Обещание

Победа над вражеской организацией увенчалась немалым успехом, правда, никто ведь не знает, чего ещё можно ожидать от столь расчётливой личности, как Фёдор Достоевский. Но сейчас это никого не волнует. Волнуются лишь волны, которые разгоняет лайнер, плывущий по реке Йокогамы. Всё верно, агентство решило устроить банкет по случаю очередного успешного спасения города и пока всё веселье проходило внутри корабля, Дазай ловил потоки ветра стоя на палубе и всматриваясь куда-то вдаль, держа в руках бокал шампанского. — Это... роскошное место для празднества, не так ли, Дазай-сан? — незаметно подойдя сзади, поинтересовавшись, решил начать диалог Ацуши. — Ох, Ацуши-кун. Верно, подарок Фицджеральда и правда весьма недурный, правда во время его вручения, он обещал когда-нибудь снова объявить нам войну. — Оу... — Ну-с и какого тебе было работать в паре с Акутагавой? — Просто ужасно. Моё желание с ним объединяться, никогда и не горело ярким пламенем. — Пф, чего же ты так критично? — с язвительной улыбочкой поинтересовался Дазай, будто и сам не знал ответа. — Наша совместимость равна нулю, если вообще в минус не уходит и к тому же... — К тому же? — Он сказал, что через шесть месяцев придёт для того, чтобы убить меня. — Во-от как и что же ты ему ответил? — Будто вы и сами не знаете, — разумеется Ацуши понимал, что Дазай уже догадался о том, что же тот ответил, — я предъявил ему условие. В течение шести месяцев, от его рук ни одна живая душа не должна погибнуть, тогда это всё будет иметь хоть какой-то смысл,— да, Ацуши определённо будет стараться и ни за что не проиграет ему, ведь тогда он сможет освободиться. Освободиться от этих постоянно давящих оков директора приюта. — Мафиози, который не убивает... Вот оно как. — на лице Дазая выражалась улыбка, такая спокойная, но грустная, будто последние слова Ацуши заставили его о чём-то вспомнить, — Итак, — произнёс Дазай повернувшись к Ацуши и направив в его сторону бокал, — За бродячих псов? — За бродячих псов. — чокнувшись бокалами, они сделали несколько глотков игристого и после сего действия, Дазай многозначительно на него посмотрел. — Я тут тебя ненадолго оставлю, схожу за ещё одним бокалом, тем более, — он наклонил голову в сторону и туда же отвёл взгляд, — тебе тут скучно точно не будет. Направив взгляд туда же, куда и наставник, Ацуши впал в ступор. О нет. Нет, нет, нет, нет. С другой стороны палубы виднелась до боли знакомая поднимающаяся макушка. — Дазай-сан, вы не мог- Но Дазая рядом уже и в помине не было. — Этого я вам ни за что не прощу, — он отвернулся в противоположную сторону, от уже стоявшей чуть поодаль от него фигуры и допивал последние два глотка шампанского. Простояли они так около пяти минут, пока незваный по мнению Ацуши гость, не решил нарушить незапланированную игру в молчанку. — Так и продолжим стоять как истуканы или... — Что "или"? Решил не ждать шесть месяцев и прямо тут устроить бойню? — всё-таки повернувшись в его сторону, с некой раздражённостью съязвил Ацуши. — Довольно грубовато с твоей стороны, но в силу твоей неосведомлённости, я пропущу это мимо ушей. На этот вечер между организациями установлено временное, можно сказать перемирие и я бы хотел... — Акутагава опустил голову и протянул правую руку. Он без плаща. И как до Ацуши сразу не дошло, что тот изначально не представлял никакой угрозы, — Пригласить тебя на танец, — он проговорил это на одном выдохе и отвернул голову в сторону.

Mr. Loverman — Ricky Montgomery (slowed)

А? Стоп. Танец? Это розыгрыш какой-то? Но это совершенно не в стиле Акутагавы, что значит... Он сейчас более чем серьёзен. Ацуши почувствовал, как кончики его ушей покраснели, естественно он не стал показывать своего смущения, но всё же решил довериться своему заклятому врагу и сделав шаг вперёд, протянул свою руку положив её в руку Акутагавы. Тот таки поднял голову и его лицо нисколько не выражало хотя бы капли смущения, но глаза. Они выражали непонимание и надежду одновременно. Ему хватило пяти секунд, чтобы обхватить левой рукой талию, напротив него стоящего и недоумевающего Ацуши. Неожиданно заиграла негромкая, но такая подходящая песня, она будто идеально подходила под образы двух стоящих парней на палубе. Акутагава разумеется решил взять инициативу и направление танца на себя. Благодаря неловким повторениям Ацуши за его движениями, он убедился в том, что не зря взял всё в свои руки. — Ты вообще когда-нибудь танцевал? — Всего лишь раз... — стыдливо ответил Ацуши и из-за отвлечения, случайно наступил на ногу партнёра. Акутагава лишь цокнул языком. Всё это время он смотрел прямо на Ацуши, в то время как тот глядел лишь в пол и за направлением их ступней. — Тогда я научу тебя такой банальности как вальс, много времени это не займёт и по ходу тебе будет куда проще. Уверен, что в будущем тебе эти познания могут пригодиться. — И где же это? На светских мероприятиях я вряд ли побываю. — Ну знаешь, всякое бывает. Например ты даже подумать не мог о том, что сегодня я решусь пригласить тебя на столь безобидный танец, — улыбнувшись правым уголком губ, Акутагава положил правую руку Ацуши на своё плечо, пока тот стоял и смотрел на него, как олень при свете фар, с явным румянцем на щеках, — Итак, я начну с небольших шагов, тебе нужно лишь повторять за мной и желательно не отдавить мне вторую ногу... — Да понял я! Если бы ситуация была не такой нервирующей, я бы тебе и в первый раз её не отдавил, просто... Давай просто продолжим. — отведя взгляд в сторону, Ацуши слегка откинул корпус назад и сделал шаг повторяя за действиями Акутагавы. Спустя несколько неловких квадратов, им удалось превратить их в один большой круг, по крайней мере настолько большой, насколько позволяло само пространство. И вот они уже кружатся по всей палубе, их руки сжимаются настолько крепко, насколько позволяет их сила. Они даже не пытаются хотя бы кинуть взгляд в сторону друг друга, пока Акутагава не переносит свою руку с талии Ацуши к его подбородку и не поворачивает его столь миловидное личико в свою сторону. И, о боже, оно действительно горело. Акутагава бы соврал, если бы сказал, что не хотел узреть это до боли прекрасное зрелище. Ацуши чувствовал, как его сердце сейчас просто напросто выпрыгнет из грудной клетки. Они продолжали кружиться в танце, хотя Ацуши казалось, что кружится лишь его голова и всё происходящее является сном. Да, точно, его просто унесло с одного бокала шампанского и он отрубился. Но следующее действие Акутагавы, развеяло это пяти секундное сомнение, когда тот резко решил остановиться и притянуть к себе Ацуши, до неприличия близко. Заведя руку за голову Ацуши, Акутагава притянул её к себе, положив на плечо. Оба стояли не двигаясь в течение двух минут, мысли Ацуши были где-то далеко, за пределами этой вселенной и лишь одна его терзала изнутри: "Это последняя встреча, последние прикосновения, ведь следующие 6 месяцев мы будем..." не успевает додумать Ацуши, как Акутагава решает нарушить молчание. — Ты же понимаешь, что я... — Да. — И всем этим я лишь хотел показать, что... — Да. Я тоже, но твоё обещание... — Разумеется я сделаю всё, чтобы в будущем могли быть, мы... — Обещаешь? — Обещаю. Подняв голову и сделав шаг назад, Ацуши посмотрел в глаза Акутагавы. Как же они поистине прекрасны и одновременно ужасающе наполнены болью. Именно такими взглядами они одарили друг друга, параллельно запоминая то, какими они выглядят и ощущаются сейчас, ведь через шесть месяцев всё изменится. Обязательно должно измениться.