Горькая

Дым рассеялся тоненькими белесыми ниточками и полностью пропал, оставляя лишь вид ночного города в четком квадрате форточки. Александр тихо охнул и буквально подавился очередной порцией дыма, когда горячая ладонь Катерины коснулась его живота. Он закашлялся, торопливо стараясь сбросить жжение в горле. - Чего это ты подкрадываешься? - интересуется он, заглядывая к себе через плечо, едва различая ее силуэт у себя за спиной. - Это уже третья сигарета, может ты, все-таки, вернешься в кровать? - голос у нее сонный, а губы мягкие и ласковые. Она проводит ими вдоль от его плеча до лопатки, а потом оставляет там короткую дорожку поцелуев. - Я просто задумался, - Воропаев вздыхает, старательно концентрируется на сигарете, отвлекая свои внимание от ласкающих его тело рук, - и судя по тому, что ты очень четко знаешь количество выкуренных мной сигарет, ты стоишь здесь столько же, сколько и я? И кто тогда из нас игнорирует ночной отдых? - Я виделась сегодня со Стасом, - совершенно невпопад произносит Катерина ему в спину, снова принимаясь целовать его кожу на спине, - помимо нужной мне информации, он рассказал мне еще кое-что, - Воропаев позволяет себе улыбку, которую не может сейчас видеть Жданова. Вот же болтливый засранец. Нет, конечно, Александр сам позволил ему рассказать эту историю, но… - И что же тебе поведал этот фантаст? - он методично принимается разминать окурок в пепельнице, делая глубокие вдохи и выдохи, и, практически безуспешно, сдерживая дрожь, которую по его коже распространяют ее пальцы. - Я, наконец, добралась до истории вашего знакомства, - произносит она, не отнимая свои губы от его кожи, заставляя Александра чуть прогнуться в спине, - интересно, что случилось бы, если бы окружающие тебя люди узнали, что за маской отъявленного подлеца кроется самый настоящий рыцарь. Воропаев шумно выдыхает и резко разворачивается, заключая Жданову в объятия. Она вскидывает голову вверх, но он скорее угадывает, чем по настоящему видит движение, ее лицо скрывается от света за его фигурой, но даже в кромешной тьме он знает, как сверкают ее глаза. Он чуть склоняется к ней, упираясь своим лбом в ее. - Не обольщайтесь, Катерина Валерьевна, - шепчет он, - во-первых, тогда я был молод и глуп, а во-вторых, я приобрел себе должника, который теперь помогает мне совершенно безотказно. Так что, я даже не знаю, где вы там увидели рыцаря. - Так вы были молоды и глупы или дальновидно расчетливы? - в тон ему отвечает Катерина, чуть скользя своим носом вдоль его, - вам так сложно определиться. - Мне незачем определяться, это вы ищете что-то хорошее там, где его отродясь не бывало, - его даже не смущает то, что он только что курил. Воропаев все равно испытывает непреодолимое желание впиться в нее поцелуем. - Правда? Ничего хорошего? Совершенно ни малейшей капельки? - Катерина буквально дышит ему в губы, чуть их касаясь, дразня, провоцируя, а он сдерживается, мучая себя еще больше. Желая услышать, что же еще скажет эта безумная женщина. - За кого же я согласилась выйти замуж? - она смеется, и он рычит, прижимая ее к себе еще ближе, чуть прихватывая ее нижнюю губу, прежде чем окончательно завладеть ее ртом. Она отдается поцелую с таким жаром, что в голове невольно скользит мысль, что можно сделать это с ней просто здесь, на кухонном столе. Стоит немного подсадить ее и… Но Воропаев отметает эту мысль. Он подхватывает ее под ягодицы, позволяя обнять себя ногами, так гораздо удобнее. - Ты моя, - шепчет он ей в губы, чуть разрывая поцелуй, - моя, и поздно размышлять, за кого ты собралась замуж, ведь больше я тебя не отпущу. Не собираюсь, - он снова целует ее, стараясь найти дорогу до спальни, чтобы не врезаться во все невозможные и возможные поверхности. Он снова разрывает поцелуй, - я не смогу тебя отпустить. Воропаев слышит, как она задыхается на этих словах, а затем укладывает обе руки ему на лицо, чтобы притянуть его для очередного поцелуя. Хорошо. Очень хорошо. Так правильно. Когда он наталкивается коленом на изножье кровати, Катя отрывается от него и шепчет что-то отдаленно похожее на “наконец-то”. Александр не может с этим не согласиться. Он целует ее коротким поцелуем, прежде чем опустить ее на постель. Сбитые простыни пахнут ими, и он особенно любит этот аромат, когда касается ее снова и снова, доказывая себе в очередной раз, что она принадлежит ему и только ему, что она больше не будет принадлежать никому другому. Катерина дрожит под его руками, стонет и мечется по постели в желании, что буквально сжигает ее изнутри, заставляя ее кричать его имя в самые острые моменты. Он наслаждается звуком ее голоса, тем, как меняется он, когда она стонет его имя. У нее это всегда получается по-особенному - жарко и глубоко. Катя старательно стягивает с себя части пижамы так, чтобы Воропаев все равно оставался сверху, чтобы он не прекращал свои ласки, поцелуи. Александр смеется ей в шею, когда она практически скулит от того, что не может сбросить пижамные штаны, что застряли на ее правой ноге. Ему приходится прийти к ней на помощь, и он медленно стягивает мешающую ткань, попутно покрывая ее ножку обжигающими поцелуями. Он снимает их с нее окончательно и чуть прикусывает большой палец на ноге, заставляя ее вскрикнуть и снова выгнуться от такой простой, нехитрой ласки. - Я так хочу тебя, - шепчет он ей, снова оказываясь сверху, и буквально заливается хохотом вторично, когда она возмущенно сопит: - Так делай, а не болтай, - Воропаев просто обожает в ней это. Когда Катерина теряет терпение, когда желание пробуждает в ней ту дикую необузданность, которую она так тщательно скрывает под слоями “правильности”. Такая Катя привлекает его еще больше, с такой женщиной он хочет быть не то что каждый день, а каждый миг. - С ума меня сводишь, - твердит он ей, двигаясь резкими толчками, а она вскрикивает, отвечая ему загнанно, буквально на грани осознанности: - Я даже еще не начинала… Он мечтает заставить ее кричать каждый раз, когда прикасается к ней, каждый раз, когда берет ее так быстро и глубоко. Она снова вцепилась в его плечи ногтями, не царапая, просто сжимая, удерживая, словно от этого зависело, останется ли он с ней или растворится дымом, тем самым, горьким и сигаретным, который он еще недавно выдыхал в окно. Когда удовольствие начинает давить ему на уши как тяжелый девятый вал, он гулко стонет, приваливаясь на нее сверху, оставляя на ее шее слабые легкие поцелуи, чуть щекоча носом ее ухо. Воропаев не может вспомнить, как долго они делают это, не предохраняясь. Жданова лично выбросила из дома все презервативы, чтобы у него не было ни единого шанса снова вернуться к их прежней рутине. Он не сопротивлялся, но некий страх каждый раз преследовал его, когда они лежали, обнявшись, после страстного секса. Его пугало все, что сопутствовало такому выбору. А вдруг она забеременеет, а его просчет не выгорит и ему оторвут голову - желающих ведь пруд пруди, только в очередь становись. Как она тогда будет растить ребенка одна? А вдруг она не забеременеет? И он точно так же канет в лету, а у нее не останется ничего… никого. Никакого напоминания о нем. А может так будет даже лучше? А может… - Сашенька, что с тобой? - Катя склоняется над ним, провода ладонью вдоль его щеки, - ты словно не здесь, не со мной, - он перехватывает ее руку, целует. - Я здесь, просто… - он улыбается ей ободряюще и грустно одновременно, - мысли, иногда лучше их не думать, - пытается отшутиться он. Она прижимается к нему теснее, и он ощущает укол вины, ведь только что он напугал ее. - Все будет хорошо, - говорит она убежденно, хотя он ощущает ее дрожь буквально кожей, - я знаю, что все будет хорошо, слышишь и даже не смей, - она осекается, а потом добавляет более уверенно, - даже не смей, я тебя из-под земли достану. Он чуть приподнимается и целует ее, чтобы отвлечь, чтобы прекратить думать, чтобы заставить ее прекратить думать, все что угодно. Будет, как будет, не следует думать об этом сейчас.

* * *

Воропаев обратил внимание на поцарапанную руку Денислама и выжидательно выгнул бровь. Чермоев тяжело вздохнул, но руку со стола не убрал. - У нас с твоей сестрой вышло несогласие, - Ден складывает пальцы домиком, - но все закончилось максимально вежливо. Я гарантирую. - Я за Кристину и не переживаю, - хмыкает Александр, - в этом случае я больше волнуюсь за тебя. Она случайно не собирается куда-то снова? - Нет, - Денислам качает головой, - она никуда не собирается, у нас… короче говоря, это не из-за ее любви к путешествиям. Хотя, сейчас я бы не отказался, чтобы она куда-то укатила на подольше и подальше, - он выразительно смотрит на Воропаева, и тот испытывает глубокое чувство вины. Чермоев прав, он и сам бы убрал Кристину подальше, а вместе с ней еще и Киру с Катей. Но никто из этих троих барышень так просто не оставит его сейчас. Если с младшей сестрой он мог разругаться в пух и прах, то старшая на такие его провокации не велась уже давно. А Катерина и подавно не отреагирует на его подначивания. Он уже попытался намекнуть Ждановой, чтобы та поехала в отпуск, прихватив с собой Юлиану. Но Катя посмотрела на него таким взглядом, что Воропаев закрыл тему и больше к ней не возвращался, ему еще не хватало, чтобы она перестала с ним разговаривать. - Я бы и сам хотел убрать их куда подальше, - Александр вздыхает, - и я рассчитываю на то, что когда и правда придется, то ты сможешь убрать ее из города в кратчайшие сроки несмотря ни на что. - Смогу, - кивает Ден, - ты же знаешь, что я не оставлю ее путаться у тебя под руками, когда ты так активно копаешь себе могилу. - Давай без излишнего драматизма, хорошо? - Воропаев потирает переносицу, - кто же знал, что такая досадная мелочь может оказаться с такими глубокими корнями. - И ты, как опытный садовник, решил, что если удалять, то удалять всю корневую систему того, что мешает, во избежание очередного прорастания? - Чермоев хоть и звучит с сарказмом, при этом ситуацию понимает прекрасно. - Ден, это нужно сделать за один раз, понимаешь? - Александр потирает виски костяшками пальцев, - я хочу понять, кто все это завертел. - Я думал, что ты уже знаешь, - звучит Денислам немного растерянно, - Воропаев, ты хочешь сказать, что ты играешь против кого-то кого еще даже не вычислил? - Хочу сказать, что у меня есть соображения, которым я еще не нашел официальные подтверждения, но этого достаточно, чтобы я был максимально осмотрительным, - он поводит плечами, чуть нервно ослабляя верхнюю пуговицу на рубашке. - Саша, ты кретин, - решительно заявляет Чермоев, - а я уже возрадовался, что ты сошелся с Катериной. Но, смотрю на тебя и понимаю, что даже она не может заставить тебя поумнеть. А что будет, если ты ошибся, и тот человек, который все это развернул все время стоял за твоей спиной? - Я думал об этом, - кривится Александр, прекрасно понимая, что Денислам задевает именно ту струну, которая сейчас натянута в его сознании больше всего, - но если я просчитался настолько сильно, значит, получу по заслугам. Глупцов и слабаков этот мир не жалует, - он сглатывает, встряхивая головой, старательно проводя в мыслях линию между тем, что он имеет сейчас, и что потеряет в случае чего. - Раньше бы я тебе ничего не сказал, не маленький, - Чермоев отвечает хмуро и немного зло, - но сейчас я скажу тебе, что пора прекращать разыгрывать свою карту как разменную. Не в покер режешься, Саша, в штопор войдешь, остановка окажется болезненной. Гони от себя Павла ссаной тряпкой, если ты творишь это все с его подачи. Понимаешь? - Ден старается взглянуть ему в глаза, и Воропаеву приходится это позволить. Чермоев должен понимать, что это его и только его решение. - Павел тут не при чем, - отвечает он решительно, не разрывая зрительного контакта. - Все ради твоей Катерины, - не спрашивает, а утверждает Денислам, но не выглядит при этом ни менее напряженным, ни более счастливым. - Это совокупность всех факторов, не только Катя. Но я не буду отрицать, что полез я в это ради нее, - Александр не видит смысла в том, чтобы отрицать. - Ты мне скажи, - Ден вдруг улыбается, привычной ровной улыбкой, хотя она едва ли затрагивает его глаза, - а если бы она все еще была женой Жданова, ты бы точно так же влез во все это? Просто интересно. - Что я могу ответить тебе сейчас, - пожимает плечами Воропаев, тоже ухмыляясь, - думаю, что влез бы, но попортил бы крови им изрядно в качестве компенсации. - Как работается со Ждановым? - переводит Чермоев тему, чуть поджимая губы, всем своим видом показывая, что он думает относительно ответа Александра. - Ты знаешь, на удивление нормально. Не то чтобы я ожидал, что мы будем скандалить на каждом шагу, но все проходит гораздо… проще. - А Катя сказала, что Андрей кретин, - как-то особенно злорадно добавляет Денислам, прерывая Воропаева, и Александр невольно вскидывает брови вверх. - Когда это ты успел с Катериной посекретничать? - спрашивает он, заставляя Чермоева довольно оскалиться, выдерживая паузу. - Ну! - Не заводись, тебе еще не наливали, - все еще скалиться Ден, - она не со мной говорила, а с Кристиной, это твоя сестра принесла мне некие подробности разговора. - А когда она успела пообщаться с Кристиной? - все еще не понимает Воропаев. Чермоев заливается смехом, замечая легкую растерянность на лице Александра. - Нет, ну серьезно, Саша, твоя сестра с твоей без пяти минут супругой встретились, а для тебя это кажется удивительным? - Для меня кажется удивительным не это, - качает он головой, - а то, что Катя мне не рассказывала об их встрече. С чего бы? - Ты что, думаешь, что они что-то собираются провернуть за твоей спиной? - улыбка слетает с лица Дена, и Воропаев получает от этого практически злорадное удовольствие. Правильно! Если Кристина что-то вобьет себе в голову, жди беды. - Даже не знаю, - пожимает плечами Александр, - всегда есть шанс, что Кристина решит мне помочь. Она же считает себя в вечном долгу, - он кривится, - я бы на твоем месте прощупал почву на всякий случай. Мне-то она точно ничего не скажет. - Ты специально заставляешь меня нервничать? - недовольно хмурится Денислам, - тебе что, одному скучно? - Ты сам виноват,- смеется Воропаев, - если бы ты не подкалывал меня сегодня, может я бы и позволил тебе жить в счастливом и радостном неведении. А так, - он разводит руками, довольно скалясь, - прости. - Боже, - Чермоев трет лицо двумя руками, - ну ты и козел, Воропаев, ну ты и козел!

* * *

На самом деле он не собирался забирать Катерину с работы самолично. Она вполне прекрасно обходилась такси, тем самым развязывая ему руки и давая больше времени для работы. Но сегодня ему очень хотелось изменить их привычную рутину. Александр вышел из машины, пересекаясь с половиной ЖенСовета. Девушки остановились, чтобы поприветствовать его и ему пришлось тоже замедлить шаг. - Александр Юрьевич, - Светлана поправила челку легким жестом, одаривая его мягкой улыбкой, - если вы приехали к Катерине, то она сейчас не у себя. - Ее нет на месте? - Воропаев хмурится, ведь Жданова не предупреждала его о том, что сегодня будет работать вне стен ЗимаЛетто. Может, произошло что-то срочное? Он тянется за мобильным телефоном, но Светлана опережает его движение. - Она сейчас с Павлом Олеговичем на производственном этаже, а Андрей Палыч у себя в кабинете, - хорошего вечера, Александр Юрьевич. Воропаев прощается с ней кивком головы, немного обескураженный ее мягкому обращению. Ее товарки совершенно не разделяют такой подход, но ей не перечат и он провожает их все еще удивленным взглядом. Ладно, может у нее просто благодушное настроение. Александр делает шаг в сторону входной двери ЗимаЛетто, размышляя о том, куда ему следует податься в первую очередь. Направиться сразу на производственный этаж забрать Катерину и неизбежно столкнуться с Павлом. Или пойти к Андрею и подождать ее там, и все равно столкнуться с Павлом. Как итог встречи со старшим Ждановым было не избежать. Нужно было просто определить для себя, где бы он ощущал себя более комфортно. Ответ “нигде” не работает сейчас совершенно, поэтому ему приходится прикидывать все за и против возможных встреч. В итоге он все-таки отправляется к Андрею, который выглядит сбитым с толку его появлением. Он поднимается со своего места для приветствия. - А что ты тут забыл сегодня? - спрашивает он, протягивая руку для пожатия. Александр отвечает, усаживаясь в кресло напротив. - Приехал за Катериной, но, насколько я знаю, она с Павлом на производстве сейчас? Жданов возвращается на свое место и кивает, затем хмурится и продолжает: - Да, у отца к ней появились некоторые вопросы, вот он ее и вытащил туда. Думаю, что это не только разговор относительно работы, но… как ты понимаешь, меня не приглашали, - Андрей разводит руками, всем своим видом показывая, что он не очень доволен этим обстоятельством. - Когда возвращается Роман? - Александр закидывает ногу на ногу, чуть сильнее откидываясь в кресле, - я так понимаю, ты уже дни считаешь? - Ну, дни не дни, - кривится Жданов, - но мне без него тяжело со всем справляться. Даже не смотря на то, что ты считаешь его бесполезным придатком ко мне, он выполнял очень много важных и нужных вещей. Так что зря ты… - Я не считаю его бесполезным, я его просто недолюбливаю, - пожимает плечами Воропаев, чуть улыбаясь, - но ему и правда пора возвращаться. - Ты опять, - потирает лицо Андрей, - я думал, что мы закрыли эту тему, и его просчеты больше тебя не беспокоят, а выходит… - Ничего никуда не выходит, - отмахивается от него Воропаев, - у вас сейчас начнется новый виток заказов в ЗимаЛетто, без Малиновского тебе точно никуда. - Ах, вот оно что, - притворно всплескивает руками Жданов, - ты просто переживаешь, как бы Катерина не оказалась загружена по уши! Так и скажи. - Я так и говорю, - подтверждает Александр еще и кивком, - я не позволю Кате прозябать на работе все свободное время. - Такое ощущение, что она будет спрашивать у тебя совета относительно этого, - Андрей весьма скептичен, но Воропаев только улыбается на это замечание. - Я и не собираюсь подавать ей это в ультимативной форме, - Александр чуть прикрывает глаза, представляя себе, так, смеха ради, как он пытается покомандовать Катериной. Да, он был готов доводить ее такими подколками до белого каления время от времени. Раскрасневшаяся и гневная, она казалась ему ещё прекраснее, еще недоступнее и от того желаннее. - А в какой форме ты собираешься это подать? - Жданов чуть склоняется вперед и Александр открывает глаза. - Ты шутишь? Так я тебе и рассказал, что и как я собираюсь проворачивать, - ребячество просыпается в нем с невероятной силой, ему не хочется ругаться с Андреем, но подразнить, немного подергать за усы очень даже. - Ты же из искреннего чувства вредности возьмешь и сдашь меня ей с потрохами. А Катерина, у которой на руках все карты не просто непревзойденный и опасный противник, а еще и непобедимый. Так что нет, оставайся в вящем неведении. - Саша, ты знаешь, что ты скот? - начинает Жданов немного пораженно, но его перебивает голос Кати от входной двери. - И в чем я должна стать непобедимым и непревзойденным противником? - Александр поворачивается к ней в кресле, чтобы насладится ее строгим видом. Вишневый деловой костюм с белой, буквально искристой блузой делают ее похожей на само воплощение профессионализма. Он скользит по ней жадным, чуть шальным взглядом, недовольно цепляясь за, по его мнению, слишком откровенно расстегнутую пуговицу на блузке. Катерина перехватывает его взгляд и на ее щеках тут же вспыхивает румянец легкого смущения. Словно за его глазами следуют ищущие пальцы. Она сокращает между ними расстояние, чтобы коснуться его лица. Легкая, практически невесомая ласка, Александр подается вперед, позволяя себе прижаться к ее ладони. - Так ты ответишь мне или нет? - он слышит улыбку в ее голосе, но глаз не открывает. - Нет, - вздыхает он, чуть поводя лицом о ее ладонь, - не скажу, для меня это чревато. - Ах так, - смеется она, - тогда мне придется прибегнуть к более изощренным пыткам, чтобы все-таки выведать у тебя это. Александр тихо смеется в ладонь, собираясь пошутить как-то особенно интимно, фривольно, возможно, даже излишне откровенно, но другой голос вклинивается в разговор. И Воропаев напрягается, перехватывая руку Катерины, чтобы чуть отвести ее от своего лица. - Если ты, Катенька, соберешься его пытать, - ухмыляется Павел, - то я могу дать тебе контакты людей, которые сделают это с огромным удовольствием. Не нужно марать об него руки. - Знаете что… - Катя старается повернуться к старшему Жданову, но Александр удерживает ее на месте, целуя ее ладонь, перебивая. - Спокойствие, это наш уважаемый Павел так шутит, - он целует ее ладонь еще раз, старательно не глядя на внешний раздражитель. - Но на всякий случай телефончик у него возьми, - он подмигивает девушке беззаботно и игриво. - Вдруг пригодится?