When I lie down in your arms...

      Я много думал о том, что любовь это не боль, и не счастье. Она - зелье. И для каждого своё: кого-то оно делает слабым, кого-то наполняет силами изменить мир до неузнаваемости, а кого-то лишает рассудка. И мы не выбираем принимать его или нет, мы просто становимся во власти этого эликсира и если для одного человека - как витамин, для другого - как тяжёлый наркотик. – А я, Чонгук, для тебя кто?-, поворачивает голову Тэхен, мостится поудобнее на теплых ногах Чона, пока волосы цвета лунных кратеров живут своей веселой жизнью. Чонгук смотрит на сие божество в своих руках и что-то отдает в груди. – Ты - то зелье, что мне досталось как самому счастливому человеку во всей вселенной, ты, мой родной, чай из листьев древа жизни. – Чай?, - хмуро двигаются брови старшего. Чонгук смеётся, расправляя складку между бровями большим пальцем на лице Кима. — Этот чай - непростой, Тэхен, он исцеляет и судя по некоторым легендам даже воскрешает,- Чонгук ловит взгляд и эти мерцания светлячков в зрачках другого человека.       Сколько бы он отдал за эти глаза? Все океаны. Ведь эти глаза равносильны им, столько же глубины, неизведанного, историй любви и он. Сердце Чонгука было преданно небесному океану до встречи с Тэхеном. Теперь же к власти пришел законный обладатель столь хрупкой, но такой горячей души.       Чонгук склоняется и накрывает своими губами губы Тэхена, закрыв глаза и боясь, что, вдруг, это сон, и уж лучше бы сеятель никогда не терял свой мешок с песком, а захватил бы для Чонгука побольше. Но о том, что это не сладкая мечта ему напоминает крепко схватившая его ладонь другая ладонь человека. И этот человек такой иной и в тоже время, словно, его копия. Считал ли он себя когда-то нарциссом - никогда, но вопрос о том, как можно считать человека, которого любишь своей копией поддается только нудному объяснению из голов гениев, которые вменяли, что любви не существует, и это не те мысли с которыми Тэхен достоин быть связан. Тэхен связан со всем самым волшебным, самым добрым и чудесным, что живёт или жило когда-то в его голове.       Ким Тэхен - он божество, он дар, он семья и надежда. Он вера для самых отчаянных мыслей Чонгука и яркий маяк в туманах, где прячутся космические пираты построенные из сомнений в его голове, он - шаль-невидимка, скрывающая от врагов в виде - необдуманных, резких слов и других сожалений. Он яркое прощение для виновных томящихся в искуплении.       Но Чонгук не влюблённый дурак, где его виденье ограничено шорами и сломать его будет равно - забрать его Тэхена, нет, просто он верит в то, что любовь это 100/0, а не 50/50, и всего чего ему достаточно, что эти 100 принимают не дозами, а всецело. И это - причина по которой в его груди жар.       Долгий поцелуй разрывается плавно, почти нехотя, руки сероволосого парня гуляют нежно от шеи до щёк его возлюбленного. Глаза в глаза и тишину нарушают.       – Чонгук ты для меня - яд, я в тебе растворяюсь, но ты же и антидот - вновь меня собираешь, довершаешь мои углы, где-то что-то выпрямляешь. Я люблю тебя, ты же знаешь?

***

      –Чонгук?       –Да?,- младший поднимает взгляд и замечает тревогу на лице у Кима.       –Пообещай мне кое-что, хорошо?-, неуверенно молвит сероволосый, нервно перебирая пальцы.       –Что пообещать, моё солнце?,- Чонгук рассматривает своего человека со всей теплотой.       –Обещай, что ты будешь тем, кого от меня не заберут,- взгляд Тэхена заставляет застыть, в нём столько серьезности и холодной надежды, что, кажется, время - действительно лишь выдумка людей.       Любимый.       Родной.       Мой.       Голова Чонгука взрывается мириадами слов, о том, что ни одна вселенная не существует с той версией, где они не вместе. Возможно в прошлых жизнях они были разделены, им этого не узнать, но даже если так это была плата за эту жизнь. За их судьбу, что довела пространство до совершенства столкнувши их вместе.       –Я пообещал это тебе ещё в нашу первую встречу, - Чонгук переводит свой взор на руки Тэхена и палец к пальцу - касание ощущается печатью, отпечаток Солнца и Луны - вечный союз, нескончаемая история.