Внук

Илья перечитал последний абзац, нажал кнопку сохранить и закрыл ноутбук. Тишина. М-да. Наверное, закончить вот так вот историю не самая лучшая идея, но ничего лучше на ум не шло. Если подумать, когда он начал писать этот рассказ? Трудно сказать. Несколько лет назад Илья попал в крупное ДТП, пьяный водитель въехал на тротуар и сбил зазевавшихся прохожих, среди которых был и он. На тот момент Илья только-только выпустился из детского дома и поступил в вуз. От бабушки ему досталась небольшая однокомнатная квартира, куда он и переехал. Одному было очень тяжело со всем справляться, но потихоньку Илья привык. Он даже подружился с ребятами из вуза и, казалось, жизнь стала налаживаться. Но после зимних каникул случилось это чертово ДТП, которое очень сильно выбило Илью из колеи. Несколько месяцев в коме, потом тяжёлая реабилитация, а потом… Потом по ночам стали приходить какие-то непонятные то ли сны, то ли видения, где он, Илья, должен был всех спасти. Ну глупость же, да? Неужели кто-то до сих пор верит в какое-то великое предназначение? Вот и Илья не верил. Но события из его снов так ладно и гармонично вплетались в ткань действительности, что Илья решил их записывать. Сначала просто для себя, а потом его посетила идея где-нибудь опубликовать эту историю. После выписки он решил проверить, вдруг он действительно избранный и его бабушка была колдуньей? Но увы, реальность оказалась жестока. Ни одной из тех книг по колдовству, что он изучал во снах, в реальности не было. Он пытался щелчком пальцев включить телевизор, но даже этот, казалось, простой трюк не работал. Домовой тоже не откликался, да и с чего бы? Да даже метки, что связывала его и Олега на руке не было. Единственное, что было реально, так это кулон в форме ключа на шее и квартира, которая осталась от бабушки. Так, придя к выводу, что все эти видения лишь плод разыгравшегося воображения, Илья решил их записать. Чем не занимательная история? Илья пытался ненавязчиво узнать у своих друзей, был ли в их компании Олег, но те лишь отрицательно качали головой, говоря, что никогда ни про какого Олега не слышали. Страннее всего для него было его собственное поведение в этих снах, особенно его поражало сближение с Олегом. Ему, конечно, нравились представители обоих полов, но, когда ему снились откровенные сцены близости, он всегда смущался, вспоминая их. А когда он решил вести записи своих видений, то с какой-то любовью и нежностью прописывал взаимодействие с Олегом. Странно, да? — Ну что? Закончил? — раздался из-за спины весёлый голос. — Я пиццу купил! Будешь? Илья обернулся на голос и заулыбался. Перед ним стоял невысокий парень, с непослушными тёмными волосами и до безумия выразительными зелёными глазами. — Спасибо, это как раз кстати! С Олегом Илья познакомился в больнице, парень лежал с аппендицитом в соседней палате, так и подружились. Ребята быстро сблизились, и у Ильи складывалось впечатление, что они были знакомы сто лет. Олег был весёлым и открытым парнем, тоже сирота. Ребятам было настолько комфортно друг с другом, что после выписки Илья предложил Олегу жить у него, на что тот, конечно, ответил согласием. Олег всегда и во всём поддерживал Илью, он знал и про видения, и про то, что Илья записывает их. Он всегда с удовольствием читал написанные Ильёй главы, но, когда в тексте мелькал Олег, тот, из прошлого, или какие-то сцены, где Илья и Олег вместе, в глазах Олега настоящего можно было заметить грусть, ком подступал к горлу, а глаза тут же наполнялись слезами. Но он умело скрывал это, и хвалил талант Ильи, за умение так тонко чувствовать персонажей. Работать над текстом Илья продолжал несколько лет и вот сегодня он записал своё последнее видение. Работа длилась так долго из-за того, что все картинки приходили нечеткими, размытыми, приходилось подолгу в них вдумываться, каждый фрагмент мог повторяться не один раз, очень часто они смешивались и было сложно разобрать что к чему относится. И вот сейчас, когда, казалось бы, можно поставить точку, в груди неприятно закололо. Вместе с поставленной точкой в нём как будто что-то оборвалось, неужели всё? Никакой магии и волшебства, а только серая действительность? — Эй, ты чего грустишь? — спросил Олег, опускаясь перед Ильёй на колени. — Да так, я записал свой последний сон и, мне кажется, это конец. Немного грустно осознавать все это… А что, если это правда было со мной, просто я забыл? Может, я правда Илья Вяземский, маг и колдун в пятом поколении, сын Перуна? — Илья, — Олег смотрел на него снизу вверх, в зелёных глазах его стояли слезы, что он мог сказать ему сейчас? Что да, ты действительно волшебник и всё это было на самом деле, просто ты, дурак, спасая всех лишился своих сил? Что вот я, Олег, и есть тот самый Олег из твоего прошлого, что не мог оставить тебя одного, поэтому отрекся от своей семьи? Ты и так потерял всех, кого смог обрести, так неужели тебе будет легче, если ты всё вспомнишь? Перун убил Лихо одним ударом, Кузьма, твой преданный домовой, умер, защищая твою жизнь… Ты же сам мечтал, чтобы все это закончилось! Так почему сейчас хочешь, чтобы это было правдой? После всех этих событий Леший и Кощей, которые тоже потратили очень много своих сил, предали тело Кузьмы земле, и погрузились в долгий траур. Конечно, Олег не сказал этого. Он не мог допустить, чтобы Илья получил новую порцию боли, пусть всё остаётся так как есть. Он заставил себя улыбнуться и проговорил: — Зачем тебе это нужно? У тебя есть я, у меня есть ты, зачем нам магия? Как мне кажется, самое большое волшебство — это настоящая, взаимная любовь. Разве нет? — Так иногда хочется почувствовать себя особенным, попытаться сделать что-то действительно значимое для этого мира! — Я понимаю, но зачем нужны эти подвиги? Я люблю тебя просто за то, что ты есть, понимаешь? Я рад, что ты завершил работу. — Ещё нет, как-то по-дурацки там всё обрывается, и, как мне кажется, много несостыковок и сюжетных дыр! — Ты слишком критичен к себе, по-моему, у тебя вышел прекрасный рассказ. — Ты специально так говоришь, чтобы поддержать меня! Но я правда не знаю, как всё закончить! Мои видения обрываются на том, что я, или тот человек, от лица которого мне всё снится, проваливается в бездну. И… Всё! — Значит, так и оставляй, — констатировал Олег, обнимая Илью и забираясь ему руками под свитер, как тогда, перед тем как Илья отправился к Перуну. — Всё к лучшему. Я люблю тебя. — Знаю, — Илья улыбнулся уголками губ. — Так странно, ты только не обижайся, но сейчас, мне кажется, что ты очень похож на Олега из моих видений. Твои прикосновения, взгляд… Я давно думаю об этом, мне кажется, я схожу с ума! Илья уткнулся носом в шею Олега, глубокий запах лесного ореха, будто пробудил в Илье ещё какие-то воспоминания. Он сильнее прижался к нему и пропел: Не тревожьте землю, птицы, Не ищите ветра в поле, Превратите копья в спицу, Я птенцов собой закрою… — Хорошая колыбельная, мне мама её пела в детстве, — ответил Олег, мягко улыбаясь гладя Илью по голове, и решил продолжить: Спите, дети, сны в лукошке Под подушкой тихо спрячу. Щёчки в тёплую ладошку, Засыпай скорее, крошка. Сердце его разрывалось от воспоминаний и той боли, от которой он хотел уберечь Илью. После битвы с Перуном и победы Ильи, вся энергия Перуна стала вливаться в израненное тело парня, он бы не смог её выдержать. Олег, сам рискуя погибнуть, вместе с Лешим и Кощеем стал запечатывать энергию Ильи в камень Алатырь, чтобы сохранить тому жизнь. Как-только энергия иссякла, сам камень не выдержали и превратился в прах. Илья потерял сознание, волшебных сил в нем не осталось, пульс еле прослеживался, душа была готова в любой момент покинуть тело. Олег на окровавленных руках перенес Илью к своему отцу. — Что ты от меня хочешь? — сурово проговорил Озем, оглядывая бездыханное тело парня. — Смирись, все мы чем-то жертвуем. — Нет! Не сейчас! Ты же можешь его спасти! — Могу, но какой в этом смысл? — Это мой сын? — в комнату вошла белая, словно смерть женщина, голос ее дрожал, в глазах стояли слезы. Олег упал перед ней на колени и умоляюще воздел к ней руки: — Матушка, не дай ему умереть! Прошу! — Озем, — женщина повернулся к мужчине, голос ее затих: — Жизнь за жизнь, да? Возьми мою. Позволь моему сыну жить. — Нет! — взревел Озем. — Не позволю! — Значит, я сама, — женщина ловким движением извлекла приготовленный заранее серебряный кинжал и, что-то быстро-быстро шепча, пронзила им свою грудь. — Нет!!! — только и успел выкрикнуть ошарашенный Олег, Озем вторил ему, пытаясь остановить женщину. Но было поздно, окровавленная Марья с кинжалом в груди припала к чуть дышащему Илье и что-то зашептала ему на ухо. Единственное, что Олег смог разобрать — это последние слова женщины, адресованные сыну: — Прости меня, мой мальчик. Я люблю тебя. Глаза Марьи потускнели, и она замертво упала на темный каменный пол главного зала, серебряный кинжал так и оставался в ее теле. Илья закашлялся, отхаркивая сгустки крови, но глаза так и не открыл. Олег перевел взгляд на отца, тот был в гневе. Крикнул лишь: — Убирайтесь оба! Чтобы никогда я больше вас не видел! Озем сдернул с руки Ильи перстень, который подарил ему Олег, стукнул несколько раз своей тростью о камень, телепортировал Олега и Илью в мир людей, аккурат в то место, куда секунду назад въехал грузовик. Скорая, врачи, крики… Олег скрылся от них, позволяя доставить Илью в больницу, он знал, что там ему помогут. А потом и сам пробрался туда, изменил внешность, снял очки и решил больше никогда не оставлять Илью. Мать перед смертью сжалилась над сыном и поставила барьер на его памяти, чтобы травмирующие воспоминания не ранили его. Женщина решила дать Илье шанс на спокойную человеческую жизнь, о которой сама мечтала в юности. Те фрагменты, что видел Илья и воспринимал как обычные сны, не должны были вызвать в нём таких чувств и эмоций. Но Марья не знала, что по прошествии нескольких лет, и под натиском Ильи барьер не выдержит и боль прорвется наружу. Записав на бумагу всё то, что он видел во сне, Илью долго не покидало ощущение, что он что-то упускает. Что-то очень важное! И вот сейчас, когда последняя строчка написана, внутри что-то щёлкнуло и как будто выключилось. Именно так затухает последняя надежда, именно так разбиваются мечты. Небо, засыпай, баю-баю-бай, Сердце, тише, не мешай. Силы отдавай, возврати их в край, Где цветёт сирень, где кружится май. — Спасибо, что оберегаешь меня. — Я же обещал, что никогда тебя не оставлю. Тем же вечером, дождавшись, когда Олег уснет, Илья потихоньку встал, открыл свой ноутбук. Он не мог оставить такую невнятную концовку. Пусть это и были сны, но теперь это полноценный текст, рассказ, который необходимо завершить. Собравшись с мыслями, Илья написал: «Прошло несколько месяцев после битвы с Перуном. Олег перебрался жить ко мне. За месяцы жизни с Домовым я привык, что рядом всегда кто-то есть, и сейчас, оказавшись один на один с суровой реальностью, мне было тяжело. Присутствие Олега успокаивало, он помогал мне учиться жить дальше. Я уже начал привыкать к такой жизни, но однажды возвращаясь домой с учебы кто-то окликнул меня: — Эй, парень, огоньку не найдется? Я обернулся на голос и замер. Под козырьком подъезда стоял здоровый накаченный мужик, стриженный под ноль, в новом спортивном костюме с надписью на груди: «Кто с мечом к нам придёт, от меча и погибнет!». В левом ухе было серебряное кольцо, мужчина улыбался, скрестив руки на груди. — КУЗЬМА?! — выпалил я, не веря своим глазам. — Он самый! — старый друг раскинул руки в стороны и заключил меня в крепкие объятия. — Но… Как?! Я же видел, как в тебя пустили молнию, и ты умер… — Сам не знаю, очнулся — нет никого, попытался разобраться что к чему, поняв, что все-таки произошло, решил найти тебя. Кто ж знал, что прошло столько времени? — Да уж… Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! — Раз уж теперь ты хозяин дома, разрешишь старому другу скоротать свой век, оставаясь твоим домовым, а? Идти-то мне больше некуда. — Конечно! Еще спрашиваешь! Вот Олег-то удивится, когда увидит тебя! Мы поднялись в квартиру, но пришлось удивляться уже мне. На кухне, как в старые добрые времена собрались все, кто был мне так дорог: Водяной сидел в бочке посередине комнаты, рядом кружилась Лихо, на табурете сидел и улыбался Леший, даже Кощей был! Олег подошел ко мне, обнял и проговорил: — С возвращением, теперь ты дома!» Все. Теперь Илья поставил окончательную точку. Он был уверен, что сны больше не потревожат его. Он улыбнулся своим мыслям, закрыл ноутбук и лег рядом с Олегом. Он больше не будет жить мечтами и сказками, теперь он сам строит свою реальность. Илья ближе прижался к Олегу, утыкаясь носом в его плечо, и закрыл глаза. Олег заворочался во сне, повернулся на другой бок, сгреб Илью в охапку и засопел. Илья улыбнулся, поцеловал парня в нос и уснул. Эта ночь прошла без сновидений, как Илья и предполагал. Впервые за долгое время он обрел душевный покой.