Волшебная метель

       Хлоя открыла глаза уже в тёплой постели. Потолок над ней был белого цвета, а стены украшены разными гирляндами, мигающими красивыми огоньками. Она повернула голову и увидела возле окна огромную ёлку, яркий свет слепил глаза и она снова их закрыла. У неё явно была высокая температура и горло болело так, как будто его изодрали изнутри. Ей хотелось сглотнуть, но она понимала, что это сделает ей ещё больнее. — Это должно помочь облегчить боль в горле, — слышит она за дверью голос Санты, — Но не буди её, если она ещё спит, ей сейчас нужен сон.        Она услышала скрип двери и то, как в неё кто-то вошёл, но ей так не хотелось открывать глаза, поэтому она до последнего ждала, что с ней заговорят. Кружка приземлилась на столик возле кровати, а запах одеколона Люцифера ударил в нос. — Сколько я спала? — спросила она, не открывая глаз и не узнавая свой голос. Это был какой-то хриплый, курящего мужика, голос, которого ей никогда не удавалось слышать, и она тут же закашлялась от того, как сильно запершило в горле. — Два часа, родная, — отвечает он так ласково и кладёт ладонь ей на лоб, — У тебя высокая температура, мы немного задержимся здесь, пока Санта, как раз, ищет способ, как нас вернуть обратно.        Хлоя улыбается, но он видит, что делает она это с трудом. У неё болит всё тело, ноги ломит и хочется заплакать от этого чувства, но Люцифер берёт её холодную ладошку в свою и подносит к своим губам. — Скоро ты поправишься, малыш, а сейчас Санта сказал, что это поможет немного снять боль в горле, — он берёт большую длинную кружку со стола и Деккер открывает глаза, щурясь. Кружка красного цвета и на ней изображён олень в шарфе. Вокруг летит снег, и ей становится холодно, когда она принимает сидячее положение, опустив одеяло с плеч. — Ты можешь заразиться от меня? — спрашивает она после первого глотка горячего молока с мёдом. Тёплая жидкость обжигает пищевод и течёт к желудку. Хлоя чувствует это тепло и прикрывает глаза от удовольствия. У неё заложен нос, но пар из кружки пробивает его и она чувствует как вот-вот потекут сопли. — Нет, я же дьявол, дорогая, — усмехается он, наблюдая за ней. Она выдыхает и делает ещё один глоток. Горло всё равно болит, а от того, что она пьет, ей становится ещё больнее. У неё, наверное, ангина. — Тогда, — она облизывает пухлые губы, которые снова стали красного цвета, а не синего, как тогда в той пещере. Люцифер никогда не сможет забыть её такой, этот образ будет сниться в кошмарах, — Ты можешь меня обнять? — она поднимает на него взгляд голубых и слезящихся от температуры глаз и Морнингстар тут же усмехается, заставляя её подвинуться.        Он пробирается к ней под одеяло, на нём непривычный для неё тёплый вязаный свитер и шерстяные спортивные штаны, которые соприкасаются с её телом и греют. Она обнимает его и зарывается носом в его груди, а он нежно поглаживает её по волосам и целует в макушку. — Заболеть перед Рождеством, как считаешь — хороший знак? — усмехается она, шмыгая носом и покашливая в руку. — Все болезни и ненастья оставляешь в старом году, — отвечает он ей, заправляя выбившиеся пряди ей за ушко. Она смотрит на него и он чувствует её жар. Её нос красный, глаза тоже, она горячая и ему от этого становится только хуже, хоть Санта и сказал, что скоро всё должно пройти. — Когда я снова проснусь, ты будешь рядом? — шёпотом спрашивает она, уже где-то между сном и реальностью. Он улыбается ей, проводя рукой по её щеке. — Можешь быть в этом уверена, родная, — также шепчет он и оставляет свои губы на её макушке. Он не отводит их и после, застывая в этом положение и закрывая глаза. Ему, однозначно, тоже нужно поспать, пока она крепко обнимает его своей холодной ручкой. Он только лишь поправляет одеяло так, чтобы оно полностью закрывало её.        В следующий раз она просыпается уже от ощущения дикого холода, но Люцифер сдержал своё слово и находится рядом. Её трясёт и она жмётся к нему ещё сильнее, чтобы согреться, но это не помогает. У неё замёрзли ноги и она пихает их под лодыжки мужчины, из-за чего он, собственно, и просыпается. — Лягуха, — смеётся он до того, как чувствует её дрожь. Он раскрывает глаза. В комнате темно, за окном тихонько идёт снег, уже не вызванный ревнивым магом. Ему приходится встать, чтобы включить свет, — Я схожу за Сантой, — говорит он перед тем, как выйти.        Она зарывается в одеяло и поджимает ноги под себя, но дрожь не отступает. У неё зуб на зуб не попадает от холода, пока его нет рядом. Она лишь на мгновение закрывает глаза, но тут же распахивает их, потому что веки слишком горячие. У неё снова сильный жар.        Через минуту в комнату заходит Санта в пижаме с одним из своих эльфов. Он усаживается на стул возле кровати и прикладывает ладонь к её лбу, разочаровано качая головой. — Слишком высокая температура, тут нужен врач, — говорит он, — Но здесь нет врачей, — продолжает старик. — И что делать? — рычит Морнингстар. — Не умрёт же она от температуры? — Не умрёт, — обнадёживает его мужчина и просовывает руку ей под спину, отчего она вздрагивает, — Одень её как можно теплее и закутай в одеяло так, чтобы воздух не попадал. Ей нужно как следует пропотеть, чтобы температура спала. Я принесу одежду.        Санта поднимается и эльф ставит ещё одну кружку на тумбочку. На этот раз в ней чай с лимоном и Люцифер берёт её в руки, чтобы помочь ей выпить. Он придерживает её руки, которые трясутся от холода и прислоняется лбом к её лбу. — Всё будет хорошо, — заверяет он её. — Я знаю, — соглашается она с ним, — Только не уходи от меня. — Конечно, я никуда не уйду, — говорит он, когда Санта снова возвращается с кучей разных свитеров.        После его ухода, он помогает ей подняться на кровати и одевает первый свитер, который принёс им старик. Он аккуратно просовывает её ледяные руки в рукава, а потом одевает второй и третий. У Хлои скатывается маленькая слезинка по щеке и он тут же стирает её большим пальцем, целуя в оба глаза. Её лицо горячее и он обжигает свои губы. — Давай, — он подталкивает под неё одеяло и ложится рядом, притягивая к себе кокон, — Спи сладко, — шепчет он ей в переносицу, когда целует её.

***

       Следующий день начинается с того, что Хлоя пытается выбраться из-под его крепкой хватки, а заодно и из-под одеяла, потому что она чувствует, как несколько слоёв пота стекают по её телу. У неё пересохли губы, она хочет пить, но ей, однозначно, гораздо лучше. Казалось бы, даже температуры нет.        Она осторожно пихает дьявола в бок, чтобы он её выпустил и он распахивает глаза, резко подорвавшись на месте. После того, как он видит её, он тут же успокаивается и позволяет ей немного раскрыться. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, потеревшись об её прохладный нос. Он прикладывает ладонь к её лбу и улыбается. — Лучше, — хрипит она. Голос, к сожалению, к ней так и не вернулся, но зато она больше не умирает. — Это самая прекрасная новость за весь день. — Сейчас ещё утро, — поправляет она его. — Лучше уже не будет, — отвечает он ей и тянется за утренним поцелуем, накрывая её сухие и потрескавшиеся губы своими.        Она улыбается сквозь поцелуй, чувствуя себя невероятно счастливой и такой крошечной в его руках. Сейчас, лёжа с ним в постели, сопливая и с больным горлом, кажется, что лучше уже точно не может быть, как и сказал Люцифер. Да, она, несомненно, хочет вернуться к дочери, подарить ей её желанный подарок, увидеть счастливые глаза и обнять её, но, если у них ничего не получится, она не будет устраивать истерик, а просто смириться с тем, что так произошло. Трикси останется с Дэном, который точно позаботится об их ребёнке, а у неё будет Морнингстар и они счастливы вместе. Ничего, практически, не изменится. — Ты слишком громко думаешь, дорогая, — говорит он, когда замечает её задумчивый взгляд. Он знает, что в её мыслях сейчас дочь, но также знает, что если у Санты ничего не получится, он поднимется к отцу на Небеса, и плевать, что ему придётся сгореть, потому что дьяволу не место в Раю, главное вернуть Хлою к её ребёнку, — А не пора ли нам на завтрак? Чувствуешь блинчики? — дьявол поднимается первым и обходит кровать, чтобы вытащить её из постели. Она тёплая, ей больше не холодно, и она опускает тонкие ножки, чтобы просунуть их в тёплые тапочки. Люцифер тянет её за руки и она поднимается, делая неуверенный первый шаг, а затем ещё один и ещё, таким образом доходя до двери. — Погоди, — вдруг останавливается она, — Мне нужно переодеться, — губы расплываются в улыбке и только сейчас приходит осознание, что она всё ещё в трёх свитерах. Морнингстар смеётся и возвращается на кровать, чтобы ждать её там. Она переодевается в свои высушенные джинсы и розовый свитер, в котором они приехали сюда, пытается расчесать спутанные волосы пальцами и стягивает резинку со своего запястья, заделывая их в высокий хвост и перекручивает в пучок. Он не сводит с неё взгляда, наблюдая за каждым её движением. Это невероятно и он не хочет, чтобы это когда-то заканчивалось. И как он мог жить всё то время без неё? Как он мог сердиться на неё, когда она настолько идеальна?        Они спускаются вниз, где уже собрались все эльфы и Стив со снеговиком. Третий начинал немного таить из-за того, что в доме слишком тепло, но магия Санты позволяла сохранять ему форму чуть дольше. Когда они сели за стол, раздался звонок в дверь и глава дома загадочно улыбнулся, прежде чем пойти открывать. Стулья, на которых они сидели, были высокими и широкими, поэтому Хлоя ёрзала на них, натягивая рукава свитера себе на вечно мёрзнущие руки. Она вжала шею в плечи, упёрлась руками в стул и ждала, когда вернётся Санта. — Я подумал, что этот гость тоже заслуживает предрождественский завтрак, — старик появился в столовой, заводя за собой своего друга, отчего Деккер тут же вздрогнула. Она почти ничего не помнила о том, как они уезжали на санях из той пещеры, но маг явно внушал в неё страх. Люцифер положил руку ей на колено, замечая то, как она напряглась, и легонько сжал его, приободряя. — Не стоит меня больше бояться, — улыбается он, — Я больше не причиню тебе вреда, — сейчас, совершенно при других обстоятельствах и раскладе, он, наконец, понял, что, фактически, убил эту девушку. Он видел её глаза, то, как она дышит и угрызение совести, невероятный страх, что кольца могло бы не оказаться, вдруг ударил его в грудь и он задохнулся от этого, — Прошу меня простить за всё, что я сделал. Я не знаю, почему так сильно разозлился из-за, казалось бы, пустяка. Я не хотел никого калечить, правда, — он хотел было подойти к Хлое ближе, но она отдёрнулась ближе к дьяволу и ему пришлось остановиться. Было очевидно, что она ещё долго не сможет воспринимать его нормально, однако было видно, что она не против того, чтобы он с ними позавтракал. — Что ж, — Санта сложил ладони вместе и потёр их между собой, — Мои драгоценные эльфы, которые вчера потеряли двух своих друзей, приготовили самые вкусные блинчики, которые вы все когда-либо пробовали. Кленовый сироп, варенье, сгущёнка и другие сладости для них в вашем распоряжении, — продолжил он, отодвигая свой стул посредине стола.        После завтрака он позвал к себе Хлою с Люцифером, чтобы обсудить их возвращение домой. Деккер ещё не до конца поправилась, но была готова в любой момент вернуться несмотря ни на что, однако старик был слишком напряжённым, когда они вошли в его кабинет, и стало уже тогда ясно, что ему это неподвластно. — Я знаю, что вы прошли через многое и заслуживаете того, чтобы вернуться, но моя магия против Бога ничтожна, — он опустил взгляд. Морнингстар всё это время стоял сзади Декер, положив ладони ей на плечи. У неё снова была небольшая температура и она готовила себя к этому моменту, говоря себе, чтобы не плакать, но всё равно не смогла сдержать слёз. Она развернулась к дьяволу, который в последнее время перестал носить свой костюм, чтобы ей было теплее от него, и уткнулась в его свитер. Самое ужасное, что он когда-либо видел — как она умирала и её слёзы. Он просто обнял её, прижимая к себе и гладя по спине, чтобы успокоить. Он знал, что к Рождеству уже даже нет смысла спешить, поэтому они согласились на предложение Санты остаться в этот праздник с ним. Люцифер не знал, как будет прорываться на Небеса к отцу, но просто так отступать точно не собирался, — Ты знаешь, — Санта улыбнулся Хлое, когда она развернулась обратно, утирая слёзы рукавом своего свитера. Он подошёл ближе, склонился над ней и взял легонько за плечи, — У меня для тебя есть шикарное платье, — его улыбка расцвела ещё больше, когда он заметил, как приподнялись кончики её губ, — Ты будешь самая красивая, обещаю. — Она итак шикарна, — встревает дьявол, но почему-то вместо ревности, он чувствует что-то другое, что греет его душу. — Безусловно, — соглашается старик, выпрямляясь, — Вы ребята, многое для нас сделали, и можете быть уверены в том, что мы сделаем для вас всё.        Всё, да не всё, конечно. Они не смогут вернуть их домой, а это было самым заветным их желанием. В любом случае, они хотя бы помогли восстановить добро в этом мире, в котором им, возможно, ещё придётся жить. За окном снова шёл снег, слышались счастливые голоса детей, а в доме было так тепло и уютно, но всё равно это был не их дом. Здесь не было никого их тех, кого они любят, и, наверное, это и был их персональный Ад на земле. Точнее его Ад, а она оказалась здесь случайно. Его самая любимая девочка, которой он бы никогда не позволил попасть в петлю, сейчас находилась в ней с ним и самое главное, что ничего не говорит ему против. Ей как будто всё равно, где она находится, главное, что рядом с ним. И это ещё больше доставляет ему боли. Она заслуживает быть самой счастливой, самой любимой, а не застревать здесь с ним. Должен же быть хоть какой-то способ вернуть её обратно. — Если появится возможность вернуться домой только мне, — начинает она, словно читая его мысли, — Я знаю, что это всё подстроил твой отец, но, пожалуйста, — они осторожно поднимаются по лестнице в свою временную комнату и она резко останавливается, из-за чего ему приходится схватить ей, чтобы она не упала, когда он в неё врезается, — Если появится возможность вернуться только мне, не заставляй меня этого делать. Я не вернусь туда без тебя, — в её глазах полная уверенность и у него из груди вырывается отчаянный стон. Он не должен давать ей таких обещаний, но он не может отказывать ей в чём-то. — Но, родная, твоя дочь ждёт тебя там, ты хочешь её увидеть, — они стоят на лестнице, держась за перила, она стоит на одну ступеньку выше, но всё равно не может быть с ним одного роста. — Ждёт, и да, я хочу её увидеть, — грустно соглашается она, — Но я также хочу быть всегда рядом с тобой, Люцифер. Рядом с тобой я чувствую себя любимой, сильной и храброй, я чувствую себя в безопасности. И это невероятное чувство, которое греет мне душу, когда ты рядом, когда я могу прикоснуться к тебе… Я так люблю тебя, Люцифер Морнингстар, что не смогу расстаться с тобой, — по её щекам снова текут слёзы и он, наконец-то, преодолевает расстояние, разделяющие их. Он поднимет её на руки, держа за ягодицы, чтобы им было удобнее и сливается с ней в поцелуе. У неё солёные губы, она горячая от температуры, шмыгает носом и, наверняка, если бы он не имел иммунитет, тоже бы слёг с ангиной, как и она после время проведённого рядом, но, кажется, ему было бы плевать. Его родная девочка, самая любимая, невероятная, красивая, смелая и такая счастливая рядом с ним, и он не может не оправдать её надежд по поводу себя. — Я тоже тебя люблю, Хлоя Джейн Деккер, никогда не забывай об этом, — шепчет он и поднимается вместе с ней по лестнице, чтобы поскорее оказаться в спальне. Да, у неё температура, да, она болеет, но ей ещё никогда не было настолько хорошо, как сейчас, поэтому они просто обязаны, наконец-то, это сделать.        Он кладёт её на кровать, осторожно, так, чтобы голова плавно легла на подушки, и нависает над ней сверху. Его руки ищут застёжку на её джинсах, а она в это время пытается справиться с завязками на его трениках. Они слишком многое пережили, чтобы откладывать это до лучших времён. Сейчас самое лучшее время.

***

       Эльфы забегают к ним в комнату, даже не заботясь о том, чтобы постучаться, но им везёт, потому что они уже полностью одетые и лежат в кровати, обнимаясь. На Люцифере, правда, нет верха, но это никого не смущает, когда Хлоя лежит на его груди и выводит на ней какие-то непонятные узоры. Морнингстару это очень нравилось до тех пор, пока их прекрасную идиллию грубо не прервали.        Деккер сползает к нему под бок, принимая сидячие положение, когда эльфы бесцеремонно проходят вглубь комнаты. — Санта велел позвать тебя на примерку платья, — говорит один из них, тыча в Хлою. Она хмурит брови, а потом вспоминает разговор со стариком и улыбается, поворачиваясь к Люциферу. — Я буду самая красивая, — наигранно мечтательно говорит она, поднимаясь с постели, и Морнингстар лениво пытается удержать её за руку, но она выскальзывает из его и вприпрыжку идёт к двери. — Ты всегда красивая, — кричит он ей в ответ, слыша её хриплый смех.        Сатана ещё какое-то время лежит на кровати, улыбаясь как дурак. Он никогда не врёт, и то, что он сказал Хлое — чистая правда, но ему уже нетерпелось увидеть её в этом платье, уже заранее зная, что она будет как всегда шикарна.        Прошло уже столько много времени с того момента, как они впервые увидели друг друга. Она вся такая строгая, в чёрном костюмчике допрашивала его у фортепиано в Люксе, и уже тогда он понял, что просто так от неё не отделается. Сейчас приходит осознание, что и не хотел бы, чтобы она куда-то уходила от него. Все эти четыре года, которые они провели вместе как партнёры, выбили его самого и заставили, наконец, понять, что пора уже расслабить свои оковы и впустить её в своё сердце, что он и сделал. И он ни за что на свете, никогда не пожалеет об этом. Видеть её счастливые голубые глазки, маленький носик и эти пухлые губки по утрам, как только проснёшься, вошло уже в привычку, и он не собирался отбирать у себя такую возможность.        До Рождества оставалось чуть меньше четырёх часов, когда он решил достать свой костюм. Его повесили на вешалку в шкафу их спальни, когда они ещё только впервые остановились у Санты и старик заставил одеться его потеплее, и Морнингстар действительно был ему за это благодарен, в первую очередь лишь потому, что его тёплый свитер хоть немного придавал тогда тепла Хлое, ну и ещё потому, что сейчас он сможет надеть чистый и относительно гладкий костюм, чтобы соответствовать Деккер.        Он оделся слишком быстро, буквально за десять минут, и теперь не знал, куда себя девать. Он нашёл какую-то расчёску в столике у кровати на стороне Хлои, попытался уложить волосы, но без своих специальных средств у него этого не вышло и он хотел уже психануть, когда в комнату вошёл ещё один эльф. — Ты собираешься в этом идти на Рождество? — он удивлённо вскидывает брови. Воспринимать этого карлика всерьёз не получается, хотя бы из-за зелёных гольф в белую полоску и несуразной Рождественской шапке. Но Люцифер ничего ему не говорит, потому что понимает, что действительно выглядит ужасно, — Ты будешь сильно не соответствовать своей девушке. Я видел её платье и оно потрясающее.        Дьявол улыбается. Она действительно будет шикарной и он должен соответствовать ей, поэтому он соглашается на все манипуляции, которые с ним хотят проделать эльфы.        Его приводят в одну из комнат в доме Санты и он слышат в соседней комнате работающий фен, пытаясь прислушаться, чтобы понять, не там ли его любимая. Эльф несильно пинает его ногой и усмехается, когда он с раздражением поворачивается на него. — Не отвлекайся, — просит он, забираясь на стул, предназначенный для того, чтобы доставать короткими руками до головы Сатаны.        Люцифер не знает, сколько прошло времени с того момента, как его заставили помыть волосы, а потом мучили с их сушкой, но, когда он смотрит на часы, до Рождества остаётся полчаса и он слышит, как внизу уже собираются гости. Он смотрит на себя в зеркало, впервые в жизни, довольный работой, поправляет запонки и чёрную бабочку на белой рубашке. Его костюм также чёрный, и, судя по тому, что его так одели, он будет соответствовать Хлое.        Когда он спускается вниз и видит её у ёлки с эльфами, у него перехватывает дыхание от одного только взгляда на неё. Она невероятно красивая в этом кремовом в пол платье. Его верх полностью из кружева, а вниз рассыпается атласный шлейф. Её волосы распущены и спадают крупными локонами до поясницы и он застывает на лестнице, любуясь ей со стороны. — Ну что ж ты встал, пошли, — эльф тянет его за руку и он путается в своих ногах, вовремя ухватившись за перила, чтобы не упасть. Они спускаются вниз и он осторожно подходит к ней. — Ты невероятно красивая, любовь моя, — говорит он ей в спину и она вздрагивает от неожиданности и поворачивается к нему. Длинные ресницы опускаются вниз, когда она понимает, что это он, а её губы расплываются в широкой улыбке. — Ты тоже потрясающе выглядишь, — отвечает она. Они смотрят друг на друга, словно не виделись вечность и не могут оторвать взгляд. Он знал, что она всегда прекрасна, но сейчас… Сейчас у него просто не было слов, — Мы не виделись менее пяти часов, а я уже успела соскучиться, — усмехается Деккер и обнимает его холодными ладошками. Он хочет поцеловать её в макушку, но боится, что может испортить её причёску, поэтому обнимает её в ответ за талию. Её платье без бретелей, держится лишь на груди и открывает вид на тонкие ручки. Она слишком бледная, но это придаёт ей ещё большего шарма. — Я тоже скучал, — говорит он и она поднимает голову, чтобы встретиться с его взглядом, — Оказывается, мы находились в соседних комнатах. Ты знала? — смеётся он. — По тому, как ты чертыхнулся в ванной, я поняла это спустя три часа, пока мне завивали волосы, — отвечает она, усмехаясь.        Люцифер склоняет голову, но их прерывает звон колокола, в который бьёт Санта, чтобы собрать всех возле себя. Людей здесь не так много, в основном это лишь эльфы и какие-то знакомые самого старика, среди которых также присутствует и маг, от которого Деккер старается держаться подальше, но сейчас они стоят рядом и она пытается не обращать на это никакого внимания. Он не противен ей, но она действительно его боится, зная, что он может с ней сделать.        Санта толкает речь, желает всем счастья и здоровья… Хлоя с Люцифером не слушают его, всё это время держась за руки и он чувствует, как ей становится холодно. Он хочет снять с себя пиджак, чтобы отдать ей, но она его останавливает. — Сейчас не время, — шепчет она, улыбаясь и покачивается взад-вперёд, чтобы немного согреться. Он крепче сжимает её руку и подносит раскрытой ладошкой к губам.        Все расходятся по залу и встают в пары, когда начинает звучать музыка. Люцифер усмехается, вспоминая, как когда-то устроил ей выпускной, и внезапно так хочет снова танцевать с ней, чтобы наклонить её в спине и смотреть в её очарованные глазки. Всё, что он хочет — видеть её счастливой.        Удивительно точно начинает играть песня из мультфильма Анастасия, который он смотрел когда-то с Трикси. Хлоя тогда была слишком занята на работе и попросила его забрать малявку из школы, потому что Дэн работал вместе с ней над делом. Девочка не отставала от него до тех пор, пока он не сдался и не сел с ней на диване в своём пентхаусе, на достаточном расстоянии, чтобы она не трогала его своими сладкими руками. Сейчас бы он всё отдал, чтобы оказаться снова с малявкой и Хлоей на диване в своём пентхаусе, чтобы посмотреть ещё какой-нибудь мультик. — Красавица и чудовище под песню Анастасии, — усмехается он, взяв её холодные ручки в свои и одну из них переплетая с её пальчиками, а вторую просто некрепко держа. Хлоя вздёргивает брови от удивления и он спешит объяснить, — Ты — красавица, а я — чудовище. Никогда не задумывалась? Неплохой косплей выходит. А танцуем мы под «Однажды в декабре». — Хм, — хитро улыбается она, — Мне кажется, что наш косплей явно лучше оригинала. — С этим нельзя поспорить.        Мелодия превращается в песню и они начинают кружить по залу в прекрасном вальсе. Диадема на голове Деккер блестит и переливается на свету и он не может оторвать от неё взгляд. Нужно будет почаще заставлять носить её золото, ведь оно так ей идёт. «Someone holds me safe and warm» — слышится в песне и Хлоя улыбается. — У тебя горячие руки, — отмечает она, когда он сжимает её ладошку ещё сильнее. Она не врёт — он действительно слишком горячий, чтобы согреть её, и она не упускает эту возможность. — А у тебя ледяные. Моя снежная королева, — отвечает он, поднимая одну из её рук и кружа рядом с собой. Она легонько смеётся, и он снова перехватывает её ладонь, когда она возвращается в исходное положение, — И я готов растопить твой лёд. — Я совершенно не против, — говорит она, и, когда музыка заканчивает, он притягивает её к себе, распахивая полы своего пиджака, чтобы хоть немного закрыть её ими, пока она рядом с ним. Он чувствует новый запах её шампуня в волосах, не такой, какой она привыкла использовать, но кажется, она всегда будет потрясающе пахнуть. Она пробирается пальчиками на спину под его пиджаком и прикладывает ладошки в его телу, отчего у него бегут мурашки. Она не может быть настолько холодной, но он чувствует это.        Гости расходятся к столу и собираются садиться, когда Морнингстар всё же не выдерживает и снимает свой пиджак, чтобы одеть его на неё. Он делает это осторожно, позволяя ей продеть каждую ручку в рукав так, чтобы суставы, которые и так болят от слабости болезни, не захрустели. Они садятся рядом друг с другом и она, наплевав на всё, кутается в его пиджак сильнее. Он такой тёплый после него и ей моментально становится теплее. Не так, конечно, они хотели встретить Рождество, но всё же лучше, чем если бы они по-прежнему скитались бы в метель, или же праздновали его в поезде с теми противными близняшками. Сейчас они хотя бы находятся в тепле, и она, хоть и не до конца здоровая, но уже идёт на поправку.        Люцифер накладывает салаты себе и ей и ставит тарелку перед ней, целуя её в щёчку. Она улыбается и благодарит его, когда Санта разливает всем шампанское. Они не чувствуют дискомфорта в этой обстановке, но и своими среди них тоже не считают. Это Рождество должно было быть другим, но вместо этого они сидят у настоящего Санта Клауса и Сатана видит, как Хлоя пытается держаться из последних сил, чтобы у неё не слезились накрашенные глаза, чтобы не чихнуть или не раскашляться. Дома всё было бы по-другому, она могла бы не сдерживать это, или же пойти лечь в кровать после того, как они встретят Рождество, а тут им приходится до победного сидеть за столом. Не самое лучшее, но и не худшее Рождество в их жизни.        Они сидят ещё часа два за столом, Деккер периодически отходит, чтобы поправить макияж и не мешать всем своим кашлем, и Люциферу хочется быть рядом в этот момент, но эльфы и Санта слишком разговорчивы, чтобы отпустить их обоих. В итоге, все устают ближе к двум часам ночи и расходятся по своим комнатам.        Когда Хлоя и Люцифер возвращаются в свою спальню, первое, что делает девушка — падает на кровать. На ней по-прежнему его пиджак, который весь вечер согревал её, но она так устала, что не готова сейчас раздеваться. — Тебе помочь, любовь моя? — он ложится рядом с ней на живот, заправляя пряди волос ей за ухо и целуя в горячий лоб, — У тебя снова температура. Нужно было не соглашаться на это, пока была возможность, — он трётся своим носом об её и она пользуется этим, чтобы поцеловать его. — Не говори больше ни слова. Всё было прекрасно. Особенно танец. Наша проблема заключалась лишь во мне, — она горько усмехается, пытаясь подняться, чтобы хотя бы начать как-то раздеваться. Люцифер помогает ей в этом и расстёгивает платье, когда она снимает его пиджак. — О, нет, дорогая, ты как раз таки блистала, как настоящая звезда, — он целует её обнажённое плечо и она вздрагивает, не ожидая этого, — Нет, не как. Ты была настоящей звездой, родная, — он поднимается к её шее, а потом его руки ложатся на её плечи и он начинает их массировать, чтобы снять напряжение, — Расслабься, представь, что мы здесь совершенно одни, — шепчет он ей на ушко и она прикрывает глаза от удовольствия. — Люцифер, — хнычет она, — Сейчас не самое подходящее время. — Неподходящее время для чего, дорогая? Просто расслабься, мы ничем не будем заниматься, если ты сама этого не хочешь, — продолжает он, спускаясь ниже к её спине. Он чувствует каждый её позвонок, разглаживая, словно втирает в неё масло от загара, и она представляет себя на солнечном пляже Лос-Анджелеса, а быть может даже на Кипре, или Майами. Где угодно, лишь бы не на холоде. Она настолько расслабляется, что, когда он останавливается у её копчика, она чуть ли не падает назад, но он ловит её в свои объятия, — Кому-то пора ложиться спать, — ласково говорит он, потянувшись за её длинным розовым свитером, чтобы надеть его на неё, — Но для начала мы смоем всё это с твоего прекрасного личика.        Она блаженно улыбается, позволяя ему заботиться о себе. Ей раньше и в голову не приходило, что когда-то такое сможет произойти. Они бегали друг от друга, причиняли друг другу боль всякими Кэнди и Пирсами, но в конечном итоге пришли к тому, что он поднимает её на руки и несёт в ванную, чтобы смыть с неё макияж, потому что она сама не в состоянии.        Жить у Санты оказалось слишком выгодно, потому что она видит, как на зеркале в ванной стоит гидрофильное масло, с помощью которого она сможет смыть с себя всё, что сейчас нанесено на её лице. Люцифер, конечно же, не знает, что это такое, но единственное, что она просит, так это, чтобы он не выдавливал слишком много, потому что она не сможет так долго стоять, пока он всё с неё смывает. Он растерянно смотрит на флакон, но всё же берёт его в руки и читает, что на нём написано, пока она садится на бортик ванной и собирает волосы в невысокий небрежный хвостик. — Что ж, я делаю это впервые, дорогая, — говорит он. Она поднимает голову вверх и закрывает глаза, когда он размазывает по её лицу масло. Это не то, которое было у неё, но радует, что оно не пахнет, как то, которое она однажды купила, потратив на него последние деньги. Это было отвратительно, — Что дальше? Мне кажется, что я что-то сделал не так, потому что ты теперь похожа на… — он замолкает и она смеётся над ним. — Неважно на кого я сейчас похожа, теперь это нужно смыть, но я сама справлюсь, просто подержи меня, чтобы я не упала, — она встаёт на ноги и немного пошатывается, когда он хватает её за талию. Вода бежит из крана и она наклоняется над ванной, чтобы всё это смыть. Люцифер продолжает её держать, а у неё ноет всё тело и ей хочется побыстрее лечь, но именно это масло оказалось слишком жирным. Она справляется с этим за пять минут, и, когда открывает глаза, Морнингстар уже стоит с полотенцем, чтобы ей помочь, — Спасибо. — Не за что, — отвечает он, — Ты же знаешь, что я всегда помогу тебе.        Он снова подхватывает её на руки и на этот раз она засыпает ещё до того, как он доносит её до кровати. Всё же не стоило им соглашаться на Рождественский ужин.        Дьявол гасит свет в комнате и забирается рядом с ней, прижимая к себе и целуя в ещё влажное личико. — Спокойной ночи, любимая!