Клубничные звезды

      Аяка тяжело вздохнула.       Холодный зимний ветер обдувал лицо, неприятно покалывая щеки и подбородок. Девушка прислонила ладони в черных кожаных перчатках к лицу, и расслабленно улыбнулась.       Короткие светлые локоны щекотали нос, а большие круглые стекла очков запотевали от частого дыхания даже через толстый вязаный шарф. Внушительный бледновато-розовый пуховик не давал архонту и лишнего шага ступить, не зашипев от неприятного звука трения ткани. Серая шапка закрывала почти все ее бледноватое лицо, оставляя лишь мягкие кончики волос спадать на острые плечи. — Ты как всегда не носишь шапку. — с тихой усмешкой, проговорила Аяка, повернув голову на высокого юношу, устроившегося на спинке лавочки рядом с ней со скучающим выражением лица. — Брось, боги ведь не чувствуют холода. — он фыркнул, подперев щеку рукой.       Смоляно-черные волосы были завязаны в неаккуратный хвост на затылке, оголяя совсем недавно выбритые виски. Короткая парка была расстёгнута и свободно болталась на широких плечах. На нем была черная водолазка с горлом, обычные брюки свободного кроя, ботинки на высокой твердой подошве, и темно-зеленый шарф в полоску. Ничего необычного, абсолютно ничегошеньки не выдавало в нем божественную сущность. — Ты прав, но из соображений безопасности тебе стоило бы быть осмотрительнее. — нахмурившись, она подошла к нему и смахнула с макушки хлопья снега. — Или же, ты просто переживаешь за меня? — ухмылка осветила его лицо, собрав в уголках карих глаз несколько морщинок, и оставив на левой щеке небольшую ямочку. — Вовсе нет. — раздражённо отрезала Аяка, покрепче перевязав шарф на его шее, и рывком застегнув молнию куртки, в отместку прищемив наглецу подбородок. — Просто забочусь о твоем, и так не слишком устойчивом, положении, Горо. — Тебе ли рассуждать о подобных вещах. — буркнул он, и поморщился, коснувшись маленькой ранки.       Девушка ничего не ответила, только громко сглотнув вязкую слюну, оглядела пустынную темную улицу. Лишь свет из немногочисленных кабинетов офисного центра разгонял подступающий к парочке мрак. Снежинки кружились в воздухе, падая на землю и растворяясь, архонт не могла уследить за каждым витиеватым узором, но, честно, очень старалась это сделать. Она находила в этом что-то совсем далёкое от магии, более завораживающее, чем любое заклинание. — Потанцуем?       Аяка вздрогнула, не сразу узнав знакомую хрипотцу в голосе Горо. Он смотрел на нее совершенно серьезно, закусив нижнюю губу, протягивая большую ладонь, облаченную в тонкую коричневую перчатку с белыми пятнышками на подушечках пальцев. На его щеках появился заметный румянец, и, девушка с мягкой улыбкой, подумала, что это вовсе не от холода. — Сейчас? Почему именно сейчас? — она взглянула на него, дразнящее закусив губу. Ей нравилось, как он смущенно закатывал глаза, громко и возмущенно отнекивался.       Он ничего не ответил.       Сжав ее запястье длинными холодными пальцами он протянул хрупкое тело к себе. Мягко ступая по дороге, он управлял ей, словно мягкой податливой куклой.       Хотя нет, он всего лишь был более искусным танцором, и не более.        Подобным образом Аяка успокаивала себя, сжимая в маленьком кулачке ткань его куртки — Смотри. — он провел взглядом на крышу одной из ближайших многоэтажек, и как-то странно расслабленно улыбнулся, выдохнув в воздух маленькое облачко белого дыма.       Аяка смотрела как неизвестный ей мужчина аккуратно преодолевает железные прутья, ограждающие край крыши. Кажется, он несколько секунд внимательно рассматривал их странную парочку, по крайней мере, она точно чувствовала чей-то внимательный взгляд. Сердце колотилось в груди, а кровь стучала в висках. Он вздохнул, пожал плечами, почти улыбнулся. А спустя секунду…

Шагнул в пустоту.

— Мужчина боится смерти, но в то же время она его привлекает. Что в больших городах, что в литературе, смерть следует за всеми, только этого момента в жизни нельзя избежать. — Горо отвращенно сморщил нос, наблюдая, как кровь окрашивает чистый снег в грязно-бордовый.       Помотав головой, он наконец отвёл взгляд от остывающего трупа.       Парень бархатно усмехнулся, и провел рукой по волосам. — Именно этого я и желаю. — он прислонился губами, исчерными мелкими белыми трещинками, к ее лбу, и умиротворенно закрыл глаза.        Аяка смутно понимала, что именно сейчас произошло. Расфокусированный взгляд метался к телу Горо, прижатому к ее, к мужчине, бездыханно лежащим на асфальте совсем рядом, к толпе людей, медленно стекающееся к ним.       Именно этот день стал началом конца. Ее конца.