Ведомый

Как я и ожидал, мою голову вновь посетили какие-то дурные желания. На этот раз сразу парочка и, к тому же, весьма противоречивых. Я присел на край кровати с крайне хмурым, задумчивым видом. Подняв взгляд на Алестию, я увидел, что она неловко потирает руку об руку и нервно переминается с ноги на ногу, не в силах угадать, как же мне, попавшему в просак герою, угодить. «Эх, ну нельзя же так мучить бедняжку, — подумал я, решив, что заставлять ее чувствовать свою неспособность загладить испытываемую ей вину — это очень жестоко. — Надо дать ей шанс снять камень с сердца». — Алестия, тебя ведь гложет то, что твои объяснения лорду Райкеру были недостаточно убедительными? — вкрадчиво спросил я, но прозвучало это почти как утверждение. — Простите, я пыталась… — Я задал тебе конкретный вопрос, — перебил я ее строгим тоном. — Считаешь, что ты приложила недостаточно усилий? — Да, — кротко ответила она, опустив взгляд в пол, словно отчитанный за проступок ребенок. — Старайся ты лучше, результат мог быть иным, а твоему гостю не пришлось бы биться этим вечером насмерть? — Да… — Значит, ты была плохой девочкой? После этой фразы Алестия медленно подняла на меня взгляд. На ее лице смешалась целая гамма самых разных эмоций. В ее памяти явно всплыли некоторые воспоминания о недавних событиях, в которых фигурировали те же слова, отчего ее щеки медленно но верно налились румянцем. — Да, — всё еще довольно робко ответила она, с легкой дрожью в голосе. — И что же мне нужно сделать с такой плохой девочкой? Она покраснела пуще прежнего и легонько закусила нижнюю губу. Ее грудь начала высоко вздыматься ни то от волнения, ни то от предвкушения. Вспоминая ее реакцию на мой порыв внутри повозки, этого вполне стоило ожидать. — Вам… нужно ее н-наказать. Я кивнул и похлопал ладонью по своим коленям. В этот миг девушка слегка вздрогнула, сглотнула подошедший к горлу ком и медленно направилась ко мне. Удобно расположившись на предложенных ей коленях, она самостоятельно задрала подол юбки и замерла в ожидании. — Как решишь, что наказана достаточно — сообщи. Дальше всё пошло как по накатанной. Звонкие шлепки по белоснежной упругой попке сопровождались далеко не болезненными стонами в момент их совершения и прерывистым дыханием наказуемой в перерывах. По прошествии нескольких минут мне начало казаться, что эта любительница острых ощущений и вовсе не собирается меня останавливать. — А-ах! — в какой-то момент девушка несколько раз конвульсивно содрогнулась, заерзала всем телом, а затем ослабла, будто ее на несколько секунд попросту покинули все силы. — Кажется… я… только что… была наказана достаточно, — неловко пробормотала она. Одно из двух тянущих меня за руки наваждений внезапно отступило. В то же время второе полностью взяло верх над моими желаниями. — Поскольку плохая девочка была наказана и снова стала хорошей, теперь она должна как следует отблагодарить того, кто ей в этом так любезно помог, — проговорил я так, словно это была некая непререкаемая священная истина и начал раздеваться. — П-подождите, это не… — Герою перед боем необходимо хорошенько размять его одеревеневшие мышцы. Неужели леди Алестия откажет мне в этой небольшой услуге? — П-просто массаж? — неуверенно спросила она. — Не просто массаж, а отменный массаж с полной отдачей, — уверенно заявил я. Лицо девушки внезапно наполнилось какой-то прямо-таки пугающей решимостью. В ее глазах появился задорный огонек, а сама она звучно хлопнула ладонями. — Господин Кэш, вам невероятно повезло! Все девушки нашего рода в обязательном порядке с юных лет обучаются одной древней секретной технике массажа. Пожалуйста, ложитесь на живот. Не имея ни возможности, ни желания идти наперекор такому энтузиазму, я закончил избавляться от всей лишней одежды и поспешил выполнить ее требование. — Я еще не закончила свое обучение, поэтому могу ненароком в чем-нибудь ошибиться. Если вдруг почувствуете хоть какой-то дискомфорт — немедленно мне об этом сообщите. «Дискомфорт от расслабляющего массажа? Ты верно шутишь», — подумал я, беззаботно пропустив ее слова мимо ушей. Алестия забралась на кровать и уселась на меня сверху. — Это, чтобы во время процесса вы ненароком не дернулись и тем самым себе не навредили, — спокойно произнесла она, после чего я почувствовал острый тычок в области своего затылка. Довольно странное начало, не говоря уже о словах, его сопровождавших. Я рефлекторно захотел проверить место, где ощутил странный укол, но внезапно осознал, что не могу пошевелить ни одной своей конечностью. — Не переживайте, это специальная игла ширай-кхан. Она просто временно ограничивает вашу подвижность, никак не влияя на чувствительность, чтобы вы максимально безопасно и в полной мере смогли насладиться нашей семейной техникой массажа. И тут я действительно почувствовал, как она прошлась своими нежными пальчиками по моей левой руке, обхватила ее и слегка приподняла. — М-м, тут действительно будет много работы, — прямо-таки экспертным тоном проговорила она. — Ну, начнем. Она взяла мою левую руку в крепких захват, резко потянула на себя и с щелчком согнула под противоестественным углом. В этот момент мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а мочевой пузырь едва не самоопорожнился. — Кх-х-ха… — прохрипел я на выдохе, не в силах из-за адской боли задействовать голосовые связки. Вслед за первой рукой последовала и вторая. Захват, растяжение, хруст, боль. Мне хотелось скинуть с себя эту садистку, но мое тело было практически полностью парализовано. — Думаю, я смогу хорошенько размять ваши мышцы минут за десять. Как ощущения? Когда я хотел объявить ей о том, что мне невероятно больно, из моих уст внезапно слетело: — К-как х-хорошо… «Да нихрена же не хорошо, что я несу?!» Удовлетворившись моим ответом, Алестия хрустнула костяшками своих пальцев и разошлась на всю катушку. Она нещадно с выгибала мои руки под самыми разными углами, впивалась пальцами в отдельные группы мышц, тянула их на себя, скручивала, сдавливала, щипала… закончив с ними, она перешла к плечам и спине. — Хм-м… А тут всё совсем запущено. Кажется, мне надо будет приложить максимум своих усилий. «Остановись, бога ради, безумная девка!» — Уж п-постарайтесь, — непроизвольно выдавил я из себя. Получив мое согласие она сразу приступила к своему темному делу. В следующую минуту мне и вовсе начало казаться, что моя спина оказалась на разделочной доске. Острые пальцы девушки начали проникать под лопатки, ребра, просачиваться меж позвонками, цеплять прикрепленные к костям мышцы и вытворять с ними то, чего и врагу заклятому не пожелаешь. «Пощады!» — мысленно вопил я, вцепившись зубами в подушку. — Д-да, еще, — выскальзывали из моего рта предательские слова, еще больше раззадоривающие вошедшую в раж мучительницу. — Алестия, вы со своим гостем не спуститесь на ужин? — прозвучал женский голос из-за двери. Судя по всему он принадлежал старшей сестре моей истязательницы. — Ирма, дай нам еще несколько минут. Господин Кэш попросил продемонстрировать ему нашу секретную технику массажа. Я скоро закончу. После ее слов дверь резко отворилась и в комнату, чуть ли не спотыкаясь, влетела леди Ирма. — Какого дьявола ты вытворяешь? — сходу возмутилась она. — Ты же даже наполовину не закончила свое обучение! Он точно жив? Еще дышет? Пульс хотя бы есть? «Спасительница! Благодетельница! Моя героиня!» — мысленно ликовал я, не в силах остановить бесконтрольно льющиеся из глаз слезы. — К-как же х-хорошо… — вновь пошли вразрез с мыслями мои слетевшие с языка слова. — А? — удивилась старшая сестра Алестии. Где-то с полминуты она стояла молча и внимательно наблюдала за процессом пыток, во время которого я то и дело с блаженством в голосе нахваливал свою мучительницу. — Алестия, — отчего-то голос Ирмы слегка изменился в тональности. — Кажется, ты пропустила несколько весьма важных групп мышц и недостаточно проработала поясничный отдел. «Что ты, мать твою, такое несешь?!» Краем глаза я мельком зацепил выражение лица Ирмы. Кажется ее весьма возбудило увиденное. Хищный взгляд, томное дыхание, недвусмысленно скользнувший по верхней губе язычок. «Нет, нет, нет и нет… Если эта дуреха на мне просто неумела, излишне увлечена, и сбита с толку моими чёртовыми словами, чтобы это осознать… то эта девица — сам дьявол во плоти! Она явно жаждет моей крови!» — Дорогая сестра, позволь я покажу тебе как надо, — воодушевленно проговорила она. — Ты ведь не станешь спорить, что я гораздо более опытна в этих делах, чем ты… Господин Кэш, вы не против? На секунду Алестия прекратила процесс экзекуции и тяжело вздохнула. — Тут мне возразить нечего, наставница всегда ставит мне тебя в пример. Если господин Кэш не против, то я готова тебе уступить свое место. «Ни в коем случае! Какого хрена ты так легко отдаешь меня в лапы этой демонессе?! У нее же на лице всё написано!» — Х-хорошо… — блаженно протянул я. Далее произошло то, чего я не смогу забыть до конца своих дней. Эта дьяволица с подозрительной легкостью нашла все мои болевые точки и заставила их петь фальцетом у меня в голове. Меня будто просто потрошили заживо. — Ах, господин Кэш, вы такой сильный и мужественный, — воодушевленно приговаривала она, ломая мое тело и психику. Спустя пять минут на мне и вовсе живого места не осталось. Единственным, что еще могло быть повернуто на 360 градусов, но осталось нетронутым, была моя голова. Пару-тройку раз я терял сознание, но приходил в себя от очередной порции боли. В какой-то момент оседлавшая меня садистка вздрогнула. — А-а-хх… — протянула она и силой сжала мою поясницу своими бедрами, после чего повалилась на меня всем своим телом. — Это… было просто великолепно. Господин Кэш, честно признать, я даже представить себе не могла, что на свете существуют такие стойкие мужчины. Если вам еще когда-нибудь потребуется поразмять ваше тело — пожалуйста, обращайтесь. Я всегда к вашим услугам. «Кто-нибудь, просто убейте меня…» — это было моей последней мыслью перед очередным угасанием сознания. Когда я очнулся, то обнаружил себя лежащим на кровати в гордом одиночестве. За окном уже стемнело. — Я жив… — пробормотал я, едва сдерживая рвущиеся из глаз слезы радости. Несколько секунд я боялся проверить на месте ли еще мои руки и ноги. К своему искреннему удивлению, внимательно прислушавшись к ощущениям своего тела, я чувствовал себя как новенький — отдохнувший и полный сил. — Чертовщина какая-то. Конечности человека не приспособлены к изгибам под такими углами, а мышцы не могут быть отделены от костей, пережеваны и прилеплены обратно. Увы, моему тихому-мирному одиночеству не суждено было оставаться таковым и дальше. В дверь комнаты раздался стук. — Господин Кэш, прошу вас спуститься и пройти на задний двор, — прозвучал голос дворецкого. — Ваш с сэром Кларком поединок начнется через десять минут. «Из огня да в полымя». Деваться было некуда. Я поспешил встать с постели, оделся и направился к месту, где должна была решиться моя дальнейшая судьба. — Ха, всё же явился. Я до последнего думал, что ты решишь сбежать, трусливо поджав хвост, — заголосил оскорбленный мной парень. — Надеюсь, ты успел хорошенько помолиться всем известным тебе богам. Ведь прямо сейчас мой защитник, сэр Грогон, отправит тебя прямиком с ними на встречу. Рядом с Кларком стоял одетый в тяжелый латный доспех здоровенный рыцарь метра под два ростом. В каждой руке он держал по огромному молоту. «Это точно человек?» — усомнился я, видя ту легкость, с которой он время от времени крутил свои молоты в руках. — Господа! — громко произнес лорд Райкер, стоящий посреди небольшой толпы зрителей, среди которых были и Алестия с Ирмой. — Властью данной мне короной, как правителю этих земель, я объявляю начало поединка чести! Пусть он раз и навсегда разрешит разразившийся между сэром Кэшем и сэром Кларком спор. «Ладно, спокойно, только без глупостей», — проговорил я про себя, поглаживая печать призыва на руке. 1. Негодовать. Почему этот наглый сопляк выставил вместо себя этого верзилу? Это же все равно, что Тирион против Горы! 2. Пощады. Был неправ, виноват, чутка вскипел. с кем не бывает? Ну не убивать же из-за таких пустяков друг друга, а? 3. Притвориться. Если не уверен в своей победе, может стоит попробовать симулировать сердечный приступ? 4. Чем больше шкаф, тем громче падает. Главное, чтобы от грохота один сопляк в штаны ненароком не наделал.