Ранее утро Достоевского

Утро этого вторника началось со знакомого голоса и скрипа уже давно поломанной трухлявой форточки. -Федя-я-я-я-я! Федя, Федя, вставай! Ну-у же! Просыпайся! Несчастная оконная рама хрустнула и откинулась внутрь комнаты, впуская в спальню морозный утренний воздух и непрошенного гостя. - Федя! Ты спишь? Как будто возможно спать, когда в твою квартиру, окончательно доломав и без того побитое жизнью окно, влез самый шумный человек этого мира. Достоевский открыл глаза и окинул белое помещение внимательным взглядом. На подоконнике покрытом слезшей с оконной рамы побелкой, с распущеными волосами в одной пижаме сидел и болтал голыми ногами, смотря в его сторону, Николай, источник всех бед в жизни Фёдора. - О! Ты уже проснулся? Вставай скорее!- Гоголь заулыбался и как ни в чём не бывало подбежал к чужой кровати. Достоевский тяжёлым взглядом указал на открытое окно. Гоголь на секунду замедлился - А, это! Прости что зашёл без спросу.- Взгляд остался на месте. - Ну, оно вроде хрустнуло немного. Наверное я там что-то не так повернул. Но это не страшно! - Оно не открывается в эту сторону... Вернее не открывалось до этого дня...- Фёдор промолчал про то, что открывается это окно исключительно изнутри. - Ты вылез из своего окна и спустился ко мне? - скорее утверждение чем вопрос. - Правда здорово! Хотя, третий этаж это не так уж и высоко, но тоже неплохо! - Ты мог бы упасть вниз. - Но к сожалению не упал, а благополучно добрался до чужой спальни. Достоевский неспешно слез с покрытой большим одеялом кровати и, поёжившись поставил голые ноги на остывшие доски дешёвой однокомнатной квартирки. Старая железная кровать тоже скрипнула. - Сигма так же сказал! Какие же вы оба зануды! - Сигму ты так же будил? - Нет, просто позвонил в дверь. Фёдор накинул на почти голое тело немного посеревшую от постоянного использования свободную рубашку и принялся поочереди застёгивать пуговицы. Повисла подозрительная пауза. - А у тебя трусы какого цвета?- После этого неожиданного изречения, Коля одной рукой приподнял нижний край чужой рубашки. Достоевский только немного приподнял одну бровь и убрал руки от почти застёгнутого ряда одинаковых пуговиц- Серые. Ну да, как раз для тебя. А у меня розовые!- Гоголь хихикнул, а Достоевский тяжко вздохнул. Знает ведь что он не любит прикосновения. И зачем нужно пытаться вывести его из себя? - Покажешь?- Николай опять засмеялся. - А ты хочешь посмотреть? - Фёдор проигнорировав вопрос вернулся к застёгиванию рубашки. Потом натянул брюки, носки и стоявшие под кроватью ботинки с потёртыми носами. Стрелка на старых настенных часах тихо тикнула привлекая внимание. - Куда ты собрался тащить меня в такое время?- Коля тоже посмотрел на часы. - Пошли! У нас ещё достаточно времени, но нужно успеть!- Он снова нарушил чужое личное пространство, схватив Достоевского за руку и потащив на лестнечную клетку. Федя поспешно закрыл дверь квартиры на ключ и, сунув его в левый карман брюк, быстрее пошёл за Гоголем. Хотя он уже знал куда они идут. Достоевский, не без затруднений пробежал один этаж вверх и переступив порог чужой квартиры остановился, чтобы отдышаться. Николай шумно захлопнул тяжёлую дверь, даже не запирая квартиру, в прочем и отпирать её не пришлось. Кое-кто вообще не беспокоится о сохранности своего места жительства. Зачем-то сняв обувь, Фёдор прошёл по грязному полу прямого короткого коридора и оказался в похожей на свою, белой спальне. Хотя разница была. Сбоку от знакомой поскрипывающей железной кровати лежал прямоугольный полосатый коврик. На стене висело замызганное овальное зеркало, в котором отражалось бледное лицо обрамлённое спутанными чёрными волосами почти до плеч, неровная осанка и стройный ряд пуговиц. Перед зеркалом находился большой стул с круглой подушкой покрытой узором из цветочков. На кровати поверх одеяла лежал немного колючий плед и мятая стопка чистой одежды с почему-то приятным запахом стирального порошка. - Проходи! Чувствуй себя как дома! Погоди. Помню ты заносил мне твой любимый чай.- Коля скрылся за углом на маленькой кухне. Из-за тонкой стенки послышалось шуршание пакетиков, стук жестяных банок, звон керамической посуды. Звякнул чайник, полилась из под крана вода и несколько раз издав один и тот же странный звук включения газа, затихла комфорка. Гоголь быстро вернулся. -Сходи в ванную. Я видел, ты сегодня не умывался и зубы не чистил. Кстати твоя зубная щётка у меня.- Коля кинул в Достоевского мохровым розовым полотенцем. Тот уже разгадав конечную цель своего раннего пробуждения и понимая, что сопротивление бесполезно, поплёлся в ванную. Он без особого старания почистил зубы клубничной пастой из яркой упаковки с динозавриком, принадлежавшей Гоголю. Всполоснул лицо водой и немного потерев усталые веки вытер воду врученным полотенцем. Когда после влаги зрение начало прояснятся, в отражении за спиной Фёдора возник Николай. - М-да. Как обладатель такой прекрасной внешности, может обращаться с собой так неаккуратно?- Гоголь подошёл в плотную в взяв из рук Достоевского полотенце повесил его на край раковины. Потом недолго думая развернул Фёдора к себе и намочив руки провёл тонкими пальцами от виска к подбородку и далее, задерживаясь на некоторых участках кожи. Достоевский мог только зажмурится и взять Колю за активно двигающиеся запястья. Спустя минуту Гоголь довольно окинул взглядом ставшее гораздо опрятнее лицо Фёдора и убрав с чужого лба мокрую чёлку, насухо протёр всё полотенцем. - Совсем другое дело! Тебе надо больше ухаживать за собой! Идём!- Федю почти насильно усадили на стоящий перед зеркалом стул и получив тычок от Гоголя, он покорно выпрямил спину в ожидании неизбежного. Коля стукнул ящиком стола и достал довольно новую расчёску. - Да не бойся ты, я аккуратно!- Судя по всему, Гоголь и в правду старался быть аккуратнее, но делу это сильно не помогало. Достоевский продолжал время от времени шипеть на Колю и про себя материться, пока тот не обращая внимания, немного высунув язык, сосредоточился на запутанных, чёрных как ночь волосах. Это были самые долгие двадцать минут в жизни Фёдора - Вот и готово!- Гоголь запустил пальцы в чёрные пряди поглаживая затылок. - Завтра ещё и голову тебе помою, и станешь совсем красавчиком!- Достоевский сразу вспомнил всевозможные способы побега из города. Через зеркало Фёдор видел как Коля улыбается держа в одной руке расчёску, а в другой гладкие пряди. Милая, но по своему страшная картина. Ещё раз осмотрев Достоевского, Гоголь шагнул ближе, навис над стулом и с надеждой посмотрел на Фёдора. - Федь. А сделай мне косичку. Я же знаю, что ты умеешь.- Это было правдой. Как только Николай поселился в этой квартире, он научил делать косички не только Фёдора, но и всех остальных жителей дома. - Федь.- Достоевский потёр точку между бровей и вздохнув, молча встал со стула. Гоголь радостно уселся на подушку в цветочек и передал Фёдору расчёску. У Коли были светлые длинные и непослушные волосы и он явно уделял им куда больше времени чем Федя. Взявшись за рукоятку, Достоевский неуверенно провёл расчёской по волосам. Расчёсывать пряди оказалось не очень сложно. Фёдор достал из знакомого ящичка цветных резинок разных форм и размеров, жёлтую пружинку. Даже нормальную косичку получилось сделать с первого раза. Гоголь довольно крутился перед зеркалом, пока Достоевский, вспомнив про начавший остывать чайник, зашёл на кухню, закинул пакетик чёрного чая в стоявшую на столе бледную кружку и залил кипятком. Сделав пару глотков он вернулся в спальню Коля, устав разглядывать своё отражение, плюхнулся на кровать, а потом сполз на край уже держа в руках одежду. - Ты хотел посмотреть?- Достоевский перевёл взгляд от кружки к говорящему. Гоголь через голову снял пижамную майку и стянул штаны, бросая всё на кровать. Трусы действительно выглядели как розовые шорты с серой полоской на поясе. - Нравится?- Фёдор промолчал. Коля надел тонкую безрукавку, которую всегда носил под одеждой и подошёл к Достоевскому протащив находящуюся у него в руке рубашку рукавами по полу. Федя поставил кружку на подоконник. -Признай! Тебе нравится!- Гоголь придвинулся ближе и наклонился над Достоевским ожидая его реакции. Реакции не последовало. -Ну же-е-е! Федя! -Что? -Так не интересно!- Коля быстро, но не без усилий поднял Достоевского под руки и уронил на широкую кровать заваливаясь следом. Железные ножки вздрогнули и заскрипели под чужой тяжестью. -Федя! Попался!- Фёдор почувствовал как тёплые руки смыкаются у него на талии, а чужой подбородок ложится на грудь. - Что ты делаешь?- Вопрос прозвучал чуть менее равнодушно, чем хотелось. - Разве не видно? Обнимаю тебя.- Гоголь блаженно закрыл глаза, сжал руки сильнее и опустил лицо на складки рубашки, дыханием щекоча рёбра. - М-м-м, ты приятно пахнешь. Так же, как та шахматная доска, которая лежит в твоей тумбочке... - Ты что, её нюхал?- Достоевский неуверенно положил лёгкую ладонь на чужую макушку. - Возможно.- Не слишком чёткий ответ, в прочем, всё и так ясно. - Когда я в позапрошлый понедельник вышел из комнаты за чаем... - Ничего от тебя не скроешь. - Ты мне сегодня окно сломал.- Гоголь приоткрыл один глаз, внимательно разглядывая Фёдора. - Правда? - Да. Кто за это платить будет?- Достоевский провёл холодными пальцами по мягким прядям. - Скотчем прикрепи и подкрась белой краской, никто не заметит. Оно и так сломанно было.- Коля снова опустил ресницы. - Ты квартиру не закрыл. - Не страшно. - Там чай недопитый стоит. Скоро остынет. - Подогреем. Я как раз микроволновку починил. - Чай нужно пить сразу. - Кто так сказал? - Я - Приготовим новый. - Мне щекотно... - Потерпишь. Повисло продолжительное уютное молчание. - Нам уже на пары пора. - Мы не пойдём. - Ты хоть Сигму предупредил? Он нас ждёт.- Фёдор со вздохом расслабил плечи и принялся накручивать непослушные пряди на указательный палец, понимая, что ничего уже не сделать. - Предупредил ещё с утра.- Гоголь, почувствовав как Федя расслабился и неохотно отстранился, переварачиваясь на спину рядом с Достоевским. - Пропустим материал и от препода влетит.- Коля только фыркнул, снимая недавно надетое и снова натягивая большую белую майку. Он встал на пол. Кровать скрипнула. - Тебе, точно не влетит. Ты эти скучные параграфы ещё с рождения наизусть знаешь. Так, она была где-то тут...- Немного покопавшись в нижнем ящике серо-бежевого комода, Гоголь вынул откуда давно не видавшую свет майку угольного цвета, видимо шедшую в комплекте с той, что сейчас была на самом Николае. - Лови.- Ловить Достоевский не стал. Майка сама плавно приземлилась на большое одеяло. Гоголь вернулся к кровати и задумчиво уставился на неподвижного Федю. -Ты надевать её планируешь?- Фёдор уже принявщий вертикальное положение, с осуждающим взглядом прижал колени к груди. -Да ладно тебе! Всё равно ведь и сам на первые пары идти не собирался.- Гоголь с улыбкой забрался к Достоевскому и принялся растёгивать чужие пуговицы. Зашуршала ткань. -А тебе идёт! Фёдор был на пол головы ниже и немного меньше Николая, поэтому майка которая была большой для Гоголя, на нём казалась ещё больше. - Ну? Что делать будем?- Коля валялся на пледе смотря на сидящего Достоевского снизу вверх. Внимание привлёк нарастающий звук стучащих по стеклу мелких капель. - Пойду окно закрою. - И чай мой захвати. У меня в правом кармане брюк карты лежат.- Гоголь наклонился и вытащил из лежаших рядом с кроватью брюк потёртую колоду. Потом повернул ручку на оконной раме. Звук капель стал тише. И взяв чашку в руки вернулся на место. - Держи свой чай. Во что играть будем?- Дождь усилился, небо немного потемнело. А в комнате было всё так же тепло. - В Дурака. - Давай.- Коля лёг головой на чужие колени. -Чур, ты раздаёшь.