Саде-Сати ч.1

Словно птица и клеть, во льдах - семиглавый град, Разрывая висок и выстреливая стихи, Говорят обоймы. Так пусть они говорят! Словно комната - не твоя, и ты сам не свой, И ладони к чужому теплу и любви глухи. Говорят эфиры. Про мир - но совсем другой. Я побуду с тобой, до последнего я - С тобой. Слышишь: колокол? вьётся улицей бег снегов, Это поздняя осень, и поздний удар о грудь, За тугою завесой опять не видать берегов, Из окна на тебя топорщится злая суть. И холмы, меж холмами там - озеро или смерть, Только из дому - зверь опять запросился в дом, Я хотела бы это не выплюнуть, а пропеть, Я хотела бы кошкой к тебе приходить во сне. Семиглавая гидра окована хрустким льдом, А под ней, выбирай: или озеро, или смерть. Или озеро, Или смерть.

***

Третья ночь - без сна. Завывает степь, Хлещет ветрами по травам, к утру - молчит. Если б тоску мою мог ты однажды спеть - Как она зазвучит? Я далеко от тебя, значит ближе - к ней, Знаешь ли ты, как удушлив полынный вздох? Так по степи прогоняет своих коней Их бездушный бог. Видел ли ты, как тесна моя колыбель? Полночь темна, изогнувшаяся, как лук. Если б тоска моя стала как канитель - Что тебе вышить, друг? Если бы знать колыбельную для камней: Мертвых качает степь, и за годом год. Я бы тоску отпустила бродить по ней - Только не уйдет.