Ты даришь мне звёзды

— Чимин! Чимии-ин-а-а! — Хосок, залетая в клуб, по пути распихивает ошарашенных посетителей. — Чимин! Они, они там! Они там, знаешь что?! Пак распахивает свои глаза в ужасе и приоткрывает пухлые губы: — Что? Кто? — Чонгук с Тэхёном! Целуются! Блять, Чимин! Они целуются! Расслабленно выдохнув, Чимин успокаивается, закатывая глаза. — Хосок не кричи, все смотрят уже! Ну целуются, и что? — Как, что?! Как? Это же! Это…— Хосок, растеряв к чёрту все слова, очень красноречиво машет руками перед его физиономией. — Почему они целуются, нахуй?! — Нуу… Видимо так сложилось Хосок… — Ну нихуя себе сложилось! Склеилось, блять! А ты я смотрю не удивлён даже? Охренеть… Мне надо выпить срочно! Разомкнув опухшие от поцелуя губы, они прижимаются лбами друг к другу, закрыв глаза и глубоко дыша. Руки Тэхёна на плечах Чонгука мелко дрожат и он касается пальцами его горячей шеи, поглаживая подушечками. — Тээ… Ты замёрз… Пойдём внутрь, пожалуйста… Ким поднимает свою голову, ветер слегка раздувает его светлые волосы, и Чонгук невольно заглядывается, понимая, что ему очень нравится смотреть на него, любоваться, запоминать детали… — Чонгук, обещай мне, что не сбежишь после этого? — Обещаю, Тэ… — он нежно проводит костяшками пальцев по его румяной скуле, ощущая приятный бархат кожи. — Кажется, я не смогу уже… Подходя к своему столику, они с удивлением обнаруживают полуживого Хосока и растерянного Чимина, который гладит его по плечу. Хосок то ли плачет, то ли икает, но видок у него, надо отметить, тот ещё… Заметив парней, он вскидывает пьяный взгляд, пытаясь сфокусироваться. — Оо-о-о! Нас-су... ссо... сал-лись…? А чё т-так быс-стро то? А-а? Чонгук с Тэхёном непонимающе уставившись на, в стельку пьяного, Хоби, не знают, что и сказать... — Он видел вас… На улице, — Чимин вздыхает, — надо его домой отправить, сам он не доедет… Чонгук, ты скажешь его адрес? Смахнув пелену с мыслей, Чонгук приходит в себя. — Д-да… Я вызову такси… Провожу. — Нет, я сам его провожу, только адрес дай, вы ребята оставайтесь… Вам наверное, есть о чём поговорить… Попытка посадить Хосока в такси оказалась провальной, они втроём не могли справиться с ним — в него будто бес вселился: он упирался руками и ногами, крича и требуя найти ему парня срочно, потому что теперь его окружают только геи, и он не может смириться с этим… С третьего раза они всё-таки запихали его на заднее сиденье, а чтобы он не сбежал, прижали его Чимином. — Ты точно справишься с ним Чимин? — Чонгук запыхавшись, вытирает пот со лба. — Да, всё нормально, не переживайте… Такси уезжает, а Тэхён с Чонгуком остаются стоять на улице, переводя дух. — Чонгук, я не хочу обратно, давай поедем домой? Ко мне… У Чонгука в непонимании округляются глаза: — К тебе… это значит «к тебе»? Тэхён красиво смеётся. — Да, Чонгук… Это значит «ко мне». — Н-но… У тебя же мама дома, и как бы… — Ну, и что? У меня самая отличная мама на свете! И потом, она сейчас на дежурной смене в больнице, дома будет очень поздно… Тушуясь, Чон рисует носком ноги по асфальту. — Тэ… А мы не торопимся? Ну, как-то… — А ты уже подумал, что я тебя в постель затащу? — Тэхён заливисто смеётся, и его руки волшебным образом оказываются на плечах Чонгука. — Не бойся, Гуки, я не насильник… — Вот ещё… Я и не боюсь… Совсем… — Ну да, я так и подумал… Вызовем такси? — Да… — и Чонгук, чтобы скрыть своё смущение, лезет в карман за телефоном… Дом Тэхёна выглядит небольшим, но вполне уютным. Когда они с мамой переехали сюда из Тэгу, Тэхён с энтузиазмом помогал ей заниматься обустройством, интерьером, дизайном, учитывая пожелания друг друга… Проходя в миниатюрную гостиную, Чонгук внимательно осматривается, и замечает картины, висящие на стенах, отмечая, что стиль написания работ весьма своеобразный… Его мама тоже иногда занималась живописью. Чонгук с трепетом вспоминает те моменты, когда подходил к ней, такой воодушевлённой, измазанной в красках, и задумчиво с видом знатока, держа себя за подбородок, выносил свой вердикт: «Красиво…» Чонгук вздрагивает от того, что сзади на плечи мягко опускаются ладони. — Любуешься? — Да… Это интересные работы, Тэ… — Спасибо… Чонгук в неверии разворачивается к нему: — Это твои?! — Ага… — мягко обнимая Чона, Тэ возвращает его обратно лицом к картине, кивая на неё. — Эту я написал в четырнадцать, у меня был переходный возраст и всё такое… Я назвал её «Бунтарство», — он тихо хихикает, опустив голову. А у Чонгука от удивления пропадает дар речи… Он ищет его глаза своими, а когда находит, то восхищённо шепчет: — Тэхён… Ты невероятный… Серьёзно посмотрев на него, Тэ так же шёпотом отвечает: — Вот поэтому, Чонгук ты должен быть со мной… Я тебя никому не отдам, слышишь? Никакая грудастая девчонка не сравнится со мной… — Очень самонадеянно, ты не находишь? — Чон хитро поднимает проколотую бровь… Тэхён опускает глаза и сжимает кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони. — Чонгук… Меня много раз бросали… Пользовались мной, дарили комплименты, дорогие подарки, водили в рестораны, а когда получали желаемое — просто исчезали… Иногда даже без объяснений… Я слишком доверчивый, Чонгук… Я это знаю, и мне приходится принимать себя таким, какой я есть… Я каждый раз думаю, что встретил любовь, но в итоге меня всегда обманывают, и избавляются… А ты… Ты другой, Чонгук! Я это сразу понял… Ты светлый, настоящий, понимаешь? Я не прощу себя, если тебя потеряю! Мне ничего не надо, правда! Ты только будь рядом прошу, не отталкивай меня пожалуйста… Глаза заволакивает влагой… Причём, у обоих… Чонгук тянется к нему и ласково касается его лица, поглаживая щёку большим пальцем. — Тэ… А я ведь даже и не думал, что когда-нибудь смогу вот так… Они одновременно притягиваются друг к другу, словно два мощных магнита, смешиваясь в единое, горячо касаясь пальцами, губами, кожей… Чонгуку ещё никогда в жизни не было так свободно, так приятно… Он вдруг просто взял и откинул все свои "нельзя" и "почему", отдаваясь целиком только чувствам и ощущениям… Это было волшебно, это было настолько прекрасно, что на миг он решил, что всё это сон… Тэхён оказался таким нежным и отзывчивым на ласки, что Чонгуку даже и не верилось, что перед ним парень… — Гуки… Я не отпущу тебя… — сквозь горячие выдохи шепчет Тэхён… — Тэ… Ты такой… Мне так хорошо — отвечает Чонгук… Как они оказались в комнате Тэхёна, это уже совсем не важно… Важно то, что лёжа на кровати и крепко обнимаясь, они так и не смогли оторваться друг от друга… Губы горели, дыхание сбивалось с ритма, влажные волосы растрепались… — Чонгук… пожалуйста, прошу тебя… — Что, Тэ? Что ты хочешь? … — Я… Мне… Сними с меня… Пожалуйста… Гуки… — Господи Боже… Да, конечно… Это просто безумие! То, как они сжимают тела пальцами до лиловых отметин, то, как сплетаются их языки, как их бёдра нещадно трутся друг об друга… Они горят… Оба… Здесь и сейчас… — Тэ… Я не могу… Хочу… Тэхён, открывая свою шею для поцелуев, хрипит, словно в бреду: — Чонгук… Джинсы… Вжикая молнией, хаотично дёргая ногами, чтобы избавиться от лишнего, они обнажаются, совершенно не стесняясь друг друга, и оба понимают, что это вовсе не от выпитого в клубе алкоголя… Чонгук без понятия, как всё должно происходить между парнями, продолжает действовать, надеясь на свою интуицию… Тэхён гибко под ним извивается, тяжело дыша и постанывая от влажных поцелуев. Он даже и мечтать о таком не смел, неужели он действительно сейчас с Чонгуком, в одной постели плавится от его рук и губ… — Тэ… Что я должен… Как мне?.. — Постой, Гуки… — Ким ловко выбирается из-под Чонгука, меняя их местами и оседлав его, снова припадает к его горячим губам, нежно облизывая такое полюбившееся колечко. — Я всё сам сделаю, доверься мне… Тэхён медленно спускается ниже поцелуями и поглаживаниями, облизывая проколотые соски, слегка прикусывая их поочередно, наслаждается звуками, которые издаёт Чонгук. Он безгранично счастлив, что ему нравится… Вылизав каждый кубик его пресса, Тэхён добирается наконец-то до самого желанного. Член Чонгука стоит по стойке «смирно» и абсолютно готов к боевым действиям! Тэхён осторожно проводит кончиками пальцев по рельефной нежной коже, чувствуя каждую венку. Головка вся влажная от смазки, маняще блестит, и Тэхён облизывает её, чуть посасывая… — Тэ! — Чонгук зарывается руками в слегка влажные от пота волосы Тэхёна. Погрузив упругий ствол в свой горячий рот, Ким сразу же начинает интенсивно сосать. — О Боже! Тэ… Да!.. Еще! А Тэхёна и умолять не нужно, он так глубоко и мастерски заглатывает, что любая порнозвезда бы позавидовала. Пьяный от кайфа, Чонгук теряет связь с реальностью, утопая в этой блаженности. — Тэхён! — сжимает волосы у корней, и запрокидывает голову, обильно кончая. Спермы так много, что Тэхён закашливается. Чонгук разжимает пальцы, и обняв его за плечи, подтягивает его к себе. — Прости, Тэ… Я не успел… — Всё нормально, Чонгук, бывает… Положив голову ему на плечо, Тэхён тихо интересуется: — Ты как? Всё хорошо? — Спрашиваешь… — всё ещё тяжело дыша, Чонгук усмехается и запускает пальцы в волосы. — У меня такого минета ни разу в жизни не было… Кажется, ты был прав, Тэ... Ни одна девчонка с тобой не сравнится… — А я говорил тебе! Они оба тихо смеются. — Тэ? А как же ты? Ну… — Ну, если ты в скором времени снова будешь готов, то я могу тебе ещё кое-что показать, чего у тебя никогда не было… Мм? — Боже… Мне уже страшно… — А говорил, что не боишься ничего… — С тобой я уже не так в себе уверен.Ты крутишь, вертишь мной, как хочешь… — Потому, что я тебе нравлюсь… — Ох, Тэ… Какой же ты… — Поцелуй меня… Чонгук поворачивает к нему голову и прижимая к себе, нежно, медленно целует, тут же чувствуя свой собственный вкус на губах. Непривычно… Раньше он никогда не целовал девушек после минета, да и вообще редко целовался, он считал, что поцелуи — это более интимное, чем секс, более чувственное… Но Тэхён снова сломал все принципы Чонгука, и как только у него это получается… Поцелуй постепенно углубляется, становясь более настойчивым и развязным. Не проходит и пары минут, как Чонгук снова ощущает нарастающее возбуждение. «Ну нихуя себе… Тэхён, да ты волшебник!» Осмелев, Чон протягивает руку к паху Тэхёна, и на пробу оглаживает его член. У Кима не такой большой, как у него, но он очень аккуратный и приятный на ощупь, на головке выделяется смазка, и Чонгук легонько размазывает ее пальцем. Тэхён сладко стонет в поцелуй, тягуче, горячо… Оторвавшись от губ, он хрипит: — Гуки, у тебя есть презервативы? Помня, что всегда кладет парочку в задний карман, когда идёт в клуб, он поднимает с пола свои джинсы. «Надо же… Не думал я, что сегодня они мне пригодятся в совершенно другой компании». Достав один, он уже начинает раскрывать его, как вдруг, Тэхён его останавливает, забирая из рук. — Я сам, Гуки… Ты же помнишь? «Вот это сервис! Ну сам — так сам …» Тэхён быстро избавляется от упаковки и, взяв член Гука со словами «он такой большой, боюсь он не поместится во мне», начинает раскатывать латекс, придерживая кончик презерватива. — А я вижу ты не впервые делаешь так, да, Тэ? — Не смущай меня… Ким, пошарив рукой под подушкой, достаёт смазку, а затем поигрывая бровями, выжимает немного на пальцы и откидывает пузырёк в сторону. Смазав сначала себя, а потом и член Гука, он скромно улыбается… — Иди ко мне, — возбуждённый Чонгук протягивает руки. А Тэхён кончается от такого Чонгука. «Не верю, Боже!» Снова целуя его губы, Тэхён слегка откидывается и, привстав на коленях, направляет член в себя, (как хорошо, что сегодня, перед клубом он «баловался» в ванной, и теперь дополнительная растяжка ему особо не нужна) протолкнув головку, он замирает на миг, прислушиваясь к себе и не почувствовав дискомфорта, постепенно опускается полностью с глухим выдохом. Член и правда у Чонгука большой… Зная, что первые ощущения не совсем приятные, Тэхён осторожно двигается, чтобы поскорее поймать тот самый момент, когда боль сменяется наслаждением… — Т-тэ… Ты такой узкий… Ох… — Тебе больно, Гуки? — Д-да… Нет… Не знаю, Тэ двигайся пожалуйста… Тэхён не обращая внимание на жжение, размашисто поднимается и опускается на упругий ствол, пока тот не начинает приятно скользить, вызывая только удовольствие… — Т-тэ… Так хорошо… — придерживая его за талию, он любуется неповторимым развратным видом. "О, боги!" Задев простату, Тэхён сладко мычит, подрагивает и замирает, закрыв глаза. Чонгуку невыносимо хочется сейчас поцеловать его, поэтому следуя за своим желанием, он поднимается, и обнимая Тэхёна, переворачивается, подминая его под себя… — Хочу целовать тебя… Накрывая его губы своими, он ловит неописуемый кайф! Такого с ним ещё не было, чтобы так сильно заводиться от одних только поцелуев… Теперь Гук самостоятельно вбивается в него, постепенно ускоряясь так, что спинка кровати глухо ударяется о стену. — Чонгук… Сильнее! Я… «Да куда ещё сильнее-то?» — удивляется он. — Я не девочка! Чёрт побери! Трахни меня, как положено! Ох… Гуки… Чонгуку срывает нахуй все тормоза, он вколачивается так сильно, что руки от напряжения дрожат, а мышцы сводит от гудящей боли… «Да… трахать парня, это не девчонку обхаживать…» Тэхён стонет так громко, наверное на улице слышно, и Чонгука эти звуки сводят с ума, приближая его к финалу. — Тэ… милый… Я скоро… — Я тоже… Гуки… Сейчас… Толкнувшись ещё несколько раз, Чонгук чувствует тёплую влагу между их животами. — Боже… Гуки… Хриплый вслип Тэхёна является последней каплей, заставив Чонгука догнать его… Медленно опускаясь на Тэхёна, он утыкается в его шею, обжигая горячим дыханием. «Блять, я будто марафон пробежал!» — проносится в голове Чона. «Женись на мне, Чонгук!» — думает Тэхён. Лёжа в послеоргазменной эйфории, они молча думают, каждый о своём: «Поздравляю, Чонгук! Теперь ты точно гей…» «Боже… Спасибо за такого парня! Умоляю, не отнимай его у меня…» Отдышавшись, Чонгук приподнимается на локтях перед лицом Тэхёна, и осторожно достаёт свой опадающий член в презервативе из ануса. — Тэ? Я справился? На что Тэхён мило усмехается: — Более чем… Чонгук ты единственный, кто заставил меня плакать во время оргазма… — Ты плакал?! Тэ? Я сделал тебе больно?! Тэхён счастливо смеётся. — Господи, ну какой же ты всё-таки забавный! Да я плакал… От счастья, Гуки… — Правда? — Ну, конечно правда… Успокоившись, Чонгук снова ложится, только теперь он устраивается на бок, чтобы видеть лицо Кима. — Тэхён? — Мм? — А мне понравилось… — Молодец, возьми с полки пирожок… — Тэ… Я серьёзно… Тэхён, вздохнув, перестаёт смеяться. — Гуки, если серьёзно, то меня сейчас распирает от того, что мне безумно хочется сказать тебе важные слова! Но, я боюсь, что ты к этому не готов… — Это про то, что я думаю? Тэхён приблизившись к нему, прикасается ладонью к щеке, целуя нежно в пухлые губы. — Я не могу знать о чём ты думаешь, Гуки. Я не ясновидящий… Чонгук лукаво усмехается: — Зато ты отлично трахаешься! — Паршивец! От души насмеявшись, они избавляются от последних крупиц неловкости, прижимаясь друг к другу плотнее. — Что мы скажем парням, Тэ? — А мы должны? — Они мои… близкие друзья… — Ты стесняешься меня? — и в голосе Тэхёна слышатся узнаваемые нотки грусти. — Нет, Тэ. Но я не знаю, как они отреагируют… — Значит, мы это проверим? Да? — Да… Поговорить нам всё равно придётся, Тэ… И лучше не тянуть с этим… Тэхён ласково проводит по влажным волосам Гука: — Чонгук, я поддержу тебя во всём, ты же знаешь? Я не оставлю тебя... — Знаю, Тэ…