Кровавая королева

—Боже... – Круш не могла прокомментировать ситуацию в тронном зале иначе. Вид на то, как всё вокруг полыхает огнём, вид на последствия использования магии Земли и большого взрыва в центре зала сильно ранили её душу. —Увы, Круш-сама~Нья, – Феликс, который стоял рядом, похлопал ошеломлённую Круш по плечу. Прямо сейчас все рыцари, которые участвовали в битве, были расположены в разных местах дворца. В частности, все раненые лежали в зале ожидания и приходили в себя. Там же сидели Юлиус и лежал Хейнкель. —В любом случае... Как там Лана-сан, – Круш решила перевести тему с разрушений тронного зала на Лану, которая была проклята кровью Капеллы. При этом Феликс потерял всё своё озорное настроение. —Она в очень тяжёлом состоянии и не просыпается. Я ничего не могу сделать... – Феликс прикусил губу в досаде и разочаровании в самом себе. Тот факт, что сколько бы он ни использовал магии исцеления на Лане, чёрное пятно на её груди не уходило, сильно разочаровывал Феликса. —Я стараюсь поддерживать жизнь в ней, но я не могу ничего обещать, – Круш, видя Феликса таким подавленным, сама с досадой цыкнула. Бросив взгляд назад, она могла увидеть лежащую на полу Лану, прикрытую своим белым плащом. —Очень надеюсь, что с ней будет всё нормально... – Круш также вспомнила, что Лана, помимо прочего, является личным рыцарем Нацуми, которая в данный момент отлёживается в одном из убежищ после своего ранения в битве с Обжорством. Пусть Нацуми и отпиралась от помощи и похода в убежище, Круш и группа рыцарей смогли заставить её пойти и отдохнуть. —Так... К слову, а где всё это время был Совет Мудрецов? Разве не они созвали всю Королевскую Гвардию? – Круш вспомнила причину, по которой ни Феликса, ни Ланы не было во время переговоров Круш и Нацуми. —Нье~ имею понятия, Круш-сама. Они так и не появились, когда на нас напала Похоть. Но-о у нас был крайне неприятный момент, – Феликс, который участвовал в бою от начала и до конца, вспомнил то, как вообще объявилась Похоть. —Какой же? —Как оказалось, Похоть умеет менять внешность. Она объявилась в образе Нацуми-сама, устроив ужаснейшую сцену, а потом превратилась в чёрного дракона, – Круш могла увидеть, как у Феликса чуть ли не скрипели зубы от злости. —Так этот дракон, который пробил крышу... – Круш быстро сопоставила всю информацию в своей голове и пришла к одному выводу. —Абсолютно верно, Круш-сама. Ах~, как вы умны, – Феликс, закрыв глаза, приластился к Круш, которая не обращала внимание на заигрывания и лесть своего рыцаря. —Просто к слову... – Круш, выведенная из раздумий, легонько оттолкнула Феликса от себя. —Какое имя у Похоти? Она его говорила? – теперь Феликс казался слишком встревоженным, чтобы Круш могла что-то заподозрить. —А, её имя... Верно... Она назвала себя Капеллой Эмерадой Лугуникой, – когда Феликс назвал имя архиепископа Похоти, Круш издала удивлённый возглас. —Почему она представилась Лугуникой? – Круш пристально посмотрела на Феликса, требуя от того хоть какого-то объяснения. Но Феликс лишь растерянно пожал плечами. —Я не знаю, но... Я мог бы сказать, что у Похоти и Фельт-сама есть что-то общее, – Феликс пристыженно опустил голову и уши, видимо ругая себя за такое сравнение. Однако реакции от Круш не последовало, она лишь снова задумалась на секунду, а после, выдохнув, сказала. —Ну... Надо спросить у Вильгельма... —Появились новые вести! – однако Круш была прервана одним молодым рыцарем, который бежал к раненым. —Что такое? – Круш посмотрела на запыхавшегося рыцаря. —Ну... Для начала... Совет Мудрецов мёртв... —Что?! – и Феликс, и Юлиус, и Круш и все другие рыцари, которые также слышали это, воскликнули в неверии. —От доклада одного из отрядов рыцарей, все члены Совета были найдены мёртвыми в своих домах, – Круш склонила голову, всё ещё с трудом отходя от этой неожиданной новости. —Но что произошло? – Юлиус встал со своего места, подходя к рыцарю. —Мы не знаем, но у всех были колотые и резаные раны. Скорее всего, это культ ведьмы. —Чёрт... – Юлиус с примесью раздражения и сожаления склонил голову. —Тогда... У нас нет правителей? – Круш подняла голову, смотря прямо на рыцаря. Тот лишь кивнул. —Господи... Почему именно сейчас, – Круш в отчаянии застонала, закрыв лицо руками. Почему-то именно в эту ночь всё должно было пойти наихудшим способом. Смерть Совета Мудрецов, до сих пор отсутствующее место командующего Королевской Гвардией... —Нам нужно созвать всех кандидатов для обсуждения... этой ситуации... И ещё всех дворян. Я сама разошлю письма, – рыцарь кивнул в ответ, убегая прочь из зала.

***

—Что? То есть... У нас мертвы все представители власти? – Нацуми шокировано посмотрела на Круш, которая лишь кивнула. —Верно. Все члены Совета Мудрецов были найдены мёртвыми и сейчас у нас нет никакого правительства. Я уже разослала письма всем другим кандидатам, но насколько я знаю, ни Анастасия-сан, ни Присцилла-сан сейчас не в городе. —Боже... Чёрт... Мы в дерьме, не так ли? – Нацуми горько усмехнулась, отводя взгляд в сторону. —В любом случае... Вы видели, что случилось с Ланой-сан? —А с ней что-то случилось?! – как ошпаренная, Нацуми вскочила с места, положив руки на плечи Круш, но опомнившись, убрала руки. —Насколько мы поняли, она была проклята кровью архиепископа Похоти... – Круш не успела договорить, как взгляд Нацуми наполнился чистой яростью и злобой. —Как же она бесит... Бесит, эта чёртова сука! – Нацуми в ярости била ногой по земле, покрывая пол убежища трещинами. —Вы... Встречались с ней ранее? Пойдёмте, – Круш махнула рукой, зазывая Нацуми пойти за ней. —Да, давняя история... Так что там с Ланой? – Нацуми решила не говорить Круш обстоятельства их с Капеллой ситуации и просто перевела тему, но это лишь разожгло некоторый интерес Круш в отношении Нацуми. —Верно... На данный момент Лана-сан была перенесена в госпиталь, где находится под наблюдением, но Феликс предсказывал худшее, – при этих словах взгляд Нацуми наполнился печалью и злостью, но лишь покачав головой, она вернула себе весь свой настрой. —Итак, Круш-сан, ведите к ней!

***

—Лана! – Нацуми, только увидев Лану, которая без конца ворочалась и обливалась потом, сразу же подбежала к ней. —Где проклятье? – Нацуми обернулась к Круш, которая явно чувствовала себя не в своей тарелке. —На груди. Немедля ни секунды, Нацуми откинула одеяло прочь и расстегнула халат, в который была одета Лана. Увидев это огромное чёрное пятно, состоящее из пульсирующих вен и напоминающее болото, Нацуми не могла не скривиться в отвращении. Да, она так и не смогла свыкнуться с тем, что такое же чёрное пятно есть и на её теле. Однако это омерзение к чёрной субстанции не помешало Нацуми прикоснуться к груди Ланы. А после в шоке уставиться на то, что происходило далее. —Что за... – Нацуми смогла выдавить из себя только это перед тем, как почувствовать, как магма течёт по её венам. —Ах... – Нацуми тут же убрала руку с груди Ланы. —Что произошло? – Круш, которая просто наблюдала со стороны всё это время, подбежала к Нацуми, смотря на её руку. —Не знаю, но... – сейчас Нацуми посмотрела на руку и заметила, что она была такой же, как и её плечо и часть грудной клетки. Вернее, рука была лишь немного светлее, чем её плечо. —Что за чёрт... – Нацуми перевела взгляд со своей руки на Лану, которой, казалось, стало легче. А также на то, что чёрное пятно на её груди посветлело и стало меньше. —Неужели... – идея быстро зародилась в голове Нацуми, и она, не раздумывая, исполнила её. Она вновь прислонила руку к груди Ланы, чувствуя, как лава начинает течь внутри её руки, протекая по венам и кровеносным сосудам, как сжигает всё внутри. Нацуми сжала зубы, дабы вытерпеть это. Всё закончилось через минуту. Боль быстро ушла, а Нацуми пыталась отдышаться после минуты этой пытки. За это время она почувствовала, как эта текучая боль успела проникнуть за пределы руки, распространяя эту черноту дальше по её телу. —Мне... Нужно будет носить перчатки, – Нацуми лишь отшутилась, смотря на вполне умиротворённую Лану, а также на её грудь, которая больше не была покрыта проклятьем крови Капеллы. Круш, которая молча стояла рядом, просто не могла понять, какого чёрта происходит. Лана, которая под воздействием проклятья была чуть ли не одной ногой в могиле, сейчас выглядела вполне спокойной и здоровой, а Нацуми, которая смогла каким-то образом принять всё проклятье в своё тело, стояла как ни в чём ни бывало. —Что... – Круш смогла произнести только это, когда её мозг отказывался обрабатывать эту информацию. —А? Что такое? – Нацуми, которая не понимала замешательства Круш, посмотрела на неё недоумённым взглядом. —Что вы такое... – Круш, не подумав, выпалила эту фразу. Однако быстро пришла в себя осознав, что высказала свои честные и не очень лестные мысли. —Ну, я... Я Нацуми Шварц, шестая кандидатка на престол, – Нацуми положила руку на грудь, а другую убрала за спину, встав по стойке смирно. Однако это представление вызвало лишь недоверие в глазах Круш. —Тогда какое у вас настоящее имя? – Нацуми застыла, не говоря и не выражая ничего. —Ах, об этом... – Нацуми не знала, что сказать. Раскрывать тайну своего имени она не хотела, как и её должности. —Ну ладно, я скажу. Меня зовут Нацуки Субару... – глаза Круш округлились от удивления, но она быстро пришла в себя. —Как изобретатель Нацуки Субару? —Собственной персоной... Ух... – Нацуми раздражённо фыркнула, не обращая внимания на удивлённое выражение лица Круш. —Значит, вы... Вы ведь не парень? Нет? – Круш недоумённо склонила голову. —Если очень постараться, то парень, – Нацуми лишь усмехнулась, глядя на Круш, мозг которой вновь замедлил свою работу. —Ну, хорошо... Нацуки Субару, изобретательница из Воллахии и кандидатка на престол, на которую не действует проклятье архиепископа Похоти... – Круш перечислила всё, что узнала про Нацуми, но потом вспомнила ещё кое-что, что хотела бы спросить. —А также ты не посмеешь распространить настоящую личность Нацуки Субару, – Нацуми смерила Круш своим острым взглядом, буквально угрожая ей. Круш, явно была не готова к этому резкому давлению, просто кивнула в согласии. —Тогда... Что вы имели ввиду во время того боя с Охотницей за Потрохами? О том, что можете полностью устранить её, – Нацуми не ожидала, что Круш припомнит такое, а потому пыталась быстро придумать что-то. —Может ли это быть как-то связано с архиепископом Обжорства? – Нацуми в мыслях проклинала Круш за её проницательность, ведь эти вопросы попадали точно в яблочко. —Я не скажу тебе. Думай, что захочешь, но я не скажу тебе ничего, – Нацуми ответила резким отказом Круш, смерив ту презрительным взглядом. В конце концов, Круш заходит далеко за границы дозволенного. —Ох, вот значит как. Хорошо, я приму этот ответ, – сказала Круш холодным тоном, а после зашагала прочь, на выход из палаты. —Господи, вот же наглая, а... – раздосадованная Нацуми лишь смотрела вслед уходящей Круш, а после перевела взгляд на свою почерневшую руку.