О чем ты молчишь?

      Так странно, когда ты отвлекаешься от мыслей о человеке, делаешь всё, что делал раньше, но с большим удовольствием. Что-то меняется, постоянно пробегает, в сердце, в голове. Люди это называют чувствами, но они недоразвитые, ещё совсем зарождающиеся и требующие поддержки, силы расти. Но такой человек, как я, вырезает их на корню, обрубает, обрезает эту жизнь несчастий, неуверенности, грусти, горечи и постоянного чувства потери, обрезает, как пуповину, которая соединяет младенца и мать, но мой младенец - мои чувства, они не будут жить, я не способна вырастить их во что-то большее. И мне безумно приятно, не знаю, откуда взялось это чувство, делать больно людям, душевно больно. Как я хочу, чтобы они страдали, как страдала я. Думайте обо мне, ищите со мной встречи, жаждите, давайте, я хочу этого. Я хочу почувствовать победу не только над вами, но и над собой.       Середина июля, я сижу на балконе, закинув ноги на подоконник. В руках сигарета, а на часах пять вечера, я потягиваю пиво. Летний день заставляет выходить всех на улицу, кроме меня. Пора платить аренду, я все ждала, когда Юрий будет дома. Оставив пачку сигарет и стакан, я пошла вниз. Дверь в его комнату была закрыта, как всегда. Я постучала и сразу вошла. Комната ужасно захламлена, коробки, множество старых газет, грязные вещи и немытая посуда. Юрий сидел на диване с Виктором, они, видимо, не услышали мой стук и о чем-то говорили.       – Отец, все будет нормально, я не завязну в этом деле. Нам нужны деньги, а со съемной комнаты их не хватает. Мне тоже страшно, но я не вижу другого выхода. Этим делом у меня получится заработать намного больше. – Виктор был взволнован, он держал Юрия за плечо, периодически обнимая и похлопывая. Юрий отец Виктора, интересный факт, который я узнала спустя пару месяцев проживания здесь.       – Я понимаю… но сначала трава, потом экстази, а теперь торговать своим телом?! Куда опускаться еще ниже? – Юрий бился в истерике, он опустил голову и схватил себя за седые волосы. – У нас будут большие проблемы, если об этом кто-то узнает. Все должно быть настолько конфиденциально, чтобы об этом даже твоя горячая соседка не узнала. Я ее толком не знаю, но нам придется разобраться, если случится протечка. – в моих глазах потемнело, я аккуратно закрыла дверь и тихо ушла в туалет на первом этаже. Мне им можно было пользоваться, но я предпочитала тот, что был у меня на втором. Я боялась, что они меня услышали, поэтому просидела около пяти минут на унитазе и прислушивалась к каждому шороху. Все-таки моей смелости хватило выйти, я решила хлопнуть входной дверью, чтобы обозначить мое присутствие. Моментально из комнаты вышел Виктор и испуганно посмотрел на меня.       – Я сняла деньги для Юрия, за комнату, он у себя? – я не слышала себя, надеясь, что голос не дрожит.       – Да, он тут, сам сейчас передавал деньги. – Виктор замялся и смущенно смотрел на меня. – Ты сегодня свободна? Можем посидеть… у меня есть домашний сидр, ты никогда такого не пробовала. – я испытывала сильную симпатию к нему, зачем отказываться, когда и так ничего не делаешь.       – Конечно, только отдам деньги. – я почти подошла к двери, как Виктор преградил мне дорогу.       – Давай я передам. – он никак не оправдывал свое предложение, я решила не лезть на рожон и согласилась. Мы обменялись нервными улыбками и разошлись. Пока я поднималась, услышала продолжение разговора.       – Вот деньги от Ани, возьми и не пропей все.       – Что это за предложение выпить сидра? Неужели ты думаешь, что она может что-то чувствовать к тебе? С каждым днем ты удивляешь меня все больше, да что уже днем, с каждой минутой. – нервный голос Юрия надрывался от эмоций.       – Я разве так плох? Это просто дружеское предложение, от которого она не отказалась…       – Ты хорош, но вы из разных миров. Она попала сюда совершенно случайно, она и понятия не имеет, что тут происходит! Если Анны это как-то коснется, то мы уже не выберемся. Влюбленный дурак! – я стояла на втором этаже, в маленьком коридоре и хорошо их слышала. – Представь себе, красавица девушка и проститут-наркодилер вместе, мы в романе Ремарка? Может, кто-то еще умрет от туберкулеза?       – Перестань! – крик Виктора был очень ясным, за ним последовал шум и хлопанье дверью.       Я уже сидела в своей комнате, делая вид, что отвечаю на почту, покуривая сигарету. Мои нервы шалили, в голове тысяча мыслей, руки тряслись не останавливаясь. Во время паники, которую мне надо в скором времени предотвратить, я делала физические упражнения. Отжимания, приседания, планка – все, что могло отвлечь мозг. После я умылась холодной водой и была чуть бодрее, чем пятнадцать минут назад.       Выйдя на балкон, я вздохнула полной грудью, мне стало жарче, поэтому решила переодеться. Я зашла в комнату, открыла гардероб, сняла рубашку, под которой ничего не было, стала рыться в вещах, пытаясь найти свой топ. Я осмотрела всю комнату и вспомнила, что он должен быть где-то на диване, мне пришлось снять его ночью из-за сильной жары. На мне были лёгкие штаны белого цвета, они спасали в самый пик жарких дней. Подойдя к дивану, я стала рыться в одеяле. Боковым зрением заметила движение на балконе, это был Виктор, который пока стоял ко мне спиной. Он курил, облокотившись на перила и поддерживал свою голову рукой. Каждый раз, когда я его замечаю, он моментально поворачивается. Этот раз был не исключением. Полуголая я застыла с топом в руках, а мозгов прикрыться не хватило. Он выглядел подавленным, в его глазах не было жизни. Мне было нечего скрывать, я оделась и вышла к нему.       – Думаю, тебе надо расслабиться, я не прошу все рассказывать, но есть хороший способ избавиться от мыслей на некоторое время. – я процитировала его слова, которые когда-то сказал мне Виктор. Мне хотелось сделать его хоть чуточку счастливым. Трава этому не поможет, но чувство спокойствия она подарит. Я подошла сзади и обняла его, вдыхая сладкий запах его одеколона, осматривая темные кудри и чувствуя наши сердцебиения.       Мы не обязаны друг другу ничем. Мы друг другу никто. Но я чувствую, что он родная душа, у которой не осталось выхода, как и у меня.       – Пойдем. – Виктор повернулся ко мне и улыбнулся. Он крепко обнял меня, мы молча зашли в его комнату.       В этот раз он вытащил пакетик из-под матраса. Вся процедура повторилась. Каждый сделал по две затяжки, но мы так не обменялись ни словом. В итоге Виктор заговорил первым.       – Знаешь, иногда хочется быть честным, с самим собой. Ты обманывала себя в тех ситуациях, когда понимала, что другого выхода нет? Я все убеждаю себя, что скоро все наладится, каждый чертов месяц я пытался бросить прошлое, выйти из порочного круга и начать новую жизнь. – Виктор был спокоен, но до безумия задумчив.       – Недавно я бросила прошлое, действительно оставила там все чувства, всех людей. Но идти к этому было очень тяжело. Нужно иметь много сил начать все заново. Мне удалось это с большим трудом, правда сейчас кажется, что я все равно иду по бездорожью. – я ничего не чувствовала к воспоминаниям, они были, от них никуда не деться, но эмоций уже не несут.       – Я не могу поступить иначе. Во мне требуются люди, я должен помочь, а потом думать о себе. – мне не нравилось слышать подобное, но я не знала всей сути, поэтому просто поддержала его. Подобный путь не мой, я всегда выбирала себя и свое здоровье.       Мы сидели на его кровати, облокотившись на стену. Мысли мелькали, мое тело опять не подвластно мне. Я думала о Викторе. Я хочу, чтобы он был счастлив. У него ведь не все хорошо, его сердце тоже разбито? Неужели он тоже такой же человек, который отрицал чувства, а потом принял их. И, наверное, он понимал, что совершает ошибку, которая будет стоить многих чувств.       Виктор повернулся ко мне. Ты ко мне близок, но так далек. Может, в другой жизни мы могли бы создать сильный тандем, увы, не сейчас. Между нашими губами несколько секунд. Если он коснется моих губ, мы умрем. Это яд, который будет пожирать нас изнутри.       Первое его нежное касание, второе. Он перебирает мои волосы и манит поцелуем. Сначала скулы, потом щеки, подбирается ближе, целует ямочку, дразнит своими губами, аккуратно проводя их в миллиметре от моих. Наши губы соприкасаются. Я чувствую трепетание во всем теле, Виктор тянет меня к себе, кладет руки на талию и медленно снимает с меня одежду. Касаясь его, я ощущаю, что растворяюсь в наших движениях. На мне уже нет одежды, ее было не так много, чтобы мучаться с раздеванием. На Викторе были только шорты, которые он быстро стянул.       Мы слились в поцелуе и легли на кровать, скинув все, что нам мешало. Каждая часть тела, которая осязала его, покрывалась мурашками. Он провел по моим губам двумя пальцами, засунув мне их в рот, а после Виктор смазал меня. Было не так темно, но я плохо видела его черты лица. Снизу он выглядел совершенно по-другому. Более горячий и неуязвимый. Его длинные пальцы ловко совершали круговые движения, мой мозг отключился от стольких приятных ощущений сразу. Я целовала его шею, начиная с ключиц и двигаясь по направлению к скулам. Прелюдия перешли в основной процесс.