ты мой рассвет

      в комнате стояла тёмная, тихая ночь. лунные свет проникал, сквозь прикрытые шторы, и освещает холодным светом предметы интерьера.       с члена неприлично часто капала смазка. кэйя быстро и не аккуратно размазывает её. член стоит сильно почти на грани с болью. фантазия подкидывает образы разгорячённого дилюка.       возможно если раньше такое произошло кэйя бы чувствовал мерзость по отношению к себе и корил бы за такие мысли. но не сейчас. ещё где-то в пятнадцать лет осознал свое влечение к дилюку. его не привлекали девушки или другие парни. только дилюк.       кэйя опять проводит по своему члену рукой. уделяя особое внимание головке, тем самым ещё больше пачкая руку в предэякуляте. сознание подкидывает яркие картинки того как дилюк бы помогал ему с мастурбацией, а ещё лучше бы отсасывал ему.       дилюк смущался бы, но все равно не умело брал его член в рот. водил рукой по основанию и в то же время проводил языком по всему половому органу кэйи. из-под пышных ресниц он смотрел бы с похотью и любовью. и желал бы — о боги, кэйя уверен он бы хотел — чтоб кэйя его взял. он бы умолял. умолял бы отсосать, трахнуть и целовать. как же кэйя хотел увидеть эти прекрасные, пухлые, розовые губки у себя на члене.       а пальцы дилюка. о боже. кэйя готов ради них отдать все. когда дилюк снимает свои перчатки. кэйя просто умирает. он не может подобрать других слов чтоб это описать.       пальцы дилюка это то что кэйя хотел бы видеть на своей шее или члене ежедневно, ежеминутно, ежесекундно.       кэйя просто обожает их. когда дилюк введёт по странице книги, то кэйя представляет что он введёт по его члену. прикосновение голых рук — а это происходит так редко, господи, зачем ему эти перчатки— вызывает кучу мурашек и желания.       кэйя чувствует что воздуха не хватает, жарко, безумно, приятно. он теряется в куче этих эмоций. нужно оттянуть. нельзя сейчас. кэйя слишком нуждается в продолжение этих фантазий. дилюк. дилюк. дилюк. он бы обнимал. целовал. любил. был бы рядом.       кэйя поднимает руку и зачесывает волосы. глаза слезятся от возбуждения. все мутное и взгляд сосредоточить сложно. но кэйя все ещё упорно пытается держать себя в руках. только вот получается это плохо. член течет и все больше хочется кончить.       дыхание сбилось окончательно. рука возвращается назад, а движения стали все более хаотичные и не аккуратные.       вторая рука ложиться на шею. введёт к основанию и резко сжимает. перед глазами все плывет. дышать становится почти нечем, но кэйя столь рад этому.       глаза закатываются, а рука на шее сжимается чуть сильнее — из-за чего с рта вырывается хриплый стон — в то время как другая рука все быстрее двигается на члене.       воздух почти закачивается в лёгких поэтому кэйя ведёт рукой ниже к груди. сжимая соски, он все-таки — впервые за весь вечер — издает тихий стон удовольствия.       горло все ещё чуть болит, но это не мешает издавать тихие стоны — которые разносятся по всей комнате — во время особо приятных движений рукой на члене.       аккуратно выкручивая соски и в тоже время сбиваясь с темпа и двигаясь более отчаянно, кэйя кончает. сперма стекает по пальцам. забрызгивает грудь и живот. ее много. вот если бы дилюк был с ним. он бы помог ему убрать ее своим столь чудесным ротиком.       дыхание приходит в норму только спустя минут пять. желание вставать или что либо делать нет. член все ещё пульсирует, а в глазах звёзды от недавнего оргазма. спать хочется невыносимо, но кэйя встаёт. голова кружиться, но он пересиливает себя и все-таки вытерев все следы об порванную рубашку — которую как раз собирался выкинуть — кэйя решил ложиться спать.       во сне его преследовали прекрасные сны, где он в объятиях дилюка встречал рассвет на берегу моря. вот солнце только начинало появляться и кэйя — подняв голову с колен дилюка — притянул последнего для поцелуя. тот вышел нежным и лёгким.       — ты мой рассвет, — сказал кэйя в тот момент.