближе к Кэйе. И смотрите как бы друг на друга вполоборота, чтобы мне было лучше видно ваши лица, – это уже ни в какие ворота не лезет! – Два года, – напомнила Лиза и подмигнула. Только ради искусства и знаний. Он сделает это только ради искусства и знаний! Дилюк пододвинулся ближе, затем ещё чуть ближе, если он двинется дальше, то на его бёдрах будут уже лежать обтянутые узкими штанами бёдра Альбериха – это слишком. Острые коленки на его ногах дёрнулись и скользнули чуть выше непозволительно близко к паху – это перебор. От происходящего Рагнвиндр не знал, куда девать свои руки, и неловко держал их около низкой спинки кушетки. Кэйа же одной рукой наматывал на палец длинную прядь синих волос, а другую разместил на спинке мебели. Заметив растерянность парня, капитан тихо прошептал: – Эй, положи одну руку мне на ноги, а вторую на верх кушетки, – говорил это, смотря прямо в глаза. – С чего бы? – Не порти мою картину своей чопорностью и не ломайся как девчонка. Кэйа любил выводить Дилюка из себя, а брать на слабо – классический приём ещё с детства. Поэтому бледные пальцы больно сжали худую коленку, от чего Кэйа недовольно на него зашипел. Подобное выражение очень шло смуглому личику, но Дилюк никогда в этом не признается. Вторую руку он всё же положил на низкую и узкую спинку кушетки, а их пальцы случайно каждый раз соприкасались, но Рагнвиндр предпочитал делать вид, что не замечал этого. В библиотеке наконец наступила тишина, только слышались росчерки карандаша, наносящего набросок на холст. Библиотекарь снова присела на край стола, заинтересованно наблюдая за происходящим, и иногда подходила взглянуть на холст. Дневной свет через высокие окна красиво падал на две фигуры в центре библиотеки. В воздухе мерцали пылинки, двигались в лёгком только понятном им танце. Одна из этих пылинок упала на длинные тёмные ресницы, чего не заметил их обладатель, но обратил внимание смотрящий на него парень. От этого Дилюк невольно улыбнулся, ну вот просто так. Улыбка же не смогла ускользнуть от взгляда с длинными ресницами. – Ты красивый, – вдруг произнёс серьёзно Кэйа. Эти слова заставили смутиться, Дилюк почувствовал, как краска подступила к щекам: на светлой коже румянец всегда проступал быстро и ярко. – Эй, не выходи из образа, милашка! Ты дикий зверь, помни об этом, – его румянец заметила и Лиза. Это какое-то помешательство. Они собрались в библиотеке и занимаются непонятно чем. С Лизой и Кэйей всё было ясно, но он не ожидал такого интереса от Альбедо. Эти трое ненормальные. И Дилюк тоже ненормальный, если позволял происходить подобному. Поэтому он прогнал смущение и ответил довольному капитану: – Знаешь, ты тоже очень красивый. И соблазнительный, весьма соблазнительный, – рука на коленке двинулась чуть выше по стройному, но аппетитному бедру. Теперь пришла очередь Кэйи смущаться, от чего ресницы быстро затрепетали, а лёгкий румянец тронул смуглые скулы. Дилюк на это хищно улыбнулся. – У тебя такие шикарные бёдра. А уж твоя вызывающая виляющая походка, постоянно оголённая грудь. Кого ты так стремишься обольстить, Кэйа? – продолжал Рагнвиндр, поглаживая ногу капитана. – А ты как считаешь? – прикусил губу Альберих. – Даже не знаю, – ответил Дилюк и прикоснулся к напряжённому животу парня. От этого Кэйа вздрогнул и задышал глубже и чаще; он то отводил взгляд, то опять смотрел прямо в алые глаза. Язык облизал пересохшие внезапно губы, и капитан произнёс: – Может быть тебя? – Эй, мальчики, мы вам не мешаем? – напомнила им Лиза о том, что за ними наблюдают. – Что-то здесь стало жарко. Не переборщите с реакцией таянья, а то, боюсь, Альбедо не готов пока к таким элементальным реакциям, – рассмеялась ведьмочка. И Дилюк был согласен с Лизой. Это только ради искусства и знаний. Это только образ. Он сам не знал, что на него нашло. Какое-то наваждение. Поигрались и хватит. – И долго нам ещё так сидеть? – раздражённо поинтересовался Дилюк. – Ещё немного, – ответил Альбедо с палитрой в руках. – Нарисую основные детали. Не думаю, что вы вытерпите весь процесс живописи. Эх, вот бы запечатлеть этот момент и это великолепное освещение. – Ох, малыш, это не проблема. Я сейчас вернусь, – вспорхнула пурпурная бабочка. Она улетела куда-то вверх по лестнице, оставив троих парней со своими эмоциями наедине. Алхимик продолжил творить красками своё искусство на холсте. Владелец винокурни погрузился в свои думы. А вот капитан кавалерии продолжал смущённо краснеть и пыхтеть. – Дилюк, – решился всё же он, – рука. Твоя рука. – Что моя рука? – непонимающе спросил Рагнвиндр. А потом он посмотрел на свою руку, что до сих пор лежала на оголённом животе капитана, и резко убрал, как будто бы обжёгся. Хотя он уже и так сегодня достаточно обжёгся о свою неосторожность и сомнительные затеи извращённых умов. Они смущённо отвели взгляды, считая обстановку библиотеки крайне увлекательной. Только их пальцы неловко всё ещё задевали друг друга на спинке кушетки, но почему-то никто из них не стремился убрать соприкасающиеся иногда руки. – Что за настрой? – спросила вернувшееся библиотекарша. – Где мои горячие мальчики, что за ледышки? В ладонях у девушки была зажата фотокамера и всем стало понятно, что она придумала. Конечно, как же ещё запечатлеть быстро и просто момент во времени. Это изобретение из Фонтейна всё чаще встречалось во всех уголках Тейвата. – Хорошая идея, Лиза, – нежно улыбнулся Альбедо. – Ну что ты, дорогуша, – отмахнулась она. – А вот наши соблазнительные мальчики что-то приуныли. Немедленно вернуть былой настрой или я не выпущу вас из библиотеки до тех пор, пока Альбедо не завершит последний мазок. В воздухе заискрило и запахло грозой. Никто из парней не сомневался в реальности угрозы этой хитрой ведьмочки. Рука Кэйи до сих пор немела от воспоминаний о пронзившем её электрическом разряде, когда он не вернул книгу ко сроку. Дилюк же видел в деле эту несколько ленивую в обычной жизни женщину. Даже Альбедо принялся быстрее водить кистью по холсту. – Милашки, – протянула с опасными нотками в голосе Лиза. Парни на диванчике неловко посмотрели друг на друга, слова застряли в горле, а мысли хаотично метались в голове. – Я так не могу, – сдался Кэйа. – Положи руку обратно на меня. – Что? Куда? – На ногу, на живот, да хоть куда. Дай почувствовать себя, – отводя взгляд, произнёс капитан. – Мне надо это, чтобы… чтобы… – Ладно, – Дилюк остановил попытки завершить предложение, потому что окончание он уже и так понял, и не требовалось лишних слов, дабы не усугублять ещё больше неловкую ситуацию. Он опустил снова руку на обтянутое этими неприличными штанами бедро, начал немного поглаживать ткань, ощущая теплоту человека под его пальцами. Кэйа поднял на него удивлённый взгляд, тяжело сглотнул и расслабился. Капитан сосредоточился на приятных ласкающих касаниях, смотрел на Дилюка неотрывно, только лишь медленно моргая. – У тебя такие длинные ресницы, – сказал Рагнвиндр, а потом запоздало понял, что произнёс, но слов уже не вернёшь. – Ах, – вздохнул Кэйа, а эти его длинные ресницы задрожали. – У тебя красивые глаза. Самые красивые, что я когда-либо видел. Это всё было так неправильно и очень смущало, но ради искусства, знаний и свободы Дилюк продолжит эту игру. – Не правда, самые красивые глаза ты видишь в зеркале, – улыбнулся он сначала неуверенно, а затем улыбка превратилась во что-то опасное и горячее. – А что ты видишь в зеркале по утрам? Я знаю: самого желанного и привлекательного мужчину во всём Мондштадте. Вспыхнула вспышка и прозвучал звук затвора фотокамеры – Лиза принялась за дело, поймав нужный момент. – М-м-м, когда-то ещё я видел по утрам одного милого заспанного котёнка, что так тёр лениво свой восхитительный глазик с невероятным зрачком, – это уже личное и лишнее, Дилюк не знал, зачем продолжал это говорить. Кожей своих пальцев Рагнвиндр почувствовал мелкую дрожь, что охватила Кэйю после его слов. Капитан начал покусывать немного пухлую нижнюю губу и густо краснеть. Последовала ещё одна вспышка. – Дилюк, – имя из его уст вырвалось с придыханием, – ты… Знаешь, ты был таким очаровательным юношей, а сейчас возмужал, но стал ещё лучше, как дорогое вино. Я понимаю всех твоих одержимых фанаток, – засмеялся Альберих своим нежным смехом, что приятно согревал сердце. Вспышка. И ещё одна, когда Дилюк случайно поднялся рукой слишком высоко, оглаживая уже самый верх бедра. Кэйа от этого сильнее задрожал и подвинулся чуть ближе. Снова гроза из вспышек. – Пожалуйста… – начал Кэйа, но не решался закончить. – Пожалуйста, что, Кэйа? – протянул глубоко имя Дилюк. – Хватит, пожалуйста! – не выдержал напряжения капитан. – Надеюсь, вам достаточно материала? – повернулся раздражённо он к Лизе. – Ох, – рассмеялась девушка, – уж полно. Вам сделать копии снимков? – Нет, – одновременно ответили парни, вскакивая с кушетки. Они отскочили друг от друга, как дикий зверь от огня. Тут же они кинулись натягивать свои одеяния и даже боялись посмотреть друг на друга. Библиотекарша довольно хихикала, а Альбедо немного непонимающе смотрел на происходящее. – Я могу сделать копию картины, – предложил он уже одетому спешно Рагнвиндру. – Только чтобы сжечь её, – прорычал Дилюк. – А если увижу её у тебя, – повернулся он всё же к Кэйе, – то сожгу и тебя вместе с ней. – Хочешь зайти ко мне в гости? – пошутил и немного криво улыбнулся Альберих, пытаясь взять себя в руки. – Ещё одно слово, – пригрозил Дилюк – в глазах загорелся огонь. На это лишь Кэйа поднёс указательный палец к губам, теперь уже улыбаясь своей привычной плутовской улыбочкой. Дилюк резко развернулся и начал быстро подниматься по лестнице, чуть не сбив сидящего ещё на ней алхимика. Он только раздражённо поправлял вновь надетые перчатки на руках, и не оборачиваясь крикнул: – Я зайду завтра за литературой! – Шуметь в библиотеке запрещено, – покачала головой библиотекарша. – Ах, ладно, я тоже пойду, – развёл руками Кэйа. – Может подостаю его ещё вечером, если он будет в таверне. – С огнём играешь, милый, – посмеялась Лиза. – Знаю, дорогая, знаю. Капитан кавалерии тоже поспешил по ступенькам вверх, оставляя наедине алхимика с библиотекаршей. Они начали обсуждать наполовину готовый портрет и ещё какие-то незначительные темы. Между разговором Пурпурная ведьма задумчиво протянула: – Эх, и как они могут игнорировать это восхитительное напряжение между ними. Воздух вокруг них так и искрится. – Разве они не были братьями? – спросил растерянно Альбедо. – А-ха-ха, малыш, а что в этом такого? Они же не настоящие родственники. Этот случай никогда не вышел за пределы библиотеки, потому что все собравшиеся умели хранить тайны. И даже магистр Джинн не представляла, что иногда творилось в штабе во время её отсутствия, к счастью.