Второй шанс

      Джейс просыпается посреди ночи, сначала не понимая причину. Но затем его зрение фокусируется на фигуре, лежащей рядом. От Виктора исходят заглушённые всхлипы, а сам он согнулся калачиком, подобно спящему коту. – Вик? – осторожно шепчет Джейс и, не дождавшись ответа, понимает, что заунец плачет во сне. – Виктор! – произнёс он громче, легонько встряхнув мужчину за плечи.       Виктор наконец просыпается. Поначалу он испуганно замолкает и оглядывает комнату, пытаясь сфокусировать взгляд, но затем, завидя пилтоверца, сиплым голосом произносит: – Д-Джейс? – звучит так отчаянно, а по лицу текут слёзы. – Я здесь Вить, я рядом, – произносит он тихо, поглаживая Виктора по щеке, стирая солёные ручьи своими мозолистыми ладонями. – Что случилось, дорогой? – Мне снова снился этот склад, я опять видел как всё горело, эти роботы и людские трупы... – он судорожно вздохнул – К чёрту эту эволюцию. Ещё и ноги болят.       Фантомные боли начались у него после той ссоры с Джейсом, когда он обрушил целое здание в попытке остановить деятельность Виктора, и именно тогда ему заменили ноги ниже колена на протезы. Благо у пилтоверца осталась капля надежды, что к его коллеге вернётся человечность, он подхватил Виктора на руки и, подобно вихрю, помчался в лучшую больницу Пилтовера, он был готов на всё, чтобы его пока-что друга спасли. После операции Джейс пришёл навестить его с цветами и рассказал ему о своих чувствах, тогда до Виктора наконец дошло, никакая эволюция не стоит того, чтобы терять Джейса. В тот день он узнал насколько у пилтоверца мягкие губы. Хоть у заунца и до этого инцидента были проблемы с ногами, всё время в академии он ходил с тростью, но они ни разу не болели резко и отрывисто. Ему повезло, что врач попался хороший, фантомные бывают у него не так часто, но это всегда происходит неожиданно.

***

      Когда они начали жить вместе и у него начались фантомные боли, он готовил ужин, нарезая огурцы на салат. Внезапно, подобно разряду тока, по левой ноге прошёлся импульс, заставляя Виктора от неожиданности порезать себе палец, роняя нож на доску для разделки. Он судорожно начал рыться в шкафах в поисках обезболивающего, что ему прописали после операции, и пока он ждал, когда подействуют таблетки, сам не заметил как из глаз потекли слёзы.       В тот момент пилтоверца не было дома, он вышел в магазин, а когда вернулся, то увидел кровь на доске для нарезки и нож, а сам заунец сидел неподалёку плача, тогда Джейс стал расспрашивать о том, что случилось и кто посмел навредить ему в его отсутствие. И Виктор рассказал ему, это всего-навсего фантомные боли. Тогда пилтоверец крепко прижал его к себе и, поцеловав в висок, сказал: – Мы не сможем исправить тот день, но мы можем попытаться улучшить будущее, так что... Пожалуйста Вик, позволь мне быть рядом с тобой в такие моменты. Мы пройдём через это вместе.             И он согласился с защитником Пилтовера, он справится с этим, они справятся.

***

– Я... Мне жаль, что всё так вышло, милый, – пилтоверец приобнял его, в то время как Виктор спрятал своё лицо в изгибе его шеи. – Перестань, Джесси, это мне не стоило брать этот кристалл. – он снова всхлипнул. – Где у нас обезболивающее? – шёпотом спросил пилтоверец. – На кухне, во втором настенном шкафу от окна, – еле слышно произнёс заунец. – Пожалуйста подожди, я быстро, – он мягко уложил Виктора обратно в постель, поцеловав его в висок.       Джейс встал и тихо вышел из комнаты. Через пару минут он возвратился со стаканом воды и таблетками. Пилтоверец помог мужчине запить обезболивающее водой и отставил стакан на прикроватную тумбочку. Он как-то читал медицинскую литературу, для того чтобы знать как облегчить боль своему солнцу в таких ситуациях.       Джейс аккуратно коснулся правой рукой колена на левой ноге, прислушиваясь к его дыханию. Судорожный вдох сорвался с его губ, значит хуже, чем обычно. Он мягко начал массировать левую ногу Виктора выше колена, чтобы снять напряжение. Заунец стиснул зубы и подавил тыльной стороной ладони слабый звук, вырвавшийся из груди. После нескольких минут массажа, Джейс почувствовал, что Виктор расслабился, тогда его руки стали двигаться увереннее, спустя ещё несколько минут его остановил голос Виктора: – Большое спасибо, мне уже намного легче, – он получил недоверчивый взгляд, – Я говорю серьёзно, Джейс, мне правда лучше. – Раз уж ты так говоришь, – напоследок он поцеловал Виктора в колено. Пилтоверец не скрывал своей любви к этому человеку, он был готов зацеловать каждый сантиметр его тела.       Он вернулся к Виктору в кровать. Сердце уже вернуло привычный ритм, казалось бы оно замедлялось каждый раз, когда вестник выглядел подавленным, расстроенным. – Спасибо золотце, правда, – заунец благодарно смотрел на него своими янтарными глазами в свете луны, с лёгкой улыбкой. – Перестань Вик, все для тебя, – пилтоверец поцеловал его в губы. – Спокойной ночи. – Спокойной ночи, мой гений, – прошептал Виктор, засыпая под, наконец полностью успокоившееся, сердцебиение пилтоверца.